Глава 2. Видимый парадокс

Снейп устало прикрыл веки и откинулся на спинку потёртого кресла. Некоторое время он сидел, не двигаясь, в тишине, слушая барабанивший за окном дождь. В небе полыхнула молния, и его мизинец чуть дернулся. Взгляд черных глаз был устремлён в старые, разъеденные сыростью доски пола. Вся комната не представляла собой совершенно ничего интересного. За всей своей жизнью, частично проведенной в этих стенах, он перестал замечать бедное убранство своего жилища. Пара с изъеденных молью обивкой кресел, небольшой кухонный островок с устаревшей маггловской техникой, темный обеденный стол на шатающихся ножках, да несколько дешёвых и безвкусных картин на стенах с отклеившимися обоями, которые когда-то имели светло-желтый цвет. Серый ковер под ногами был весь в пыли, впрочем, как и все поверхности в доме. Остальные комнаты также оставляли желать лучшего. Паучий тупик. Он усмехнулся мыслям от том, что, вероятно сам похож на огромного черного паука, который сидит в своем грязном углу и упорно не хочет что-то менять. Профессор зельеварения в школе чародейства и колдовства Хогвартс приезжал сюда лишь на летние каникулы и не особо заботился об окружающей обстановке и чистоте. Казалось бы, даже являясь перфекционистом в какой-то степени. Просто он давно не считал это место своим настоящим домом и не видел никакого смысла поднимать руку с палочкой, дабы придать своему жилищу хоть малую опрятность: произнести "репаро" или удалить грязь и копоть с конфорок. Здесь можно было жить и так. К тому же... Большинством предметов здесь он попросту не пользуется. В настоящий момент его сжирали совсем безрадостные мысли. Больше всего беспокоила проблема нового английского господства в лице сильнейшего тёмного волшебника поколения. Волан-де-Морт не вызывал в нем былого ужаса, однако вновь и вновь заставлял содрогаться от неприязни и омерзения. И, конечно же, он ненавидел его. Было за что. Единственный чародей, которого боялся Темный Лорд, погиб недалече как месяц назад, оставив своему верному шпиону инструкции по вытягиванию Мальчика-который-должен-выжить-вновь из огромной кучи дерьма, которую повлекло за собой гребаное пророчество. О, это пророчество! Если бы он тогда знал, ЧТО вообще докладывает своему господину! ЧЕЙ сын должен был родиться в конце июля... Снейп сгорбился, положив локти на колени и опираясь подбородком на сцепленные руки. Его взгляд метался по комнате. Сожаление, стыд, тоска, боль рвали на части его естество при воспоминаниях о том, что он совершил своими же руками. Особенно когда он был один. Один он был почти всегда. Лили... Если бы он не подслушивал тогда! А Дамблдор? Он знал, он всё знал о темной фигуре, что ловила каждое слово, сказанное Трелони в том пабе. Его темные брови нахмурились, на лбу залегла скорбная морщина. Он поднял руки и неторопливо потёр виски. Дамблдор определенно осознанно позволил Волан-де-Морту узнать о мальчике Поттеров. Или Лонгботтомов. Это уже неважно. Возможно, он знал, что Лили... Но он же просил защитить её, в конце концов! Просил, хотя это не входило в его привычку. Просил, хотя был совершенно на другой стороне. Возвращаясь назад к воспоминаниям, он был готов отдать свою никчемную жизнь, за то, чтобы та светлая женщина продолжала жить. О, Лили. Лили, которая так и не стала его. Он так виноват перед ней! Волшебник встал с кресла, которое противно скрипнуло от данного действа. Взмах палочкой, и несколько бутылок крепкого огневиски оказались перед ним на столе. Мрачно усмехаясь, он подумал, что вот так, верно, и проведет остаток жизни, напиваясь, как его никчёмный отец-маггл. Пробка вылетела по щелчку пальцев. Зельевар даже не потрудился поискать стакан, отхлебнув прямо из горлышка бутылки. Жидкость обожгла горло. Решено: сегодня он позволит себе напиться встельку. В конце концов, его душа давно не чувствовала такой всепоглощающей боли. Воцарение темной стороны, презрение со стороны окружающих, смерть директора, да ещё и этот мальчишка, на которого он, взрослый и рассудительный Северус Снейп должен возложить надежды на счастливое будущее. Довольно быстро волшебник расправился с половиной бутылки. Стало темнеть. Полоски света на полу медленно перемещались к стенам. Закат окрасил комнату в рыжий цвет, бликами играя на стеклах бутылок. В этом свете летали пылинки. Снейп пялился на данное зрелище с непроницаемым лицом, лишь в его пьяном мозгу проскальзывали образы из прошлого. Он помнил её волосы, такие же, как вот это оранжевое солнце; помнил её смех, её запах, глаза... О, он бы утонул в этих глазах. Но всё закончилось, садилось и солнце. Вскоре полоски света совсем пропали, мягкий сумрак окутал комнату. Постепенно очертания стали различаться с трудом, но Северус Снейп не стремился идти спать или включать свет. Он уже не думал о прошлом, не думал о войне, не думал даже о себе. Ему стало тяжело на душе, грудную клетку будто стискивали железным обручем. Нет, он и раньше не был счастлив, но сейчас его охватила особенно сильная тоска, и профессор сам не понимал, отчего ему так дерьмово. Повинуясь внезапному порыву, он вскочил и резко взмахнул палочкой. - Экспекто Патронум!.. Голубая вспышка рассекла густой воздух мрачного помещения. И вот она, прозрачная, словно хрустальная, лань смотрит ему в душу грустными глазами. Словно видел Лили. Он уже звал своего Патронуса. Когда Дамблдор заявил ему, что мальчишка умрёт. Умрёт, не смотря ни на что. Обычно он не разбрасывался такими заклинаниями. Был ли это жест крайнего отчаяния или надежда на что-то, он и сам не знал. Как завороженный смотрел на своё создание, а потом потянулся к рукаву левой руки. Торопливо закатав его, он уставился на Чёрную метку. Пожиратели не могут вызывать Патронуса. Но голубое животное стояло здесь, совсем рядом. С непонятным стоном он развеял заклинание и рухнул обратно в кресло. Чужой среди своих. И свой среди чужих. Ни там, ни тут. Странный голос шептал в голове, что он лишний. Лишний везде. Остатки пойла в тёмной бутылке полетели в стену. Раздался звон, пол усеялся дюжиной осколков. На этом зельевар не остановился. Размахивая палочкой, как умалишённый, он посылал заклятия во все стороны, громя кухню. Когда там не осталось ничего целого, он устало опустился на пол. Разрушение не принесло ему никакого облегчения. Палочка выкатилась из слабых пальцев, со стуком падая на пол. Он в растерянности уставился на неё, как будто увидел что-то необычное. Его лицо впервые отражало что-то, кроме презрения. Он не мог более держать маску, позволив себе эту минутную слабость. Профессор говорил себе, что ещё минута, и он встанет, с каждым шагом спина будет всё прямее, взгляд всё безразличней, а мысли уже не такими всепожирающими. Но и через минуту, и через пять он не встал, с каким-то болезненным удивлением глядя на середину разрушенной комнаты. Там разгоралось еле видное, мерцающее свечение. Оно становилось сильнее и сильнее. Его свет больно резал по глазам, заставляя щуриться. Что за чертовщина? Снейп подумал, что бредит. Может, он и в самом деле слишком много выпил? Свечение начало приобретать человеческие очертания. Фигура словно была пронизана сотнями ярких иголочек. Постепенно она окончательно сформировалась, и Северус увидел то, что заставило его почти протрезветь. Это была женщина. Ему казалось, живая. Похожа на призрака, почти прозрачна, она была худа и бледна. Её серые глаза источали тоску. Он было подумал, что сама смерть заглянула к нему в гости, пока не увидел крылья. Почти белые, воздушные, они были покрыты дырами и уродливыми порезами. Что-то чёрное виднелось на концах, отравляя общую картину. Но самым главным было не это. Над головой женщины сиял нимб. Самый настоящий нимб, он то и сверкал так ярко. Профессор тупо уставился на данное диво, не в силах отвести взгляд. Почему то от этой картины хотелось плакать, но он бы не смог. В его воспалённом алкоголем мозгу пронеслась мысль, что даже если это галлюцинации, он был не против сейчас. Ему нужно было что-то такое, что бы отвлекло его от привычной картины жизни. Женщина была одета в непонятную серую струящуюся робу, которая спускалась по худощавому телу ниже колен. Она пока не двигалась. Снейп, впрочем, тоже. Серый взгляд столкнулся с черным омутом. Она вздрогнула, быстро пробежала глазами открывшееся помещение и вновь остановила взор на зельеваре. Её взор зажёгся испугом. Сделав пару шагов навстречу фигуре Северуса, она вновь остановилась, видимо, не решаясь что-то предпринимать. Да нет, это были не шаги. Она как будто плыла по воздуху, не касаясь пола ногами. При этом крылья слегка шевелились. И что она вообще такое? Снейп в конец убедился, что это лишь видение. Пьяное помутнение. Однако ж почему именно...такое? Ему внезапно стало весело, он подумал, что интересно было бы потрогать этого...призрака? и посмотреть что произойдет. Исчезнет ли галлюцинация? Мужчина попытался встать. Ему это удалось, и он шатающейся походкой сделал несколько неуверенных шагов навстречу этому парадоксу. Женщина повела себя немного странно. Он помахала перед ним рукой и, увидя, что тот не отводит взгляд и продолжает приближаться, отпрянула назад. Её печальные глаза приобрели затравленный вид. Она в волнении прикусила губу. Снейп остановился, откинул назад черные волосы движением головы и задумался. Что, черт возьми, происходит? Почему он просто не возьмёт палочку и не шмальнет чем-нибудь в незваную гостью? Он же грёбаный параноик. - Стойте на месте, - его неожиданно твердый, но негромкий голос разорвал тишину комнаты. - Ты... Видишь меня? - она застыла как вкопанная. Голос у неё был хриплым, но в моменте срывался на визгливые нотки. Этот вопрос показался Снейпу смешным. Действительно, он видит её. В конце концов, у него есть глаза. Он медленно кивнул, задом отошёл к стене и, не сводя взгляда с создания, поднял с пола палочку. Кончик которой секунду следом уставился в грудь крылатой особы. - Как вы проникли сквозь защиту дома? - Защиту?! Ты серьезно? И это тебя интересует в первую очередь?! - она притопнула ногой, и её брови изогнулись в отчаянном выражении. Всплеснув руками, она помотала головой и закрыла глаза. - Нет, это откровенный бред. Я не согласна, слышишь, не согласна! - Это она прокричала куда-то вверх, в потолок. Зельевар поморщился. Женщина явно была неспокойна, а он просто ненавидел истеричек. Ну, и ему, собственно, надоел этот цирк. - Ступефай, - вспышка заклятия пролетела сквозь аморфный силуэт и была поглощена стеной. - Остолбеней! Инкарцеро! - Другие заклинания также не принесли никакой практической пользы. - Чёрт, - прошипел Снейп в растерянности. Он попробовал было начертить руну для упокоения призрака, но совершенно ничего не произошло. - Нет, ну это уже ни в какие ворота! - Зло и обидчиво вскрикнула женщина. Её ноги поднялись выше над полом. Крылья затрепетали и она исчезла, улетела, пройдя сквозь потолок. Вознеслась. От этой мысли профессора передёрнуло. Он отправился по шаткой лестнице на второй этаж, чтобы посмотреть, не туда ли она поднялась таким странным способом, а заодно проверить дом на наличие других возможных неожиданностей. Но наверху не обнаружилось ровным счётом ничего. Значит, улетела с концами. Так заключил он и отправился спать. Было уже поздно, и глаза закрывались под действием алкоголя. Ещё раз проверив защиту и, с удивлением отметив, что та нетронута, он лег в кровать. Снейп впервые спал спокойно за последние несколько лет, не заметив белой вспышки где-то в углу спальни. *** Меня вновь вздернуло на небеса. На этот раз по моему собственному желанию. И вновь я оказалась перед Архангелом. Со злорадством отметила, что сумела таки вывести его из себя неожиданной выходкой. Однако его растерянность длилась чуть больше секунды. Меня тут же швырнуло на пол, и что-то скрутило всё моё естество. - Что ты здесь забыла? - Чётко и зло прозвучал холодный голос где-то надо мной. Ангел подошёл ближе. Когда меня чуть отпустило, я смогла воспользоваться речью, но перед этим рассмеялась ему в лицо: - Я не понимаю! Вы вновь надо мной издеваетесь! Вы думаете, раз я обречена, так и поразвлекаться не грех?! Он с каменным лицом смотрел на меня. - Ты закончила? Истеричная улыбка сошла с моего лица, и я почти прокричала: - Он видит меня! Он, чёрт возьми видит ангелов! Но кроме этого... - Стой! Не смей поминать нечесть. И.. ты же знаешь, я не изменю решения, Мэдлин. Я оказываю тебе честь, позволяя жить с ещё одним человеком. - Но это правда! Он смотрел прямо мне в глаза, а потом поднял палочку и попытался развеять как призрака! Лицо Архангела потемнело, как грозовая туча, а светлые брови сошлись на переносице. Вспышка боли пронзила меня. - Не смей пререкаться со мной. Это невозможно. Человеку нельзя увидеть душу. Так что перестань нести чушь и отправляйся на землю! Сейчас же. Иначе я вынужден буду прибегнуть к другим мерам. Я вздрогнула и отвела взгляд. Поднялась на ноги. Он сделал шаг ко мне, но я отшатнулась и покачала головой. - Вы не верите? Не верите. Но он видит меня! Видит... - Ты сама выдумала себе что-то, - отворачиваясь, произнес он. Я понимаю, что более меня тут видеть не желают. - Разрешите откланяться, - издевательски прошипела я и, зло сверкая глазами, сосредоточилась на возвращении... *** В его доме не горел свет. Я очутилась в спальне. Глаза его были закрыты, он спал. Я выдохнула и смогла рассмотреть его поближе. Черные волосы до плеч разметались по подушке. Усталое лицо его было расслабленно, грудь мерно вздымалась. Осмотрев каждую морщинку на его лице, я сосредоточилась на комнате. Это была спальня. Темные серые шторы закрывали окно. Кроме старой двухместной кровати, шкафа с одеждой и нескольких стеллажей с книгами из темного дерева здесь ничего не было. Обои желтоватого цвета. Возможно, когда-то они были белыми. Я вновь взглянула на человека на кровати. Северус Снейп. Это всё, что я знала о нем, кроме того, что он волшебник и Пожиратель Смерти. Однако его душа была соединена со мной и отдавала теплом. Это самое приятное чувство за всё моё посмертие. Теперь я ответственна за него и постараюсь не допустить его смерти, иначе моя душа попросту рассеется. Удивительно, как я забываю о всём прожитом ранее, когда появляется новый смысл. Я весело улыбнулась от мысли о том, что он пытался меня атаковать. Всё же, он меня видит. Станет ли это проблемой в будущем и как повлияет на моё предназначение, я не знала. Аккуратно опустившись возле его кровати, я зависла в воздухе, поджав под себя ноги. Для раздумий у меня была целая ночь, до того, как он проснется и увидит меня. И увидит ли? Может быть, этот сбой уже не повторится. И всё таки... Было бы интересно поговорить хоть с кем-то кроме самой себя и Архангела. Почему я вообще об этом размышляю? Моя задача просто охранять. Парадокс какой-то.