ix. благословение.

      Шторы были задернуты, и слабые лучи солнца, кое-как справлявшиеся с переменной облачностью, не могли проникнуть в затемненную комнату. Изумрудные обои с полосами нарисованных плющей выглядели почти черными, белое постельное белье посерело. Стояла тишина. В затхлом воздухе летали пылинки. Часы в золотом убранстве на столе замерли ещё несколько лет назад, но никто так и не обратил внимания. Замолкло тикание, раньше резавшие тихие вечера. Стрелки обманчиво показывали полночь.              Драко поправлял у зеркала черный галстук, готовился к новому рабочему дню. После обеда он собирался отправиться в детскую больницу, чтобы привлечь внимание к фонду, помогающему собрать деньги на лечение маленьким пациентам, и конечно — пожертвовать деньги.              Мама давала ему поблажку некоторое время и не давила — он выполнял пару рабочих выходов в неделю и почти всегда без камер. На них у него была аллергия. Но в последнее время королева стала требовательнее к наследнику. Он и сам прекрасно понимал, что от публичности бегать долго не получится и ему придется оказаться под прицелами сверкающих линз, начать улыбаться и вести себя подобающе. Драко лишь хотел ненадолго отсрочить тот миг, желал разобраться с проблемами, по его собственному мнению, более насущными. Со своей помолвкой и свадьбой, например.              Те из частично посвященных в тайну, связанную с предстоящим обручением принца, негодовали. Нет, они были искренне поражены столь раннему браку. Всем казалось, что принц долго и настырно будет искать ту самую, будет ошибаться и медлить с официальной частью. Что ж, они понятия не имели о характере принца, а посему были помилованы. Ему было неинтересны мнения других. Он делал то, что хотел, что считал правильным, хоть и не полностью.               — Мисс Грейнджер прибудет через час, — с такими словами без стука Пэнси ворвалась в комнату наследника, не поднимая взгляда с телефона, где появлялись все новые и новые сообщения.              — Хорошо. Спасибо, Пэнси.              — А Её Величество ждет тебя в малой гостиной к завтраку. — Драко нахмурился и повернулся к помощнице. — Она пожелала поговорить с тобой до прибытия мисс Грейнджер.              — Думаешь, будет пытаться отговорить? — он вернулся к галстуку и снова повернулся к зеркалу, в то же время пристально поглядывая на Пэнси, следя за реакцией. — Ты видела её? Какое у неё настроение?              — О её замыслах мне неизвестно. Но Её Величество была в приподнятом, как мне показалось, настроении. Она стояла у окна с сигаретой и чашкой кофе.              — Залог хорошего дня, — фыркнул он беззлобно.              — Не лицемерь. Ты и сам жить без кофе не можешь, — Пэнси подошла ближе, развернула мужчину к себе и завязала галстук. За маской безразличия она сразу распознала нервозность. — А сигареты…              — Я выкуриваю не больше пачки в месяц. Мне далеко до королевы, — поспешил вставить Драко. Пэнси хлопнула его по плечам и улыбнулась. — Спасибо.              — Не за что, — она отошла и по-хозяйски приземлилась на диван. — Знаешь, тебе бы стоило здесь прибраться или хотя бы позволить работникам это сделать. Вся эта пыль…              Многие из сотрудников дворца подозревали романтические отношения между принцем и его помощницей, которая мало того, что была неотразима — светло-зеленые глаза, аристократические черты, — так ещё и на шаг от наследника не отходила. Что уж там, об этом в свое время думала и сама королева Нарцисса. Все они сильно ошибались. Пэнси ещё с университета видела в Драко младшего брата. Не только потому, что была старше его на два года, но и потому, что однажды увидела перед собой маленького потерявшегося мальчика и больше не смогла развидеть. Она до сих пор, пренебрегая субординацией и профессионализмом, могла шлепнуть его ладонью по руке или отчитать за глупости.              Они остались друзьями после окончания университета, не переставали видеться, естественно, в тайне. На таких встречах Пэнси обязательно высмеивала кепку, капюшон и черные очки Драко, которые он носил за пределами дворца, не обращая внимания на погоду.              Пэнси была из богатой семьи с приличным древом, уходящим далеко в средневековье. Семья эта была очень горда собой и высокомерна, что, если говорить честно, унаследовала и дочь. К несчастью, черты характера было единственным, что она унаследовала. Когда Пэнси было двадцать пять, до жути консервативные родители прознали про ориентацию дочери, которую та тщательно скрывала, и вышвырнули её из дома. Неожиданный визит в квартиру отца разделил её жизнь на «до» и «после». Она лишилась безоблачного завтрашнего дня. Привыкшая к роскоши и карточке отца, осталась на улице без денег и идей, что делать дальше. Драко не долго думал, он снял ей квартиру и предложил работу. Так и появился тандем, в стенах дворца известный под названием «мрачные близнецы Аддамс». Один вечно хмур, вторая вечно недовольна.              Паркинсон проводила Драко к Малой гостиной, напоминая ему расписание на вторую половину дня, которое он и так уже знал. Он не был безответственным и забывчивым. А вот Пэнси, она любила контролировать, кто-то бы даже сказал, чрезмерно.              Он вошел в гостиную один. Королева повернулась на шум и расплылась в дразнящей ухмылке.              — А вот и наш “loverboy”. Это на всех первых страницах, — королева отвела взгляд от окна и кивнула на газету, лежавшую на столе, и стряхнула пепел в пепельницу. — Даже онлайн есть, если ты предпочитаешь такой формат.              Ухмылка сменилась блеклой доброй улыбкой. Драко подошел к матери и, едва касаясь, поцеловал её щеку. Она же в ответ кротко сжала его предплечье и тут же убрала руку.              — Доброе утро, мама.              — Доброе утро. — Она повернулась к нему, сложив руки на груди, не отпуская сигарету. — Когда я говорила, что тебе стоит чаще появляться в медиапространстве, я не имела в виду, что тебе нужно оккупировать всевозможные первые страницы на неделю. Разверни. Посмотри. Хотя ты, наверно, уже видел.              Видел.              Но Драко все равно сел за стол, где уже дожидался завтрак, и взял газету в руки. Чуть ли не на треть страницы была напечатана бледная фотография их с Гермионой в галерее. Ему нравилась эта фотография. Гермиона выглядела великолепно, она улыбалась в камеру, карие глаза блестели. А он, что ж, он вышел не так удачно, как многие могли бы посчитать: Драко, повернутый профилем, смотрел на Гермиону и тянулся к ней, точно пытался зарыться носом в темные локоны.              Пресса съела новость и не подавилась.              — Сдаешь себя с потрохами, — затушив наконец сигарету о стекло, Нарцисса уселась рядом с сыном.              — Пэнси сказала, что это показывает меня с более человечной стороны и повышает мой рейтинг.              — Меня не было не так долго, — мать прищурила глаза, — когда мисс Паркинсон начала разбираться в человечности?              Драко закатил глаза на привычную колкость.              — Ты знаешь, что в её работе ей равных нет.              Королева только пожала плечами.              — Когда прибудет твоя нареченная?              — К десяти. Надеюсь, ты не будешь её так называть, мама? — напряженно проговорил Драко чуть ли не сквозь зубы. — Пожалуйста, обойдись без своего специфического чувства юмора. Мисс Грейнджер сейчас тяжело.              — Её спасли от долгов и отправили отца на лечение. Чего ей горевать, дорогой? Я бы на её месте…              — Но ты не на её месте. Никогда не была. Никогда не будешь, — серьезно, не сдерживая грубости, отрезал Драко.              Нарцисса хмыкнула, кивнула сама себе и решила остановиться на этом. Видимо, мисс Грейнджер темой была неприкасаемой и чуть ли не священной. Все было гораздо хуже, чем она когда-либо могла подумать.              — Ладно, мне жаль. Давай позавтракаем, — спокойно проговорила мать.              Драко не ответил, но кивнул в знак маленького перемирия.              — Ей понравился дом, который ей предоставили?              — Можешь спросить у мисс Грейнджер сама, когда она появится. Думаю, она тебе с удовольствием расскажет. — Драко попытался замаскировать свою неосведомленность.              — Так и поступлю.              Нарцисса больше не стала нервировать сына вопросами о его избраннице. Она переключилась на себя и рассказала несколько «увлекательных» историй из её «путешествия» во Францию. И только под конец завтрака вернулась к сыну и его безрадостному лицо.              — Ты бы хоть раз ради разнообразия попробовал не хмуриться. — Сказала она с улыбкой.              — С таким же успехом ты могла бы попробовать чай вместо кофе. Ты же королева Англии.              — Англии, — заметила Нарцисса. — Не Индии.              Драко сконфузился. Ему искренне было стыдно за предков и за себя. Как он краснел, когда учитель рассказывал ему о «подвигах» прошлых правителей. А вот королева выносила до сих пор сыпавшиеся на неё обвинения стойко. Драко не был уверен, что сможет так же.              Тут дверь открылась. В комнату вошла мисс Паркинсон, а за ней — мисс Грейнджер. Две светлые головы тотчас повернулись к источнику звука. Драко схватился за салфетку, вытер и так чистый рот и поднялся, с неприятным звуком отодвигая стул. Королева же действовала элегантнее. Её зелено-голубые глаза скользнули к девушке в длинном платье из голубого шелка, которую она прежде не видела, и осмотрела с ног до головы, оценивая. «Она несомненно красива, — подумала Нарцисса, — так если ещё и умна, немудрено, что сын зациклился». Однако ничего на лице женщины не выдавало ни интереса, ни неприязни, ни любой другой эмоции. Аккуратно приложив салфетку к лицу, скинув крошки, королева отложила ткань и поднялась. Медленно, непринужденно она направилась к будущей невестке, стуча каблуками с красными подошвами. Её почти белые волны прыгали на плечах.              — Ваше Величество, — несильно улыбнувшись, Гермиона сделала реверанс, стоило королеве подойти ближе. — Доброе утро.              — Не стоило, — по молчаливому настоянию принца, Нарцисса вела себя мило. Она взяла девушку за руку своими и подарила ей очаровательную отрепетированную за годы приемов и встреч улыбку. — Здравствуйте. Благодарю, что приняли приглашение и прибыли к нам.              Гермиона продолжала улыбаться, не зная, что сказать. Это было не то приглашение, от которого можно было отказаться.              — Ну пойдемте же, — Нарцисса положила руку на спину девушки и повела к столу. — Позавтракаете с нами.              — Благодарю, но я уже позавтракала.              — Тогда выпейте чаю. У нас есть жасминовый. Проходите.              Они уселись за стол: королева — во главе, Драко и Гермиона — напротив друг друга. Руки девушки тряслись, но она успешно скрывала их и держала голову приподнятой, следуя совету матери.              — Не нервничай, ты нисколько не хуже их, — прошептала ей Джейн перед выходом. — Ты у меня умница. Справилась с Оксфордом. Королева тебе по плечу.              Гермиона не смотрела на Драко. Она наблюдала за королевой, наливающей себе ещё чашку черного кофе, та вскоре потребовала в мягкой форме, чтобы Гермиона тоже что-нибудь выпила. И девушка налила себе чай, взялась за кружку и вновь замерла. Она понятия не имела, о чем говорить.              — Очень красивая гостиная, — попыталась Гермиона.              — Спасибо, — немного удивленным тоном произнесла Нарцисса. — Но мы здесь не ради хвальбы моих предков собрались… к счастью. Мы тут, чтобы обсудить вашу помолвку. — Она взглянула сначала на сына, а потом на его пассию. — Для начала я хотела бы спросить, не принуждает ли вас кто-то или что-то к этому браку? Вы добровольно собираетесь вступить в него?              Гермиона ахнула от неожиданности. Драко резко поднялся и отошел в сторону. Он не желал демонстрировать гнев при Гермионе, не желал её пугать и устраивать даже маленькую сценку. Она этого не заслуживала.              — Я… — Гермиона выдохнула и собралась. — Нет. Я делаю это на добровольной основе. Я счастлива буду выйти замуж за вашего сына.              Он знал, что это ложь. Но какая сладкая, вкусная ложь. Он вдохнул её носом, почувствовал на языке и проглотил.              — А врать не надо, — королева ухмыльнулась. — Он не подарок. И я знаю о вашей договоренности.              — Я не сомневалась, — твердо проговорила Гермиона. — Не думаю, что принц смог бы купить дом без вашего ведома.              Нарцисса склонила голову и задумчиво сложила губы трубочкой.              — Я хочу убедиться, что вы не нарушите обещание и не передумаете. Этому дому не нужен скандал. Репутация монархии и так в шатком положении. Многие сомневаются в её необходимости. Боюсь, тысячи фунтов, хоть и не из казны, потраченные впустую, не обрадуют граждан.              — Я дала слово, подписала договор. Лишнего миллиона фунтов у меня нет, — Гермиона с безразличным лицом пожала плечами и строже продолжила: — я пойду до конца, Ваше Величество. Я исполню обещанное. Можете не сомневаться. Я не дезертир.              — Видела ваше досье, ваши успехи. Я знаю, на что вы способны, мисс Грейнджер, — королева сцепила пальцы на коленках. — Но брак из нужды, брак без чувств…              — Браки строились и на меньшем. Мы с Драко — взрослые люди, сможем уважать друг друга и личные границы. Могу обещать вам, что вы не увидите ни эмоциональных разборок, ни буйных ссор, ни скандальных интервью и выяснений отношений на публике. Мы оба по натуре тихие и неконфликтные. Полагаю, он сможет это подтвердить.              — Вы не упомянули развод…              — Я не могу вам обещать этого. В конце концов в жизни может случиться что угодно.              Королева хмыкнула и замолчала, поворачиваясь к окну. Гермиона воспользовалась перерывом, перевела дыхание и все-таки глотнула чаю. Драко к тому времени тоже взял себя в руки, но возвращаться в правую часть комнаты не спешил. Он стоял у дальнего окна и с замиранием сердца следил за переговорами. Посчитал, что не будет вмешиваться. Гермиона прекрасно справлялась сама.              — Как ваш отец? — вдруг спросила мать.              — Спасибо вам. — Гермиона смягчилась. — Все хорошо.              — Химиотерапия уже началась, если не ошибаюсь? Как мистер Грейнджер себя чувствует?              — Да, началась. Ему трудно, но он справляется. Мама и медсестра тщательно следят за ним.              Королева кивнула.              — Вы много делаете для моего сына, — продолжила она. Установилось молчание. — И обещаю, вы не останетесь в проигрыше.              — Не стоит. — Твердо заявила Гермиона. — От этого брака я получаю больше привилегий, чем кому-либо когда-либо может понадобиться.              Королева проигнорировала замечание.              — Галереи! Вы — искусствоведица? Да, кажется так. — Женщина будто говорила сама собой. — Вы писали в мотивационном письме при поступлении, что хотите открыть свою галерею. — Драко вытянулся. Гермиона широко раскрыла глаза. Было ли что-то, что это властная женщина не могла достать? — Возможно, это получится устроить. Но позже. А после свадьбы вы получите все возможные патронажи, связанные с искусством, Гермиона. Я об этом позабочусь. Не думайте, что на вашей карьере поставлен крест. Это не так.              — Это будет незаслуженно, разве нет? Я получу место лишь потому, что удачно вышла замуж.              — А я получила корону лишь потому, что удачно родилась. — Нарцисса наконец-то перевела на неё свой острый, как клинок, взгляд. — Многие говорят, что я стала королевой незаслуженно. Это не мешает делать мне мою работу хорошо. Хотя есть люди, которые бы поспорили. Ну да ладно, я о себе все знаю.              Нарцисса улыбнулась.              — Не позволяйте другим диктовать, что вы можете и что нет, чего заслуживает и чего нет. Вы — профессионал, ведь так? — риторический вопрос. — Вам предоставляется возможность один на миллион, пользуйтесь.              Гермиона поняла, что королева не станет терпеть отказов.              — Благодарю за возможность.              — Не меня надо благодарить. Вас выбрал мой сын, — Нарцисса посмотрела на Драко. — И я начинаю понимать почему. Думаю, вы быстро освоитесь. — И тут она загадочно ухмыльнулась, повернувшись к озадаченной девушке, не верившей, что допросу (не такому и страшному) пришел конец. — Пора начать показывать вас публике. Вы же будете на церемонии выноса знамени?              Гермиона неосознанно повернулась к Драко, ища ответ. Никто не говорил про участии в таком важном мероприятии. Он смотрел на мать в таком же ошеломлении и думал о том, что Пэнси будет не рада услышать о смене планов.              — Не волнуйтесь. В карету вас пока никто не посадит. Вы будете наблюдать за парадом из здания Королевской конной гвардии.              Гермиона сглотнула ком в горле и согласилась. Опять же, от предложения королевы не отказываются. На этом деловая часть была закончена. И королева дала это понять, расслабившись и упав на спинку стула. Она заговорила на отвлеченные темы, попросила девушку рассказать об учебе и своем прошлом, поделиться впечатлениями о новом месте жительства. Гермиона же покоя не обрела, пока не покинула малую гостиную через час. Королева вежливо распрощалась, сетуя на свой загруженный график, однако комнату не покинула. Гермиона намек поняла и не стала задерживаться. Она сухо попрощалась с Драко, поблагодарила королеву и покинула комнату.              Драко посмотрел на мать, та пристально смотрела на него прищуренными глазами, будто хотела вынудить его раскрыть секрет или сдаться. Он не понимал. Она молчала. И в конце концов он сдался.               — Я выполнил твое условие. Я подождал пять лет. — Сказал он холодно. —Семь, если быть точным.              Нарцисса хмыкнула, услышав последнее предложение.              — А это уже говорит не в твою пользу, — тоном, точно нечто тяжело легло на её грудь, проговорила она.              — Ничего не прошло. — Драко закачал головой. Упрямо, как ребенок, он доказывал точку зрения, доказательство которой не требовал. — Она ни на один день не покидала мою голову, мама.              Нарцисса все ещё прожигала его взглядом и молчала, что действовало Драко на нервы. Он хотел сказать ей: «да скажи уже что-нибудь, запротестуй». Он знал, она хотела. Но королева изумила его.              — Хорошо, женись. — Она махнула рукой.              — Что? — оторопев, прошептал Драко. И все его напряженное тело мгновенно расслабилось.              — Нужно благословение? Вот оно. Даю. Она кажется умной и добродушной, людям такое нравится. — Драко не двигался. Мать скривилась. — Почему ты так удивлен? Ты правда думаешь, что я бы позволила купить для неё дом, если бы была против?              — Нет.              — Я не против, — женщина пожала плечами, — ты доказал свои чувства. Верю. Браво. И если это сделает тебя счастливым… — она тяжело выдохнула и пальцем подперла голову у виска. — Но что насчет её чувств? Готов ты жить с безразличием всю оставшуюся жизнь?