Пролог

      Тёмную гостиную озарял только слабый свет экрана телевизора. Шли титры какого-то дурацкого фестивального фильма, о котором Фред и не слыхал ни разу. Сэм наконец отлип от экрана и посмотрел на него с надеждой и энтузиазмом, словно бы сам снял это кино и ждал аплодисментов.       — Ну?       Фред вздохнул. Он-то надеялся, что с его стороны будет достаточно просто сидеть с лицом, повёрнутым к телеку, и изображать компанию. Но хоть что-то его зрение должно было успеть уцепить в начале фильма, ещё до того, как мысли заполонили собственные воспоминания?       — Ну… — замялся он.       — Настолько офигел от финала?       — Вроде того. Слушай, а ты сам хотел бы снять когда-нибудь свой фильм?       За то недолгое время, что они соседствовали, Фред уяснил: достаточно было свистнуть — и Сэм мигом седлал любимого конька, порой даже не дожидаясь, пока тот прискачет. Но сейчас Сэм фыркнул, будто Фред сморозил полную глупость.       — Не.       — Почему? Раз так кино любишь?       — А служить тому, что любишь, мало?       — Служить? — усмехнулся Фред.       — Не всем творцами быть, бро, — пожал плечами Сэм. — Ни в кино, ни вообще по жизни, сечёшь?       Фред ощутил неприятное шевеление в мозгу. Будь у него такой Сэм в восемнадцать — глядишь, не оказался бы сейчас на обочине жизни. Впрочем, был. Родной брат, которого он и слушать не хотел.       — Звучит как-то погано. Обречённо.       — Чтобы кино существовало, кто-то должен линзы для объективов вытачивать или лампочки на студии вкручивать.       — Всяк сверчок знай шесток, да?       — Ну, — кивнул Сэм. — А чего вид у тя, как будто дерьма навернул?       — Потому что дерьмо это, а не философия. Что, если сверчок просто ссыт прыгнуть выше? Или если это даже не его страх, а других сверчков?       Сэм вылупил глаза и почёсывал лоб.       — Забей, — бросил Фред, поняв, что слишком разошёлся, причём на пустом месте.       Они оба замолчали. Не выдержав, Фред переспросил:       — Ну ни разу не хотелось снять? Даже не думал об этом?       — Да зачем, когда есть сколько хочешь офигенных фильмов, а всратых ещё больше? За всю жизнь не пересмотришь.       — Так не смотреть же, — обречённо выдохнул Фред. — Сделать. Что-то своё сделать, чувак. Показать, как ты видишь.       — Как вижу, — задумчиво покивал Сэм. — Ну, глаза ведь не только у меня есть. Можно найти того, кто так же или похоже видит, не?       — Можно, — сдался Фред, откинув голову на спинку дивана.       — Если мне нравится, как Джармуш делает, зачем делать то же самое, только хуже? Я лучше буду другим говорить, чтобы на его фильмы шли, или сам буду в своём кинотеатре продвигать. Сечёшь?       Фред угукнул. Логика Сэма была непрошибаемой. Может и ему стоило бы оставить музыку и просто наслаждаться чужой. Хорошей, ложащейся на душу и слух, но чужой. Может, мысль «хотел бы я сам такое написать» была не более, чем восхищением или желанием обладать тем же талантом? Завистью? Гордыней? Может, вовсе ему не предназначалось заниматься музыкой, и всё это было нелепой фантазией. Может, следовало, как и Сэм, просто сойти с дороги или стать гидом для других.       — А ты? — снова подал голос Сэм, встав с дивана и собирая коробки от еды. — Снял бы что-то своё?       — Нет.       — Заливаешь ведь! Видно, что у тя прям свербит. Своё делать-то.       — Ага, хоррор-мюзикл, — фыркнул Фред, желая поскорее уже отмахнуться от этого разговора. — Как тебе?       — Второй «Суинни Тодд»?       В груди ёкнуло. Фред машинально почесал шрам под футболкой. Даже в нелепой фантазии оказаться вторичным… Джесс оценила бы иронию. Он почти услышал её смех у себя над ухом.       — Нет, я про ужастики категории «Б», — съязвил он и, нащупав в кармане пачку, поднялся с места.       — Ну ты и извращенец, бро. — Сэм принялся возиться на кухне, а потом вдруг спросил: — А сюжет какой? Про маньяков или чертовщину какую-нибудь?       Стоя у окна и чиркая спичкой, Фред замер.       — Всё сразу, — отозвался он, глядя улочку, погружённую в густой мрак глубокой ночи. — Но началось бы всё с дома, полного кукол и чучел. Каждый, кто зайдёт в него, уже никогда не покинет его насовсем.       В засвеченном бликами от открытого холодильника окне мелькнуло отражение Сэма: он настороженно вытянулся, словно спаниель на охоте, глядя в сторону Фреда.       — Бро, я спать собирался вообще-то…