Chapter 2. Лазарет.

      Руки и ноги по ощущениям сковало чем-то твёрдым. Раскрыв веки, ей тут же пришлось зажмуриться; яркий свет был направлен на лицо. В прочем, его тут же отодвинули в сторону и Хитоми аккуратно открыла глаза. Возле кушетки, на которой она и лежала, стоял Сано в медицинском халате. Сердце забилось чаще и по коже прошли мурашки.       — Что ты собираешься делать? — в мимолётном порыве Хитоми свела ноги вместе. От Сано не укрылось это движение. — Учти, попытаешься присунуть мне — откушу к…       — Это не входит в мои планы. Я собираюсь тебя обследовать, — тон его был слишком уж обыденным. Что за обследование?..       — Бесплатная медицина ещё ни для кого не была полезной.       — В точку, — он едва улыбнулся, но серый глаз оставался таким же холодным, — и ты вряд-ли переживёшь её. Итак, расскажи свою историю болезни. У тебя есть какие-нибудь заболевания?       Его вид настолько спокойный, словно не он сейчас сказал, что она может не пережить обследование. Словно он всегда такой.       — Н-ну… — Хитоми задумалась. Сано не потерпит, скорее всего, её молчание, поэтому лучше делать и говорить как он скажет. — У меня недавно выявили поверхностный гастрит…       — И при этом ты пила в клубе? — тон был почти осуждающим.       — Мне было паршиво, так уж вышло.       — Ясно. Дальше?       — Других заболеваний нет, ни генетических, ни хронических.       — Отлично, — Сано провёл рукой по каштановым волосам девушки. Та покраснела.       — Ты всегда так себя ведёшь… с обследуемыми?       — Я бы сказал, что ты меня пока что не раздражаешь. Они обычно не говорят ничего вразумительного.       — О, так я особенная…       — Однако я не понимаю, почему ты ведёшь со мной милую беседу. Неужели тебя это не пугает?       — Пугает… И в такие моменты я наоборот пытаюсь абстрагироваться, — Хитоми сама удивилась, что ей было достаточно… спокойно, учитывая, что рядом стоит её похититель. Она быстро облизнула губы       — Занимательно… — прошептал он на японском. Сано отошёл к медицинскому лотку и в его руках блеснул шприц.       — Что там? Отрава какая-нибудь, да?..       — Не совсем. Это особый вид общей анестезии, который я разработал сам.       — И какое действие она оказывает на организм?       — Почему ты задаёшь вопросы? — он стал непонимающим и интригованным. Хитоми осеклась, но Сано поспешил ответить: — Нет-нет, мне нравятся любопытные, но всё ещё это первый раз, когда жертвы так интересуются… Она вызывает расслабление мышц и временный паралич.       — Разве анестезия не используется для уменьшения чувствительности тела? — Хитоми нахмурилась.       — Верно… Однако эта — нет, — Кодзима оскалился, склонившись к ней ближе. — И это значит, ангелочек, ты будешь в сознании и запомнишь каждое движение моего скальпеля.       Она попыталась выдернуть руки из хватки кожаных ремней, но не успела; Сано крепко ухватил её за предплечье и начал рассматривать вены.       — Учитывая, что ты пила, вены хорошие.       — Я редко пью, представь себе, — сквозь зубы прорычала Хитоми. Злобный взгляд навряд-ли сможет испепелить парня, но было всё равно.       — Дерзишь?.. Что ж, — Сано снял перчатку и прикоснулся к коже. Она невольно ахнула: пальцы были ледяными. — Холодно, да?       — Нарушение терморегуляции?       — Лучше, и без побочек, — хмыкнул Сано. — Не бери в голову.       — Не тебе указывать, что брать, а что нет, — Хитоми не успела прикусить язык и пожалела, потому что Сано тут же вколол ей анестетик.       — Не советую говорить со мной в таком тоне, милая. Как себя чувствуешь? — от Сано слышалась издёвка, но никак отреагировать Осима не смогла.       Действие анестетика пришло незамедлительно, парализовав всё тело. Сано удовлетворённо кивнул и взял её руку в свою, а в другой зажал скальпель. Внутри похолодело. Глубокий порез пронзил ужасной болью, хотелось закричать, но не получилось. Могла только наблюдать за действиями Сано. Его взгляд переменился; стал садистским, как и оскал.       — Подействовало?.. Отлично. Кстати, когда-нибудь видела мышцы и сухожилия в живую? Полагаю нет. Но я могу тебе показать, — Сано странно хихикнул. Медленно раскроил кожу, обнажив под ней мышечные волокна и капилляры. — Я не стал трогать твои вены, пока рано.       Глаза распахнулись шире. Нет, Хитоми не видела мышцы. Знала только, что их возможно увидеть, но, там было что-то желтоватое. Мясо или жир? Скорее уж жир. Было… необычно наблюдать за этим, почти тошнило и одновременно интересно. Сано заметил толику интереса в её глазах, неотрывно наблюдая, и внезапно остановился. Протянул руку, грубо повернул к себе за подбородок и старался высмотреть что-то в зеленоватых глазах. Улыбка почти растворилась на его припухлых губах.       — Не похоже, чтобы тебе было страшно.       Он снова склонился над рукой и дернул за сухожилие. Руку обожгло болью до самого плеча, кончики пальцев неприятно сводила судорога, как и левую ногу. Сано тронул мышцы пальцами в резиновых перчатках, и теперь прошлый приступ боли показался цветочками. Будто жгло машинным прикуривателем изнутри, каждую клеточку конечности. Невесомо провёл скальпелем по мышцам, но не резанул. Не хотел пока что вредить?       Словно этого было недостаточно, Кодзима похлопал пальцами связку мышц. Глаза закатились от жгучей боли, тошнило и при этом Хитоми ничего не могла сделать. Совсем скоро она потеряла сознание.

***

      Сано не смог сдержать смешка, и отложил скальпель. Взял нитки и иглу со стола и принялся зашивать порез. Тщательно промыв рану, остановив кровь из капилляров, Сано продолжил. Этот процесс успокаивал его, и под завершение он был почти в меланхоличном состоянии. Он не часто использовал магию — приятно и руками поработать.       Осмотрев свои труды, Сано удовлетворился и отошёл к раковине возле стола. Тщательно вымыл испачканный скальпель и иглу, потом обсушил и разложил по местам. Острый слух уловил шуршание ткани; рука Хитоми свисла с кушетки. Он подпёр рукой голову и невольно залюбовался. Ему симпатизировали существа, стремящиеся узнать что-то новое, этого не отнять. И эта девушка-человек к таким относится.       «Твоя работа — мучить людей», — запоздало напомнил он себе. Но ведь, Хитоми — особенная? Почему мерзкое создание кажется ему… приятным сейчас. Хочется исследовать её и внутри. Не органы а душу... Такого не было ни разу. Может, потому что обычно эти особи не лишены паники, страха при возникновении угрозы жизни? О, это всё объясняет.       Сано подошёл, присел на край кушетки. С минуту разглядывая и решаясь, он в конце концов сдался. Рука несмело потянулась к волосам. Как и в первым раз, он не смог удержаться и прикоснулся к ним. Мягкие на ощупь. Отвёл пряди с глаз и провёл пальцами по щеке. В опаске отдёрнул руку и прижал её ко рту, крепко зажмурившись.       Нет, нельзя.