Глава 1 Принятие

Знаете, что самое тупое в смерти? Она редко бывает пафосной. Ты не спасаешь щеночка из-под колес грузовика, не закрываешь грудью амбразуру и не уходишь в закат под крутой саундтрек. И грузовик-сан тебя не сбивает, отправляя в гаремник с эльфийками. В моем случае это был кусок гребаного засохшего батона. Я сидел на кухне, смотрел какой-то дегродский стрим, закинул в рот сухарь, поржал с шутки и... вдохнул. Крошка попала не в то горло. Спазм. Я помню этот животный, мерзкий ужас, когда легкие горят, а воздух не идет. Помню, как вскочил, опрокинув табуретку. Помню попытку ударить себя кулаком в грудь. Помню, как поскользнулся на долбаном линолеуме и виском впечатался ровнехонько в острый угол столешницы. Хруст. Темнота. А потом включили свет. Сначала я подумал, что это реанимация. Но пахло не спиртом и хлоркой, а свежей выпечкой и какой-то пыльной мостовой. Я открыл глаза и зажмурился от яркого, режущего солнца. Вокруг бесновалась толпа ряженых придурков. Средневековые шмотки, мечи, смех, над головами висят зеленые полоски. Я уставился на свои руки. Сжал кулаки. Потрогал лицо. Боли в виске не было. Горло не саднило. Я был жив. Точнее, я так думал ровно до того момента, пока перед глазами с тихим «пим!» не вылезло полупрозрачное окно. Welcome to Sword Art Online Уровень 1. HP 250/250 Я провел рукой сверху вниз, как показывали в том самом аниме. Открылось меню. Я зашел в профиль игрока. Кнопки «Выход» не было. А в графе «Имя» красовалось: [ ]. Ни букв, ни цифр. Просто пустые квадратные скобки. Пустота. Глитч. Ошибка базы данных. Отличное имя для покойника. Сказать, что я охренел — ничего не сказать. Мозг отказывался переваривать этот бред. Исекай? Серьезно? Я около часа просто бродил по Стартовому Городу, как контуженный. Щипал себя. Пытался вызвать боль. Все ощущалось реальным. Слишком реальным. На автопилоте я забрел в какую-то лавку NPC. У меня было немного стартовых монет. Я не купил меч. Мой бьющийся в истерике разум потребовал проверить физический движок игры на звуки. Я купил всратую, дешевую, криво склеенную из полигонов балалайку. Почему ее? Да потому что это было самое абсурдное дерьмо в этом «эпическом фэнтези». А потом ударил колокол. Мир мигнул, желудок сделал сальто, и меня телепортировало на центральную площадь. Небо покрылось кроваво-красными шестиугольниками с надписью [WARNING]. Из швов между текстурами начала сочиться красная жижа, формируя в небе гигантскую фигуру в балахоне. Акихико Каяба. Местный клоун-переросток с комплексом бога. Он начал вещать. С чувством, с расстановкой. Рассказывал, что это теперь наша реальность. Толпа начала тревожно гудеть. А я стоял и слушал. — ...любая попытка снять шлем NerveGear в реальном мире приведет к тому, что микроволны сожгут ваш мозг... смерть в игре означает смерть в реальности. Вокруг началась паника. Кто-то орал, девчонки рыдали. А у меня внутри вдруг стало очень, очень тихо. Абсолютный, звенящий вакуум. Шлем... NerveGear... Сожжет мозг.. Какая интересная деталь... У меня не было шлема. Я не лежал в уютной больничной палате. Мой труп прямо сейчас валялся на кухне в луже собственной крови, с куском батона в глотке. Я был мертв. Биологически. Мертв как кусок дерьма. Математика сложилась в голове за долю секунды. Если я сдохну от кабана — меня сотрут. Если эти дебилы вокруг пройдут игру, и Каяба выполнит обещание... он отключит сервер. Все эти плачущие школьники очнутся в своих кроватях. А я? А я — временный файл. Кэш. Когда сервер САО остановят, меня просто форматнут вместе с этими домиками и кабанчиками. У меня не было шанса выжить. Игра пройдена? Я труп. Игра не пройдена, и сервер отключат? Я труп. Психика не просто сломалась. Она с оглушительным треском рухнула в бездну. Из моего горла вырвался смешок. Потом еще один. Чувак рядом со мной — покосился на меня с ужасом. А меня уже несло. Смех поднимался из желудка, царапал горло и вырывался наружу истерическим гоготом. Я согнулся пополам. — Богом? — выдавил я сквозь слезы, перебивая монолог Каябы. — Богом из розетки?! Сука, какой же это цирк! Я резко выпрямился. Рука сама дернула из-за спины балалайку. — ЭЙ, АДМИН! — заорал я, запрокидывая голову к кровавому небу. Мой голос сорвался на визг. Толпа шарахнулась от меня, образуя пустой круг. — ТЫ ДУМАЕШЬ, ТЫ НАПИСАЛ ТРАГЕДИЮ?! ЭТО ДЕШЕВЫЙ КОМЕДИЙНЫЙ СИТКОМ, И МЫ ВСЕ В НЕМ ЕБАНЫЕ КЛОУНЫ! Я ударил по струнам со всей дури. БДЗЫНЬ-ХРЯСЬ! Звук был такой, словно кота провернули через мясорубку. Каяба запнулся. Его скрипт не предусматривал, что какой-то жмур начнет устраивать сольный концерт посреди экзистенциального ужаса. — Музыкальная пауза от ходячего мертвеца! — я начал петь. Точнее, орать, фальшивя так, что лопались виртуальные барабанные перепонки. — А ВСЕ ИДЕТ ПО ПЛААААНУ! ПО ТАКОМУ ХУЕВОМУ ПЛААААНУ! — ревел я, брызгая слюной. — СИДИТ НАШ АДМИН НА СОТОМ ЭТАЖЕ! А ЕГО ЗАРЕЖЕТ ШКОЛЬНИК В ЧЕРНОМ ПЛАЩЕ-Е-Е! ОЙ, КАКАЯ ЖАЛОСТЬ! ОЙ, КАКОЙ ПЛОХОЙ ГЕЙМДИЗААААЙН! Толпа молчала. Они смотрели на меня с кристально чистым первобытным ужасом. Я видел лицо чернявого пацана — Кирито. Он выглядел так, будто сожрал лимон. Мужик попытался сделать шаг ко мне, но Кирито схватил его за плечо. Правильно. Не трогай сумасшедших. Я порвал первую струну. Она отлетела мне в щеку, оставив красную полосу. Плевать. — МЫ ВСЕ ЗДОХНЕМ, А Я ЗДОХНУ ДВАЖДЫ! — орал я свои спойлеры. — СЕРВЕР ЛЯЖЕТ, СВЕТ ПОГАСНЕТ, ВЫ ПОЙДЕТЕ ЖИТЬ В РЕАЛЕ! А Я?! А Я ОСТАНУСЬ ЗДЕСЬ, В КОРЗИНЕ ДЛЯ МУСОРА! ПОТОМУ ЧТО МОЙ ТРУП УЖЕ ВОНЯЕТ НА КУХНЕ! Я перестал бить по струнам и просто начал ржать. Громко, задыхаясь. Упал на колени. У них была цель — пройти игру. А моя цель теперь — превратить этот пафосный мирок в такой кромешный, сюрреалистичный пиздец, чтобы Каяба сам захотел выдернуть шнур. — ЧЕГО ЗАТКНУЛСЯ?! — прохрипел я красному гиганту. — ЗАБАНЬ МЕНЯ, ЕСЛИ СМОЖЕШЬ, СУТУЛАЯ ТЫ СОБАКА!

***

Знаете, что сделал Каяба? Ни-хре-на. Фигура в небе помолчала секунд пять, словно алгоритм пытался классифицировать меня: баг, тролль или человек с острым психозом. Видимо, система решила, что я не угрожаю целостности кода. Кровавые небеса дрогнули и растворились в воздухе. А потом площадь взорвалась. Люди орали, плакали. Я сидел посреди этого броуновского движения отчаяния и тихонько хихикал, поглаживая треснувшую деку своей балалайки. Вокруг меня образовалась зона отчуждения. Никто не хотел связываться с психом, который орет про трупы на кухне. Краем глаза я заметил, как Кирито тянет за собой того мужика в переулок. "Бегите, мышата," — подумал я. — "Качайтесь. Становитесь героями. А я посижу тут. Подожду, пока у вас не поедет крыша". Я с трудом поднялся на ноги. Отряхнул штаны от цифровой пыли, закинул свой двухструнный инструмент судьбы за спину и побрел вглубь Стартового Города. Мой личный таймер до полного удаления начал свой отсчет. У меня не было будущего. Осталось только настоящее, которое я собирался испортить всем остальным.

***

Утром я вышел за пределы Стартового Города. Я не собирался качаться. Какой смысл качать то, что будет стерто? Я хотел проверить предел этой симуляции. Если я — локальный глюк с сознанием трупа, мне нужно было знать, насколько этот мир может сделать мне больно. На Стартовом Поле бродили они. Бешеные Кабаны. Мобы первого уровня. Синие пиксельные свиньи. Я не стал доставать стартовый меч. Я снял со спины балалайку и взял ее за гриф. — Свинина пиксельная! — рявкнул я. — Иди сюда! Дед пришел за беконом! Кабан хрюкнул, его глаза загорелись красным. Система сгенерировала траекторию атаки. Кабан рванул ко мне. Я даже не пытался увернуться. Раскинул руки в стороны. УДАР! Клыки вонзились мне в живот. Меня откинуло на пару метров. Сверху мигнула полоска: HP: 210/250. Боли не было в прямом смысле — не было крови или кишок на траве. Был только тупой, парализующий шок. Словно меня со всей дури ударили бревном в солнечное сплетение. — И это все? — прошептал я, поднимаясь. — Я в реале батоном подавился больнее. Кабан снова рыл землю копытом. Внутри меня закипела абсолютно черная, нерациональная ярость. Ярость на систему, на смерть, на эту тупую свинью. — МОЯ ОЧЕРЕДЬ, МУДАК! — заорал я. Кабан бросился. Я шагнул ему навстречу и со всего размаху опустил балалайку ему на башку. ХРЯСЬ! Дерево разлетелось в щепки с громким звуком. Инструмент взорвался облаком полигонов, оставив у меня в руке только обломок грифа. Кабан визгнул, над ним вылетела желтая искра урона, но он был жив. Я отбросил гриф. Прыгнул на кабана сверху, придавив его к земле своим весом. Мне не нужен был меч. Я начал бить его кулаками. Я лупил по его синей пиксельной морде, сдирая виртуальную кожу на костяшках. — Сдохни! — удар... — Форматнись! — удар.. — Выкинь ошибку! — удар. Кабан дергался, бил меня копытами по ногам и животу. Мое HP падало. 180... 150... 100... Красные пиксели урона разлетались во все стороны. Я рычал, давя ему на горло предплечьем, пытаясь заставить его почувствовать то же, что чувствовал я, когда задыхался. Наконец, с пронзительным визгом кабан разлетелся на тысячу синих стекляшек. Мое HP застыло на отметке 45/250. Желтая зона. Ближе к красной. Я сидел на траве, тяжело дыша. Посмотрел на свои кулаки. Они фантомно ныли. — Даже свинья, — я истерически усмехнулся. — Даже гребаная свинья не может меня убить нормально... Я просто лег в траву там же, где убил кабана, и смотрел на цифровые облака. 45 HP. Одна тычка моба — и сервер сотрет мое кэшированное сознание. Меня это даже забавляло. Сзади послышались легкие шаги. — Эй. Ты там живой вообще? У тебя хитпоинты в желтой зоне. И почему над тобой нет имени? Там просто пустые скобки. Я скосил глаза. Надо мной стояла девчонка в плаще с капюшоном. На щеках — нарисованные усы. Кажется местная торгашка инфой, бета-тестер? Значит, система реально не отображает мое имя, выдавая пустой массив [ ]. Прекрасно... Я медленно перекатился на бок, подпер голову рукой и улыбнулся ей. Улыбка, наверное, выглядела так, будто я планирую освежевать ее на алтаре. — Живой? — протянул я, смакуя слово. — Какое философское понятие. Смотря по какой базе данных сверять, Крыса. Она нахмурилась и сделала полшага назад. Рука легла на рукоять кинжала. — Ты тот псих со вчерашней площади, — констатировала она. — Тот, что орал песни про труп на кухне. — Я предпочитаю термин "Локализованный Глитч", — я сел по-турецки. — Зачем я это делаю? Потому что мне нет смысла делать что-то ещё. Вы NPC в персональной преисподней, вы, ребята, суетитесь. Думаете, как пройти все сто этажей и вернуться домой. Я подался вперед, заглядывая ей в глаза. Мой голос упал до жуткого, шипящего шепота. — А у меня нет дома. У меня там прописка закончилась навсегда. Биология дала сбой. Я тут застрял до первого ребута серверов. Но раз ты торгуешь инфой, я сделаю тебе эксклюзивный подгон. Записывай. Она попыталась скрыть дрожь, но профессиональное любопытство взяло верх. — Откуда пустой ник, как у ошибки системы, может знать инфу? — напряженно спросила она. — Я спал с разработчиком, — хохотнул я. — Шучу а может и не шучу какая разница... Я просто читал сценарий этого дерьмового спектакля. Слушай сюда. Скоро один синеволосый рыцарь... назовем его Дебил. Или Даунель. Да, пусть будет Дебил, хотя по паспорту он Диабель. Так вот, этот Дебил поведет рейд на босса первого этажа, Лорда Кобольдов Илфанга. У Илфанга на последней полоске ХП не талвар, как было в бете, а огромный нодати. Её глаза расширились. Откуда игрок 1-го уровня мог знать про изменение патча? — Дебил попрется за ласт-хитом ради редкого лута и сдохнет как лох, потому что нодати бьет по другой траектории, — продолжал я, загибая окровавленные пальцы. — А Кирюша... ну этот, чернявый бета-тестер с синдромом восьмиклассника и двумя мечами в трусах... Хотя это будет не сейчас но не суть, он убьет босса, но включит режим эмо-дединсайда и назовет себя «битером». Передай им это. — Ты... ты врешь, — прошептала она, но ее рука с кинжалом дрожала. — А еще там будет девка с рапирой. Ася. Или Асуна, мне насрать. Передай ей, чтобы научилась готовить рагу из кролика, а то Кирюша с голодухи начнет жрать свои ножны. Я поднялся на ноги. 45 хитпоинтов. Я шатался, но мне было плевать. — Передай всем этим "проходчикам". Я обещаю вам всем, — я растянул губы в маниакальной улыбке, — что я испорчу вам каждую драматичную сцену. Я буду руинить вам рейды. Я буду жрать попкорн на ваших похоронах. Я превращу ваш великий героический эпос в такой всратый фарс, что Каяба будет плакать кровавыми слезами! Я развернулся и пошел в сторону леса, где спавнились волки. — Эй! — крикнула мне в спину Арго. — Как тебя называть, если имени нет?! — Называй меня Null Pointer Exception — бросил я через плечо. — Или просто Баг. Если мое существование — это шутка вселенной, то я, сука, буду смеяться последним.

***

Ночь в Айнкраде — это время, когда у школьников сдают нервы. Они жмутся по тавернам, молятся богам, которых здесь нет, или просто ревут в подушку. А я шел не в город. Я медленно, прихрамывая на ушибленную кабаном ногу, брел в сторону Лабиринта. Туда, где в подземелье огромной башни сидел Лорд Кобольдов Илфанг. Зачем? О, поверьте, не для того, чтобы геройствовать. У меня хоть и не было инстинкта самосохранения. Зато у меня было кое-что поважнее. Я вспомнил, кем я был до того, как кусок хлеба отправил меня на серверный погост. Я был программистом. Обычным, задолбанным дедлайнами кодером, который жрал энергетики литрами и фиксил баги индусов на аутсорсе. А что такое Sword Art Online? Каяба может сколько угодно заливать про «новую реальность». Хрень собачья. Это кусок софта. Громадный, переусложненный, написанный в лютых кранчах кусок кода. Японские RPG? Да я вас умоляю. Я знаю, как их делают. Под капотом этого вашего «эпического фэнтези» прячутся тысячи костылей, утечки памяти, кривые хитбоксы и застрявшие в текстурах полигоны. Ни одна система такого масштаба не бывает идеальной. Ни одна. По дороге я подобрал с земли какой-то рваный, вонючий плащ практически нулевой прочности и ржавый, обломанный кинжал. Какой-то игрок выкинул это дерьмо из инвентаря за ненадобностью. Идеальный лут для ходячей ошибки 404. Я накинул эти лохмотья на свое дряхлое стартовое тельце. Я шел по темному подлеску, напевая себе под нос какую-то кривую мелодию: — Раз-два-три-четыре-пять, вышел баг пойти гулять... Вскроем мы исходный код, пусть Каяба слезы льет... Шорох листвы за спиной я услышал в последний момент. Я даже не успел обернуться. Тупой, парализующий удар в спину между лопаток. Холодный металл виртуально пробил мою пиксельную плоть насквозь. Острие меча вышло у меня из груди. Меня толкнули, и я упал на колени, кашляя фантомной кровью. — Прости... прости меня! — раздался сзади всхлипывающий, безумный голос. Какой-то игрок. У него окончательно поехала крыша от страха, и он решил убить кого-нибудь, просто чтобы почувствовать контроль. Чтобы доказать, что это все по-настоящему. Сверху замигала моя полоска HP. 45... 20... 5... 0. Красная зона исчезла. Полоска стала черной. Абсолютный ноль. Я закрыл глаза. Ну вот и все. Кэш очищен. Корзина пуста. Прощай, паршивая жизнь. Прощай, засохший батон. Секунда. Две. Три. Я открыл глаза. Темнота не наступила. Я все еще стоял на коленях. Из моей груди все еще торчал окровавленный кончик чужого меча. А надо мной все так же светилась надпись [ ]. Система не удалила меня. Я замер. Мой программистский мозг начал лихорадочно сопоставлять переменные. Я проверял список игроков на Монументе Жизни в Стартовом Городе — пустых скобок там не было. Я листал бета-гайд по мобам — меня не было в бестиарии. Меня не существовало в массивах данных этой игры. Я не числился ни живым игроком, ни мобом. А значит... скрипт onDeath(Player_ID) не мог меня обработать. Сборщик мусора просто пропускал мою строчку кода, потому что не видел ID! Игрок сзади заскулил от животного ужаса. Он дернул меч на себя, вытаскивая его из моей спины. — П-почему ты не разбиваешься? — пролепетал он, пятясь назад. — Ты читер?! Почему ты не дохнешь?! Я медленно поднялся на ноги. Дыра в груди светилась красными полигонами, но боли не было. Только ярость. Черная, пульсирующая, термоядерная ярость. Я не могу умереть. Я, блять, бессмертный кусок мусора, который застрял здесь навечно! Я хотел, чтобы сервер стер меня и закончил эти мучения, но этот криворукий мудак Каяба даже удаление нормально не прописал! Меня это бесило так, что перед глазами потемнело. — Баю-баюшки-баю... — пропел я утробным, ломающимся голосом. Я медленно повернул голову к этому трясущемуся отморозку. — Я убью тебя в раю... — Отойди! — завизжал он, размахивая мечом. Я сделал рывок. Он ударил меня мечом по шее. Еще один ноль урона. Лезвие просто прошло сквозь текстуры, выбросив сноп красных искр. Я прыгнул на него, как бешеная собака. Мой ржавый, выброшенный кем-то кинжал вонзился ему прямо в шею. — ПОТОМУ ЧТО Я УЖЕ МЕРТВЫЙ, УБЛЮДОК! — проорал я ему в лицо, проворачивая ржавое лезвие. Его полоска ХП рухнула в ноль. Он захрипел, его глаза закатились. И с громким звуком бьющегося стекла его аватар разлетелся на тысячу синих осколков. Настоящий человек только что умер в реале от микроволновки в шлеме, а его цифровой прах осел на моем рваном плаще. Я остался один в темном лесу. Мое ХП было равно нулю. Но я стоял на ногах. Я дышал. Я бессмертный баг. Я призрак в машине. Я посмотрел на башню Лабиринта, которая возвышалась над деревьями. У Каябы есть система? Плевать. Кардинал не готов к игроку, который мыслит эксплойтами и которого нельзя убить. Тишина леса разорвалась. Смешок. Потом еще один. Дребезжащий, сухой звук. Я запрокинул голову, глядя на нависающие над первым этажом пиксельные небеса. И меня прорвало. Смех хлынул из меня, как рвота. Громкий, надрывный, больной лай. Я ржал так, что согнулся пополам, хлопая себя по коленям. Я хохотал, брызгая слюной, задыхаясь, втягивая виртуальный воздух со свистом и хрипом. Мой безумный, раскатистый смех эхом бился о холодные стволы деревьев, распугивая мобов. Я смеялся над своей смертью, над этим тупым ПКшником, над кривым, написанным на коленке миром, который даже убить меня не способен. Я — вирус. Я — неуязвимая ошибка 404. И я иду ломать ваш гребаный код. — АХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!