Часть третья: Призрак

Тогда.  Наконец, он пришёл. Механическая ладонь гладила её волосы. — Вейдер! — выдохнула она, просияв от радости. Наконец, он пришёл! Но радость была недолгой. Ровно до того момента, как она увидела его призрак. Это был Анакин до Мустафара. Это был не её Вейдер. Её выглядел по-другому. Всё также без ненавистного костюма жизнеобеспечения, но старше, много старше своих лет. Без шрамов на лице, но значительно постаревший… В джедайском одеянии, но с этим она могла смириться. Это ей было не важно. Пусть он вернулся перед смертью к Светлой стороне Силы, это не перечеркнёт ту часть его жизни, что он провёл во Тьме. Ту часть, в которой она была его тенью, его секретом, его оружием, его шпионом, его любовницей. — Ты — не он.   — Прости. Я не хотел делать тебе больно. Но по-другому не получается. Она не стала задавать дурацких вопросов на тему «как она здесь оказалась». Это, в сущности, не очень-то и важно. Технические детали, которые ей никак не помогут. Некуда и незачем возвращаться. Не к кому. Вейдер мёртв, а то малое, что им осталось между мирами…  Уже ускользнуло как песок сквозь пальцы. Остаётся только двигаться вперёд. Здесь и сейчас. — Кто? — только и спрашивает она, тяжело вздохнув и закрыв глаза. Митт'рау'нуруодо. — Чисс? — переспрашивает она, открывая глаза, но призрака больше нет рядом с ней. Есть только клетка, из которой настало время выбраться. Она посмотрела в камеру наблюдения, помахала пальцами, привлекая к себе внимание. — Мальчики, девочки, внимание: я выхожу. Раздался двойной щелчок пальцами, и она исчезла. Изрядно попортив тем самым крови дежурной смене. Впрочем, инцидент вскоре замели, что называется, под ковёр, ибо самое интересное в этой истории было в том, что ни одна база данных: ни имперская, ни старо-ново-республиканская, — не содержала о ней никаких записей. Отпечатков пальцев у пленницы не было, лишь гладкая кожа без единой линии. Скан сетчатки также не дал результатов, да и лицо не было распознано. В общем, эта была загадка, кто она есть на самом деле, и оформлена она была исключительно под номером, с пометкой «особо опасный преступник». Руководство Новой Республики планировало было судить её как военную преступницу, провести даже публичные слушания, но как-то всё не успелось… А потом все записи о ней и вовсе были стёрты. Не было такой странной пленницы, не было побега. По крайней мере, официально. А свидетели тоже таинственным образом позабыли обо всём, так или иначе с ней связанном. Только лишь Люк помнил, но это, как говорится, совсем другая история. — Ты ещё можешь всё исправить, — говорил джедай. — Вернуться к свету, как отец. — Твой отец. Избранный. Он был исключением, Люк. Редко кто возвращается на светлую сторону, отравленный тьмой. Это определённо не мой случай. Ты помог ему. — Я могу помочь и тебе, — Люк не сдавался. — Не думаю, что это у тебя получится. Ты был важен для Вейдера. Но для меня — абсолютно нет. Так что я, пожалуй, останусь во тьме. Я к ней привыкла, и она ко мне тоже. У нас с ней практически симбиоз. Взаимовыгодное сосуществование форм, видов.