Глава 1: Новичок

Утро было серым, но не холодным. Осень только вступала в свои права, и воздух пах прелыми листьями и почему-то какао — наверное, у кого-то из малышей в термосе было что-то тёплое и сладкое. Школа супергероев встречала учеников привычным гулом. Кто-то догонял кого-то на крыльце, кто-то делился завтраком, кто-то просто стоял и смотрел в небо. Рэй сидел на нижней ступеньке, болтая лапами. Мила стояла рядом, перебирая резинки для волос. — Рэй, розовую или голубую? — Голубую. Розовую ты носила вчера. Мила надулась, но голубую взяла. Тиг и Лео подошли вместе. Лео жевал яблоко, Тиг листал планшет. — Слышали новость? — спросил Лео. — Какую? — Мила насторожилась. — У нас новенький. Рэй поднял голову. Глаза загорелись. — Новенький? Откуда? — Леон сказал, сегодня представят. В этот момент на крыльцо вышел сам Леон. Зелёные штаны, ремень с инструментами, гаечный ключ на поясе. Шерсть взлохмачена — будто только что вставал. — Доброе утро, мелкие! Построились? А ну быстро в холл, линейка! — Леон! — Рэй вскочил первым. — Правда, что у нас новенький? Леон посмотрел на него сверху вниз, усы дёрнулись. — Кто сказал? — Все говорят. — Все врут. Но в этот раз нет. Есть новенький. — Кто он? Леон почесал за ухом. — Сказали — человек. Мила перестала дышать. Тиг поднял голову. Лео перестал жевать. Даже Чит, который носился по двору, замер. — Человек? Настоящий? — переспросил Рэй. — Настоящий. Не игрушечный. — Но у нас никогда не было людей. — Всё бывает в первый раз. А теперь бегом в холл! Грейс уже там, и если мы опоздаем, она устроит мне лекцию. Дети сорвались с места. Рэй бежал быстрее всех. В холле стояла Грейс. Спокойная, подтянутая, в идеально отглаженной одежде. Взгляд пронизывал насквозь. — Линейка, — сказала она негромко. — Без шума. Равняемся. Дети затихли. — Сегодня в нашей школе пополнение. Шёпот прокатился по рядам. — Тихо! — рявкнул Леон. — Новый ученик будет учиться с вами. Он человек. Ему непросто. Никакой дискриминации, никаких обидных прозвищ. Он такой же, как вы. — А как его зовут? — спросил Рэй. Грейс и Леон переглянулись. — Он сказал, чтобы мы называли его Дерзкий. Тишина стала плотной. — Дерзкий? — Мила округлила глаза. — Это имя? — Кличка, — ответил Леон. — Он так представился. Не спрашивали почему. Рэй улыбнулся. Человек. Дерзкий. Новенький. День обещал быть интересным. Дверь открылась с противным скрипом. Дерзкий вошёл в класс, как заходит в приёмную к зубному — с лицом, на котором написано «я здесь не по своей воле, и вы все мне не нравитесь». Рыжие волосы растрёпаны, форма не заправлена, взгляд исподлобья. Ростом он возвышался даже над учителями — сто восемьдесят шесть сантиметров в девятом классе это вам не шутки. Он окинул класс быстрым взглядом и замер. Потому что в классе не было ни одного человека. Ни одного. Только пушистые морды, хвосты, уши, лапы. Кто-то в костюмах, кто-то в школьной форме с прорезями для хвостов. Кто-то с усами, кто-то с когтями на партах. Дерзкий выдохнул. — Мда, — протянул он громко, ни к кому не обращаясь. — Ещё и с малолетками учиться. Я в девятом классе, а тут какой-то детский сад. Лео сидел за второй партой и нахмурился. Рядом с ним Тиг напрягся. Мила спряталась за Рэя, но выглядывала из-за его плеча одним глазом. — А че? — продолжил Дерзкий, опираясь рукой о косяк. — К старшакам нельзя? Там хоть люди есть? Бао поднял голову. Спокойный, серьёзный, с умными глазами, которые видели больше, чем он показывал. — Это школа супергероев, — сказал Бао ровно. — Здесь все — супергерои. Или те, кто ими станет. Дерзкий уставился на него. Пауза. — Чего? — переспросил он, как будто ослышался. — Чего блять? Бао не моргнул. — Ты понял. Дерзкий оглядел класс ещё раз. Уши. Хвосты. Когти. У некоторых даже шерсть торчала из-под воротников. — Ну... пиздец, — выдохнул он. Спокойно. Почти уважительно. — Ладно. Хотя... Я всё равно свалю после девятого класса. — Ты уже в девятом, — заметил Тиг тихо. — Вот именно, — Дерзкий кивнул. — Один год потерплю. А потом — колледж. Или работа. Или армия. Куда угодно, лишь бы не тут. — Но... — подал голос Леон, который до этого стоял у доски и наблюдал за сценой с явным интересом. Леопард скрестил лапы на груди, гаечный ключ болтался на поясе. — Что «но»? — Дерзкий повернулся к нему. Леон шагнул вперёд. Серьёзный. Без улыбки. — Ты должен стать супергероем. Тишина. Дерзкий смотрел на него сверху вниз. Не потому что хотел показать превосходство — просто рост такой. — Я ничего не должен, — сказал он. — Пойду в колледж. Выучусь на какую-нибудь профессию. Сантехником. Электриком. Водилой. Всё что угодно. — Это невозможно, — сказал Леон. — Возможно, — Дерзкий улыбнулся. Не зло. Не дружелюбно. Так улыбаются люди, которые уже всё для себя решили и не собираются обсуждать. — Возможно, Леон. Возможно. Леон открыл рот, чтобы возразить, но Грейс положила лапу ему на плечо. — Достаточно, — сказала она тихо, но твёрдо. — Пусть садится. Урок начинается. Дерзкий посмотрел на неё. Спокойная кошка в идеальном костюме. Никакой агрессии. Никакого давления. Просто факт: «Ты здесь, садись». Он пожал плечами, сплюнул бычок в принесённую с собой пустую банку (откуда он его взял — загадка), и пошёл к последней парте. По пути чуть не задел хвостом какую-то кошку. Та дёрнулась и прижала уши. Дерзкий сел, вытянул длинные ноги под парту, закинул руки за голову. — Ну давай, — сказал он Грейс. — Рассказывай про ваши там суперспособности. Только быстро. Рэй обернулся и посмотрел на него. Глаза у львёнка горели. Дерзкий перехватил взгляд и прищурился. — Чего уставился? — Ничего, — Рэй улыбнулся. — Просто ты интересный. — Я не игрушка, — буркнул Дерзкий и отвернулся к окну. Но краем глаза всё же посмотрел на Рэя ещё раз. Маленький. Пушистый. Львёнок. Смотрит как на чудо. Дерзкий вздохнул. Один год. Он продержится один год. А потом свалит куда подальше. Грейс начала урок. Буся сидела за первой партой, старательно выводя что-то в тетради. Язык высунут от усердия, ушки прижаты, лапка сжимает ручку так, будто от этого зависит судьба мира. Рядом с ней Алиса что-то вязала под партой — учительница Грейс ещё не заметила, но это вопрос времени. Дерзкий сидел на последней парте, развалившись так, что его длинные ноги упирались в стул впереди стоящего одноклассника. Он смотрел на доску. Потом на Бусинную тетрадь. Потом снова на доску. — А чего я вообще это учу? — спросил он громко. Буся вздрогнула и обернулась. Дерзкий ткнул пальцем в её тетрадь, где крупными детскими цифрами было написано: «2 + 2 = 4» и чуть ниже — задачка про яблоки. — Это что? — его голос звучал так, будто ему только что сообщили, что земля плоская. — Матеша за второй класс? Вы угараете? — Это основы, — тихо сказала Буся, сжимая тетрадь к груди, будто защищая её от оскорблений. — Какие, нахуй, основы? — Дерзкий повернулся к Грейс, которая стояла у доски с мелом в лапе. — У меня алгебра и геометрия должны быть за девятый класс. Квадратные уравнения. Теорема Пифагора. Синусы, косинусы. А вы мне тут яблоки считаете? Грейс положила мел. Спокойно. Без раздражения. — В этой школе сначала тренируют базовые навыки, — сказала она. — Включая математику. Уровень подбирается индивидуально. — Индивидуально? — Дерзкий встал. Выпрямился во весь свой сто восемьдесят шесть сантиметров. — Мой индивидуальный уровень — девятый класс. Где задачи? — Ты только сегодня пришёл, — напомнил Леон из угла класса, где он что-то чинил отвёрткой. — Тесты ещё не проводили. — Проведите, — Дерзкий сел обратно, но не расслабленно, а с вызовом. — Я щас любой тест решу. Дайте мне что-нибудь нормальное, а не эти... — он кивнул в сторону Бусиной тетради, — сопли. Буся покраснела. Вернее, её шерсть стала розоватой. Она отвернулась и что-то торопливо написала в тетради, уже не таким аккуратным почерком. Рэй смотрел на Дерзкого с восхищением и лёгким испугом одновременно. Мила шепнула ему на ухо: «Он всегда такой?» Рэй не ответил. Потому что не знал. Грейс вздохнула. Открыла ящик стола, достала лист с заданиями и молча положила на парту перед Дерзким. — Решай, — сказала она. — Первые пять примеров. Дерзкий взял ручку, глянул на лист. Улыбнулся. И начал писать. На перемене коридоры школы супергероев наполнились привычным гомоном. Кто-то носился, кто-то делился бутербродами, кто-то просто стоял у стенки и листал телефон. Дети-звери сновали туда-сюда — пушистые, хвостатые, ушастые. Когти цокали по полу, в воздухе пахло шоколадом и потом после физры. Дерзкий шёл по коридору один. Не потому что его избегали. Просто никто ещё не решился подойти. Рост, рыжие волосы, взгляд исподлобья и полное отсутствие хвоста делали его чужим. Очень чужим. Он нашёл свой шкафчик по номеру, который дала Грейс утром. Металлический, синий, с царапинами. Рядом висели шкафчики помельче — с наклейками, сердечками, именами владельцев. Дерзкий крутанул замок. Раз. Два. Три. Щелчок. Дверца открылась. Внутри было пусто. Только пыль на дне и старая жвачка, прилипшая к стенке. — Обалдеть, — буркнул он себе под нос. — Комфорт и уют. Он скинул рюкзак на пол, открыл его, начал перекладывать тетрадки в шкафчик. Действие почти медитативное — вытащить, положить, вытащить, положить. Хоть какое-то привычное дело среди всего этого безумия. — Привет. Дерзкий обернулся. Перед ним стоял Рэй. Львёнок. Маленький, пушистый, с большими глазами и копной ещё не до конца отросшей гривы. Смотрел снизу вверх — потому что даже стоя на цыпочках, он едва доставал Дерзкому до пояса. — Чего надо? — спросил Дерзкий, не прекращая раскладывать тетради. — Просто поздороваться, — Рэй улыбнулся. Улыбка была открытой. Без подвоха. — Ты новенький. Я Рэй. — Я знаю, кто ты, — Дерзкий захлопнул шкафчик. — Тот львёнок, который на меня пялился на уроке. Рэй смутился. Но не отвёл взгляд. — Просто интересно. У нас никогда не было людей. Ты первый. — Повезло вам. — Почему? Дерзкий посмотрел на него сверху вниз. Рэй не дрогнул. Не отступил. Стоял и ждал ответа. — Потому что от людей одни проблемы, — сказал Дерзкий. — Запомни это, маленький. И держись подальше. Он взял рюкзак, закинул на плечо и пошёл прочь по коридору. Рэй остался стоять у шкафчика. Мила подбежала к нему через несколько секунд, запыхавшаяся. — Ну что? Он тебя не съел? — Нет, — Рэй смотрел вслед удаляющейся рыжей спине. — Но он странный. — В смысле? — В том смысле, что говорит одно, а глаза — другое. Рэй улыбнулся и пошёл в сторону столовой. Мила засеменила следом, не понимая, что только что произошло. Сирена завыла неожиданно. Пронзительно, громко, так, что стёкла в окнах задрожали. Дети замерли. Кто-то выронил бутерброд. Кто-то прижал уши. Кто-то уже через секунду понял, что это значит — и побежал. Грейс выскочила в коридор с планшетом в лапе. Лицо у неё было белое — ну, насколько может быть белым лицо у кошки. Глаза расширены, усы дрожат. — Всем в раздевалку! — крикнула она. — Быстро! Надеваем костюмы! Опасность в городе, уровень три! Дети сорвались с места. Никакой паники — только топот множества лап, лязг открывающихся шкафчиков, команды старших младшим. Бао уже тащил Рэя за лапу к раздевалке. Мила бежала рядом, прижимая к груди свою форму. Лео и Тиг действовали слаженно, как бойцы — один открывал дверь, второй пропускал малышей. И только Дерзкий стоял посреди коридора, не двигаясь. Рыжий. Высокий. С рюкзаком в одной руке и наполовину открытым шкафчиком за спиной. — Чего встал? — крикнул кто-то из старшеклассников, пробегая мимо. Дерзкий не ответил. К нему подскочил Леон. Леопард был уже в полной экипировке — защитный жилет, наручи, на поясе гаечный ключ и что-то ещё, похожее на оружие. — Дерзкий, бегом в раздевалку! Твой костюм в третьем отсеке, я сам положил! — Чего? — переспросил Дерзкий, глядя на Леона так, будто тот предложил ему прыгнуть в пропасть. — Костюм! Супергеройский костюм! У нас тревога! — Че, ебанутые? — голос Дерзкого был спокойным. Очень спокойным. Тот самый тон, который бывает перед тем, как кто-то получает по лицу. — Вы их в могилу отправить хотите? — Что? — Леон не понял. — Детей! — Дерзкий махнул рукой в сторону раздевалки, откуда уже выбегали первые бойцы в ярких костюмах. — Пацанов, которые ещё молоко на губах не обсохло! Рэя этого! Милу! Они ж дети, ебать! А вы их в костюмы наряжаете и посылаете на опасность? — Это их работа, — начал Леон. — Игра! — перебил Дерзкий. — Это игра ваша супергеройская! А в играх дети дохнут! Леон открыл рот, но Дерзкий уже развернулся. — Я придурками полными вас не считаю, — сказал он уже в спину убегающему леопарду. — Но играть в ваши супергеройские игры я не собираюсь. Он взял рюкзак, закинул на плечо и медленно, демонстративно спокойно пошёл к выходу из школы. Рэй, уже одетый в свой маленький костюм, выглянул из-за угла. — Дерзкий! — крикнул он. — Ты куда?! Дерзкий не обернулся. — Домой, — бросил он через плечо. — Вы тут сами разбирайтесь. И вышел на улицу. Грейс смотрела ему вслед из окна второго этажа. В её глазах была не злость. Только усталость и что-то очень похожее на понимание.