Глава 5. Часть 1. "Сколько правды в глазах государственных шлюх!"

13-ое месяца Огня Очага. 434 3Э. Золотой Берег. Солнечные лучи, последние перед скорым наступлением дождей и штормов, заливали Золотой Берег. Я вгляделась в простирающееся предо мной море, спокойное, уже немного прохладное. Этот регион Сиродила всегда был самым солнечным – настолько, что трава всегда была пожелтевшей, вода отбрасывала ослепляющие блики, и на всё вокруг смотреть без панамы было сложно. К сожалению, панамы у меня не было, так что вместо неё был капюшон робы. Я пнула носком сапога тело бродяжки мага, напавшего на меня рядом с айлейдскими руинами, и оно медленно покатилось вниз по склону. Вход в Белдабуро был небольшом холмике, скрытый за деревьями, но я тут уже когда-то ходила, так что на карте себе обозначила. Этот же бродяжка маг и помог мне наполнить своей душой чёрный камень. Не люблю я это дело – похищать чужие души, но в данной ситуации это было нужно. Я вытащила меч из ножен и развернулась ко входу в руины древних эльфов. Пора было закончить начатое. Часок дела, и я смогу вернуться в Закусочную. Я толкнула дверь и зашла внутрь, осторожно ступая по белому, пыльному камню. Каждый раз холод берёт, когда я попадаю в похожие руины. Постоянно тут какая-то нечисть – то даэдра, то нежить, то некроманты со своими экспериментами засядут. Я аккуратно спускалась всё глубже, отдаляясь от поверхности. На моём пути было много младших даэдра, скелеты, личи и маги, но опыт сражения с ними дал свои плоды, так что особых трудностей они мне не доставили.  По пути прихватила велкиндских и Варла камней, валяющихся то тут, то там. Если велкиндские мне особо не нужны были из-за неиспользования магии, и просто продавала их, то Варла были часто нужны, помогая быстро ‘заряжать’ зачарованные вещи. Ведь камнями душ я не пользовалась. Когда я спустилась почти в самый конец, в одном из закутков я наткнулась на айлейдский сундук. Ну вроде сундук и сундук, кучу таких уже обворовала, чё бубнить? Однако у этого на верхушке была небольшая фигурка пса. Я напрягла мозги. Такая же фигурка была на шлеме Кратиуса, капитана стражи на том треклятом острове. Вот и нашла. Я открыла сундук, который оказался пустым, и положила на его дно тот заполненный камень душ. Он блестел в полутьме. Вот и всё, дело сделано. Вдруг, дверь за мной захлопнулась. Я резко обернулась, вытащив меч. За дверью стоял человек в белой рясе, его лица не было видно. Мы пару секунд смотрели друг на друга, когда я ринулась к двери, и ударом ноги распахнула её. Человек пустился наутёк, а я за ним. Только он завернул за угол, я устремилась было следом, но за углом меня ждала большой злокрыс. Какого ху... Ай! Крыса больно укусила меня за носок сапога, за что я быстро с ней разделалась и рванула дальше по коридорам к выходу из руин. Но никого не было. Как человек мог так быстро уйти? Я, выскочив из дверей на поверхность, остановилась и оглянулась. Никаких следов. Я вздохнула, проведя рукой по лицу. Упустила. Нужно отчитаться Джулианосу. Запрыгнув на Корня, я ударила его каблуками по его крупу, призывая к движению, и трусцой повела его обходить деревья. *** Нутром я почуяла что-то неладное, подходя к Закусочной. Рядом с ней топталось несколько патрульных на лошадях, у входа стояло двое стражников, словно не пуская внутрь. А перед ними маячил из стороны в сторону с растерянным видом Ниазан. Я подъехала на Корне к коновязи, слезла и привязала своего к одному из кольев. Только я хотела подойти к босмеру и спросить, какого чёрта тут происходит, он сам заметил меня и подбежал ко мне. - Это какой-то ужас! – он вцепился руками в мою робу. – Джулианоса и Володимера хотят арестовать! - Чего?.. – мне понадобилось несколько секунд, прежде чем я поняла смысл слов Ниазана. – Погоди, чего?! За что?! – я оглянулась на стражников и отцепила руки эльфа от своей одежды. - Говорят, за торговлю скумой! Это бред какой-то! Не могу в это поверить! Какая скума?! – затараторил он нервно. Я напряглась. Скума? Чушь собачья. Я, конечно, не очень хорошо знаю этих двоих, но что-то внутри меня отрицало даже саму идею что хозяин закусочной и его лучший кореш могут приторговывать наркотиками. Я оттолкнула со своего пути паникующего босмера и подошла к одному из стражников. - Закусочная закрыта, проваливай. – отмахнулся от меня он. Ладно, говнюк. Я подошла ко второму. - Чего нужно? Закусочная закрыта. - Мне вещи забрать нужно, я здесь постоялец. – сказала я как можно спокойнее. - А, понятно. Вещи забрать хочешь. Ладно, только быстро. – он махнул в сторону дверей, и я поспешила зайти. Тут же меня подрезал ещё молодой легионер, схватив меня за плечо и останавливая. - Чего нужно? Закусочная закрыта, проваливай. - Мне вещи забрать нужно, я здесь постоялец. – повторила я уже ему, откинув его руку со своего плеча. - А, ладно. Вещи забирай. Всё остальное тебя не касается. Он отошёл к небольшой компании в зале закусочной, а я подошла к подвалу, где находились комнаты завсегдатаев, открыла дверь и быстро надела кольцо хамелеона, сделав вид что скрылась за дверью. Сама же подошла чуть ближе к сцене. Джулианос и Володимер стояли в центре, подняв руки над головой, пока перед ним стоял какой-то индивид в форме капитана Имперского Легиона с причёской под ёжика, а по бокам от него двое легионеров. Судя по шуму сверху и со стороны кухни, там тоже кто-то был. - Нашёл! Нашёл, господин капитан! Целый ящик, под пивным баком, не могли лучше спрятать! – донёсся крик с кухни. Оттуда вышел легионер с большим ящиком в руках. Подойдя к капитану, он открыл ящик и показал ему. Мне удалось заглянуть туда и разглядеть содержимое, коим были аккуратно выставленные бутылки скумы, штук восемьдесят, не меньше. Я это говно везде различу. У бедного Володимера аж глаза на лоб полезли. - У меня тоже есть! Наверху два ящика скумы. – отозвался и тот, что был наверху. Тот тоже спустился, принеся оба ящика. - Скума?! – выдавил из себя Володимер. - Какая скума, какие ящики?! Это подлог! – в свою защиту сказал Джулианос. - Сохраняйте спокойствие, господа, и имейте мужество признать очевидные факты. – сказал капитан, жестом показав подчинённым уносить ящики. - Какие ещё факты! Эти ящики мне сегодня ночью кто-то подложил! – не унимался Джулианос. Володимер скривился, так, если бы норд сказал это про него лично. - Вы хотите сказать, что закусочная не запирается на ночь и не охраняется? – поднял бровь имперец. - К сожалению, капитан, недавно два наших охранника пропали без вести. А ключи от закусочной имеют все её постояльцы, а это значит... – попытался вмешаться Володимер. Джулианос нахмурился, опустив глаза. Только мы вдвоём, да ещё трое мёртвых на бумаге людей знали, что на самом деле случилось с двумя охранниками. - Это ничего не значит! – прервал бретона капитан Легиона. – У меня есть ордер имперского прокурора на ваш арест в зависимости от результатов обыска. Основанием для обыска явились показания нескольких свидетелей, которые утверждают, что неоднократно покупали здесь скуму. - Это какие-такие свидетели?! О чём вы говорите? – возмутился Джулианос. - Так, господа. Именем Империи вы двое арестованы по обвинению в торговле скумой. Вы имеете право молчать. Всё, что вы скажете, может быть обращено против вас! – отчеканил капитан. – Сдайте оружие, господа, и следуйте за мной. И не пытайтесь сопротивляться аресту, этим вы только усугубите своё положение. - Ладно, ведите. Мы подчиняемся этому произволу. – процедил сквозь зубы Джулианос. Два легионера повели арестованных к выходу. Я в это время опять шмыгнула к двери в подвал, и показалась, держа свою сумку в руках. - Всем посторонним покинуть помещение закусочной! – рявкнул на меня капитан Легиона, проходя мимо. Володимер бросил на меня тревожный взгляд, Джулианос посмотрел с глазами, говорящими всего одно слово – «Крыса». - Это ерунда какая-то... Откуда у нас скума? Бред, бред! Я уверен, нас скоро отпустят. – пробормотал себе под нос администратор закусочной, прежде чем его вывели из заведения. Я последний раз оглянулась на опустевшее и теперь кажущееся холодным здание и тоже поспешила выйти. Проходя мимо меня, Джулианос на секунду остановился, и кинул в мою сторону вполголоса: - Это подстава! Крыса решила избавиться от всех нас одним махом. Не дай ей реализовать свой подлый замысел. – только успел вполголоса сказать он, когда его толкнул ведущий его легионер, мол, иди давай. Я проводила взглядом удаляющийся конвой, и перекинула через плечо сумку. Нужно было найти остальных завсегдатаев. *** Ниазана я нашла сидящего на ступеньках у входа в свой дом. Он видел, как уводили Джулианоса и Володимера, и сидел весь бледный. - Это всё ужасно! Я видел как их уводили под конвоем. – сказал он нервно. - Я тоже видела. Где остальные? Катри, Инвестигатор? – спросила я твёрдо. - Катри, наверное, в часовне, молится за них. А Инвестигатор... Без понятия! Сбежал куда-то, трус. О, милосердный Стендарр, спаси и помилуй!.. Я кивнула, и поспешила в часовню. Катри действительно там была, стояла над алтарём, сцепив руки в замок перед собой до побелевших костяшек и читая молитвы. Она испуганно дёрнулась, стоило мне положить ей руку на плечо. При виде меня она чуть успокоилась. - Ты уже знаешь, что случилось в закусочной? - Знаю, конечно. Ты, где Инвестигатор, не знаешь? - За него не беспокойся, с ним всё в порядке. Хотела я сказать, что я особо за него не беспокоюсь, и больше ищу чтобы ему уши его острые ободрать, но прикусила язык. - Надо добиться разрешения на свидание с ними. До суда их поместят в камеру предварительного заключения. – сказала тихо Катри, посмотрев на меня. Её немного потряхивало, но девчонка пыталась это скрыть. – Разрешение выдаёт ответственный секретарь суда. Тебе надо будет как-то уговорить его. Я бы сама пошла, но, сама понимаешь, со слабой женщиной они разговаривать не будут. - Это точно. – вздохнула я. Вот уж кого, а юную девицу с миловидным личиком как Катри не пропустят даже дальше ворот в район Тюрьмы Имперского города. - За торговлей скумой им, скорее всего, грозит большой срок и заключение в тюрьме для особо опасных преступников. Я не сильно разбираюсь в этом. – Катри посмотрела на свои сложенные руки, трясущиеся. Я знала только одну такую тюрьму в Сиродиле. Знала ещё одну, но она, как была далеко от Сиродила, так и находилась под властью другого народа... Не особо мною любимых. - Талькарас... – выдохнула я, вспомнив рассказы моего приятеля Лекса, когда он посещал эту тюрьму. Надо будет его спросить ещё раз, правда аж до Анвила топтать. - Поэтому, поторопись, пожалуйста! Тебе надо успеть попасть к ним до заседания суда! - А что будете делать вы? - Я пока останусь здесь, и на суд приду. Буду следить, чтобы с закусочной ничего не случилось. Хотя скорее, чтобы легионеры не растаскали оттуда всё, что можно... Я, на последок чуть приобняв Катри в поддерживающем жесте, покинула часовню. Неторопливо прошла к выходу из кладбища, взглянула на раскинувшийся вдалеке Имперский Город, и чуть по склону ниже, закусочную, освещаемую факелами ещё не ушедших легионеров. Надо бы тихонько свистнуть Корня, и уйти незамеченной. Придётся разбираться, как всегда, самой. О, Кинарет, если я ещё раз услышу фразу «только на тебя одна надежда!», я сброшусь с башни Белого Золота. Хотя, этих понять можно, не так-то много у них самих выбора, надо на других полагаться. С Катри всё понятно, а вот де’Гриза я не нашла. Чёрт бы его побрал, алкота. Да ещё и Ниазан странный какой-то... Обычно грубит постоянно, а тут вежливый какой. Хотя, стрессовая ситуация, понять его можно. *** К девяти утра, а именно во столько открывалась приёмная Имперского Суда, я уже подошла в район Тюрьмы, где везде сновали стражники, и какому-нибудь левому чайнику было бы страшно даже приблизиться. Но я вам тут не левый чайник, а правая джебена, так что я тут ходила вполне спокойно. На себя я напялила самую приличную одежду, что у меня была, и летящей походкой, как говорится, вышла за водкой. Если стражник на входе в приёмную суда меня проигнорировал, когда я заходила, то уже стоящий там преградил мне дорогу, когда я попыталась подойти к ответственному секретарю – Литуану Полоресу, известному в узкий кругах. - Дамочка, вы, кажется, ошиблись. – сухо сказал он. - Я не ошиблась. Я хочу поговорить с ответственным секретарём. – так же сухо ответила я. - Послушайте, тут серьёзные дела ведут. Я вас провожу к выходу, либо выйдете сами. – уже раздражённо сказал он. Из-за его плеча выглянул секретарь, явно заинтересованный, что происходит. - Пропусти человека, Норман. – сказал Полорес мягким голосом. Стражник явно выглядел недовольным, что ему приходится уступать женщине, но пропустил меня к столу, а сам отошёл ко входу. - Прошу прощения за него. Я вас внимательно слушаю. – приветливо улыбнулся бретон. Он словно знал меня, смотря на меня с лёгким прищуром. - Благодарю. Я, э-э-э-, хотела бы получить разрешение на свидание с арестованными, владельцами закусочной. - По приказу имперского судьи свидания с арестованными по обвинению в торговле скумы запрещены. - будничным тоном ответил мне ответственный секретарь, опустив взгляд на свои руки, листая какие-то бумаги. Он остановился. – Но... - ...Но?... – спросила я. Бретон чуть усмехнулся, подняв на меня взгляд. - Я пойду на должностное преступление и дам разрешение на свидание, если вы мне поможете решить один... Житейский вопрос. Я оглянулась на стражника, который отвлёкся на газету «Вороного курьера», и кивнула. - В чём дело-то? - Тс-с... Тихо, я не хочу лишней огласки. – Полорес понизил голос. – Мне нужно вернуть семейную реликвию – фамильный амулет Полоресов. Он пропал у меня неделю назад. Вернее, я думаю, его у меня украли. Ну так как – возьметесь найти его и наказать воришек? - ...Я сделаю всё что могу, но мне нужны детали. – я нахмурилась. - Отлично! – он лучезарно улыбнулся. – Только это всё между нами, хорошо? После моего утвердительного кивка он продолжил. - Свой фамильный амулет я носил всегда с собой, даже ночью я его не снимал. Но вот, неделю назад, я проснулся без него. И не только без него. – лицо секретаря омрачилось. – Я проснулся без своей жены Мариэтты. Вместо неё на подушке лежало письмо. В письме Мариэтта писала, чтобы я не искал её, потому что она, видите ли, «нашла свою любовь»! Я давно стал замечать, что Мариэтта старается избегать меня, но что она способна на такое, я и представить не мог. Я заметила, что Полорес немного нервно заламывает руки, стараясь смотреть только на свой стол, усеянный бумагами. - По ряду причин, я не хотел бы доверять расследование этого дела имперской страже. Но амулет мне очень дорог, и я не успокоюсь, пока не верну его обратно. Сначала я пытался самостоятельно найти Мариэтту. Последнее время она ходила в район Талос-Плаца к какой-то подружке. М-да, к подружке... Какой же я был тогда осёл – к любовнику она ходила! Её несколько раз видели в гостинице «Тайбера Септима» с каким-то блондином. – он вздохнул. – Но больше я ничего не смог узнать про неё. - В общем, это всё, что я могу рассказать. Не знаю, как вы найдёте его, но помните – без амулета разрешения вам не будет. Он снова улыбнулся, посмотрев на меня. Что-то было в этой улыбке... Странное. Я кивнула и, развернувшись, покинула здание. *** В гостинице «Тайбер Септим» я сняла комнату, чтобы мой поиск улик не стал таким уж подозрительным. И, только я оказалась на втором этаже в снятой комнате, я принялась за дело.  Скинув сумку на кровать, я достала оттуда перчатки, дабы не запачкать рукава единственной блузки в пыли. Я оглянулась на свою снятую комнату, и чуть не подскочила, когда в дверь постучали. Быстро бросив перчатки на покрывало, я открыла дверь. Там стоял молодой мальчишка с сумкой, полной писем. Тю, гонец. - Госпожа Испарина-Осфор? – он посмотрел на письмо в руке и на меня. Я кивнула. Даже знаю, от кого письмо. Только один человек в моём окружении писал в письмах обе мои фамилии. - Вам письмо, из Хаммерфела, от... От господина Августа Осфора! - Спасибо. – я забрала письмо и взамен отсыпала с десяток септимов мальчишке, и закрыла дверь. Братец подал о себе знать. Его витиеватый почерк украшал конверт. Прочитаю, когда закончу. Я сунула письмо брата в карман юбки, надела поношенные и нуждающиеся в замене перчатки, и принялась за начатое дело – за поиски улик. В моей снятой комнате ничего не оказалось, а вот в комнате, находящейся слева от меня, коротая, благо, была пустой, я нашла за шкафом любопытную записку. Вернувшись к себе, я развернула её и вгляделась в чуть кривоватые строки. «Прости, любимая! Неотложные дела не позволяют мне с тобой встретиться. Буду ждать тебя с приданым у входа в Угодья Дасека ровно через неделю. Обещаю, что отныне мы уже не будем скрывать наших чувств, и больше ты своего Литуана никогда не увидишь. Навеки твой, Роланд.» Вот оно что. И когда эта записка вообще оставлена? Всё равно, что уходя с точки торговли прилепить бумажку «Буду через десять минут». Я достала свою карту, и разложив на кровати, я стала искать. «Угодья Дасека»... Звучит знакомо, так что, уверена, у меня есть отметка на карте. И да, вот оно. Я там была, либо лишь собиралась туда как-то зайти. Решив не тратить время на отчёт Полоресу, я быстро переоделась в заранее прихваченную запасную робу и в быстром темпе покинула Имперский Город, вышедши к конюшням. - Привет, Брелиус! Как жизнь? – крикнула я помощнику на конюшнях, которого знала лично. Он вёл молодую кобылу, видно, служебную. - Неплохо. Давно тебя в городе не было. – улыбнулся имперец. - Дела, дела. – ответила я, поправляя и закрепляя на седле свою сумку. – Что, новая кобылка? Для легиона? - Да, она. – кивнул Брелиус, погладив круп лошади. У неё было большое белое пятно на морде, красиво выделяющееся. – Плотвой зовут. - Плотва? – я подняла бровь, попытавшись погладить морду кобылы, но, как обычно, потерпела поражение – лошади помимо моего дуралея особо не любили меня. – Ты сказок про белого волка перечитал? - Ха-ха. – закатил глаза имперец. - Ладно, шутки шутками. Я поеду уже, спешу. – я взъерошила гриву Корню, терпеливо ожидающему, когда я уже договорю, и запрыгнула в седло привычным движением. - Удачи в пути. – махнул мне конюх и я, напоследок махнув в ответ, отправилась в путь. *** До Угодьев Дасека я добралась быстро, благо Корень уже успел наесться и набраться сил, и с радостью перешёл на галоп. Да, кажется, я действительно тут не была. Форт казался ныне заброшенным, но часто в таких фортах жили разные, как выразился Феникс, нехорошие граждане. Я покрепче перехватила в руках меч и нырнула в полутьму форта, пыльную и покрытую паутиной. На первый взгляд, нихера. Просто форт, полу-жилой, с кучкой бандитов. Однако скоро я обнаружила интересную картину. Труп женщины, причём довольно свежий. Я спустилась к ней, и осмотрела тело. В карманах ничего не забрано, тело лежит так, будто её скинули с той колонны. Некоторые кости сломаны, да и походу смерть была мгновенная. Странно. На всякий случай, я запомнила основные черты лица, чтобы потом выяснить у Полореса, не Мариэтта ли это. Я пошла дальше по форту, ступая тихо и вырезая попавшихся на пути бандитов, пока не наткнулась на небольшой зал, в центре которого стоял стол, стулья, а на одном из них вальяжно развалился имперец в кольчужной броне, лениво покачивая амулет, намотанный на пальцах. Под моим сапогом хрустнула небольшая ветка, видно выпавшая, когда сюда таскали хворост для жаровен. Имперец медленно повернул голову ко мне. Блондин, с правильными чертами лица. Его рот скривился в натянутой, враждебной улыбке. - Ох, ко мне гости пришли? Как это всё неожиданно. – усмехнулся он, и махнул в сторону стула напротив себя. – Присаживайтесь, прошу. И не стесняйтесь, угощайтесь – вино, сыр, ну что найдёте. Его тон не терпел возражений, так что я решила рискнуть. Стряхнув кровь с кинжала, я вложила его в ножны и подошла к столу, осторожно села напротив на некрепко сколоченный стул. - У вас какое-то ко мне дело? – он поднял бровь, взмахом намотал остаток цепочки амулета на палец, и спрятал драгоценность в поясной кошель. - Есть. – ответила я сухо. – Амулет Полореса. Он мне нужен. - Ах, амулет. Амулет Полоресов? Ну-да, ну-да... Ну что же, хорошо. Пойдёмте, я вам покажу амулет. – он хмыкнул, и встал со стула, сделав жест идти за ним. Я напряглась, но встала следом, и пошла за ним. Ладно, поиграем в твои игры. Но рука уже была готова схватить меч и, как оказалось, не зря. Едва мы поднялись по лестнице к коридору, в котором я заприметила настроенную ловушку, имперец резко развернулся ко мне, выхватывая клеймору из-за спины. Я вытащила из ножен меч, и встретила его удар своим. Сталь зазвенела, я оттолкнула от себя незадачливого бандита, и оглянулась. На меня наступали трое – помимо блондина, был ещё каджит и данмер. Первым на меня кинулся данмер со своим кинжалом. Я увернулась от тычка, и ударила наконечником меча в недальновидно открытую шею. Данмер издал удивлённое бульканье, и отступил, пытаясь зажать обильно кровоточащую рану. Свободной рукой он всё-таки взмахнул кинжалом, и запустил его в мою сторону. Попадание нельзя было назвать «точно в цель», но лезвие полоснуло меня по руке, распоров рукав на предплечье и оставив неглубокий порез, и со звоном отлетело куда-то вниз. Обращать внимание на ранение не было времени – на меня уже замахнулся каджит, раскручивая свою булаву. Пришлось пару раз увернуться, и не очень удачно. Хвостатый всё-таки умудрился врезать мне по почкам, за что получил кулаком по лицу и мечом по печени. Он на секунду застыл, согнувшись от боли, и получил прямо меж рёбер в сердце. Последним был сам Роланд. Он повертел в руках клеймору, и с вскриком ринулся на меня. Я отскочила в сторону, и оружие рассекло воздух, смачно ударив по каменному полу, что аж искры полетели. Я кинулась вперёд и сбила имперца с ног, повалив на землю и нависши сверху. Пока мои дрожащие руки пытались остриём кинжала проткнуть кольчужный воротник, Роланд не растерялся, и крепко сдавил мою шею обеими руками. Перед глазами поплыло, я наугад ткнула изо всех сил перед собой и прокрутила кинжал. По звону кольчуги и хрипу имперца, я поняла, что попала. Хватка на моей шее ослабла, перед глазами прояснилась картинка. Широко открытые глаза Роланда смотрели на меня, пока он с булькающим звуком пытался хватать ртом воздух, а руки беспомощно искали хоть какое-то спасение. Я надавила сильнее и, издав последний громкий хрип, Роланд затих. Я ощупала карманы альфонса, и в одном из действительно был амулет. На прохладном серебре были выгравированы буквы – «ВТ». Похоже, это он. Я засунула амулет в свободный карман сумки, и встала, отряхнувшись от пыли. Предплечье ныло, но больше меня разочаровал распаренный рукав. Придётся зашивать. Очень быстро я покинула форт, так как меня здесь ничего больше не держало, и отправилась обратно в Имперский город. От конюшен до района тюрьмы я почти бежала, так как до закрытия приёмной комиссии оставался всего час. Буквально влетев в здание, я подскочила к собирающему в стопку бумаги Полоресу. Он застыл, не ожидавший такого резкого появления, и сфокусировал взгляд на моей руке, в которой я держала цепочку амулета. - Это он. Не знаю как, но вы нашли его. – улыбнулся имперец, хватая амулет и поднося к свету настольной лампы. – Даже без повреждений. Похвально, похвально. - Мариэтта мертва. – выдала я. – Я нашла в гостинице «Тайбер Септим» письмо, адресованное ей неким Роландом. – я протянула потрёпанное письмо Полоресу, и тот напряженно пробежался по нему глазами. – В этом форте я нашла и Мариэтту, убитую кем-то, и Роланда с амулетом и своими подопечными. Полорес сидел с самым серьёзным выражением лица. Всё его напускное очарование слетело, уступив место сосредоточению. - А Мариэтта, значит, мертва... М-да, какая неприятность. – медленно сказал он, расправив письмо, и поднёс его к огню лампы. Кончик письма загорелся, и пламя стремительно пожирало листок, стирая улики. – Боги наказали воришку и изменницу. Ладно, туда ей и дорога... В смысле – земля ей пухом. Он вздохнул, вытащил из ящика небольшой пергамент с аккуратными ровными строчками, протянул мне. - Вот разрешение. Сначала покажите его стражнику на входе в камеры предварительного заключения, а потом отдадите его тюремщику. Я забрала пергамент, внимательно осмотрела и кивнула. - Да, и всё это дело между нами! Никому ни слова. Слышите, никому... - Я могила. До КПЗ я опять же добралась быстрым шагом, если не бегом. Меня уже как-то раз сюда сажали, так что дорогу я запомнила хорошо. Стражник на входе меня остановил, оценив взглядом мой не самый приличный вид – робу в дорожной пыли, ранение с уже запёкшейся кровью на руке и не самые чистые растрёпанные волосы. - Без документов прохода в камеры предварительного заключения нет. – отчеканил он. Я молча протянула ему пергамент. Он посмотрел и утвердительно кивнул. - Ага, хорошо. Проходите. Я зашла в коридор с холодным воздухом – камеры КПЗ были в, так сказать, подвальном помещении. Я поморщилась от воспоминаний как сама тут сидела, и прошла дальше, где за столом сидел мужчинка пожилых лет. Он поднял на меня взгляд и прищурился. Узнал, что ли? - Свидания с арестованными только с письменного разрешения ответственного секретаря! – он нахмурился, лицезря мой вид. - Вот разрешение. – я отдала пергамент, стараясь выглядеть как можно приветливее, хотя хотелось кому-нибудь всечь. Мужчина выдернул из моей руки разрешение, и быстро пробежал глазами по тексту. Он нахмурился ещё больше. - Хм... Странно. У Полореса плохо с памятью? Имперский судья запретил любые свидания с арестованными по обвинению в торговле скумой! – он вздохнул и положил пергамент на свой стол. – Ладно, это не моё дело. Сейчас я их позову. Он прошёл к решёточным дверям в камеры и постучал по прутьям. - Эй, вы двое! А ну вставайте, хватит дрыхнуть! К вам тут пришли. Он отошёл от дверей, и повернулся ко мне. - Время свидания – пятнадцать минут. Время пошло. Имперец отошёл обратно к своему столу, что находился достаточно далеко от камер, чтобы не услышать разговор шёпотом. Я присела на корточки и заглянула за решётку. Оттуда на меня посмотрел сонный Джулианос, но сразу же продрал глаза, увидев меня. - Хвала Азуре, Роше, это ты! – шёпотом сказал он. Видно, не ожидал меня увидеть здесь. - Видишь, какие у нас неважнецкие дела... - Да уж, вижу. Вы как, держитесь? – я покосилась на Володимера, который спал, свернувшись калачиком на своей лежанке. - Держимся, вроде. М-да... Недооценил я крысу, хорошо сработала, гадина! – он вздохнул, сев на пол и облокотившись о стену. – Сначала убрала всех, кто ей мешал. А потом, подбросив скуму и подкупив свидетелей, нанесла решающий удар по Братству. - Может есть идеи, почему эта крыса вообще так взялась за Братство? Я, конечно, понимаю что её мотивы размыты, но чем могла её зацепить компания искателей приключений?.. – я посмотрела на норда, который нервно потирал свой медальон на шее и нахмурилась. – Джулианос? - Потом объясню. – бросил он, и похлопал себя по карманам, после чего сунул мне в руки свёрнутый листок. – Сначала передай вот эту записку Джеку... Ну, через сундук связи. Помнишь, где он? Я взяла листок, и сунула в сумку. - Помню. – проворчала я. - Вот. А послезавтра будет суд. Начало в двенадцать часов дня. Будь там обязательно, вход в зал заседания свободный. – Джулианос сжал переносицу. – Нам, скорее всего, дадут пожизненное за торговлю скумой и отправят на остров в тюрьму для особо опасных преступников. Единственное, чем можно нам сейчас помочь – это добиться повторного расследования нашего дела, чтобы доказать его сфабрикованность. Норд снова вздохнул, посмотрел на Володимера, ворочающегося во сне, и снова на меня. Печально так, как будто он уже смирился со своей участью. - Что ещё сказать, ты наша последняя надежда! Если ты нам не поможешь, то нам уже никто не поможет. Я медленно кивнула. И сама это понимала. Эти двое за решёткой, Джек, Тилк и Феникс на бумаге мертвы, Некрофорус вообще пропал, а Катри и Ниазан и подавно ничего не смогут сделать. - Ну, прощай что ли... Надеюсь, всё же ещё увидимся. – Джулианос пожал мне руку. - Увидимся. Даю слово. – ответила я себе под нос, встав на ноги и сжимая свёрток в сумке. Пора было вытаскивать друзей из этого дерьма. *** Почти весь следующий день я потратила на дорогу к Тихой Заводи, где в притрушенном песком ящике я оставила письмо Джулианоса, и обратно. Добравшись до гостиницы на Талос-Плаза на вялых ногах, я выдохнула. Можно было немного передохнуть и перестать бегать как в жопу ужаленная по Сиродилу. Наконец-то отмывшись и отстирав робу, я залечила порез на плече, и села прочитать письмо Августа. Длинная бумага внутри конверта была исписана его аккуратным почерком. «Роше! Очень жаль, что ты не смогла приехать на свой день рождения к нам. Джим тебя очень ждал, да и мы с Римой тоже. Почему так случилось? Надеюсь, у тебя всё хорошо, и ты не находишь себе много приключений. Если у тебя получится, приедешь на Новую Жизнь?..» Дальше было, как всегда, много вопросов и новостей его жизни. Где-то педантичный почерк и стиль письма сменялся простым и переживающим – это видно моя дорогая сноха сумела выхватить у мужа бумагу и вписать сама. Где-то даже были мелкие, не замеченные взрослыми приписки племяша, который с малых лет проявлял удивительную способность копировать почерки других. Чтобы ответить на все вопросы и отреагировать на все новости пришлось подбирать слова и писать почти час. Как бы не хотелось, я понимала, что скорее всего, не смогу приехать на праздник Новой Жизни, но пообещала приехать на день рождение Джима. После я села писать письмо в Анвил, моему приятелю Иерониму. Письмо получилось коротким и по делу – мне нужно было узнать больше про островную тюрьму – так что много времени это не заняло. А уже утром, перед судом, я нашла почтовую контору, которой обычно пользовалась, и отправила письма, щедро заплатив чтобы их доставили побыстрее. Когда время уже подходило к полудню, когда должен был состояться суд, я подошла к району тюрьмы, где увидела знакомую фигуру Катри, топчущуюся у входа. Она сильно нервничала и обрадовалась, когда я предложила идти вместе на суд. Когда мы зашли в приёмную суда, я глянула на Полореса за столом. Он, увидев меня, кивнул на лестницу на второй этаж. Суд начался. Мы зашли внутрь – там было много незнакомых мне людей, если не считать сидящих в «клетке» Джулианоса и Володимера. Первый встревоженно переводил взгляд с меня, словно ожидал, когда я появлюсь, на Катри и обратно. Второй же уставился куда-то в пол невидящим взглядом. - Прошу всех стать, суд идёт! Все одновременно поднялись, мы с Катри не исключение. В зал зашёл судья – высокий имперец с шипящим голосом и пронзительными глазами, которые обвели зал, на секунду остановившись на моём лице. Его бровь на секунду насмешливо дёрнулась, и его снова стало непроницаемым. - Суд пришёл, прошу садиться. Все присутствующие сели на свои места. Мы – на лавку у входа, дальше всех от судьи. Я, будучи человеком далёким от юридических дел, хоть примерно и понимала, как это устроено, не вникала достаточно. Так что мне нужно было просто помалкивать. - Слушается дело тридцать два, дробь семнадцать по обвинению хозяев закусочной «У семи дорог» Джулианоса Теодоруса и Володимера Скайримского в торговле скумой. – начал помощник судьи, взяв в руки какую-то бумагу. - Да, благодарю вас. – изрёк судья. – Итак, мы начинаем! Слово стороне обвинения. Пухленький мужчина с гнусавым голосом поднялся, подойдя к кафедре с важным видом. - Да, господин судья, спасибо. Граждане Джулианос Теодорус и Володимер Скайримский обвиняются в совершении особо тяжких преступлений, как торговля, хранение и распространение скумы. – он сделал паузу, которую можно было назвать даже драматической. – В качестве доказательств прилагаются результаты обыска помещений закусочной «У семи дорог» и свидетельские показания лиц, неоднократно покупавших скуму у подсудимых. - Слово стороне защиты. - судья со стоическим видом посмотрел на адвоката. Прокурор отошёл, уступив место адвокату. - А, мне что-ли? А по какому вопросу? – мужичок выглядел растерянно, как будто не сидел до этого тут же. - По трубам! – выкрикнул кто-то из зала, и многие разразились хохотом. Я скривилась. Что это такое? Даже я понимала, что вместо опытных людей тут ряженные клоуны, которых забыл проезжающий тут бродячий цирк. - Так, тихо, тихо, прекратите! – оборвал смех судья. – Слово подсудимым. – он повернулся к двум, сидящим в «клетке». – Вы признаёте свою вину? - Нет конечно! Это цирк какой-то, здесь всё подстроено! – сказал Джулианос, выглядя возмущённым не меньше меня. - Мы не виновны, мы не виновны! Закусочная несколько дней была без охраны, всю скуму нам подбросили, подбросили скуму! – подал голос Володимер. Его голос дрожал, но бретон всё ещё держался молодцом, не впадая в панику. - Да ладно, подбросили! Спаиваете народ бормотой всякой, сволочи! – выплюнул оскорбление какой-то данмер с весьма угашенным видом. - Это кто это тебя спаивает, а?! – не выдержал Джулианос. - Так, тихо, тихо! Прекратите! – снова оборвал балаган стуком молотка судья. Вздохнув, он продолжил: - Переходим к допросу свидетелей обвинения. И давайте только по-существу. Прошу вас, господин прокурор. - Благодарю, ваша честь. Первый свидетель обвинения – гражданин Парамей Добе. – прокурор повернулся на щупленького бретона, вышедшего к кафедре, которого я точно в глаза не видела, ведь такого дрыща ещё попробуй забудь. - Свидетель, поклянитесь говорить суду правду, только правду и ничего, кроме правды. - Да-да, я клянусь говорить правду, только правду, и ничего кроме правды! – воскликнул он своим писклявым голосом. Не, ну один краше другого. Не могли лучше найти? - Прошу вас, господин прокурор, задавайте вопросы свидетелю. – обратился судья. - Благодарю, ваша честь. Свидетель, ответьте на такой вопрос: Вы покупали скуму в закусочной «У семи дорог»? - Да, ваша честь, грешен. Бес попутал, покупал, покупал! - И последний вопрос. Вы покупали скуму у обвиняемых? - Да, господин прокурор, именно у них! – Добе повернулся к моим друзьям, ощерившись. – У, проклятые! Наживаетесь на здоровье честных граждан Тамриэля! Барыги, ненавижу, ненавижу! - Успокойтесь и сядьте. – сухо осадил его судья. – Ещё свидетели у обвинения? - Второй свидетель обвинения – гражданин Оперус Негонит. Да уж, ну и имечко. К кафедре вышел тот самый угашенный данмер. - Свидетель, поклянитесь говорить суду правду, только правду и ничего, кроме правды. - Мамой клянусь, только правду! А зачем мне врать?! - Вы покупали скуму в закусочной «У семи дорог»? - А-то, постоянно! Только там её и покупаю, родимую. – без капли скромности ответил Негонит. -  Вы покупали скуму у обвиняемых? - Ну а кого ещё-то! У них, у кровопивцев! Наживаются на болезнях трудового народа! Ух, я бы вас! - Тихо! Хватит тут балаган устраивать, сядьте на место! – рявкнул судья, звонко стукнув молотком. У меня, как и у Джулианоса с Володимером, уже заметно дёргался глаз. И не столько от простого желания повеситься прямо тут, на люстре в зале суда, сколько от того как плохо сыграно всё происходящее. Катри, сидящая рядом со мной, уже просто положила голову на руки, и смотрела в пол. - Ещё свидетели у обвинения. - Третий свидетель обвинения – гражданин Урисен Нариваль. – прокурор обернулся на имперца с причёской монаха, не вставшего к кафедре. - Свидетель, поклянитесь говорить суду правду, только правду и ничего, кроме правды. – в третий раз уже сказал судья. - Да конечно, начальник, в натуре, падла буду... То есть это, клянусь, там, покупал, чего ещё? А, пил и всё-такое... Давайте уже закругляться, целый день сидим, штаны протираем... – залепетал он. О-о-о, ну этот вообще в хламину. Понабирают по объявлению... - Свидетель, ведите себя прилично! – уже начал раздражаться судья. – Хорошо, садитесь, господин прокурор. Свидетели со стороны защиты есть? - Э-э-э, ну это.. Да, нет, наверное. Нет, точно нет. А, вспомнил! Нет! Я хотела уже встать, но меня осадила Катри, положив ладонь поверх моей. Она послала мне предупреждающий взгляд. Ничего у нас не было, доказывающего невиновность друзей. - Ха-ха! Отличный адвокат у нас. Да, отличное представление! – фыркнул Джулианос. - Тихо, тихо! Переходим к прению сторон. Господин прокурор, вам слово. – объявил судья. - Все доказательства получены в полном соответствии с законом. Поэтому я считаю, что вина подсудимых доказана и требую в качестве наказания пожизненное заключение в тюрьме для особо опасных преступников. – с важным видом сказал прокурор. - Да-а, вот это дела! – воскликнул Джулианос. - Кошмар, кошмар какой-то! – пробормотал Володимер встревоженно. - Так, тихо, тихо! Слово адвокату. - Ну что тут говорить, они, безусловно, виноваты. Сторона защиты полностью согласна с приговором... И всё такое. - Подсудимым предоставляется последнее слово. – вздохнув, объявил судья. - Ну что, вас всех за гроши купили, или кого-то за еду, а?! За этот цирк вам всем придётся ответить! – громогласно заявил Джулианос. - Мы не виновны! Я буду требовать пересмотра дела, требую пересмотра дела! Прошу мои слова занести в протокол! – затараторил Володимер. - Ясно. – изрёк судья. – Всем встать для оглашения приговора. Все по «команде» встали, встал и судья, оглядев всех присутствующих. - Именем Империи, властью, данной мне Императором, объявляю подсудимых виновными по всем пунктам обвинения и приговариваю их к пожизненному заключению. – молоток звонко стукнул, обостряя напряжение в воздухе. – Приговор окончательный и обжалованию не подлежит! «Свидетели» все как один захлопали, уже не пытаясь скрывать усмешек. - Осужденные, встать! Руки за спину, направо и вперёд на выход, марш! – стражник повёл двоих осуждённых к выходу. По пути Володимер оглянулся и кинул на меня полный надежды взгляд, и скрылся за дверью следом за Джулианосом. Все разбрелись кто куда, и в зале суда стало тихо. Мы с Катри тоже вышли. Её, разволновавшуюся, с глазами на мокром месте, я отправила отоспаться в таверну, а сама пошла к Полоресу. - Чем может помочь пересмотр их дела? – сходу спросила я без приветствия. Полорес аж немного опешил. - Пересмотр дела? А зачем? - Они не виновны, я более чем уверена, что их подставили. - М-да? Вы так думаете? – скептично поднял бровь Полорес. – Вполне возможно, однако... Судья Астеллоно дела о торговле и распространению скумы не пересматривает. Поверьте мне, уже были попытки – это бесполезно. Я задумалась, уставившись на стол. Зацепившись взглядом за какой-то документ, я вспомнила кое-что про судовую систему, о которой мне рассказывал Виктор. - А если дополнительное расследование? - Хм... Это можно. – тут задумался уже Полорес. – Пересмотр дела может потребовать имперский прокурор. Но Гробер этого делать не будет, он в дружеских отношениях с Астеллоно, поэтому... – он вдруг поднял на меня взгляд. – Правда, если откроются новые обстоятельства дела, то Гробер будет вынужден отправить его на повторное расследование. Однако, новые «обстоятельства» должны быть получены законным путём, то есть представителем закона. - Что это значит? – нахмурилась я. - Это значит, нужно убедить следователя по делу закусочной – капитана Сайруса Валентия – в том, что это необходимо. Кстати, он только что здесь был, интересовался решением суда. Вы его ещё догоните. Давай, удачи! И не забудь, про амулет – никому! Я кивнула, махнула на прощание, и выскочила из здания прежде, чем Полорес успел махнуть в ответ. Рядом я заметила удаляющеюся фигуру имперца, знакомую по тому вечеру в закусочной. - А, это опять ты?! – он, казалось, был в хорошем расположении духа. Он хмыкнул, посмотрев на меня сверху вниз. – Чего, опять нужно «вещи забрать»? А-ха-ха-а! - Вы можете сделать пересмотр дела? – в лоб спросила я. На этот же лоб у него глаза и полезли. - А какая же на это есть такая причина, а?! Дружков-собутыльников своих вызволить хочешь?! - Они не виновны, их подставили. – повторила уже Валентии я. - Что за вздор?! Доказательства неопровержимы, приговор – справедливый! - А если дополнительное расследование?.. - И кто мне это про расследование тут говорит? Может быть это наш новый капитан Имперского легиона?! Неизвестно ещё, чем ты на самом деле занималась в закусочной... «Вещи мне нужно забрать»! Значит, если хотите повторное расследование – заслужите себе это право, а потом сами его и проводите. Я понятно говорю?! – рявкнул имперец. - Что это может значить? – спросила я уже недовольно. - Это значит – сначала получите капитанские погоны, как у меня, а потом занимайтесь этим делом, сколько хотите! Расследуйте, перерасследуйте... – он хмыкнул, скрестив руки на груди и кивнул в сторону соседнего здания. – Кстати, окажу вам небольшую услугу полезной информацией. В училище Имперского легиона сейчас проводится дополнительный набор курсантов. Попробуйте, а вдруг! Чем только Сангвин не шутит! Ха-ха-ха-а! Валентия расхохотался, развернулся и ушёл. Я же посмотрела на дверь в это здание. Ну, родной, тебя никто за язык не тянул. Продолжение следует...