Часть 2
8 февраля 2025, 14:39***
Ливий для начала придержал дверь для Гермопольской, а затем уже и сам зашёл в квартиру. Он не из тех, у кого в квартире можно встретить бардак и мусор. С этим Эве повезло. Проходя в такую родную квартиру, Эвтида вдыхает знакомый аромат и наслаждается, что она наконец-то дома. Снимая с себя пальто и выскакивая из каблуков, вновь потягивается и складывая руки у груди, проходит в знакомую гостиную. Время приближалось к полуночи, а Эва не любила сидеть допоздна, поэтому уже хотелось спать. Особенно в последние три месяца девушка предпочитала часто спать и потому её режим сна был достаточно изменен. Чтобы избежать пугающую реальность. Усаживаясь на диван, Гермопольская подгибает под себя ноги и зевает, прикрывая рот ладошкой. Осматривая комнату, она примечает, что всё осталось как прежде. Словно и не было этих трех месяцев разлуки. Словно не были они так долго порознь. — Ты голодная? — повесив дублёнку, затем, сняв обувь, Пеллийский зашёл в свой небольшой кабинет, где раннее оставил телефон. Уже там он вновь вспомнил все события, произошедшие за этот вечер. И если бы Ливий всё-таки ушёл на пару секунд раньше, он бы мог не застать Эву… И мало ли, что бы она могла натворить в таком состоянии. Хватая наспех телефон, он посмотрел на время и уже вернулся к своей милой госпоже, которая разместилась на диване в гостиной, будто у себя дома. Хотя так и было. Эва была у себя дома. — Не голодная. Этот гад хотя бы догадался, что девушку нужно чем-то угостить, — девушка складывает руки у груди и смотрит на входящего в зал мужчину. — Я не хочу идти на работу больше никогда. Я не вынесу просто находиться с ним на одной территории. Вздрагивая от воспоминания, Эвтида кладет руку к себе на шею и поглаживает место, куда Мемфийсский посмел поцеловать её. “Хочу отмыться от этих прикосновений.” Пусть милая госпожа и ответила отказом от еды, мужчина помнил, что совсем недавно она просила воды. И, решив, что сейчас она может пригодиться ей, он набрал немного и, присев рядом с Гермопольской, поставил кружку на журнальный столик. — Какой же он… — хотел было закончить Пеллийский, только вот выражаться при даме, к тому же ещё и даме его сердца, очень не хотел. Ливий чуть наклонил голову, заглядывая в лицо милой госпожи, которая немного прикрывает его. А поза, в которую она села, ещё раз подтверждала, что она доверяет мужчине, как бы там ни было. — Эва… — протягивает он, подсаживаясь ещё ближе. — Я не позволю ему даже пальцем тебя коснуться, слышишь? “Не хочу, чтобы мы продолжали избегать друг друга.” Мужчина облокотился на спинку дивана, завлекая к себе Гермопольскую таким образом, чтобы она смогла положить голову ему на плечо. Если, конечно, та сама этого захочет. — Жаль, ты остановила меня. Я уже тогда хотел сравнять его с асфальтом. Я видел, какие взгляды он на тебя бросал, — в голосе его слышался прочно сдерживаемый гнев от всей ситуации. — Мне было важнее, чтобы ты был рядом со мной, — поджимая губы, девушка оборачивается на милого господина и переплетает между ними пальцы, чуть сжимая. — Поэтому я не хотела, чтобы ты оставлял меня. Мне было страшно. “А ещё я очень соскучилась по тебе.. Настолько сильно, что я готова прямо сейчас на тебя накинуться!!” Но перед этим им предстояло нормально поговорить. Позже Пеллийский кое о чём вспомнил, и тогда, прогоняя раздумия, он пару раз моргнул и аккуратно встал с дивана. — Подожди здесь... Я сейчас. Эва в этот момент делает несколько жадных глотков воды, убеждаясь в том, насколько Ливий внимателен даже в таких мелочах. Она больше никогда-никогда не хочет ссориться, лишь бы быть рядом с ним. Он зашёл в свою комнату и, подойдя к шкафу, начал искать ту самую вещь. Она хранила запах, который так любила Эва. И сама эта вещь была ценной не только для Ливия, но и для его любимой женщины. И помимо этой ценной вещи он схватил чистые пижамные шорты, дабы отсутствие белья не причиняло дискомфорт. Возвращается в комнату Пеллийский уже с её самый любимой футболкой молодого человека и её домашними шортиками, которые она оставила здесь ещё три месяца назад. — Ты можешь надеть её. Или, если хочешь, просто держать рядом с собой, — мужчина улыбнулся, протягивая свою сложенную футболку. Именно она в какой-то момент стала любимой вещью Гермопольской, потому стала неким успокоением для неё, как он думал. Не сдерживая улыбку, Эвтида глядит на принесенные вещи и берет их в руки, прижимая к себе. Аромат Пеллийского окружает её ещё больше и потому девушка расслабляется сильнее, пододвигаясь к мужчине. — Всё ещё хранишь некоторые мои вещи? — вскидывает бровку и в некоторой степени шутливо спрашивает: — А вот если бы привел сюда какую-нибудь девицу, а она бы увидела чужие женские шорты? Как бы оправдался? Внутри Эвтиды были мысли о том, что Ливий бы никогда так не поступил, ведь даже то, что послужило причиной их расставания — стечение обстоятельств и недоразумений. Но если бы не сегодняшний инцидент, смогли бы они вообще нормально поговорить..? И если бы нет, то они оба.. Могли построить жизнь с другими людьми. Однако Гермопольская даже не хочет думать о другом мужчине, который смел бы что-то делить с ней. Присев все также рядом, Ливий положил свою ладонь сверху на девичью ладошку и сжал. Он несколько раз посжимал девичью руку, как бы играясь, а потом взял её второй рукой и вложил в свою раскрытую ладонь. — Какую девицу? — с ухмылкой взглянув на Эву, мужчина продолжил играться с её ладошкой, перебирая тонкие пальцы. — Если кто-то кроме тебя вдруг и переступил бы порог этой квартиры, то только моя или твоя мама. Никаких девушек здесь не было. Ливий перестал сжимать и разжимать девичью ладонь, но теперь он двумя руками взял эту же ладонь, уже более серьёзно взглянув на Гермопольскую. Мужчина поменял положение тела, развернувшись к ней. — И не будет. Эва… — он прочистил горло, готовясь первому начать разговор. — Мне невыносимо без тебя. Я не живу, а существую. Он смотрел прямо в её карие глаза, в которых отражался блик немного тусклой подсветки. Комнату освещала небольшой напольный светильник, светящий тёплым цветом. — Как ты понимаешь, произошедшее сегодня только подтверждает мои чувства к тебе. И я никогда не стану жалеть о случившемся в машине. — Ливий.. Эвтида слегка хмурит бровки и слушает его, не перебивая. Она практически не двигается, не дышит и ловит каждое слово милого господина, ощущая, как сердце внутри сжимается. Они сглупили, расставшись из-за такого пустяка, но судьба свела их вновь. Пеллийский взял в свои руки и первый сказал о том, что внутри себя так истинно желала Эва. Тепло распространилось внутри грудной клетки, когда Эвтида посмотрела на него особенным взглядом. Таким же тёплым и самым-самым нежным. — Эти три месяца дали мне понять, что я не просто люблю тебя… — он сжал сильнее её ладонь, а затем разжал и начал вырисовывать незамысловатые узоры на тыльной стороне, не нарочно щекоча кожу. — Я до безумия и до дрожи в теле тебя люблю. Ты дашь второй шанс мне и нашим отношениям? Прикусывая губу, девушка внимательно смотрела в карие глаза и не стеснялась тонуть в них, слушая речь. Какой бы гордой внутри себя не была Гермопольская, она была бы готова дать хоть миллион шансов и только ему. — Я очень сильно тебя люблю и ни на секунду я не сомневалась в этом, — она сглатывает и слегка сжимает его ладонь, говоря чуть тише. — Даже когда я кричала о том, что жалею обо всём и что ненавижу тебя, это всё было ложью. Я просто.. Глупая? Я пыталась сделать тебе тоже больно, потому что мне было очень больно. Эва пожимает плечами и чувствует влагу в уголках глаз, от которой слегка начинает дрожать нижняя губа. Ливий слышит такие заветные, желанные слова, от которых просто хочется расплыться, расщепиться, раствориться. Он не смеет портить такой момент, особенно, когда Эвтида начала делиться сокровенным. Она так крепко, но нежно обнимает мужчину, что ему очень хочется раствориться в этих объятиях. Но Ливий прижимает к себе возлюбленную, придерживая её за талию и плечи, чтобы как раз таки она могла раствориться и утонуть в его объятиях. Весь мир сузился только до одной Эвтиды Гермопольской, которая смотрела на него так искренне и с такой неописуемой любовью. Мужчина сделает всё, чтобы этой ошибки, длинной в три месяца, больше никогда в жизни не случилось. Пеллийский внимательно слушает ответ, озвученный Эвой, и он будто бы перестаёт дышать. Такой трогательный и уязвимый момент, который не хочется спугнуть. Гермопольская сжимает его руку и от этого лишь движения мужчина хочет быстрее прижать любимую к себе. — Я пожалела о них сразу же, как ты ушел. Эти слова были не искренние, потому что я никогда и никого не полюблю сильнее, чем тебя..! Поэтому конечно я хочу дать шанс нашим отношениям! — слегка улыбается, чувствуя, как слезинка скатывается по левой щечке. — Прости меня за все слова гадости, но пожалуйста.. Старайся хотя бы предупредить в следующий раз, если такое повторится. — Это ты прости меня, что ничего не сказал, — ещё раз потирает место, которое недавно поцеловал и подсаживается будто бы ещё ближе, почти вплотную. — А эти слова… Я обиды не держу и вовсе на тебя не злюсь. Говори сколько хочешь, только будь всегда рядом со мной. По телу мужчины будто проходится ток, ведь осознание того, что его муки уже закончились, наступает только сейчас. Эва всегда будет рядом с ним, а чувство одиночества больше не станет его преследовать и выступать страшным кошмаром в некоторых из снах. Ливий не в силах больше бороться с желанием вновь поцеловать, потому, не торопясь, он накрывает такие родные губы с примесью солоноватой воды, медленно и мягко руководя этим поцелуем. Всей жизни ему будет мало для того, чтобы восполнить тот перерыв, который у них был. — Я люблю тебя. И никогда никого не смогу полюбить так, как люблю тебя, — мужчина почти что шепчет. “Только если нашего ребёнка в будущем.” Эвтида, шмыгая носиком, тянется и крепко обнимает его за шею, пытаясь вжаться в него всем телом. Меняя позу, девушка вновь садится на коленки и ближе подползает к нему, прикрывая глаза. Это закончилось. Вновь вместе. Вновь будут просыпаться в одной кровати и в объятиях друг друга. Вновь она сможет целовать его когда захочет. Вновь сможет дразнить, а потом так игриво умолять. Ливий возвращается к тому, что не успел сделать в машине, а именно уткнуться носом в волосы милой госпожи. Ненадолго. Лишь ещё раз вдохнуть сладковатый аромат, к которому так привык. Эва мурлычет ему куда-то в плечо, а он прижимает её к себе только крепче, пальцами щекоча область кожи на плече. — Мне казалось, что я умирала эти три месяца. Просто разлагалась, лежа на своей кровати, — вновь шмыгая носом, следом чуть трется своим ушком об него и поглаживает милого господина, стараясь насладиться прикосновениями ещё больше. — Я постоянно думала о том, что ты придешь и мы помиримся.. Я подскакивала каждый раз, когда кто-то звонил в дверь или если на мой телефон приходило сообщение. “Я стану липучкой! Прилипалой!! Но никогда не уйду от Ливия..!! Никогда!” Слегка отстраняясь от него, девушка вновь целует, перекладывая ладошки к нему на шею. Поцелуй получается коротким, ведь ей хочется столько всего сказать.. — Люби только меня! А я буду любить только тебя..! — слегка улыбаясь, Гермопольская соприкасается своим носиком с его и прикрывает глаза. — Смогу полюбить кого-то ещё, только если в нём будет частичка тебя. Она отстраняется, а Ливий вновь видит перед собой такую любимую госпожу, по которой уж очень сильно истосковался. И, повторяя движения за Эвой, он обхватил ладонями её лицо. — Я любил, люблю и буду любить только тебя, — мужчина также соприкоснулся с ней кончиками носов и коротко поцеловал. А фраза про кого-то с его частичкой только вызывает счастливую улыбку, ведь только Пеллийский подумал о том, что кроме Эвы он может полюбить лишь их дитя, как тут же она произносит это. — Надо же, — издал тихий смешок. — Я только что подумал о том же самом. Никак иначе, мы с тобой связаны. А ты только моя. Эвтида улыбается и кивает. Перекидывая свою правую руку поверх своей же левой, девушка чуть касается волос мужчины и чуть оттягивает их. Мужчина вновь поцеловал её, только вот сначала сделал это несколько раз, а затем один из поцелуев он продлил, видимо, так неожиданно для Гермопольской. Пеллийский нежно и робко целовал её. — Я ни на секунду в этом не сомневалась, — прикусывает губу и ухмыляется, чуть массируя голову любимого человека. — А ты только мой! Поэтому я очень злилась первое время, видя как некоторые тебя начинают обхаживать. Фыркая, Эва вспоминает о Феоное, которая, казалось бы, была везде и действительно ходила за мужчиной по пятам. Мужчина же прикрыл глаза от наслаждения, когда Эва запустила пальчики в его волосы и начала массировать голову. Так нежно и так умело делала только она. Ливий скучал по всему, что связано с ней, в том числе и таким прикосновениям. Ведь только одной Гермопольской мужчина позволял касаться своих волос и показывал ей эту часть своей уязвимости. Он слушает внимательно девушку и не сдерживает короткой улыбки, когда она так чётко и твёрдо заявляет, что он — её. И это чистейшая правда, ведь они сами убедились в том, что хорошо им может быть только друг с другом. — Но потом ты перестал обедать в кафетерии и поэтому я намного меньше видела, что там у тебя происходит. “Зато этот Амен стал цепляться ко мне ещё больше!” Укладывая голову к нему на плечо, утыкается носиком в шею и слегка щекочет уязвимое место своим дыханием. Он блаженно выдохнул, ведь от этого действия волна мурашек пробежала по спине. Мужчина вновь обхватил её своими руками, а одну ладонь переместил на затылок. Теперь его очередь перебирать излюбленные волосы. — Перестал… Потому что видел, как за тобой начинает ухаживать этот… “Громила белобрысый.” — Я не мог с собой ничего поделать, но и заявить свои права на тебя тоже не мог, к сожалению. Он говорил тихо и от того иногда его голос слегка хрипел. Продолжая перебирать волосы, Ливий начал гладить Эву по спине, чуть убаюкивая. — О-о, Амен был словно прилипала, — вздыхает и закатывает глаза, слегка отодвигаясь от мужчины. Смотря на него, аккуратно поправляет прядку волос, заправляя за ушко. — Он ходил со мной по пятам. Постоянно ещё напрашивался помочь или давал какие-то мелкие поручения, мол: “справиться сможет только Эвтида!”. “Хочу стереть его из памяти навсегда.” — Но теперь у меня снова есть ты и он ко мне даже не вздумает подойти..!! — улыбаясь, Гермопольская приподнимается на коленках и прижимает к себе Пеллийского, крепко обнимая за шею. — А ещё в нашем отделе очень быстро распространяются слухи разного характера и из-за этого я хотела уволиться, — опирая подбородок об его макушку, чуть покачивается вместе с ним и чмокает пару раз в голову. На слухи сам Ливий не обращал внимания, ведь уже тогда он заваливал себя работой, стараясь не появляться где-то за пределами кабинета. Слушать, как Эва на самом деле счастлива с другим было сродни издевательством над ним же. Об этом Ливий даже думать не мог, не то, чтобы хотел. — Мне нет дела до того, кто там на меня как-то по-другому смотрел. А вот что насчёт тебя… Я видел каждый жадный взгляд в твою сторону. Но если бы я оставался в этом кафетерии… Ой, Эва, я бы разогнал всех твоих ухажёров и никому не позволил бы даже взгляда косого на тебя кинуть. Он улыбнулся от такой приятной мысли, что всё встало на свои места. Эва теперь и официально стала только его, от чего он не мог скрывать неподдельную радость. — Но теперь, моя милая госпожа… Всё так и будет, — мужчина обернулся к Гермопольской, чтобы поцеловать в макушку, а затем ещё раз прижал к себе, не перестав гладить по волосам, — Я кстати тоже думал об увольнении. Хотя понимаю, что это была бы глобальная ошибка. Мне было тяжело, да, но без тебя было бы ещё хуже. — Давай я буду вечно сидеть в твоем кабинете и тогда мне вообще не будет страшно!! — чуть хихикает, стараясь ещё сильнее вжаться в любимого. Его лицо утыкается в район груди, от чего дыхание приятно щекочет кожу. — Как раз я буду контролировать, чтобы ты хорошо кушал.. Мужчина улыбнулся на предложение Эвы, ведь и сам очень хотел бы устроить подобный расклад. Чтобы девушка постоянно находилась рядом с Пеллийским даже в рабочее время. — Я буду только за, — издал он тихий смешок. — Выгоню секретаршу из её кабинета, снесу одну стену и сделаем большой кабинет для нас! Прикрывая глаза, Эва вновь зевает и шмыгает носом, продолжая испытывать в теле приятную усталость. Однако ощущение чужих прикосновений на щеке и шеи продолжало обитать в теле юной красавицы. — Только я хотела сказать.. — девушка прочищает горло и слегка отстраняется от него, вновь усаживаясь на колени и кладя руки на мужские плечи. Ливий удивился, когда Гермопольская отстранилась и окинула мужчину тревожным взглядом. Он понимал, что Эве ещё есть, что сказать, и это может быть самым неприятным. — Что-то случилось..? — мужчина перешёл на едва слышимый звук, стараясь не отогнать решимость Эвтиды. — Я же.. Ну.. Отказала ему ещё когда мы сидели за столом. Он просто практически прямым текстом спросил про то, где мы потрахаемся. Мол, у него или у меня, — чуть морщится и бегает глазками по лицу Пеллийского. Он конкретно так напрягся, ведь тон Эвы не сулил ничего хорошего. Пеллийский боялся услышать что-нибудь страшное. Кто и когда обидел Эвтиду, при каких обстоятельствах и с какой целью. Что бы то ни было — он так просто это не оставит. Больше всего сердце Ливия болело за Эву. — И когда я отказала, он меня силой.. Потащил в уборную. Там так получилось, что он толкнул меня к стене, а я не сообразила и поэтому слегка ударилась затылком об кафель, — прикусывая губу, чувствует учащение сердцебиения от того, что хочет рассказать самую главную часть. — И чтобы от него наконец отвязаться, я на пару минут сделала вид, что я не против.. Ну чтобы он потерял бдительность! Эвтида слегка сжимает плечи мужчины, а затем начинает нервно поглаживать их. — И он.. Ну.. Ну как бы успел пару раз меня в шею поцеловать, — дергает носиком и сглатывает нервный ком в горле, вновь смотря на милого господина. — А потом я его ударила, а он меня по щеке за это.. И ушел, потому что я начала его оскорблять. Слушая Гермопольскую, мужчина поджал губы от новой, накатывающей волны злости, ведь этот урод позволил себе буквально осквернять такую невинную, чистую девушку. А чувство собственничества достигло такого апогея, что даже всей дипломатичности мужчине не хватит, чтобы не прийти и не разбить Амену лицо в рабочий день. — Что? — громче, чем планировалось, Ливий переспросил. — Что он сделал? Эва облизывает пересохшие губы и от нервов перекладывает руки с плеч на шею, чуть ерзая на одном месте. — Но я вообще не хотела чтобы он меня трогал..!! И.. От его прикосновений к шее хочется отмыться поскорее! Честно!! Я не хотела..! Пеллийский в который раз за день притянул к себе отстранившуюся Эвтиду, бережно притулив к себе. Перед этим он зацеловал пострадавшую щёчку, краснота которой начала потихоньку спала. Затем же он несколько раз поцеловал в макушку. — Эва, запомни. Никто не смеет обращаться с тобой подобным образом, — он наклонился к ней и пару раз провёл по лбу, убирая мешающие пряди. — Теперь ты со мной. Мы пойдём вместе на работу и я не отойду от тебя ни на шаг. Мужчина сильнее прижал к себе Гермопольскую, желая укрыть её от всего злосчастного в этом мире. Ведь в отношениях Ливий старался делать абсолютно всё, лишь бы никто даже царапины на теле Эвы не вздумал оставить. Оберегал её так, чтобы ни одного синячка не оставалось. — Он ответит за то, что с тобой сделал. Тебе не нужно бояться его, потому что я всегда с тобой. Желание найти Мемфисского было уже сейчас и Ливий сделал бы это с огромным удовольствием, если бы не необходимость быть рядом с Эвой и желание дать ей те тепло и ласку, которых она лишилась три месяца назад. — Ты заслужила только самого-самого лучшего обращения к себе. Эва, со мной ты в безопасности. Эвтида краснеет от переизбытка умиления и сильнее жмется к Пеллийскому, обнимая его за торс, пальчиками начиная водить по мощной спине. — Я заслуживаю самого-самого лучшего обращения к себе только от тебя. Потому что от других я ничего не хочу, — прикусывает губу, утыкаясь носиком в его грудную клетку. — Мне не страшно только с тобой рядом! Она была дома. Наконец в безопасности и самом настоящем комфорте. С тем человеком, которого искренне любит до потери сознания и дыхания. Мужчине всё тяжелее скрыть расплывающуюся улыбку от слов Гермопольской, ведь только она способна заставить его, как мальчишку, наивно улыбаться лишь от одного её взгляда. Ливий чувствует, как она к нему жмётся и как бы помогает ей, чтобы они каждой клеточкой тела ощущали присутствие друг друга. Чтобы заполнить ту пустоту, которая появилась вследствие разрыва и поверить в то, что их встреча сейчас наяву. Гермопольская крепче прижимается к нему и вновь привстает на коленки, перекладывая руки к нему на шею и закольцовывая его. Улыбаясь, нависает над Пеллийским и аккуратно чмокает в губы. Он вновь пытается словить девичьи губы, но Эва оставляет короткий поцелуй, не давая Пеллийскому и шанса совершить задуманное. Мужчина уже соскучился по таким любимым губам, поэтому собирается утолить свой голод в ближайшее время. — Когда ты оказался рядом, у меня всё прошло. Ты исцелил меня своим присутствием, — хихикнув, девушка прикрыла глаза и аккуратно поцеловала, начиная слегка покачиваться вместе с мужчиной. Ливий придерживает девушку за талию, иногда сжимая её. Слушает внимательно и искренне отзывается на слова Гермопольской. — И так будет всегда, моя милая… — немного ближе притянул к себе Эву, заставив ту чуть покачнуться, но держать руки на талии не перестал. — Поэтому я хочу тебя отблагодарить! По чему ты скучал больше всего? — вскидывая бровь, девушка пару раз чмокает его в щеку с обеих сторон, слегка переминаясь с коленки на коленку. “Я так счастлива, что ты у меня есть, мой хороший..” Такие медленные поцелуи, оставленные на лице, а также маленький источник света и ласковые шёпоты преображали этот разговор в нечто личное, такое скрытное. Нечто интимное. — Мне сложно дать конкретику. Мужчине так сильно хотелось прижимать к себе возлюбленную и целовать до посинения. Потому, не отказывая себе, Ливий сильнее сжал тонкую талию. Приняв сидячее положение, он облокотился на спинку дивана и немного согнул колени, а Эву сразу же усадил на себя поудобнее, не убирая рук с талии. — Потому что больше всего я скучал по тебе полностью. По любой тебе. Я скучал по всём, что связано с тобой. Не в силах ждать, он не спеша наклонился к приоткрытым губам, чуть влажными от недавнего поцелуя, и коснулся их своими губами, как бы приглашая. И, не чувствуя сопротивления, Ливий резче толкнулся, желая насытиться таким чувственным поцелуем. Поддаваясь на ласки, девушка перекладывает ладошку к нему на щеку, слегка поглаживая, а второй обнимает шею. Тело активно реагирует на все мужские прикосновения. Не смотря на усталость и некоторую боль в теле после вечера, Гермопольская не могла сопротивляться с безумным желанием. Ей хотелось сразу восполнить все три месяца отсутствия милого господина. Особенно когда мужчина так по-собственнически сжимает талию и прижимает к себе. Особенно когда оказывается под ней, а она сжимает его бедра своими ногами. — Мм.. — слегка слышно мыча сквозь глубокий поцелуй, Эва отстраняется от него на пару секунд, а потом с новым порывом припадает к его губам, оттягивая слегка нижнюю. Желание и некое тепло между ножек будто бы начинает нарастать, а от этого настрой хитрюшки меняется. Ливий наслаждался тем мгновением, когда он со своей милой госпожой находился так близко-близко, а их губы не оставляли ни миллиметра расстоянии. Он жадно целовал Эвтиду, словно изголодавшийся, и прижимал её к своему телу, чуть сильнее сжимая нежную кожу на талии. Мужчина заводится, когда чувствует над собой маленькое движение и некое наслаждение в виде тихого мычания. Эва также скучала, также изголодалась, также хотела. Всегда сдержанный Пеллийский не знает слова «стоп», когда дело касается его девочки. Ведь такая пылкая и чувственная принадлежность друг другу заставляет даже самого спокойного человека на планете безудержно желать горячо любимого человека. “Я так скучал!” Отстраняясь от его губ, поцелуями спускается к шее и щекоча кожу горячим дыханием, влажно целует по всей шее, желая поиграться. Поцелуй хоть и был каким-то тягучим да медленным, мужчина всё равно вкладывал в него некое напорство и желание прижиматься губами сильнее. Но Гермопольская забирает свое тепло, заставляя всё внутри сгорать от того пожара, который создали Эвтида и разлука. — Эва.. — он чуть раздосадовано выдохнул, чувствуя некое неудовлетворение и смятение от того, как быстро поцелуй прекратился. — Мне надо идти в душ, — прочищая горло и совершенно легко хрипя, Гермопольская отрывается от его шеи и поправляет прядку волос, стреляя глазками в своего мужчину, — Поэтому не скучай. Я скоро вернусь. Пеллийский взглянул уже полностью на Эву, а не только на её губы, и, выдохнув, помог ей привстать. — А я буду скучать, — он ухмыльнулся. Девушка улыбается с легким подтекстом и опираясь на мужские плечи, встает с дивана, беря в руки сменную одежду, которую ей дал Пеллийский. Обведя взглядом выходящую из комнаты девушку, Ливий облизнул губы и выпрямился в спине, сел ровнее. Разгоревшееся желание в теле дало о себе знать, потому напряжение, особенно чуть ниже бёдер, стало ощущаться яснее. Подумать только… Как сильно действовала на него Эва, что он, будто подросток, реагирует сейчас так на простой, длительный поцелуй. Девушка скрылась за стенами коридора, а Пеллийский понял, что слегка проголодался. Сейчас бы он хотел достать тот кусок мяса, который приготовил себе перед тренировкой, которая не состоялась… Однако нужно было сначала расстелить постель. Мужчина на мгновенье взглянул в окно, заметив кусочек созвездия. Время было позднее, а потому Ливий никуда не пустит милую госпожу в такой час. Разве что подвезёт её, если та будет настаивать. Но мужчина не хочет отпускать Эву. Ни сейчас, ни потом. Он хотел бы, чтобы девушка осталась. И всё же, любое её решение примет безоговорочно и без осуждения. Второй шанс даётся единожды, а Ливий не хочет столкнуться с жизнью без Эвиды во второй раз. Прижимая к себе вещи, Гермопольская поправляет слегка задравшиеся платье и проходит к ванной комнате, закрывая дверь и проворачивая замок. “Или..?” Потянувшись на месте, Пеллийский кое-как встал с дивана. Мышцы ныли после усиленных, вчерашних тренировок, особенно плечи. Ведь в последнее время мужчина старался нагрузить себя сильнее, отвлекаясь от, на тот момент, не его Эвы на работе. Сейчас же он может дать себе возможность расслабиться, ведь — уверен — Гермопольская больше никогда не оставит его. А Ливий никогда не оставит Эву, пошли она его хоть пять раз. “Нужно расстелить постель.” Он прошёл мимо закупоренной двери, за которой находилась Эва, и подошёл к шифоньеру, доставая новое постельное бельё. Уже вернувшись в зал, Пеллийский кинул сложенное бельё на диван. Отводя взгляд от двери, Гермопольская кладет сменные вещи на тумбочку, стоящую возле раковины. Закатывая рукава платья, поднимает кран с водой и вздыхает, смотря на себя через зеркало. Этот вечер принес слишком много событий, которые нужно было обдумать. Проанализировать, разъяснить что-то самой себе, но сил на это совсем не было. Не хотела думать о том, что было в ресторане, а то, что было позже.. Не жалеет об этом. Вернув время назад, поступила бы точно также. “Только не надо было тратить три месяца на разлуку с ним. Она была слишком болезненной..” Сглатывая и дёргая носиком, Эвтида тянется к краям платья и поддевая его, снимает с себя, откладывая в другую сторону. Теперь же девушка осматривает свое обнаженное тело и чувствует желание между ног от того, что она не насытилась Пеллийским. Прикусывая губу, девушка проводит ладонью по своей шеи, стараясь будто бы стереть чужие губы и забыть об этом ощущении. Следом же, спускается ладонью ниже, слегка касаясь груди. Ведомая похотью, представляет на пару мгновений прикосновения Ливия и прикусывает губу лишь сильнее, чтобы случайно не застонать. Пульсация между ног отдается сильнее и милая госпожа решает остановиться, потому что освежиться действительно хотелось сильнее. Прикрывая кран в раковине, поворачивается к душу, открывая уже кран с горячей водой там. Однако Гермопольская не заходит туда. Оборачиваясь, она подходит к двери и неслышно поворачивает замок в обратную сторону, открывая её. Облизывая пересохшие губы, Эвтида чувствует, как еще сильнее заводится от того, что делает. Надавливая на ручку двери, она слегка толкает дверь, чтобы оставить маленькую щель. “Если захочет, то..” Идёт обратно к ванне, параллельно снимая крабик с волос и уже заходит в душевую, закрывая стеклянные двери, которые успели запотеть. Вставая под струи воды, прикрывает глаза. Как бы сильно мужчине ни хотелось, чтобы Гермопольская заняла половину его кровати, он понимал, что, возможно, эту ночь она бы хотела провести на другом спальном месте. Но и кровать была куда удобнее дивана и, если бы Эва хотела спать раздельно, заняла бы тогда большое, мягкое место. А может… “Может она будет спать со мной..?” Ливий не хотел, чтобы Эвтида ждала, потому, как считал мужчина, самым резонным вариантом было бы спросить её сейчас. Пусть даже через стенку. Однако же вернувшись в коридор, увиденная картина заставила его ухмыльнуться: дверь в ванную комнату была приоткрыта. Несильный пар исходил из щели, наполняя лёгкие тем самым любимым ароматом, всегда исходящим от Эвы. А затем до Пеллийского кое-что дошло. “Когда я шёл за постельным, дверь была наглухо закрыта.” Вдруг в голове всплыли картинки того, как возлюбленная может смывать пену с волос, откидывая голову назад. Как капельки воды стекали бы по изгибам распаренного тела, а её личико покраснело от жара в ванной. Облизнувшись, мужчина прочистил горло. Кажется, возбуждение, которое совсем недавно начало спадать, сейчас возвращалось вдвойне. Так и хочется сейчас, наплевав на всё, войти в кабину и начать целовать такую любимую, его личную богиню. Шум воды, очевидно, заглушал его стук в дверь, но эта щель выглядела как некое приглашение зайти вовнутрь. Наклоняя голову назад, Гермопольская прикрывает глаза и наслаждается горячей водой, которая будто бы смывает всю тяжесть и тревожность прошедшего дня. Однако одно остается неизменным.. Возбуждение. Приоткрытая дверь, разрядка в машине и мокрые поцелуи на диване раззадоривают такую ненасытную и чувствительную девочку, которая хотела сейчас почувствовать сильные мужские руки на своей талии. Это ведь не только желание похоти. Это желание безопасности и комфорта, желание любви, ведь хочется раствориться в прикосновениях любимого Пеллийского. “Чтобы было, если бы я не написала Ливию? Где бы я была сейчас?” Голова заполняется мыслями, некой рефлексии о произошедшем. Всё это было не случайно и каждая мысль вела Эву к тому, что она имела сейчас. Стояла в душе у любимого молодого человека, которая считала бывшим пару часов назад. А от воспоминаний пылких поцелуев на диване внизу живота расходится приятная истома, что сопровождается улыбкой. Дверь несильно скрипнула, когда Ливий приоткрыл её и, опираясь о стенку таким образом, чтобы не видеть силуэт в кабине, скрестил руки у груди. Сглатывая нервный ком, Эвтида проводит ладошками по своей коже, размазывая гель для душа. Следом смывает, продолжая оглаживать свое тело и искоса посматривать на дверной проем. И кажется.. Её желание сбывается. — Извини, что вхожу, просто у тебя двери были приоткрыты, — повышая голос из-за шума воды, он издал тихий смешок, ведь забавное совпадение в виде щели позабавила таким невинным приглашением. — Ты ведь будешь со мной спать? На большой и удобной… Ливий не закончил говорить, когда его взгляд поднялся к вспотевшим стёклам. Если Эва сейчас его не выгонит, он зайдёт прямо в кабину. Отходя от струи воды и запуская пальчики в мокрые волосы, Гермопольская прикусывает губу от задумчивости, но отвлекается на бархатистый мужской голос. Пришёл. Поворачивая голову в сторону входа в ванной, девушка видит лишь размытый силуэт из-за потных стекол. Однако это не мешает уже почувствовать острые соски. — Да, я бы хотела поспать на нашей кровати с тобой, — стараясь перекрикивать шум воды, девушка ощущает легкое покалывания на кончиках пальчиков от того, что нервничает. Пульсация между ног заставляет её скрестить их между собой. Следом же милая госпожа приоткрывает прозрачную дверь душевой, но буквально на пару сантиметров. Выглядывая из пара, Гермопольская жадно осматривает мужчину, подмечая его заинтересованный взгляд на её фигуре. “Ну же.. Зайди ко мне. Мне так тебя не хватает..” Слегка держась за дверь, Эвтида прикрывает линию сосков своей рукой и приоткрывает дверь сильнее, демонстрируя себя чуть больше. Играется. Ткань спортивных штанов натянулась чуть больше, ведь они вдвоём толком не успели переодеться. Ливий увидел воочию тело, по которому так сильно скучал, и если бы это был сон, то такой сладкий-сладкий, ведь он самый реалистичный. Мужчина обвёл глазами силуэт, стоящий в проёме между стёклами душевой кабины: округлые бёдра, плавно переходящие в тонкую талию, такой плоский животик. Рука, сжимающая между собой грудь, и мокрые волосы, прилипшие к спинке. Пеллийский облизнул пересохшие губы, когда его милая госпожа восстала в таком соблазнительном образе. Он выпрямился, убирая перекрещенные руки с груди. Уже подумал, что выгонит, но… — Ты тоже хочешь в душ? — слегка сильнее сжимает полушария и ухмыляется, вскидывая бровку. — Не хочешь присоединиться ко мне? Эвтида сейчас сама приглашала его к себе, а рукой прикрывала сокровенное, чтобы просто подразнить. Маленькая хитрюшка решила поиграть и поманить пальчиком, чтобы Ливий сам зашёл к ней в душ. И он это делает. Но решает ответить девушке тем же. Берётся за края спортивной кофты и медленно снимает её в себя, постепенно открывая вид на свой торс. Ведь знает, как Эве порой нравится такой вид на него, а потому и сам принимает правила игры, заданные девушкой. Следом уже чуть быстрее он освобождается от остальной одежды, принимая приглашение Гермопольской. Ведь кто он такой, чтобы отказать им в этом удовольствии? Довольно улыбаясь, девушка слегка отходит назад и скрывается за запотевшим стеклом, ожидая своего мужчину. Ожидание не долгое и не томительное, но Гермопольская слишком сильно желает поскорее почувствовать его прикосновения к себе и потому позволяет себе слегка утолить жажду. Мужчина встал напротив, уже ближе рассматривая такое родное тело, по которому соскучился не менее, чем по самой Эве. Как всегда красива… Девушка, опираясь одной рукой о дверцу, второй скользит к груди и слегка сжимает полушарие, чуть слышно мыча. — Так мне тебя ждать..? — скользя рукой к талии, Эвтида видит резко возникший силуэт перед ней, после которого дверца ванной закрывается. Глазками пробегается по оголенному торсу и чувствует усиленные импульсы между ног от того, как сильно хочется оседлать его. И впустить в себя всю длину. Позволить Пеллийскому ускоряться и делать толчки глубже. Разрешить трогать себя абсолютно везде. Ливий забрал гель для душа у девушки и налил немного содержимого себе в ладонь. — Теперь я тебя помою… Прикусив губу, свободной рукой он мягко коснулся женского плеча, вынуждая повернуться спиной к милому господину. Он несколько секунд трёт ладони между собой, а затем перекладывает их на спинку, размазывая мыльную пену. — Да-а, пожалуйста.. А то я одна точно не справлюсь, — прикусывает губу и складывая руки на груди, запрокидывает голову назад и ближе подходит к мужчине. — Утомилась, когда ехала в машине. Так активно ртом работала просто.. Сначала Ливий сжимает кожу у изгиба между шеей и плечами, делая некий массаж, а затем скользит ладонями к месту чуть ниже лопаток и проводит там большими пальцами. — Я же всё правильно делаю, да? Вот так нужно мылить спинку? Гермопольская податливо поворачивается спиной и выпрямляется, наслаждаясь каплями горячей воды и прикосновений любимого. Она расслабляется ещё больше от нежных, но в то же время крепких нажимов на её бархатистую кожу. — Ммм..! — водя ладошками по своему впалому животику, сильнее сжимает ноги между собой, а ягодицами ощущает нечто твёрдое. — Да, так! Только мне и спереди надо.. Ты же соскучился по моему телу, сможешь везде меня потрогать? “Я помню как ты сильно хотел увидеть меня в машине..” Мужчина притаился, почти не дышал и не разговаривал. Всё, что он делал — слушал шум воды… А также прислушивался к каждому томному вздоху и полустону, что срывались с губ маленькой госпожи. Он надавливал на некоторые точки, слушая реакцию, от которой Эва так млела. Ливий ухмыльнулся, наслаждаясь реакцией женского тела, которое девушка не могла контролировать. Позволил Эве облокотиться на него, чтобы было легче стоять. Чтобы ягодицами чувствовала степень неутолимого желания и того, как он соскучился. Энергия буквально скопилась на коже, ощущаясь неким покалыванием. А нескрываемая реакция Гермопольской на, казалось бы, самые невинные и простые касания, только сильнее подпитывала желание. — О-ох, Ливий.. — прикусывая губу, Эвтида опирается двумя ручками о стенку душевой, выгибаясь в пояснице. — Мне очень тяжело жилось эти три месяца без тебя-я.. Откидывая голову назад, Гермопольская опирается макушкой о мужское плечо, приоткрывая глаза и смотря на профиль любимого. — Пойдём дальше. Ливий прижался к девушке ещё ближе, без стеснения проводя ладонями по плечам, пока не настил предплечья. Он мягко держал левую ручку уже своей рукой, пока пальцами другой руки начал невесомо проводить по чувствительному предплечью. Несколько раз он медленно провёл вдоль, а затем то же самое проделал и с другой ручкой. Мужчина откровенно наслаждался тем, как Эвтида сильнее жмётся к нему и хочет ещё, ведь так же, как и он, соскучилась. Он, пока касался обеих рук, наклонился к шее, оставил там несколько поцелуев, пока не добрался к правой мочке ушка, чтобы прикусить. — Насколько сильно ты соскучилась по этим прикосновениям? — поднимаясь по предплечьям, Ливий остановился у изгибов под грудью, поглаживая это место. — Расскажи подробнее. Я хочу знать. Пеллийский нежно водит по рукам, а Эва всё больше тает от таких невесомых касаний. Ноги слегка дрожат от напряжение между бедер. Потому девушка слегка двигает бедрами, привставая на носочки. Старается создать еле ощутимое трение для милого господина, чтобы ему захотелось больше. — Я так сильно скучала, что просыпалась по ночам вся мокрая.. Я не могла спать, потому что у меня перед глазами был ты, — дышит тяжелее и слегка простанывает, когда ощущает касания под грудью. — Был один раз.. Я проснулась очень возбужденной и я.. Начала фотографировать себя и снимать на видео, представляя, что могу отправить это тебе. Тянется к нему и ластится, чуть ерзая на одном месте от сильного желания. “Потрогай меня, я прошу-у!” Пеллийский и сам изнемогал от того желания, что бурлило в его теле. То возбуждение, которое сопровождало его беспокойными ночами, восставшими перед ним в образе той, кого безумно любит. А когда такая непорочная и умоляющая госпожа трётся своими ягодицами… Ох, он готов поклясться, что прямо сейчас всё бы отдал, лишь бы побыстрее ощутить тепло стеночек, смыкающихся и мягко принимающих в себя его член. В любой другой момент они бы выделили половину ночи ласкам и прелюдии, наслаждаясь любовью друг друга. Но не сейчас, когда всё внутри пылает, по ушам бьёт стук пульса, а возбуждение от долгой разлуки мутнеет разум. — Иногда у меня получалось отвлекаться от тебя.. Но иногда у меня не выходило и я просто лезла на стенку-у-у, мм..!! — Милая госпожа зажмуривается и расставляет ножки пошире, начиная от этого чаще дышать. Ливий позволяет девушке вновь откинуть голову на его плечо, а сам тем временем продолжает поглаживать место под грудью. — Ох, и чего же ты не позвонила? — сказав это чуть тише, поднимается ладонью к полушариям и сжимает их так, как того он и хотел. — Я бы не позволил тебе мучиться ночами. Я бы помог. Его возбуждённый член реагирует на откровенный разговор с Эвой, а картинки того, как она сходила с ума от отсутствия секса именно с ним, моментально посещают голову Пеллийского. И развращают куда хлеще. — Ли-ивий..!! Гермопольская искусывает свою нижнюю губу и сжимает одну ручку в кулак, стараясь не упасть на колени от дрожи в ногах. Сильная, невероятно желанная пульсация между ног начинает отдаваться сильным опустошением. Она помнит, как приятно чувство заполненности своим мужчиной и как ей может быть хорошо от его движений. Поэтому сейчас слишком сильно хотелось поскорее снова почувствовать, как Пеллийский наполняет её. Берет прямо стоя в душе, сразу переходя на резкие толчки. Они успеют ещё вдоволь насладиться друг другом, ведь впереди целая вечность.. Однако сейчас Эвтиде будто бы требовалось сжать милого господина изнутри. Чтобы тот чувствовал пульсацию, а его возбужденный член растягивал её. Настигнув два чувствительных полушария, мужчина сжал их вновь, вынуждая Гермопольскую простонать от долгожданных прикосновений. Так соскучился. Так изголодался по ней. — Мне снилась твоя грудь каждую ночь… — двумя пальцами нащупывает правый сосок и сжимает его, несильно прокрутив. — Я с ума сходил, Эва. Я не мог спокойно взаимодействовать на работе. “И, как назло, ты приходила на работу с ненавязчиво расстегнутой пуговицей и наклонялась над моим столом.” — Да-а, я заметил тот самый комплект в один из рабочих дней. И всё не мог никак забыть. Пеллийский не прекращал сжимать одно полушарие, начав массировать уже левый сосок. Правой же ладонью провёл по животику вниз, едва касаясь его. Хочет коснуться там хоть на мгновение. Снова почувствовать теплоту под пальцами и знать, что Эвтида будет удовлетворена благодаря Ливию. — Я надевала его чтобы подразнить и позлить тебя..! “Помню, как сразу же застегивала все пуговицы, как только ты пропадал из поля зрения.” — Для меня, значит, надевала? Ливий поглаживал напряжённый живот, сначала опускаясь так, будто сейчас дойдёт до начала лобка, а затем снова возвращался на предыдущее место. Мысль о том, что всё это делалось для него, вызывала противоречивые чувства. По большей части он ликовал от мысли, что всё это — его, но это небольшое ревностное чувство в виде того, что мужчина не имел права овладеть Гермопольской и обозначить, что лишь ему она принадлежит, так сильно злило. Но сейчас эта мысль распаляло тот огонь, сильнее вызывая желание слиться в единое цело. — Теперь ты снова можешь.. О-ох..!! — такие желанные прикосновения к груди заставляют Гермопольскую дернуться и отпрянуть верхней частью тела от него, прижавшись к стенке душа. Ноги расставляет ещё шире, наравне с его и сильнее выгибается в спинке. — Трогать меня везде и смотреть, когда тебе захочется. Я для тебя всё сделаю.. Эва опирается локтями о стенку душевой и рвано дышит, вновь привставая на носочки и слегка слышно хныча. — Ливий, пожалуйста.. Я так скучала по тебе..!! Немедля, Пеллийский опустил руку к началу лобка и, скользя пониже, двумя пальцами медленно развёл в стороны большие половые губы. — Снова? Моя милая госпожа, я всегда мог трогать тебя и смотреть, когда мне захочется. Шум воды стал чем-то фоновым и даже не напоминающем о том, что в первую очередь они должны помыться. Ведь сейчас срочно нужно утолить то пульсирующее, накопленное желание в жилах. — Боже-е мой..!! Ливий..!! — с силой упираясь в стенки душевой, Гермопольская стонет громче, чувствуя, как длинные пальцы подходят к месту между ног. Жар и желание распаляются сильнее, хочется насесть на них и развязно двигаться. Слегка расслабляясь от того, что Пеллийский придерживает её, Эвтида продолжает двигаться ягодицами по бедрам милого господина. Ливий размазывал обильную влагу по всей промежности, несколько раз проводя двумя пальцами по клитору. Он прекрасно помнит, как именно нравится его любимой девочке. Она же, как хорошая девочка, тоже хочет сделать ему приятно. Поскорее сжать внутри и позволить иметь её как только этому обладателю захочется. — А знаешь почему я мог всегда? — он надавил на комочек, заставив его беспощадно пульсировать, а затем круговыми движениями опустился ко входу. — Потому что ты только моя. Согласна? Приоткрывая глаза, девушка смотрит вниз, наблюдая за тем, как её ноги слегка дрожат от желания и какой миниатюрной кажется она на фоне своего мужчины. — Ли-ивий..!!! Умоляю.. Не дождавшись ответа, один палец погрузился вовнутрь. Ведь по сжимающимся стеночкам мужчина чувствовал, что все эти три месяца Гермопольская не была ни с кем. Ливий никогда в этом не сомневался, но само осознание этого только больше распаляло, доказывая в очередной раз, как сильно Эва его любит. Толкнувшись уже двумя длинными пальцами, он начал немного разводить их, как бы расширяя стеночки. Плавными и в то же время резкими толчками Пеллийский начал двигаться внутри милой госпожи, изредка задевая ту чувствительную точку. Параллельно крепко придерживает девушку, чтобы, расслабляясь в его руках, не упала. Начиная чаще дышать, ее дыхание сбивается и граничит со стонами от переизбытка чувств. Ей ни что не мешает кричать от наслаждения во всю глотку поэтому.. Эвтида начинает практически буквально это делать, ощущая его палец в себе. — Как я.. Скучала по тебе..!! Да-а.. Ещё, войди в меня..!! Ливий! Двигая бедрами активнее, Эва слегка отталкивается от стенок душевой и выпрямляется, заводя руку назад и обхватывая шею милого господина. Она вновь откидывается на его плечо и беспорядочно елозит, ощущая в себе уже два пальца. — Мне так этого не хватало.. Я думала, что умру-у без твоих прикосновений..!! “Ты же так идеально знаешь моё тело-о..” Его дыхание стало тяжелее и чаще, ведь Гермопольская его возбуждала одной только своей реакцией на прикосновения. Так изнемогала и требовала, чтобы Пеллийский быстрее вошёл, а кто он такой, чтобы отказать своей милой госпоже? Когда она начала обнимать шею Ливия одной ручкой, слегка повернувшись к своему мужчине, он впервые пожалел, что напротив душевой кабины не висит зеркало. Сейчас бы ему очень хотелось запечатлеть этот очень интимный момент и каждый раз, когда бы он скучал по Эве, не имея возможности оказаться рядом, он бы смотрел на их прижимающиеся друг к другу силуэты. Но сейчас мысли Пеллийского занятые другим, когда его малышка так протяжно стонет и сладко хнычет, желая ощутить в себе такую недостающую заполненность. И сам он уже очень хочет побыстрее доставить удовольствие истосковавшейся Эве, даря те самые нужные ощущения. — Я люблю тебя!! Так сильно.. О-ох.. — милая госпожа приоткрывает рот и кладет свободную ладошку к себе на грудь, сжимая. Даже капли воды никак не приносят дискомфорта, ведь чувства возбуждения и желание большего гораздо выше. Ливий видит, как Гермопольская сжимает одно полушарие, ведь ненасытной малышке так мало. А вместе с этим признаётся в любви. Он неоднократно слышал эти слова от Эвтиды, и сам Пеллийский произносил их нередко. Однако сейчас, в такой интимный и уязвимый момент, эти слова звучали самой-самой чистой и искренней песней, под которую мужчина хочет просыпаться и засыпать. — И я так сильно люблю тебя, — отвечая девушке на признание, Ливий сжимает такую чувствительную грудь и вынимает пальцы, крайний раз пройдясь по складкам. — Люблю и не могу без тебя… Сильнее вжимаясь в его подтянутое тело, Эвтида ноготками впивается в шею и жадно глотает воздух ртом вперемешку с водой, желая ощутить Пеллийского в себе. — Эва, у меня ведь тоже никого не было… Всё это время, — слегка прохрипев, Пеллийский мягко, но резко толкнулся, выбив громкий, женский стон. — Ведь ты у меня единственная, кого я люблю. Кого я хочу. — Если бы у тебя.. Кто-то был, то только если я под другим именем! — сглатывает и постанывает, нежно поглаживая свое полушарие. — Я бы.. Никому не позволила, ясно..? Прижимаясь бедром к девичьим ягодицам, мужчина опустил руку к основанию полового органа и направил его к истекающему лону. Аккуратно и отчасти невесомо поглаживает с помощью него набухшие половые губы, распределяя по ним влагу. Она смотрит на мужчину из полуопущенных ресниц и уже слегка меньше впивается ногтями в его шею. А следом Ливий входит в её истекающее лоно и Гермопольская громко вскрикивает, сначала слегка болезненно ощущая размер мужчины. Три месяца разлуки дают о себе знать и поэтому Эва перекладывает ладонь с груди на стенку душа, слегка хмурясь. Одновременно хочется большего, но и в то же время ей болезненно. Контраст сводит с ума от незнания, чего просить дальше. — Ливий.. Подожди чуть-чуть, боже! — дышит активнее, стараясь совладать с ощущениями внутри. Было донельзя прекрасно осознавать, что он снова в ней, но её узость была не готова снова растягиваться настолько. Пульсирующее лоно принимало его не так свободно, как это было ещё совсем недавно. Но эта манящая узость была слишком приятной… Однако же Пеллийский остановился, когда девушка выгнулась в сторону запотевшего стекла. Мужчина не выходил из неё, но и не двигался, позволив немного привыкнуть. Всё же, его милая госпожа хранила себя только для него, а потому он подождёт и сделает всё возможное, лишь бы чуточку позже подарить Эвтиде неописуемое удовольствие. Он наклонился к Эве, тем временем перекладывая её мокрые волосы на левую сторону. А правое плечико он начал покрывать медленными поцелуями. — Непривычно? — закончив целовать плечо, также оставил несколько поцелуев на изгибе шеи и поместил правую руку на чувствительный них живота. Шепчет: — Извини… — Сейчас.. Я привыкну, мне нужно только пару минут.. — жадно вдыхая воздух, Гермопольская спускает руку с его шеи и упирается ею также в стенку перед собой. Девушка старательно пытается внушить себе, что ей только приятно. Она жаждала продолжение, потому что помнила, как им может быть хорошо, но если поспешить, Эвтида может получить лишь дискомфорт. Он вновь развёл половые губы и незамедлительно коснулся пульсирующего клитора. Сам мужчина мягко и, не торопясь, вошёл на всю длину и не стал двигаться внутри. Ливий хочет продолжить, но его девочка нуждалась в небольшом привыкании того, что приносило неимоверное удовлетворение. Сама мысль о том, что вот она здесь, рядом с ним, иногда прокручивалась в голове мужчины. Пеллийский покорно ждет и принимается стимулировать такое жаждущее место между ног, от чего Эвтида расслабляется ещё больше. Легкая улыбка от приятных ощущений касается её губ и потому она слегка качает бедрами. Наконец желая, чтобы Ливий продолжил. — Давай, Ливий..!! А-ах, — милый господин начинает с не глубоких толчков и девушка начинает постанывать в такт каждого движения, прогибаясь ещё больше в пояснице. — Я-я.. Ох, это ни с чем никогда не сравнится, мм..!! Милый господин ещё какое-то время оставался неподвижно, ожидая, когда Эва будет готова. Ливий следил за реакцией её тела и чувствовал, как сама она расслабляется под стимулирующими пальцами. И когда мужчина вновь толкнулся, услышал желаемый стон. Эвтида начала расслабляться под чуткими прикосновениями Пеллийского. Ведь тот знал, как лучше всего доставить удовольствие своей возлюбленной. Так хорошо знал язык её тела, абсолютно каждую реакцию на любое прикосновение. И как лучше всего сделать так, чтобы дискомфорт плавно перешёл в приятные ощущения. — Л..Ли-ивий..!!! Д-да-а..!! Ох-х-х! — изгибаясь в спинке, Гермопольская активнее ерзает и жмурится, чувствуя половой орган своего мужчины. — Давай же.. — Мне так хорошо с тобой… Всегда было хорошо только с тобой, — выдыхая, он чуть ускоряет движения между ножек, чувствуя, как стеночки внутри становятся мягче. Вновь стараясь выпрямиться, Эва протяжно стонет и охотно принимает всю длину мужчину. Откидывая голову назад и слегка приоткрывая глаза, беспорядочно елозит по его плечу, стараясь найти опору. — Ещё, прошу..!! Ливий! Мужчина двинулся ладонью под мокрые волосы и повторно сжал полушарие, зажав между двумя пальцами сосок. Движения внутри стали чаще и более размашисто. Ливий почти вышел из пульсирующего лона, а затем снова плавно вошёл на всю длину. Эва принимала его так сладко и нежно, уже не так сильно сжимая член внутри. А когда Гермопольская так резво начала отзываться на ласки, требуя всё больше, мужчина не сдержал ухмылки. — Моя сладкая девочка хочет ещё? — он проговорил это почти у самого ушка, понижая тон. “Как я смогла без этого?” Эва жмурится, чувствуя нарастающее желание между ног от стимуляции. — Сильнее, м-аах..!! А затем Ливий чуть резче, но аккуратно толкнулся, задевая стеночки чуть глубже. Такое приятное обволакивание сжимающих стенок отдавались дикой пульсацией, из-за чего очень хотелось ускориться. — Сильнее? — он снова сжал девичью грудь и почти вышел из любимой. — Вот так? Пальцами, поглаживающими клитор, он ускорил круговые движения, предварительно собрав влагу, которая успела появиться, когда мужчина выходил. Он толкнулся один раз, но резче, наблюдая за тем, как от этого движения слегка затряслась грудь. — Или нужно ещё? — Н-Нет..!! И..И да! Ли-ивий, ты.. Боже мой! Приоткрывая рот шире, дышит через него и правую ладошку кладет к себе на впалый животик, слегка поглаживая. Следом же лихорадочно спускает ладонь ниже и резко сжимает мужскую руку, которая стимулирует набухший клитор. — Войди в меня, двигайся, да! Ещё, молю тебя..!! — вертит головой в разные стороны и прогибается в пояснице, наклоняясь ближе к стенке и привстав на носочки, стараясь углубить уровень проникновения. — Мне так нравится.. Да, ты всё делаешь идеально! Ощущение члена в ней было гораздо острее обычного. Длительное воздержание от секса, а также отсутствие контрацепции повышают чувствительность милой госпожи, поэтому нарастающее чувство приятности разрастается между ног. Мурашки будто бы пробегают волнами под кожей и хочется ещё больше. — Ливий..!! Я..А-ах..! Скользит ладошкой по стенке душевой, а второй поглаживает мужскую руку, которая трогает такое чувствительное место. — Я так скучала по этому-у-у..!! Мне так не хватало.. Пожалуйста, давай всю ночь, ммм!!! Всё что угодно сделаю, только прошу.. Двигает бедрами в такт и улавливая ушками пошлые шлепки тел, игриво улыбается и наслаждается. Вода, бьющая по левой части мужского лица и изредка попадающая на волосы, едва ли ощущалась на коже, ведь всё внимание было приковано к милой госпоже, которая так сладко потянулась для более чувственного проникновения. Девушка протяжно стонет и Пеллийский начинает чуть быстрее двигаться внутри, крепче прижав к себе Эвтиду. Он чувствует, как та обмякает в его руках, потому придерживает, позволяя расслабиться ещё больше. — О-ох..!! Ливий наклонился к такому изящному плечику, когда почувствовал острую потребность прикоснуться к нему и к шее. Несдержанно он покусывает такое аккуратное плечо, а затем прижимается губами к нему. Частичка самообладания всё ещё отговаривала его оставить на чистой шейке хоть один засос. — Моя ненасытная… Выдохнув с полустоном, мужчина отпустил округлое полушарие, немного отстранился и нехотя вышел из такого жаждущего лона, на долю секунды оставляя Гермопольскую с вопросами. Она податливо двигает бедрами и старается быть ему в такт. Желание чтобы мужчина никогда не переставал стимулировать набухший комочек нервов кажется самым заветным, но Пеллийский будто бы не спешит его исполнять. Наоборот, мужчина выходит из неё и потому она разочарованно вздыхает, перекладывая обе руки на стенку и громче хныча. Кажется, что от пустоты внутри с неё срывается что-то наподобие рыка. — Ли-ивий!! Умоляю, войди в меня..!! Пожалуйста, прошу..!!! Сделай мне приятно-о.. А я сделаю тебе-е.. Пеллийский наклонился, телом слегка наваливаясь на девушку, переместил руку ко внутренней стороне бедра. Он провёл по нему, заводя руку за место под коленкой, приподняв бедро таким образом, чтобы Эве было устойчиво. Мужчина изменил угол проникновения. Чтобы было ещё приятнее. Извиваясь в его руках, Эвтида поднимает ножку в бок и вновь прогибается в пояснице, впуская Ливия в себя. Сжимая место под коленкой, он вошёл в обильно истекающее лоно, чувствуя, как всё внутри ещё больше расслабилось, принимая в себя член мужчины. Ливию донельзя нравилось то, как Эва сжимала пульсирующее возбуждение. Оба ощущали эту сильную связь, которая с каждым толчком, каждым словом и каждой мыслью друг о друге только крепла. — Как я только, ох... Жил без этого? Она жадно простанывает "да" и сжимает руки в кулачки, открывая глаза и запрокидывая голову назад, смотря в потолок. — Ещё, да.. Я сейчас..!! Ливий! — маленькая волна наслаждений накатывает на женское тело, проходясь по бедрами. Ноги, которые были расставлены сжимает как-то автоматически и часто дышит, ощущая мурашки по коже. Умоляющие женские стоны и накатывающая волна вызвали сильное желание ускориться. Он отпустил ножку Гермопольской и, положив левую ладонь на правое полушарие, Пеллийский сжимает его, при этом прижимаясь к Эве вплотную. Два пальца, кружащие вокруг клитора, ускорились до предела, приближая женский оргазм. Вместе с этим стали громче шлепки тел, когда бёдрами Ливий начал сокращать амплитуду. — Ливий! — практически выкрикивая его имя, Гермопольская ощущает донельзя приятное чувство сокращения внутри и от этого тело сковывает судорогой. Сжимая пульсирующий орган внутри, Эва выгибается ещё больше в спинке. Он вдруг гортанно простонал, когда Эвтида начала сжимать его естество изнутри. Мужчина держит крепче подрагивающее тело, мягко и медленно выходя из неё. Сам Пеллийский был на пределе, но, когда девушка была уже в состоянии стоять на двух ногах, он взял Эву за подбородок и повернул к себе её личико, чтобы ощутить на себе сладкий вкус губ. — Мхм..!! — отвечая на такой властный поцелуй не менее пылко, Эвтида слегка улыбается от внеземного удовольствия. Долгожданная развязка наконец случилась и телу стало гораздо легче. Некое чувство окрыленности накрыло девушку, хоть и было ей мало. Главное, что сейчас они вместе и наслаждаться друг другом могут хоть в любую минуту.. Не смея завершать поцелуй, Ливий прикрывает глаза и руку свою перекладывает на пульсирующий половой орган, нуждающийся в разрядке. Он несколько раз провёл ладонью по всей длине и вдруг разорвал поцелуй, оставляя между губами пару миллиметров. В бёдрах и внизу живота начало неистово тянуть, а накатывающая разрядка становилась всё ближе. Мужчина рвано задышал и, издав тихий стон, похожий на рык, замер и кончил прямо на женские ягодицы. Эва лишь прикусывает губу, специально выпячивая их. “Кончил на моё тело, ох..!” Когда Ливий пришёл в себя, он оглянул сначала довольную Гермопольскую, а затем опустил взгляд туда, где только что оставил свой след, наблюдая за тем, как из-за воды семенная жидкость начала растекаться по ягодице. — Нет, я… Правда не знаю, как мог жить без такого, — набирая гель в ладонь, Пеллийский начинает вспенивать его и растирать по телу, в том числе и убрав за собой. — Без тебя. Больше я отказаться от тебя не смогу, — издаёт тихий смешок. — Куда тебе больше понравилось, мой милый господин? В мой рот или на тело..? — ухмыляясь, выпрямляется в спинке и наслаждается тем, как мужчина моет её. Она слышит и реагирует на его слова, но свою нежность скорее показывает тем, что ластится. — Э-Эва, — притягивает он. — Ты такое спрашиваешь… Я ведь в моменте даже не думал о том, куда. Крепкие руки начали оглаживать изгибы женского тела, смывая остатки страсти, а также для Ливия в целом это было некое проявление заботы в сторону возлюбленной. Он аккуратно переложил её волосы на спинку и крайний раз провёл руками по плечам, задержал на них свои ладони и наклонился к Эвтиде, вглядываясь в личико. — Ведь важнее с кем. Она чувствует приятное ощущение в теле и большую усталость. Хочется скорее лечь в теплую постель вместе с Ливием и наконец уснуть. Сам мужчина уже успел ополоснуться и вымыть тело, когда Гермопольская повернулась к нему и потянулась за коротким поцелуем. — Но ты не думай, что я с тобой закончила, — поворачиваясь лицом к Пеллийскому, обнимает любимого за область чуть выше талии и прижимается к нему, приподнимаясь на носочках и целует. — Ты у меня в собственничестве..!! Милый господин издаёт тихий смешок. — Значит, я в собственничестве? — прокручивая носик крана, он выключает воду. — Учти, Эва, нам нужно наверстать везде-е! Например, как давно мы готовили вместе? — Если ты действительно хочешь наверстать всё, то ох.. У меня плохие новости для тебя, — девушка поджимает губы и поправляет его мокрую прядку, заправляя ее за ушко. — Потому что я не выпущу тебя из дома, чтобы мы успели восполнить всё. Ливий счастлив. Впервые за такой долгий, как ему кажется, промежуток времени, он смог провести время действительно с пользой. Как минимум, разговор с Эвой дался мужчине куда легче, чем он себе представлял. Столько раз он покручивал в голове сюжеты, где бы смог наконец поговорить с ней. Однако же произошло всё совсем не так, как ожидалось. Разбитые сердца воссоединились вновь, а квартира Пеллийского вновь обрела жизнь, когда через её порог переступила Эвтида. Ливий короче, чем хотелось бы, обнял в ответ свою возлюбленную. Сейчас им стоило одеться и вытереться. А затем, нежась в постели, он хочет наблюдать за тем, как милая госпожа засыпает под его тихое бормотание.***
Лежа на своей привычной стороне кровати, Гермопольская подложила обе ладошки себе под щеку и смотрела на Ливия, который пошел выключать последний источник освещения в комнате. Он уже и сам желал в полной мере выспаться, а горячий душ и секс только усилили эту приятную усталость в теле. Сейчас бы он упал в объятия Эвы, помещая малышку себе под бок. Выключив свет везде, мужчина подошёл к маленькому светильнику. Когда квартира погрузилась в темноту, самым последним источником света стали уличные фонари, которые едва ли попадали в окно. Одеяло было в районе талии, но больше всего тело девушки грела футболка милого господина, которую он дал ей перед душем. Мокрые волосы были разбросаны по подушке и скрещивая ноги под одеялом, Эвтида перевела взгляд на другую часть кровати, пока что пустую. — Я очень скучала по нашей кровати, потому что она самая комфортная и удобная, — дергая носиком, девушка слегка елозит по кровати и продолжает ждать, когда Ливий уже ляжет к ней. — Как ты вообще допустил мысль о том, что я откажусь спать с тобой? “Не при каких обстоятельствах не откажусь!” Пеллийский не спеша подошёл к их кровати и, сняв тапки, удобнее разместился на своей половине. Сразу же повернулся боком, подперев голову ладонью, и уставился на Эвтиду с лёгкой улыбкой. — А я бы всё равно не отпустил тебя спать в другую комнату, — медленно моргая, мужчина так же медленно вдохнул. — Как бы я уснул, зная, что в этом доме есть та, кто в состоянии занять больше половины этой кровати? До расставания они засыпали в обнимку, но наутро Ливий обнаруживал отсутствия одеяла, а сам он мог спать на самом краю кровати. Но тут же расслабленно улыбался, когда видел, как Гермопольская занимала почти всю кровать. Ливий дорожит комфортом и личным пространством, но… Одной только Эве дозволено занимать самую удобную часть кровати и забирать одеяло. — Знаешь? А я всё равно просыпался на краю кровати без одеяла. Тело-то привыкло… Мужчина убрал руку, которой подпирал голову, и упал на подушки, лениво рассматривая девушку. — Иди ко мне, моя милая госпожа, — он лежал всё также, на своей половине кровати, поэтому подвинулся поближе, вытягивая руки. Ливий так скучал по тёплым объятиям, щекочущим его подбородок волосам, задранного бедра, лежащего на его ногах. И такого сладкого аромата, от которого он просто терял голову. — Ой-ой-ой! Я сегодня специально заберу у тебя всё одеяло, как только ты уснёшь, — хихикая, девушка пододвигается поближе к Пеллийскому, перекатываясь. — А то ты что-то распоясался.. Переворачиваясь на кровати, ложится к мужчине спиной и слегка подтягивает коленки к животику. Натягивая одеяло по самые плечи, тянет его на себя, стараясь сдернуть с милого господина. — А если продолжишь сейчас паясничать, я еще закину на тебя ноги сквозь сон! Хихикает чуть громче и кутается сильнее в одеяло, практически полностью забирая его у бедного Ливия, который остается только в одежде для сна. Игривая Эва вдруг забрала одеяло и, перекатываясь по кровати, укуталась в нём. Одеяло было достаточно мягким и воздушным, потому сейчас размер головы девушки очень сильно отличался от кокона, в который она “поселилась”. Теперь Гермопольская лежит словно в коконе из одеяла. Оно натянуто ей почти по самый нос и поэтому Эва лишь стреляет глазками в сторону любимого. Следом она перекатывается на свой бок и отворачивается. — Всё! Доброй ночи, — сдерживая улыбку от своей шалости, слегка елозит в одеяле и закрывает глаза, притворяясь спящей. — Если будет жарко, то открой окно. “Жарко без одеяла, ха-ха!” Хоть в квартире и тепло, тем более рядом с Эвой он уснёт достаточно быстро, Пеллийский хотел бы всё равно добиться своего. Забрать свою заслуженную часть одеяла хотя бы до того времени, как не уснёт глубокой ночью. В последнее время его сон был беспокойный и тревожный, и вдоволь выспаться не получалось. Но с Эвой, как ни странно, мужчина чувствовал, что сможет быстро уснуть. — Хорошо, — отвечает он с лёгкой улыбкой. — Тогда… Мужчина вплотную подвинулся к Эвтиде, обняв в районе талии. Сам он положил подбородок ей на плечико и из-за одеяла ему было удобнее так опираться. Так выходило, что Ливий не мог разговаривать обычным голосом, поскольку рядом находилось ушко милой госпожи. А потому он понизил голос почти до шёпота. — Тогда меня будет согревать твой домик, — обвивает талию чуть сильнее, ложась поудобнее. — Впустишь меня? Не переставая хихикать, девушка поудобнее устроилась в коконе на краю кровати и чуть вытянула шейку, чтобы получше слушать Пеллийского. — Ну-у я не зна-а-аю даже.. — изображая задумчивость на своем лице, Эва подняла взгляд наверх и чуть повернула голову, стараясь посмотреть на любимого. — У меня домик одноместный. Поэтому даже не понимаю как нам тут вдвоем вместиться..? “А вдруг он начнет меня сейчас щекотать? Ну нет!” — Придется мне ради тебя разрушить домик и поделиться одеялом, но я боюсь.. Вдруг ты правда будешь плохо себя вести? Ухмыляется и складывает руки у груди под одеялом. Мужская футболка окутывала ароматом малины и шафрана, отчего на душе становилось ещё спокойнее. Покраснение на щеке исчезло уже какое-то время назад, а затылок перестал нещадно ныть. Доля алкоголя и подавно выветрилась. — Ох не знаю, что же мне делать.. — наигранно хмурится и задумывается. Мужчина слегка ёрзает, чтобы достаточно вплотную прижаться к воздушному комочку. Подбородок Ливия по-прежнему лежал на маленьком плечике до того момента, пока Эва не повернулась к мужчине, отвечая ему на вопрос. Он отстранился, но обнимать не перестал. — Я не буду занимать много места… И плохо себя вести тоже не буду. Вскинул слегка брови, Пеллийский понадеялся, что этот жест придаст его лицу какую-нибудь милую эмоцию и Эвтида позволит ему укрыться под одеялом вместе с ней. Этот ли факт сработал или это было нечто иное, но девушка всё-таки сжалилась и впустила к себе мужчину, который быстро укутался, подвигая милую госпожу поближе на свою сторону. Позволил ей положить голову ему на грудную клетку, а сам же Ливий наклонил голову так, чтобы его щека соприкасалась с макушкой. Он улыбнулся, при этом прикрывая глаза. — Мне так спокойно, когда ты рядом. Такая маленькая, нежная в моих объятиях, — мужчина наклонился, целуя несколько раз лоб, а затем губы, и, слегка поёрзав вместе с Эвой, принял самое удобное положение, не прекратив обнимать Гермопольскую одной рукой. — Доброй ночи, моя милая госпожа. Это первая ночь за все три месяца, когда он смог сразу уснуть. Без беспокойных мыслей и тревоги, без напряжения в теле и тоски по той, кого любит. Ведь теперь она здесь. С ним. И больше никуда не уйдёт. Ливий не отпустит и не оставит её, даже если та обрушит на него море нецензурных слов. А он, в свою очередь, не допустит предыдущих ошибок и не станет молчать. Теперь из планов у мужчины было лишь наслаждаться компанией Эвтиды и… Встретится кое с кем ещё, кто не менее заслуживает того, чтобы по нему хорошенько так прошлись. За то, что посмел изначально заглядываться на ту, кем обладает другой мужчина. За то, что допускал самые извращённые мысли и поднимал свою грязную руку. Амен поплатится за малейший дискомфорт, причинённый Эве. Никто не смеет осквернять его самую чистую, невинную госпожу. Никогда.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!