Плохой конец

Плохой конец

Все трое древних уже были в зале для совещаний. Время было позднее, часов 8 вечера. Холлибери уже чуть ли не засыпала пытаясь слушать Клоттед Крима, Ванилла увлечённо слушай, но всё равно уставал, а Какао сидел рассеянный: смотрел не на Клоттеда, а как будто на стенку за ним, выглядел очень сонным, но лицо его сохраняло спокойное или даже недовольное выражение, но даже так он пытался слушать Крима. — Ваша честь, Король Дарк Какао, неужели вам настолько всё равно на политику и налоги, что вы даже не удосуживаетесь слушать? Всегда знал что северяне, — это варвары. — Эта фраза Клоттеда звучал для всех присутствующих, как гром среди ясного неба. Ванилла пытался что-то возразить, но всё таки он слишком мягок что бы ответить как то грубо. Холли же возмутилась, хотела сказать Клоттеду что-то резкое, ведь тот сказал эти едкие как яд слова не просто печеньке, а её лучшему другу, но Какао её остановил, хотя сам Клоттеду хоть и хотел что-то сказать, но просто промолчал, ведь сил уже не хватало.

***

Уже ночью, времени где-то к часу, всё древние наконец смогли уйти с совещания спать. Ванилла вернулся в свои покои, Холлибери в свои, а Какао вернулся в свою палатку. Уже там он спокойно переодевался, пока не увидел что его плечо стало белым, как мука, да и ладони у Какао давно стали белыми. Но не обращая на это внимание, Какао просто рухнул на кровать, сил уже не осталось совсем. На следующий день он проснулся с головной болью, но старался виду не подавать, Какао ненавидит когда его видят слабым, даже самые близкие ему персоны. Но он заметил небольшое отличие: один его глаз стал светлее, это было не видно почти что, но казалось будто он... выцветал, да и зрение на него стало хуже. Этот день прошёл как обычно: Клоттед снова говорил разные оскорбления в сторону Какао, интересно чем же он его так не возлюбил? Хотя и Какао Клоттеда недолюбливал, поэтому ненависть у них была взаимная. На этот раз древним сказали подписать разные документы ведь это было важно, но «совершенно случайно» к Какао попало в два раза больше листков. Он сидел над ними всю ночь, чувствуя как рука начинает неметь, сидя за столом сгорбившись, — спина ныть начинает, а голова болеть от нужды сна. Буквы уже поплыли, ручка чуть ли не выпадала из пальцев. И вот, дописав последнюю подпись Какао просто рухнул на эти самые бумаги. Сил у него не было совершенно, будто за ту ночь ему даже лучше не стало, вчё стало обычным и рутинным. Соулджем Какао уже почти весь был белым, но внутри него всё равно был тот огонь решимости, что апатии потушить было сложно. Следующая неделя прошла также как и этот день, и по итогу все вернулись в свои королевства, а следующие переговоры должны были быть в следующем месяце. Какао продолжил править, только вот он был более молчаливым, спокойным, будто все его эмоции просто пропали, выцвели. В одну ночь он просто вышел за ворота в метель, его кожа тогда уже почти полностью приняла цвет муки, цвет глаз выцвел, взгляд стал пустым. На утро нашли труп Какао у ворот, но около леса было видно труп чудовища. Всё таки даже перед смертью, даже находясь в состоянии апатии Какао всё равно защищает своих подданных от чудовищ. В спальне нашли предсмертную записку, подчерк был немного корявым но можно было все слова разобрать. Местр Какао занял Дарк Чоко, и королевство продолжило жить, но на алтаре, вместе с остальными именами войнов, теперь красовалось имя Дарк Какао. Всё таки не зря говорят, что апатия — это яд, который и вправду убивает