Часть 14

Глава 14. Тени прошлого, часть вторая После нападения наёмников и неожиданного союза с Верой на заводе воцарилась напряжённая, но продуктивная атмосфера. Люди работали с удвоенной энергией, словно осознавая, что каждый час промедления может стоить жизни. Вакцина производилась, упаковывалась, отправлялась в самые отдалённые уголки страны. Казалось, что мир медленно, но верно выбирается из трясины страха и недоверия. Но Вольт знал, что затишье всегда предшествует буре. Он чувствовал это каждой клеткой своего тела — тем особым чутьём, которое развилось у него за годы выживания. Что-то надвигалось. Что-то большее, чем группа вооружённых фанатиков или очередная вспышка вируса. — Ты опять не спишь, — сказала Люси, садясь на край его кровати. Было три часа ночи, и Вольт сидел у окна, глядя на тёмный силуэт завода. — Не могу, — признался он. — В голове шум. — О чём ты думаешь? — О Кае, — ответил он. — О том, что он сказал про наёмников. Что их наняли бизнес-конкуренты. Какие ещё конкуренты могут быть у вакцины, которую мы распространяем бесплатно? — Те, кто продаёт свои лекарства, — сказала Люси. — Те, для кого пандемия — это бизнес. — Значит, у нас есть враги не только среди напуганных людей, но и среди тех, кто наживается на страхе. — Всегда были, — Люси вздохнула. — Просто раньше они прятались за красивыми вывесками и корпоративными отчётами. А теперь вышли на свет. — И что нам делать? — То же, что и всегда, — она подошла и обняла его со спины. — Бороться. Защищать. Спасать. А когда всё закончится — мы подумаем о том, как наказать тех, кто пытался помешать. Вольт накрыл её руки своими. — Ты права, — сказал он. — Как всегда. — Я знаю, — усмехнулась она. — Поэтому ты меня и любишь. Он повернулся и поцеловал её. В темноте комнаты, под монотонный гул заводских механизмов, этот поцелуй был как якорь — напоминание о том, за что они борются. Не за абстрактное «спасение человечества». А за возможность целовать любимого человека посреди ночи, чувствовать его тепло, знать, что он рядом. На следующее утро Сэмми разбудил всех раньше обычного. Он выглядел взволнованным, но не испуганным — скорее, сосредоточенным. — Я получил сообщение от одного из старых знакомых, — сказал он, когда все собрались в импровизированной штабной комнате. — Он работает в Центре по контролю заболеваний. У них есть информация о том, откуда мог взяться вирус на самом деле. — Мы уже знаем, — сказала Ипас. — Ритуал. Древняя магия. — Это одна из версий, — кивнул Сэмми. — Но есть и другая. Более… научная. Он развернул на столе карту и несколько распечаток. — Мой знакомый, доктор Рейнольдс, утверждает, что вирус был создан в лаборатории. Не случайно, не в результате древнего ритуала, а намеренно. Как биологическое оружие. — Это невозможно, — сказала Ипас. — Я видела вирус под микроскопом. У него нет искусственных маркеров. Он выглядит как природный патоген. — Выглядит, — согласился Сэмми. — Но доктор Рейнольдс нашёл кое-что. В геноме вируса есть фрагмент, который не встречается в природе. Искусственно синтезированная последовательность. Её использовали как триггер. — Триггер для чего? — спросил Вольт. — Для активации, — ответил Сэмми. — Вирус был создан в спящем состоянии. Его разбудили за несколько месяцев до первой вспышки. Кто-то ввёл активатор в систему водоснабжения в нескольких крупных городах. В комнате повисла тишина. — Ты хочешь сказать, что апокалипсис был спланирован? — голос Люси звучал глухо, как будто она не верила собственным словам. — Не весь, — сказал Сэмми. — Но первая волна — да. Кто-то хотел уничтожить мир. Или, может быть, не уничтожить, а… изменить. Создать новый порядок. — Кай говорил о древнем ритуале, — сказала Ипас. — О том, что вирус существовал всегда. Может быть, эти две версии не противоречат друг другу? — Ты хочешь сказать, что древний вирус был взят за основу и модифицирован? — спросил Вольт. — Да, — кивнула Ипас. — Кай сказал, что вирус питается памятью. Искусственная последовательность может быть именно тем, что заставляет его активироваться в определённых условиях. Кто-то нашёл древний патоген, изучил его и сделал более… эффективным. — Но зачем? — спросила Люси. — Кому выгоден конец света? — Тем, кто хотел построить новый, — ответил Вольт. — На руинах старого. Они замолчали. Эта мысль была слишком чудовищной, чтобы осознать её сразу. Весь ужас, который они пережили, все смерти, все потери — всё это могло быть чьим-то планом. Чьей-то игрой. — Нам нужно найти доказательства, — сказал Сэмми. — И того, кто это сделал. — И наказать, — добавила Люси. — И остановить, — поправил Вольт. — Наказание — потом. Сначала — остановить. Кай слушал их разговор, стоя в углу, как обычно. Его красные глаза горели ровным, спокойным огнём, но внутри него бушевала буря. Он знал этот вирус. Он нёс его в себе тысячу лет. Но то, что кто-то использовал его как оружие — это было за пределами его понимания. — Я должен кое-что сказать, — произнёс он, и все повернулись к нему. — Говори, — сказал Вольт. — Я знаю, кто создал этот вирус, — сказал Кай. — Не в древности. А сейчас. Я знаю, кто модифицировал его и выпустил в мир. — Откуда? — спросила Ипас. — Потому что я чувствую его, — ответил Кай. — Вирус во мне связан с оригиналом. Я могу ощущать, когда кто-то использует его. И я могу ощущать тех, кто с ним связан. — И кто это? — спросил Сэмми. — Его зовут Морган, — сказал Кай. — Он был учёным. Работал в секретной лаборатории, которая занималась изучением древних патогенов. Он нашёл останки человека, который умер от вируса тысячу лет назад. Извлёк образцы. Культивировал. Модифицировал. — И выпустил? — голос Люси был ледяным. — Не сразу, — покачал головой Кай. — Он хотел создать вакцину. И продать её. Но что-то пошло не так. Вирус мутировал быстрее, чем он ожидал. Вышел из-под контроля. Началась эпидемия. — И он не остановил её? — спросила Ипас. — Он пытался, — сказал Кай. — Но было поздно. А потом… потом он понял, что на этом можно заработать. Он создал несколько фармацевтических компаний, которые продавали лекарства от симптомов. Не вакцину — лекарства, которые облегчали страдания, но не лечили. Он заработал миллиарды на смерти. — И теперь он хочет уничтожить нашу вакцину, — догадался Вольт. — Потому что она бесплатна. Потому что она рушит его бизнес. — Да, — кивнул Кай. — Он нанял наёмников. И он продолжит нанимать. Пока мы не остановим его. — Где он? — спросил Вольт. — Я не знаю, — ответил Кай. — Но я могу найти его. Мне нужно время. — Сколько? — Неделя. Может быть, две. Я должен путешествовать… по-своему. — По-своему? — переспросила Люси. — Я могу перемещаться быстрее, чем вы, — сказал Кай. — Но это требует концентрации. Я буду уязвим. — Ты не должен идти один, — сказал Сэмми. — Я всегда один, — ответил Кай. — Это моя природа. — Больше нет, — сказала Ипас. — Ты часть нашей команды. Мы не отпускаем своих. Кай посмотрел на неё. В его красных глазах мелькнуло что-то, похожее на удивление. — Вы пойдёте со мной? — спросил он. — Мы пойдём за тобой, — поправил Вольт. — Потому что это наша общая война. Сборы были быстрыми. Вольт, Люси, Сэмми и Ипас собрали рюкзаки с самым необходимым — оружие, аптечку, несколько дней еды, вода. Капитан Роуз выделила им бронированный внедорожник и радиостанцию для связи. — Возвращайтесь, — сказала она, пожимая руку Вольту. — Все. — Обязательно, — ответил он. Вера подошла к ним перед отъездом. — Я присмотрю за заводом, — сказала она. — И за людьми. Никто не тронет ваше дело. — Спасибо, — сказала Ипас. — Не благодарите. Это мой долг. Они выехали на рассвете. Кай сидел на заднем сиденье, закрыв глаза, и, казалось, спал — хотя они знали, что он не спит. Он направлял их, подсказывая повороты, хотя навигатор показывал пустоту. — Он ведёт нас в никуда, — заметила Люси через несколько часов пути. — Он ведёт нас к Моргану, — сказал Вольт. — Доверься ему. — Я доверяю, — ответила Люси. — Просто странно ехать туда, где нет дорог. Они остановились на ночлег в заброшенной деревне. Дома стояли пустыми, с выбитыми окнами и провалившимися крышами. Ни зомби, ни людей — только ветер и тишина. — Здесь кто-то был недавно, — сказал Сэмми, осматривая следы на земле. — Следы шин. Несколько машин. — Морган? — спросила Ипас. — Или его люди, — ответил Вольт. — Будьте наготове. Они расположились в самом крепком доме — бывшей школе, с толстыми стенами и узкими окнами. Кай остался снаружи, сказав, что будет патрулировать территорию. — Он странный, — сказала Люси, когда они остались втроём (Ипас вышла на крыльцо подышать). — Иногда мне кажется, что он хочет нам помочь. Иногда — что он просто использует нас. — Может быть, и то, и другое, — ответил Вольт. — Но пока его цели совпадают с нашими, мы союзники. — А после? — После увидим. Ипас стояла на крыльце, глядя на звёзды. Они были такими же, как в детстве, когда она смотрела на них с Аланой. Та же бесконечность, то же величие. Но теперь она знала, что под этими звёздами прячутся монстры. Не только зомби — люди. Хуже зомби. — Ты грустишь? — спросил Кай, появляясь из темноты. — Нет, — ответила Ипас. — Я думаю. — О чём? — О том, почему мы боремся. Зачем нам это всё? Мир, который мы пытаемся спасти, породил Моргана. Люди, которых мы защищаем, готовы убить нас из-за страха. Может быть, не стоит? — Ты не веришь в то, что говоришь, — сказал Кай. — Иначе ты не была бы здесь. — Откуда ты знаешь? — Потому что я видел тысячи людей, которые сдавались. Они не задавали вопросов. Они просто уходили в тень и исчезали. А ты задаёшь вопросы. Значит, ты ещё борешься. Ипас посмотрела на него. — А ты? Ты борешься? — Я уже тысячу лет не знаю, за что борюсь, — ответил Кай. — Но сейчас, кажется, начинаю понимать. — И за что? — За возможность снова стать человеком, — сказал он. — Даже если это невозможно. Он ушёл в темноту, оставив Ипас одну со звёздами. На третий день пути они наткнулись на лагерь беженцев. Люди жили в палатках и самодельных укрытиях, сбившись в кучу, как испуганные животные. Детей было много — они бегали между палатками, играли в свои, недетские игры, не понимая, что мир вокруг них рушится. — Мы должны помочь, — сказала Люси, глядя на исхудавшие лица. — У нас нет запасов, — ответил Вольт. — Только то, что нужно нам. — Мы можем оставить часть еды, — предложил Сэмми. — И воду. И аптечку. Здесь много больных. Вольт колебался. Каждый кусок хлеба, каждая таблетка могли понадобиться им в пути. Но он посмотрел в глаза ребёнку, который стоял у края лагеря и смотрел на них голодными, немигающими глазами. — Оставьте, — сказал он. — Но не всё. Мы должны добраться до цели. Они раздали еду и воду, Сэмми осмотрел больных, Ипас сделала несколько инъекций антибиотиков тем, у кого были признаки инфекции. Люди смотрели на них с надеждой и недоверием — они уже привыкли, что помощь приходит редко и часто оказывается ловушкой. — Кто вы? — спросила старуха, сидевшая у входа в самую большую палатку. — Мы — те, кто делает вакцину, — ответил Вольт. — Мы пытаемся остановить вирус. — Вирус уже не главное, — сказала старуха. — Главное — люди. Они хуже любого вируса. — Знаю, — сказал Вольт. — Но мы всё равно пытаемся. Они заночевали в лагере. Кай ушёл в лес — его красные глаза пугали беженцев, и он не хотел создавать панику. Вольт и Люси дежурили по очереди, Сэмми и Ипас спали в машине. — Как ты думаешь, они выживут? — спросила Люси, когда они сидели у костра. — Некоторые — да, — ответил Вольт. — Другие — нет. Это жестоко, но это правда. — Я ненавижу эту правду. — Я тоже. Но мы не можем спасти всех. — Можем, — сказала Люси. — Если победим вирус. Если сделаем вакцину доступной для всех. Если остановим Моргана. — Ты оптимистка, — сказал Вольт. — Я реалистка, — возразила она. — Я просто верю, что у нас получится. Он обнял её, и они сидели так, глядя на тлеющие угли. На четвёртый день Кай сказал, что они близко. — Морган в бункере, — объяснил он. — Под землёй. Старый военный объект. Охрана, система безопасности, запасы на годы. — Как мы попадём внутрь? — спросил Вольт. — Я могу пройти через стены, — сказал Кай. — Вы — нет. Но есть запасной вход. Вентиляционная шахта. Она ведёт прямо в лабораторию. — Ты хочешь, чтобы мы лезли в вентиляцию? — усмехнулась Люси. — Как в шпионских фильмах? — Примерно, — кивнул Кай. — Только там не будет приятной музыки и удобных люков. Они оставили машину в лесу и пошли пешком. Бункер находился в холме, замаскированный под обычную скалу. Кай указал на едва заметную решётку у основания. — Здесь, — сказал он. — Я пойду первым, проверю, что там. Если чисто — подам сигнал. — Какой сигнал? — спросил Сэмми. — Вы поймёте, — ответил Кай и исчез внутри. Они ждали. Пять минут. Десять. Пятнадцать. — Может, что-то случилось? — прошептала Ипас. — Не может, — ответил Вольт. — Кай бессмертен. — Бессмертен — не значит неуязвим. Его могут поймать. Запереть. В этот момент из шахты донёсся тихий, мелодичный звук — будто кто-то играл на флейте. — Сигнал, — сказал Вольт. — Идём. Они по очереди забрались в вентиляцию. Было тесно, темно и пыльно. Люси чихала, Ипас проклинала всё на свете, Сэмми молчал, сосредоточенно перебирая руками. Вольт замыкал шествие, готовый в любой момент вытащить их назад. Шахта вывела их в лабораторию. Она была огромной — стерильно белой, с рядами компьютеров, пробирок, микроскопов. В центре стоял стеклянный контейнер, в котором плавала сероватая масса — культура вируса. — Это он, — прошептала Ипас. — Оригинал. — Где Морган? — спросил Вольт. — Здесь, — раздался голос сзади. Они обернулись. В дверях стоял мужчина лет пятидесяти, в белом халате, с аккуратной бородкой и холодными, расчётливыми глазами. В руке он держал пульт. — Я ждал вас, — сказал Морган. — Кай сказал, что вы придёте. Мы с ним старые… знакомые. — Ты создал этот вирус, — сказала Люси. — Ты убил миллионы. — Я создал возможность, — поправил Морган. — Миллионы умерли из-за того, что система не справилась. Я лишь показал её слабые места. — Ты чудовище, — сказал Сэмми. — Я учёный, — ответил Морган. — Чудовища — это те, кто использует науку во вред. Я же использую её во благо. Создавая проблемы, я создаю спрос на решения. Мои компании спасли больше жизней, чем вы можете себе представить. — Продавая лекарства от болезни, которую вы же и создали? — Ипас сжала кулаки. — Спрос рождает предложение, — философски заметил Морган. — Это экономика, дорогая моя. — Где Кай? — спросил Вольт. — Ваш красноглазый друг? Он в безопасности. Я запер его в специальной камере. Энергетическое поле, которое блокирует его способности. Он не может пройти сквозь стены. Не может исчезнуть. Он просто… сидит и ждёт. — Ты не сможешь удержать его вечно, — сказала Люси. — Мне и не нужно вечно, — улыбнулся Морган. — Мне нужно только время, чтобы закончить эксперимент. — Какой эксперимент? — спросил Сэмми. — Завершающая фаза, — Морган нажал кнопку на пульте. Стеклянный контейнер засветился, и серая масса внутри начала пульсировать. — Вирус, который вы знаете, — лишь первая стадия. Вторая — это полное переформатирование человеческой памяти. Люди забудут всё. Свои имена, свою историю, свои страхи. Они станут чистыми листами. И я напишу на них то, что нужно. — Ты хочешь промыть людям мозги? — голос Вольта был ледяным. — Я хочу дать им новый мир, — сказал Морган. — Без войн, без ненависти, без страха. Мир, в котором я буду тем, кто решает, что правильно, а что нет. — Ты сумасшедший, — сказала Ипас. — Я гений, — поправил Морган. — Сумасшедшие не доводят свои планы до конца. А я — доведу. Он нажал ещё одну кнопку, и из стен лаборатории выдвинулись роботизированные турели. — А теперь, — сказал Морган, — я предлагаю вам сдаться. Живые вы мне нужнее, чем мёртвые. — Сдаться? — переспросила Люси, и в её голосе зазвенел металл. — Ты серьёзно? — У тебя нет выбора, — сказал Морган. — Турели нацелены на вас. Одно моё движение — и вы превратитесь в решето. — Турели, — усмехнулся Вольт. — А ты не боишься, что они могут выстрелить в тебя? — У них есть распознавание "свой-чужой", — ответил Морган. — Я в безопасности. — Уверен? Голос раздался из-за спины Моргана. Он обернулся — и увидел Кая. Его красные глаза горели ярче обычного, а вокруг него пульсировала тёмная энергия. — Как ты… — начал Морган. — Твоё поле не работает на том, кто уже мёртв, — сказал Кай. — А я мёртв уже тысячу лет. Он щёлкнул пальцами, и турели вздрогнули, их огни погасли. Морган нажал на пульт — бесполезно. Система была взломана. — Это невозможно, — прошептал он. — Возможно, — сказал Кай. — Потому что я — это вирус. А вирус — это я. Ты использовал мою кровь для создания своего оружия. Но ты забыл, что кровь помнит своего хозяина. Он подошёл к Моргану и вырвал пульт из его рук. — Ты проиграл, — сказал он. Морган попятился, но путь к выходу перекрыли Вольт и Люси. — Не так быстро, — сказал Вольт. — Ты ответишь за свои преступления. — Перед кем? — усмехнулся Морган. — Перед судом? Который я же и контролирую? Перед людьми? Которые боятся собственной тени? — Перед нами, — сказал Сэмми. — Перед теми, кто выжил. Перед теми, кто потерял близких. Перед теми, кто не сдался. — И что вы сделаете? Убьёте меня? — Морган рассмеялся. — Тогда вы ничем не будете отличаться от меня. — Мы не убьём тебя, — сказала Ипас. — Мы отдадим тебя людям. Пусть они решают. — Людям? — Морган скривился. — Толпа не умеет судить. Толпа умеет только линчевать. — Значит, ты получишь то, что заслужил, — сказал Вольт. Они связали Моргана и вывели из бункера. Кай остался в лаборатории, чтобы уничтожить образцы вируса и все записи. — Ты справишься? — спросила Люси, глядя на него. — Справлюсь, — ответил он. — Ждите меня снаружи. Они вышли. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в кроваво-красный цвет. Морган сидел на земле, связанный, и смотрел на них с ненавистью. — Вы пожалеете, — сказал он. — Мир не готов к правде. Он не готов к свободе. Он хочет, чтобы им управляли. — Мир хочет жить, — сказал Сэмми. — И мы дадим ему эту возможность. Часть 8 Через час Кай вышел из бункера. Его лицо было бледнее обычного, глаза потускнели. — Всё уничтожено, — сказал он. — Вирус, записи, оборудование. Осталось только то, что в вас и во мне. — В нас? — переспросила Ипас. — Вы привиты, — сказал Кай. — Вирус в вашей крови — модифицированный, ослабленный. Он не опасен. Но он есть. — А в тебе? — Во мне — оригинал. Я не могу уничтожить его, не уничтожив себя. — Значит, ты будешь носителем вечно? — спросила Люси. — Похоже на то, — кивнул Кай. — Но теперь я знаю, что могу контролировать его. Благодаря вам. Они погрузили Моргана в машину и двинулись в обратный путь. Дорога была долгой, но теперь они знали, что главная угроза устранена. Осталось только доставить пленника правосудию и продолжать вакцинацию. — Как думаешь, что с ним будет? — спросила Ипас, глядя на Моргана, который сидел с закрытыми глазами, делая вид, что спит. — Не знаю, — ответил Сэмми. — Но я надеюсь, что справедливость восторжествует. — Справедливости не существует, — сказал Кай. — Есть только люди и их выбор. — Тогда мы сделаем правильный выбор, — сказал Вольт. Они ехали всю ночь, а на рассвете въехали на территорию завода. Капитан Роуз встретила их с радостью и облегчением. — Вы сделали это, — сказала она, глядя на Моргана. — Вы поймали его. — Мы сделали только часть работы, — сказал Вольт. — Теперь ваша очередь — суд. — Суд будет, — пообещала капитан. — Честный. Публичный. Чтобы все видели. В ту ночь они вчетвером сидели на крыше завода и смотрели на звёзды. — Знаешь, — сказала Люси, — я думала, что после всего этого почувствую облегчение. Но я чувствую только усталость. — Это нормально, — сказал Сэмми. — Мы сделали большое дело. Теперь нужно время, чтобы прийти в себя. — А если вирус вернётся? — спросила Ипас. — Не вернётся, — сказал Вольт. — Мы уничтожили источник. Остальное — дело времени. — Ты так уверен? — Я уверен в нас, — ответил он. — Мы справлялись и не с таким. Они замолчали. Тишина была тёплой, уютной, как одеяло, в которое закутываешься холодной зимой. — Сэмми, — позвала Ипас. — Мм? — Ты помнишь, что я рассказывала про Алану? — Конечно. — Я думаю, она гордилась бы мной. — Я уверен, — сказал он. — И Дэнни гордился бы мной. — Они гордятся, — раздался голос Кая из темноты. Он стоял на краю крыши, глядя на звёзды. — Я чувствую это. — Ты чувствуешь мёртвых? — спросила Люси. — Я чувствую память о них, — ответил Кай. — А память — это то, что делает нас людьми. Они сидели до рассвета, пока небо не начало светлеть на востоке. Новый день вступал в свои права, и с ним приходила новая надежда. На следующий день суд над Морганом транслировали по всем каналам связи. Капитан Роуз организовала трибунал из представителей разных городов и организаций, чтобы никто не мог обвинить их в необъективности. Морган сидел в клетке, как дикий зверь, и смотрел на судей с презрением. — Вы не имеете права судить меня, — сказал он. — Я — творец. Вы — лишь пешки. — Ты — убийца, — ответил главный судья, пожилая женщина с жёстким лицом. — И ты ответишь за свои преступления. Свидетельства были ужасающими. Сотни людей рассказывали о том, как потеряли близких из-за вируса. Врачи показывали документы, доказывающие, что Морган создал патоген. Кай выступил как свидетель — его красные глаза и нечеловеческая сущность только усилили впечатление. — Я нёс этот вирус в себе тысячу лет, — сказал он. — Я видел, как он уничтожает людей. И я видел человека, который использовал его как оружие. Нет оправдания тому, что он сделал. Приговор был единогласным — пожизненное заключение без права на помилование. — Это слишком мягко, — сказала Люси, когда они вышли из зала. — Это справедливо, — ответил Вольт. — Смерть была бы для него избавлением. А так — он будет жить и помнить. — Ты становишься философом, — усмехнулась она. — Я становлюсь старым, — ответил он. — Тебе всего двадцать три, — рассмеялась Люси. — А чувствую я себя на все сто. Они пошли на завод, где их ждала работа. Вакцина продолжала производиться, люди продолжали прививаться, мир медленно, но верно восстанавливался. Кай стоял на крыше и смотрел на заходящее солнце. В его красных глазах отражался свет, и в этом отражении было что-то новое — то, чего не было тысячу лет. Покой. Он не знал, сколько он ещё сможет оставаться с ними. Его проклятие не было снято. Вирус всё ещё жил в его крови. Но теперь он знал, что есть люди, которые принимают его таким, какой он есть. И этого было достаточно. Внизу, у входа на завод, Сэмми обнимал Ипас. Вольт и Люси держались за руки, глядя на закат. Четверо выживших. Четверо, которые прошли через ад и нашли друг друга. Четверо, которые спасли мир. Минифорс. --- Конец четырнадцатой главы.💞