Глава 26 - Рынок Шрамов и запрещёнка.

      Время — 9:48, день и месяц неизвестны, 1081 год.       Место — Пустоши, база Сарказ «Чёрный Рог».       Событие — Хоедерер, КО и Рынок Шрамов.       К удивлению, путь до Рим Биллитона, как и последующий рывок до нужной базы, прошли без сучка и задоринки.       Разумеется, немалую заслугу в этом сыграл хороший маршрут, но все равно было приятно.       Расставшись с командой каравана ушастых, мы с Тенью вышли на главную площадь.       Сама база представляла собой купленную и переделанную небольшую промышленную платформу, не особо больших размеров.       Оглянувшись, я понял наше упущение.       Договорились мы встретиться на базе, да. А конкретное место?       К счастью, Хоедерер явно подумал в похожем ключе.       Какой-то мелкий парнишка, околачивающийся на площади, выцепив глазами мой чёрный нимб в потоке разумных, быстро подбежал ко мне.       — Здрасте, дядя, вы Корн?       Киваю ему, почёсывая щёку.       — Вам просил передать Хоедерер, что ждёт вас в кафе «Устал-зайди».       Я посмотрел в сторону, куда показала его рука. Длинная и прямая как стрела улица, уходящая вбок. И да, какую-то вывеску вижу в конце. Название конечно оригинальное, но ладно.       — Спасибо.       Протянул пацану 50 лмд, которые очень быстро пропали в одном из карманов его куртки.       — Вам спасибо, дядя.       Помахав мне рукой, малец побежал дальше по своим делам.       Начинаю медленно идти в нужную сторону, наслаждаясь солнышком, и слышу голос Тени, идущей слева от меня.       — Слушай… а зачем ты деньги дал? В плане, Хоедерер явно уже ему заплатил.       Хмыкаю и носком ноги пинаю в сторону маленький камушек.       — Честно? Жалко его просто стало. Чумазый и тощий, работать нормально ещё не может… Считай карму чищу.       — Если ты про исправление своих грехов — то это делается явно не так.       — А как? Не, молитвы Божеству — это замечательно, но и материально нужно чем-то помочь нуждающимся. Тем более, я прекрасно знаю, каково жить в нехватке денег.       Понизив голос, моя спутница быстро проговорила.       — И тебя не смущает, что ребёнок отсюда максимум кем сможет стать — так это ещё одним наёмником и преступником?       Кошусь на неё, неожиданно увлекаясь диспутом.       — Не смущает. Во-первых, спрос рождает предложение, но никак не иначе. У любого заказа есть заказчик, это аксиома. Сарказы просто с этого кормятся, заняв свою нишу. А во-вторых — не слишком ли ты категорична? Почему сразу наёмником? Вдруг, он станет талантливым врачом, учёным или инженером?       Под её насмешливым взглядом я прекратил паясничать.       — Ага, учёным. Университетов только не наблюдаю в округе.       — Ладно… С другой стороны на это посмотри. Вот сейчас, конкретно в данный момент, чем этот ребёнок провинился? Пока он не совершил ничего плохого лично мне, так какая разница?       — А вот чисто в теории, Корн, если бы ты обладал предвиденьем будущего, и точно мог сказать, что вот этот пацан к 40 годам нападёт на тебя в Пустошах и попытается убить, твои действия?       — Убил, разумеется. Конечно же, в будущем. Я же не совсем монстр.       Мой холодный и чёткий ответ сбил с толку Тень.       — Вот так просто?       — Ну да.       — Но… Ты бы мог не брать «будущее» задание. Или предупредить его. Или…       — Слушай, Тень, я понял, о чём речь. Но это уже какая-то демагогия выходит. Поэтому, чтобы не плодить сущности, отвечу прямо. Я — прагматик. Не трогай меня, а я не трону тебя — мой девиз, не раз спасавший мне жизнь. Я делаю то, что должен, вот и всё. Не оглядываясь на высшее благо, всемирную доброту или что-то подобное.       Либери, нахмурившись, сурово пробурчала.       — Да ты из тех, кто в «проблеме вагонетки» выбирает путь с наименьшим числом разумных.       — А твой выбор был бы какой?       — Ну… Нужно понять, кто вообще лежит на рельсах. Вдруг с одной стороны — талантливый врач, а с другой — отъявленные преступники и маргиналы.       — Ты совершенно не поняла сути этой задачки.       — Да неужели? Мне так говорил профессор с образованием в области обществознания.       Игнорирую слегка насмешливый взгляд Тени.       — Твой профессор — гражданский хуй, не знающий жизни. Самое главное в этой «проблеме», так это вопрос — можем ли мы беспристрастно признать, что лучше спасти нескольких, чем одного? Не начиная виляния в духе «ну вот этот такой, а этот другой», не беря в расчёт личности и заслуги, из-за чего у нас есть лишь одно мерило. И ответ на вопрос — да, можем.       — Не можем. Это получается вообще несправедливый суд, где твои заслуги не стоят ровным счётом ничего. Какой смысл тогда творить добро, если оно не учитывается?       О. А здесь и подловить можно.       — Тень… а я и не догадывался, что ты такая корыстная… Не герой ты, с сердцем горящим и праведным…       — В… В каком это плане?!       — Ну смотри. Ты говоришь, что бессмысленно творить добро, когда оно не награждается свыше. То есть получается банальная корысть, пусть и завуалированная. «Ну вот я вершу хорошие дела, не грешу, значит и награда должна быть.». Конечно должна. Но и субъект должен честно признаться. «Да, я не пользовался удобным моментом»… ну пусть, к примеру, он не спиздил часть средств, выделенных на детский сад. А по какой причине, если, условно говоря, «мирского» наказания не было бы? Ну вот просто 5 трибунал не заметил бы хищений. Что тогда его остановило?       Смотрю на задумчивую синеволосую.       — То, что это плохо. Неправильно. Но почему? Ну поклеят обои похуже, пол будет более дешёвый, какая детишкам разница? А всё дело в совести. Она будет шептать: «Нет, не делай этого.». Но на чём базируется это внутреннее чувство? На стыде. Если там, в конце, тебя встретит Суд Высший, что ты им скажешь? А даже если не брать в расчёт суд, то все равно — налогоплательщики деньги заплатили, чтобы детям лучше было, а ты, как последняя скотина их спиздил.       Переведя дух, продолжаю.       — Давай предметно. Вот ты зачем стала Ликвидатором? Могла бы спокойно дожидаться пенсии, но нет, выбрала иную карьеру. Только прошу, без детских ухищрений. Я же говорю с тобой честно и откровенно.       Немного помявшись, Либери выпалила.       — Честно? Потому что хочу, чтобы как можно меньше сирот было в этом жестоком мире. Пусть мои действия пока и направленны за надзором за тем…       Её взгляд остро резанул по мне.       — …Кто наоборот — приносит жителям Латерано больше страданий.       — То есть ты банально хочешь знать, что вот какой-то ребёнок не лишился отца или матери, не познал горя, и всё благодаря тебе. Почувствовать радость от этого. Быть героем, тем, к кому относятся с уважением. Чтобы на пенсии гордо ходить с заслуженными медалями… Позиция внушает уважения. Правда.       Она недоверчиво покосилась на меня.       — Странно слышать такое от… тебя. В смысле, ты же только что говорил, что это — корыстная позиция.       — Но ведь не плохая. Ты же не отрицаешь, что получишь заряд счастья от совершённого «добра», то есть в первую очередь будешь руководиться своей выгодой, пусть и общественно полезной. Да и почему «странно слышать»? Не буду оправдываться словами в духе «Не мы такие — жизнь такая», но ты видишь во мне всемирное зло? Я же тоже наполовину сирота, отец пропал… а моя работа позволяет матери не работать на износ, ещё и от Орипатии не умереть лет через 30.       — Так… а пособия?       — Ты их видела? Вживую, эти жалкие подачки? Там чтобы хоть что-то нормальное выдавали — нужно быть минимум Архиепископом, который получил инвалидность при исполнении своего служебного долга. Откуда обычному клерку иметь заслуги такие?       — Ну… Отвечая на предыдущий вопрос — не похож.       Тень перескочила на другую тему.       — А?       — Не похож ты на ужасное зло.       — Это радует.       Забавно. Мы как аверс и реверс одной монетки. Прямо наглядная демонстрация. Кто-то умный и идёт в 7 трибунал, чтобы косвенно спасти тысячи… Ну, или его вербуют. Кто-то… Отважный, храбрый, настоящий герой, идёт в 5 департамент, чтобы помочь сотням, прямыми действиями.       А какая реакция была бы у неё, узнай Исполнитель, что все преступления я творю строго по приказу Кардинала? У которого своя, циничная, жестокая, но ясная картина по удержанию уровня жизни в Латерано такой, какая она сейчас? Без войн и глобальных конфликтов?       Скорее всего забавная… Но точно Тень такое не одобрит. Не этично, нарушение морали и Закона же…       «Собрались как-то прагматик и моралист поехать в Каздел», прямо готовый анекдот.       Тем временем мы подошли к дверям кафе с очень странным названием.       Открыв дверь, заходим внутрь.       Увиденное было… Ожидаемым.       Потёртые и серые стены. Дешёвые столы. Само помещение было прокуренным, но хотя бы не душным…       А вот и Хоедерер, собственной персоной. Сидит за столиком вместе с грустной Инес. Её эмоции это чётко говорили.       — Здорова.       — Здравствуй, Корн. Рад, что успел.       Наёмник, с небольшой улыбкой, крепко пожал протянутую руку.       Инес, тихо сказав: «Ага, привет.», отвернулась обратно к стене.       Уместившись на стульях с замолчавшей Тенью (прозвище и правда подходит на все 100%), решаю поинтересоваться.       — А где, собственно, наша душа компании?       — Говно компании он максимум.       Наёмница неожиданно твёрдо пробормотала.       — Не бери в голову, Корн. Тут у них возник… Определённого рода спор. Как обычно в общем.       Хоедерер глотнул чая из стоящей на столе кружки.       — Что касается W, так он сейчас в борделе.       — О. Дорвался всё же.       — Ну да, мы на 2 дня раньше приехали. Неожиданно повезло с караваном. Ну и…       Он развёл руками.       — Честно — хочу тебя попросить сходить за ним. Сам же я пока схожу и проверю, есть ли нужный разумный на месте. Закупиться то пора уже…       — Да без проблем, адрес только дай… Стоп, то есть мы…       — Ага.       Хоедерер кивнул и продолжил более тихим голосом.       — Эта база — и есть Рынок. Ну, если быть точнее, его самый главный филиал. А бордель в 500 метрах отсюда. Выходишь из кафе, идёшь направо, а потом на первом повороте ещё раз направо. Там красный фонарь будет, не перепутаешь.       — Понял. Встречаемся на главной площади?       — Так точно.       Выйдя из кафе, расходимся по своим делам. Топаю вместе с Тенью в указанном направлении.       Окружающее пространство, надо признать, удручало. Нет, за жилыми домами следили, да и мусор не валялся кое-как, но всё же…       Чувствуется, что средств на нормальный ремонт не хватает…       О. Вот и обещанный фонарь.       Захожу внутрь и вижу неудивительную картину.       Достаточно приятное, не сильно освещённое помещение, приятные кресла. Обстановка располагала к расслаблению.       Ну и полуголые работницы, мазнувшие по мне взглядом, имелись в наличии.       — Здравствуйте, пришли отдохнуть в нашем заведении?       Ко мне подошла женщина неопределённого возраста.       — У нас имеются девушки на любой вкус. Подсказать кого-то конкретного, или… Э…       Она заметила Тень, которая, зайдя зачем-то вместе со мной, сейчас усиленно пялилась в стену.       И чего так смущаться?       — Эта Либери… с вами? Любите оригинальность?       — Нет-нет. Мы просто даже в туалет вместе ходим… Ай.       Потираю слегка стукнутый кулачком бок и смотрю на возмущённую Тень, показав той язык.       Исполнитель что-то пробурчала и возвела глаза к потолку.       — Предвещая будущие вопросы, я здесь ищу друга. Зовут W, должен быть тут.       — А.       Разом поскучневшая «мама» отошла к стойке с журналом.       — Да, такой есть. Через 11 минут у него кончается время… Кстати, Розалин, сообщи ему об этом.       Молча кивнув, низкая Сарказ встала с кресла у стенки отправилась на 2 этаж.       — Вы пока присаживаетесь.       Мне указали рукой на удобное кресло.       — Не хотите также расслабиться? С вашим лицом готова даже скидку предложить.       — Благодарю от всего сердца, но дела не ждут.       — Хорошо.       Управляющая кивнула и продолжила читать отложенную ранее книгу.       Через какую-то минуту я услышал возмущённый и бухтящий голос W, который спускался со второго этажа.       — Нет, ну вот что за сервис? Нахрена аж за 10 минут стучать? Весь настрой сбили…       Пройдя в главный зал, он подошёл к стойке.       — W, хорош бурчать уже, такие правила. Чтобы клиент успел одеться и собраться.       Стоящая за стойкой Сарказ устало потёрла глаза рукой.       — То есть я могу заплатить за 50 минут вместо часа? Трахался я так-то ровно 49 минут и 38 секунд, но ладно, округлю в твою пользу.       — То есть ты должен заплатить положенное за час и не ныть. Смотри, в один прекрасный момент я не вытерплю и Ульшуле нажалуюсь. Мочи нет. Будешь потом максимум своей рукой обходиться.       — Ульшуле самой бы не помешал большой, крепкий и толстый…       Под внимательным взглядом Управляющей он слегка стушевался.       — …Меч, чтобы удобнее было разить всех должников, да.       Открыв кошелёк, W с тяжёлым вздохом отсчитал деньги.       — Смотри, допиздишься когда-нибудь.       — Баюсь-баюсь.       Обернувшись, он увидел нашу двоицу.       — О! Корн! Хай!       Пожимаю ему руку.       — Тень.       W шутливо поклонился, и надзирательница кивнула.       — Ладно, пошли из этого царства разврата, жадности, алчности, корысти…       — W, съеби уже!       — Бубубу.       Снайпер показал язык, и наша троица вышла на свежий воздух.       — Так, чё теперь, Рынок?       — Ага. Хоедерер пошёл проверять, есть ли вариант для закупок, как я понял.       — Резонно. Перед Казделом закупиться стоит то, да…       …       Выйдя на главную площадь и увидев довольного Хоедерера с Инес, наша троица подошла к ним.       — Что, Корн, вытащил этого кобеля?       Инес, смотря пренебрежительно на W, начала плеваться ядом.       — Цыц, рогатая. Иди ещё парочку миллиме…       Теневик, почему-то очень сильно отреагировавшая на слово «рогатая», аж к клинку на поясе потянулась.       — Сука!       — Хорош!       Хоедерер рявкнул.       — Заебали. W — заткнись и тролль кого-нибудь другого. Инес — заканчивай обижаться. И вообще, пошли уже делом займёмся.       Слегка прохожу вперёд и начинаю шагать около розоволосого.       — Что, всё удачно?       — А?       — Ну, контакт.       — Ага. К счастью, не придётся выискивать необходимое.       Путь до места назначения был не близок. Мы изрядно поплутали среди однообразных и унылых домов, прежде чем выйти к непримечательной двери, ведущей в трёхэтажное здание.       Хоедерер, постучав в определённой последовательности (2 медленных и 2 быстрых стука), уставился на открывшуюся щель, в, казалось бы, монолитном железном «монстре».       — А, Хоедерер, это ты… Кто с тобой?       — W, Инес, Корн, и его надзиратель.       — Корн? Надзиратель?       На меня покосились внимательные глаза, которые, главным образом, уставились на чёрный нимб.       — Ааа… Павший. Здарова, чертяка.       Вслушавшись в грубый и прокуренный голос, я с удивлением узнал в нём одного наёмника, который входил в состав «грабителей Лейтании».       Равно как и я.       — Привет, Бомб. Давно не виделись.       — Конечно давно. С тех пор как около Лейтании пошумели, и ты ушёл обратно в пустоши… Так, я так полагаю, Либери — это и есть тот самый выверт вашего закона?       — Ага.       Улыбаюсь и показываю рукой на Тень.       — Что, всё же достала тебя родина? А ведь когда бухали, радовался, что этого… как его… Исполнителя не приставили, вот.       — Ну… Всё же отправили.       — Мда. Ладно, щас открою.       Тяжёлая дверь загрохотала замками, открываясь, и мы увидели Бомба.       Низкий, толстый (как сам заявлял — кость широкая), за спиной висит короткий дробовик, направленный сейчас стволом вниз.       Наше трио мужского пола пожало друг другу руки.       — Вообще, пускать сюда Латеранца как-то… Смешно, но ладно. Ты же меня тогда вытащил…       О да, я тогда охуел вытаскивать эту тушу из-под огня сраного пулемёта. Налёт ведь был удачным, но кровавым… Хотя ладно, сам то он парень неплохой…       — Не переживай, она чисто смотрит, чтобы я о Латерано ничего не пиздел.       — Пиздец, и о чём конкретно?       — Ну… Об расположении моей школы, уличных туалетов, кафе, какую еду предпочитает большинство, какие книги покупают больше…       — Всё всё, хорош.       Бомб потряс ладонями рук.       — Как нога, кстати?       — Да нормас.       Он покосился на свою левую конечность.       — Хромаю, конечно, но хоть не оторвало… Зато работу нашёл стабильную. Ладно, залетайте, вам на второй этаж. А то встали тут…       Зайдя внутрь, с шумом закрывающейся двери я огляделся.       Как я и думал. Это явно был склад, вкупе с рабочими кабинетами… О, а это там не станковый пулемёт лежит? Хорошая вещь…       — Так, ребят, идите. Я чувствую витающее в воздухе амбре. А значит, там наверху сидит сисястый дракон, страшный как сама смерть.       Долетевшая до нас фраза «Пошёл нахуй, W!» была им гордо проигнорирована.       — И вообще-то, Бомб, залетают девочки, а мы заходим.       W важно поднял палец вверх.       Охранник, будучи простым разумным, не смог не поддержать важную философскую беседу.       — Заходят только в тюрягу Колумбии, важные перцы двигаются по жизни, причём ровно.       — Двигаются только машины в пустошах, а мы исключительно перемещаемся в пространстве…       Под шлепок Инес рукой об лицо мы прошли на 2 этаж.       Ульшула, сидящая за столом, заваленным бумагами, помахала нам рукой.       Улыбнулся ей в ответ.       — Привет. Хоедерер, Инес… Красавчик, и ты тут, ну хоть сердце порадуешь… О, и так полагаю, с тобой воля Закона? Чисто ради интереса, девчуля, не хочется выстрелить своим красивым дробовиком мне в лицо?       К чести Тени, явно узнавшей обладательницу выдающейся груди, она быстро нашлась с ответом.       — Моя миссия заключается исключительно в контроле за грешником Корном.       — Ууу, скукота. Думала, что-то поинтереснее ответишь…       — Привет, Ульшула. Мы за покупками.       Хоедерер начал предметный разговор за нас.       — Да без проблем, сделаю, раз сегодня тут бумаги разбираю. Кстати, красавчика сразу в списки запишу, как покупателя… Что конкретно нужно?       — Мне с Инес 2 комплекта как обычно.       — Ну этого добра порядком… А Корну?       На меня уставились внимательным взглядом.       Так, строго говоря, мне особо ничего и не нужно было. Патроны, курево, запас пыли, и прочие мелочи — всё было с собой.       Разве что…       — Слуушай, контрабандные книги есть?       — Э…       Ульшула слегка удивилась.       — Есть, разумеется, товар не частый, но спрос имеется… а конкретно?       Блин, пальцы надо скрестить.       — Просто вдруг — роман «Настоящая история Колумбии».       — Увлекаешься запрещённой литературой? Не думала… Но…       Достав откуда-то большой список, она начала водить по бумаге пальцем.       — Нет… Не то… И… О.       Просмотрев примерно две трети позиций, Ульшула остановилась.       — А знаешь — повезло тебе. Лежит, 3 штуки на складе… Чисто ради интереса — нахрена тебе эта графомания?       В целом, реально незачем… Но блин, хочется. В детстве так и не дочитал, потом оказалось, что книга куда-то затерялась, ещё и к тому времени её изъяли из печати…       — Считай это принципом узнать, чем же всё закончилось.       — Понятненько. Щас принесу всё.       Уйдя в боковую комнату, розоволосая пропала на 5 минут, вернувшись с двумя тряпичными болотными мешками, неся под мышкой тот самый текст.       — Фух. Так, Хоуди, это тебе. А романчик Корну. С тебя 500 лмд кстати.       — Чёт для потока графомании многовато, нет?       — Слушай, ну ты же не на официальном рынке. Здесь всё дороже.       — Может, скидку для постоянного клиента?       — Тебя?       — Ну, в смысле будущего.       Улыбаюсь и тянусь за кошельком.       — Ты уж прости, но никак.       Ульшула развела руки в стороны.       — Ладно. Хотя и жаль.       Отсчитываю деньги, кладу честно заработанные лмд на стол и прячу роман в рюкзак.       Хоедерер, уже расплатившийся за двоих, на пару с Инес переложили заказанное в сумку.       Я не стал подглядывать, но примерно понимал, что они заказали.       — Да, кстати… Вы же в Каздел собрались?       Ульшула откинулась на спинку кресла.       — Ага, письма прислали. Нам и Корну.       — Ну тогда Надин передавайте привет. Она вроде бы майор сейчас… О! Раз мы письмо вспомнили… Так…       Мои уши засекли важное слово. майор? Офицерское звание явно…       Значит, армия всё же имеется?       Мне протянули обычный белый конверт.       — Это тебе от босса. Сказал передать лично в руки, и чтобы прочитал в одиночестве. Насчёт Лейтании.       — Хорошо.       Киваю и прячу послание себе во внутренний карман, слегка недоумевая.       Лейтания здесь вообще каким местом? Хотя ладно, позже…       — А, и ещё. W передайте, чтобы нахуй шёл…       Донёсшийся снизу окрик «Я всё слышу!» был пропущен ею меж ушей.       — Кстати, в подарок вам — караван до Каздела отправится через 40 минут, с 3 выхода. Спросите Марго.       — Спасибо за информацию. Ладно, Ульшула, спасибо, пойдём мы.       — Пока, за роман спасибо.       — Давайте, ребятки, удачи. А мне пока работать и работать…       Попрощавшись с Ульшулой, а после с Бомбом, мы вышли на улицу, захватив с собой W.       Хоедерер повёл нас на стоянку караванов, к нужному выходу.       Пройдя около 600 метров, готовящийся к отправке караван, состоящих из множества машин показался из-за домов.       Марго, наёмница Сарказ среднего роста, отыскалась недалеко от явно главной машины, представляющей собой неплохой броневик.       Узнав цель прибытия, договор не занял много времени.       Присоединившись к каравану в качестве охраны, мы «удобно» расположились в одном из грузовиков.       — Пиздец, как же заебало таскаться с места на место.       W, вытянув ноги, устало откинулся на спинку сидения.       — Здесь я, пожалуй, соглашусь с тобой.       Хоедерер, закуривший неизменную сигару, выдохнул облако дыма.       Я, последовавший его примеру, просто молча поджёг папиросу и устало потёр глаза.       Ничего.       Остался последний рывок.