Цепочка нелепых совпадений — завершение

      — Девочки, как вы думаете, мы должны бросить это в лаву Роковой горы? — Эймин коснулась левой груди, где, в завёрнутое в носовой платок, покоилось кольцо Саурона. — Но там же жар в тысячу градусов. Мы же сгорим заживо. Меня удивляет, как Фродо с Сэмом смогли туда пробраться, — поднеся ложку с похлёбкой ко рту, тихо рассуждала хоббитянка. А сама слегка лукавила: Саурон искушал, предлагая раскрутить бизнес — не маленький магазин, а огромные плантации — и удачно выйти замуж.       — Не переживай, пойду я, — ответила Шакри. — Орки привычные к гари. Меня больше тревожит, где нам искать Оксану. — Нет, — Ольга Жнец говорила искренне, кольцо не трогало её сердце. Хотя и ей Тёмный господин приказывал забрать кольцо, не обещая ничего взамен.       Наши путницы сидели в одной из дорожных таверн. Вечернее время суток и плащи, которые они украли у лесных эльфов, скрывали их сущности. Да и хозяин оказался не из любопытных, главное, чтобы платили.       — Ищи в садах, ищи в лесах, ищи в горах, ищи в степях, где конь играет на ветру, ищи во сне и наяву, — произнесла сокращённые строки Аэрель. — Так написано лунными рунами.       — Конь? — повторила Шакри. — Неужели в Рохане? Но это такой крюк. И не факт, что там. Хотя, зная предпочтение Чашкиной, всё может быть. Лучше бы она была в Гондоре.       — Ага! Ты прям предпочитала оказаться орком, или я — хоббитом, — нахмурилась Савельева на слова Жнец.       — Сказать честно? — слегка улыбнулась Ольга, но вышел злостный оскал. — Я всегда симпатизировала оркам. Это они — техники и несут в мир прогресс. Наш мир ничего не напоминает? Может, людской облик — это и есть орочий. Только для нас это норма.       — Мы не такие… — обиделась Алла.       — Ой ли! — хмыкнула Жнец.       — Ну так что мы решили? Идём в Эдорас за Оксаной? А если её там нет? — вмешалась в разговор Лебедева.       — Нам без неё никак, надо искать, жаль, палантина нет, — ответила Наталья. Как только она это произнесла, дверь таверны скрипнула, и в помещение влетела темноволосая, словно валькирия, рохиримка.       — Хозяин, поесть и накормить коня, — она по-деловому подкинула монету. Хозяин ловко поймал и кивнул. Сама же прошла по залу и присела на свободное место. Шестеро за своим столом замерли: таких совпадений точно не бывает.       — Это кто, она? — пискнула Савельева. — Мы её нашли.       — На ловца и зверь бежит, — грубо отозвалась Ольга.       — Оксана, — громко крикнула Лебедева и махнула рукой. — Нехорошо опаздывать на вечеринку.       Чашкина скинула капюшон и с минуту сидела, не шевелясь, вглядываясь в лица девушек. Когда осознание вернулось, она широко улыбнулась: — Вы!       Рыжова выдохнула: — Не забыла!       Оксана быстро подошла к их столику: — Этого не может быть! И вы здесь! — ещё раз улыбнулась. — Как же это произошло? И опять мы все в таверне.       — Да! Но это не Гарцующий пони, — заметила Шакри.       — Господи, Оля, что с тобой сделали, — тёмные брови рохиримки слегка приподнялись. Потом она взглянула на Рыжову и на Савельеву: — Девочки…       — Мы идём туда, откуда хотим вернуться домой. Ты с нами? — продолжила Жнец.       — Я искала Гэндальфа, но он как неуловимый мститель, — ответила Эодред.       — Это да! Его трудно поймать, — вмешалась Исильвен. — Он Фигаро там, Фигаро тут.       — Как я рада всех вас видеть! Конечно же, я с вами. Мне ж домой надо. Теоден и без меня справится, — махнула она рукой.       — А что с ним? — рыча, спросила Шакри.       — Он под влиянием Сарумана, — ответила рохиримка. — Страшно смотреть, как он превращается в нечто. Ещё этот Грима…как змея глаз не сводит с Эовин. Хотела убить его, но потом подумала, что нарушу канон. Хотя какой там канон. Мы уже нарушили.       — А я предлагала грохнуть этого предателя Сарумана и не было бы войны за Рохан, — добавила Лебедева.       — Да и Халдир не погибнет, — продолжила Аэрель.       — Мы ничего не станем менять, нам бы самим выбраться. Пусть Толкин с этим разбирается, — рыкнула Жнец.       Утром они приобрели пару пони и лошадей. Дорога к Мордору не была дорогой, а лишь чередой извилистых троп. Камни под ногами становились всё темнее, воздух — суше, и даже ветер обходил эти места стороной. Кольцо не жгло грудь, оно тянуло вперёд, к огню, к хозяину, и всё шептало о райском саде.       — Вам не кажется, что за нами наблюдают?! — насторожилась Исильвен, помешивая палкой уголь в костре. Очередной привал был для принятия решения, куда двигаться дальше. Оказалось, что никто из них не знал, как попасть в Чёрную страну, и даже Ольга Жнец. Ведь она появилась в Изенгарде и всё это время, провела подле Сарумана.       — Моя прелесть, — прошептал голос, и существо скользнуло в тени. Худое, сгорбленное, с глазами, в которых жила одна-единственная жажда.       — Это Голлум, — спокойно ответила Шакри. — Он давно идёт по нашему следу. Ему нужно кольцо.       Савельева напряглась: — Я не хочу быть объектом нападения.       Существо не успело отреагировать, как его окружили. Голлум, дрожа, заскулил и прижался к земле: — Проклятые эльфийцы.       — Где ты видишь эльфов? — возмутилась Тисса.       — Девочки, нам же его сам Эру послал, — рыкнула Шакри и опустила пернач.       — Зачем он нам? — не поняла Эймин.       — Он проведёт нас через топи, — ответила орчиха. — Или я разделаю его на запчасти, как ноут, — и угрожающе нависла над существом.       — Мы покажем… да… покажем… моя прелесть, — зашептал он, опуская глаза.       Топи встретили их холодным светом. Вода стояла неподвижно, как зеркало, в котором не хотелось видеть отражения. Под поверхностью угадывались бледные искажённые лица.       — Не смотрите, — прорычала Шакри. — Не слушайте их…       Но шёпот всё равно находил каждую. Они шли след в след за Голлумом по узким, почти невидимым островкам твёрдой земли. Иногда казалось, что шаг в сторону — и всё закончится.       — Жуткое место, — только Савельева это произнесла, как оступилась. Рука почти коснулась воды. Но Рыжова, которая шла за ней, резко и грубо схватила её за шкирку и не позволила подруге упасть.       — Мне это напоминает фильм «А зори здесь тихие», — продолжила Берёзкина. — Не хотелось бы остаться тут навечно. Когда-то это место являлось полем боя, где лежали тысячи неупокоенных тел эльфов, людей и орков. Потом болото поглотило эти земли.       Когда топи остались позади, впереди поднялись чёрные склоны и небо, в котором жил мрак.       Голлум остановился: — Дальше, моя прелесть… дальше сами… — пробормотал он, не поднимая глаз. — Голлум не хочет в руки тёмного владыки.       — Да, тебе ещё рановато к нему, — ответила Жнец. — Но это дело времени. Уходи, твой час ещё не пришёл.       Чёрные склоны сомкнулись вокруг них, и образовалась тропа, будто кто-то их вёл. Камень под ногами стал гладким, отполированным. Их шаги отозвались глухим эхом. Они вошли внутрь, сами не заметив, где закончился внешний мир.       — Девочки, вас ничто не настораживает? — тихо произнесла Мария.       — Что именно? — не поняла Наташа.       — Вулкан не извергается, — пояснила та. — Где лава?       — В недрах, — ответ нашёл каждую, и их накрыло видение.       Кузня. Жар проникал глубже, под кожу, прямо в мысли. Стены дышали огнём, и в этом огне двигались тени прошлого. Перед наковальней стояло рыжеволосое божество. Его движения были медленны, почти величественны. В руках металл пел. Молот опускался, и каждый удар звучал как приговор. Они смотрели и не могли отвести глаз. Саурон наслаждался творением.       — Ты будешь силой… — его голос разливался как расплавленный металл. — Ты будешь волей… Через тебя они придут ко мне… все. Тебя будут хотеть все. Но ты подчиняешься только мне!       Золото вспыхнуло в огне, подтверждая слова. Форма замкнулась. И в тот миг каждая из них услышала тёплое, ласковое, правильно выбранное обещание. Каждая увидела своё будущее, если примет его предложение. Эймин сдалась первая и сделала шаг к нему. Протягивая кольцо. Но сильная рука Урук-хая грубо одёрнула её.       — Стой на месте, Савельева! Это морок! Он не выполнит никаких обещаний. Он обещал королям бессмертие и безграничную власть, но они все плохо кончили, — отозвалась Жнец.       — Я ошибся в тебе, воин тьмы, — послышался металлический голос, от которого все вздрогнули.       — Возвращай нас, иначе… — Она не успела договорить.       — И что вы сделаете, никчёмные создания? Вы даже не существуете. Но вы можете вписать свои имена и всё изменить. Вы не понимаете… — голос стал ближе. — Это не бремя. Это дар.       — Нет, спасибо! — ответила за всех Ольга Жнец. — Я знаю, что надо делать. Ты закрыл расщелину. Но дело в этот раз не в ней, а в нас. Зря ты связался с женщинами из другого мира и показал место, где ты его создал, — она посмотрела на хоббитянку. — Алла, положи кольцо в центр стола.       Савельева вытащила кольцо и развернула платок. И тут лицо её исказилось, как у Бильбо в фильме, и она протяжно зашипела: — Моя прелесть!       Жнец свела брови и прикрикнула: — Я сказала: живо его на стол.       Хоббитянку затеряло и она послушно опустила золотой обруч на каменный стол и сделала шаг назад.       — А теперь давайте возьмёмся за руки и замкнём этот чёртов круг, — спокойно продолжила Ольга. — Это я вас пригласила в то кафе. Я и верну! Повторяйте за мной:       Кольцо, что было рождено в горе,       Пускай вернётся на круги своя.       И пусть окажется в норе,       И всё свершиться, как решит судьба…       Вернётся в мир свой цифра семь.       И всё забудем, словно сон.       Но верность, дружба — наш удел,       Ведь не нарушили канон.       — Вы не понимаете, что делаете, — тёмная тень хозяина кузни начала увеличиваться, поглощая всё и вся. Расщелила открылась, и лава хлынула к их ногам, но они продолжали повторять слова за Олей и крепче сжимали руки. Всё вокруг закрутилось вихрем, миг — и всё исчезло.

***

      Запах кофе витал в помещении. Где-то звякнула ложка о край чашки. Кто-то тихо рассмеялся за соседним столиком. За окном проехала машина, оставив за собой блик света. Они сидели за столом в кафе и смотрели друг на друга. К их столику подошёл рыжеволосый бармен и слегка улыбнулся.       — Могу ли я предложить вам коктейль «Око Саурона», — он пристально взглянул на каждую. — За счёт заведения, — добавил.       — Что? — первая отозвалась Ольга. — Для начала принесите нам кофе. Никто не против? — она посмотрела на застывших подруг. Как только бармен кивнул и удалился, Жнец продолжила: — Мне кажется, или мы были в Средиземье?       — Когда он подошёл, мне тоже пришло это в голову. Я была хоббитом и несла кольцо в Мордор, — Савельева передёрнула плечами. — Может, поищем другое место? Я больше такого не хочу.       — А мне мысль пришла написать историю про Эодред, — призналась Чашкина. — Она всё-таки пойдёт с братством в Мордор и влюбится в Боромира.       — Так он же погибнет, — добавила знаток канона Жнец.       — А я сделаю так, что не погибнет и будут жить долго и счастливо, — улыбнулась Оксана. — Он напоминает мне моего мужа.       — А я Эребор не забуду! — печально добавила Рыжова. — Мне понравилось, и Гимли такой милашка.       — Значит, не зря мы там побывали, — согласилась Берёзкина.       — Слушай, Маш, а расскажи мне поподробнее, что там было в Лихолесье, — улыбнулась Ольга. — У меня есть одна задумка, и она совпадает с твоим прибываем в гостях у Трандуила.       — Лучше об этом не вспоминать, — ответила та.       — Следующая наша встреча пройдёт в Дырявом котле, — закончила Лебедева…