Часть 2

В пустом Готическом зале шаги Веры отдавались тревожным эхом. Марат стоял у окна, его силуэт казался неестественно прямым, почти застывшим. — Марат, нам нужно пересмотреть итоги, — Вера сделала шаг вперед, сжимая в руках папку. — То, что творит Семён с Ангелиной… это не магия, это подавление. Мы не можем поощрять такое в финале. Башаров медленно обернулся. Его глаза, обычно искрящиеся иронией, теперь напоминали два мутных омута. В них не было узнавания — только холодная, зеркальная пустота. — «Мы», Вера? — его голос прозвучал тише обычного, но в нем прорезались стальные низы, которые ей никогда не доводилось слышать. — Ты снова пытаешься играть в справедливость там, где правят другие законы. — О чем ты говоришь? Ты сам на него не похож! — Вера инстинктивно отступила, когда Марат начал приближаться. — Он ломает людей, и ты первый, кто должен был это заметить. Марат остановился вплотную. От него веяло холодом и чем-то горьким, похожим на запах полыни. Он наклонился к её уху, и его шепот заставил Веру оцепенеть: — Он не ломает, Вера. Он открывает истину. Твой голос сегодня был лишним. И теперь... — он сделал паузу, и на его губах появилась чужая, зловещая усмешка, — теперь ты сама станешь частью его ритуала. — Марат, приди в себя! Это же я! — Марата здесь больше нет, — отрезал он, и его рука железной хваткой сомкнулась на её запястье. — Есть только воля Хозяина. И ты пойдешь со мной.