Глава 1. Дело века

Токио гудел. Яркие экраны в деловом центре города сменяли друг друга, транслируя срочные новости. Красная бегущая строка с пометкой Breaking News пульсировала на фоне строгого лица ведущей NHK. — Наследник семьи Учиха, финансист Итачи Учиха, арестован по обвинению в финансовых махинациях. По данным следствия, через его благотворительные фонды могли проходить миллиарды йен, скрытые от налоговых служб и использованные для отмывания денег. Экраны сменялись кадрами: — Итачи в костюме, выходящий из чёрного автомобиля, окружённый журналистами. — Толпа демонстрантов у здания суда: одни с табличками «Свободу Итачи!», другие — с плакатами «Справедливость для народа!». — Прокурор, напряжённо дающий комментарий прессе. Токийские улицы накрыла волна обсуждений. Соцсети взорвались. Вся элита замешана! Это заказное дело! Учиха слишком долго был неприкасаемым! Итачи молчал. Как и всегда. Даже когда его вели в суд, когда вспышки камер били в лицо, когда журналисты кричали вопросы, он сохранял невозмутимое спокойствие. В одном из офисов центрального района звонил телефон. Женщина в строгом чёрном костюме подняла трубку, её зелёные глаза вспыхнули холодной решимостью. — Я согласна взять дело, — твёрдо сказала Сакура. Где-то в этот момент, на верхнем этаже одного из небоскрёбов, Саске Учиха сжал пальцы в кулак. Судьбы были переплетены. И теперь начнётся игра, в которой никто не останется прежним.

***

Гулкий звонок разрезал тишину офиса. Сакура подняла голову от бумаг, машинально потянулась к телефону и нажала кнопку ответа. — Харуно, — отозвалась она, ровным, профессиональным голосом. — Мисс Харуно, — голос в трубке был хриплым, с лёгким акцентом. — У нас есть для вас предложение. Судебное дело, прецедентное. Вы будете защищать Итачи Учиху. Она на мгновение застыла. Тишина между ними заполнилась приглушённым гулом города за окном, мерцанием экранов на соседних небоскрёбах. — Учиха? — повторила она, едва веря в услышанное. — Его дело станет самым громким процессом десятилетия. Вам известны обстоятельства. Мы хотим, чтобы его защищали вы. Сакура медленно откинулась в кресле. Имя Итачи гремело по всей стране, каждый телеканал, каждая газета обсуждала его падение. Финансовый гений, человек, которого считали непререкаемым авторитетом, теперь оказался на грани уничтожения. — Почему я? — спросила она наконец. — Потому что вам доверяют. Потому что у вас есть репутация человека, который видит истину. Сакура знала, что за такими словами всегда скрывается что-то большее. — Я подумаю, — сказала она наконец. — У вас нет времени. Решение должно быть принято сегодня. Когда звонок оборвался, дверь кабинета тут же распахнулась. На пороге стоял её наставник, седовласый и невозмутимый Кадзухиро Танака. — Ты не можешь взять это дело, — его голос был твёрдым, взгляд тяжёлым. — Почему? — Сакура сложила руки на столе, ожидая объяснений. — Потому что прокурором назначен Саске Учиха. Воздух в комнате стал вязким, давящим. Имя пронзило её, заставило сердце замереть на долю секунды. — Саске? — её голос прозвучал тише, чем она хотела. — Это не просто процесс. Это война. Ты готова сражаться против него? Сакура не ответила сразу. Внутри поднялась буря. Воспоминания, чувства, неразрешённые вопросы, острота давнего предательства. Но это было не просто личное. Это было дело, которое изменит всё. Она медленно подняла взгляд, холодный огонь вспыхнул в её глазах. — Я приму вызов.

***

       Сакура вошла в следственный изолятор, чувствуя, как гнетущая атмосфера давит на неё со всех сторон. Узкие коридоры, серые стены, приглушённый гул охранников и звон ключей — всё здесь было пропитано ощущением безысходности. Но она не могла позволить себе сомневаться. Охранник проводил её в небольшую комнату для встреч. Пара стульев, тусклая лампа под потолком, толстое стекло с прорезью для разговоров. Дверь напротив открылась, и внутрь вошёл её клиент. Итачи Учиха. Он двигался плавно, почти лениво, но в его походке не было ни тени слабости. Высокий, одетый в тюремную робу, он выглядел так, будто даже здесь оставался хозяином ситуации. Его чёрные глаза встретились с её взглядом — пронзительные, изучающие, холодные. Он сел напротив, сцепив пальцы в замок. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. — Сакура Харуно, — он произнёс её имя медленно, будто пробуя его на вкус. — Господин Учиха, — она ответила сдержанно, открывая папку с делом. Он усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз. — Любопытный выбор, — сказал он. — Вы о чём? — О вас. Вы не та, кого я ожидал увидеть. Сакура выдержала паузу. — Вам нужен адвокат, который вытащит вас из этого дела, — сказала она. — Всё остальное не имеет значения. — Допустим, — кивнул он, но в его голосе не было ни страха, ни беспокойства. — Но мне кажется, что это вы хотите чего-то большего, чем просто защиты клиента. Он смотрел прямо в неё, словно видел её насквозь. — Вы не спрашиваете, виновен ли я, — заметил он. — Потому что это не имеет значения, — ответила она. — Моё дело — защита, а не суждение. Итачи на мгновение замолчал, затем медленно наклонился вперёд. — Тогда скажите, мисс Харуно, — его голос стал тише, почти бархатным, — вы готовы проиграть в этом процессе? Она сжала пальцы на ручке. — А вы? Его глаза сверкнули, уголки губ дрогнули в тени улыбки. — Посмотрим, кто кого переиграет.

***

Сакура едва закрыла дверь офиса, когда услышала знакомый голос: — Ты правда собираешься этим заняться? Она замерла, пальцы сжались на ремешке сумки. Медленно повернулась. Саске. Он стоял в тени у панорамного окна, сложив руки на груди. Тёмный костюм подчёркивал хищную грацию движений, а в глазах светился холодный, почти угрожающий огонь. Он не выглядел удивлённым — скорее разочарованным. — Ты ждал меня? — её голос прозвучал твёрже, чем она ожидала. — Предвидел, что ты сделаешь неправильный выбор, — коротко ответил он. Сакура вскинула подбородок. — Ты считаешь, что защищать твоего брата — неправильный выбор? — Я считаю, что копаться в этом деле опасно, — в его голосе было стальное предупреждение. Она шагнула ближе, вглядываясь в его лицо. В нём не было гнева, только холодная, рациональная уверенность. — Что ты знаешь, Саске? — Достаточно, чтобы понять: если ты не отступишь сейчас, выхода уже не будет. Она стиснула зубы. — Я адвокат, Саске. Моё дело — защищать клиента. — Твоё дело — не лезть туда, где правда способна сломать тебя, — он шагнул ближе, их разделяли всего пара шагов. — Думаешь, это просто бизнес? Нет. Это семейная драма, старая, как мир. Ты даже не представляешь, во что влезла. Сакура почувствовала, как сердце забилось быстрее. — Тогда скажи мне правду, — прошептала она. — Ты не готова её услышать, — его голос был почти мягким, но от этого ещё опаснее. Она замерла, чувствуя, как что-то тёмное, давящее нависает над ними. — Не пытайся спасти его, — Саске опустил взгляд, словно не хотел, чтобы она видела эмоции, проскользнувшие в его глазах. — Он сам выбрал этот путь. — А ты? — выдохнула она. Он не ответил. Только развернулся и направился к выходу. — Ты ведь понимаешь, что мы встретимся в суде, — сказала она ему в спину. Саске на мгновение замер у двери. — Тогда не жди пощады, Сакура.

***

Вернувшись в офис, Сакура скинула пальто на спинку кресла, включила настольную лампу и разложила перед собой материалы дела. Документы, финансовые отчёты, копии банковских переводов. Всё выглядело… слишком гладко. Она читала строки, но перед глазами вспыхивали моменты недавнего разговора с Саске. Ты не готова услышать правду. Глубокий вдох. Отогнать эмоции. Включить холодный анализ. Она взялась за отчёты. Восемь крупных транзакций через благотворительные фонды, потом резкие выводы денег на офшорные счета. Всё указывало на Итачи. Но почему документы будто бы кричали: Вот ваш преступник? Она нашла расшифровку допроса одного из свидетелей — бывшего сотрудника фонда. Его показания звучали подозрительно заученными. Учиха Итачи лично распоряжался всеми средствами фонда. Слишком чётко, слишком прямо. Так не говорят люди, если только им не велели так сказать. Сакура перешла к финансовым отчётам, отмечая странные совпадения. Переводы совпадали с моментами публичных скандалов в других компаниях. Будто кто-то подстраивал идеальный момент для удара. — Кто-то хочет посадить его… — пробормотала она. Но кто? Она машинально провела пальцами по губам, мысленно прокручивая возможные варианты. В кабинете стало неестественно тихо. Тихий звук. Телефон на столе завибрировал. Сакура взглянула на экран. Неизвестный номер. Она открыла сообщение. Не копай слишком глубоко, если ценишь свою жизнь. Горло пересохло. В висках застучала кровь. Кто-то следил за её расследованием. И этот кто-то явно не хотел, чтобы она добралась до истины.