Глава 25

Теплый свет заката растекался по полу, ложась полосами на стены и мебель.  Прижавшись лбом к прохладному стеклу, я наблюдала, как вечер обволакивает улицу, постепенно зажигающуюся в преддверии сумерек. Тихая суета города вдалеке, отзвук машин, которые с мягким гулом проплывали по улице. Фонари вспыхивали один за другим, будто кто-то рассыпал по асфальту янтарные капли.  Снаружи — все спокойно. А внутри — будто тонкая нить дрожит от любого движения. И стоит лишь вдохнуть глубже, как память снова вырывается наружу. ***  …Он тогда просто прошел мимо.  Совершенно равнодушный, даже не взглянул в мою сторону.  В толпе, среди голосов коллег и суеты — он будто не замечал никого, как будто был отдельно от мира.   Я обернулась неосознанно. Словно что-то невидимое зацепило меня.   Запах.  Свежий, резкий, с легкой горчинкой — как холодный воздух после грозы.   В тот момент мое сердце будто сбилось с ритма.  Но разве только это?  Глупо, внезапно. Я даже рассердилась на себя — почему он?  Почему так?   С Рафаэлем все было иначе.   Мягко. Тепло. Постепенно.   Как дружба, выросшая в попытку чего-то большего.   Но с Ксавьером не было попытки. Не было постепенности.   Удар.  Мгновенный, необъяснимый.  Он даже не сказал ни слова — а я запомнила этот момент, как будто он прожег меня насквозь.  Рафаэль подошел, обнял сзади.  Его руки — крепкие, надежные, знакомые. Мягкое прикосновение губ к шее и…  Неподвижно несколько секунд. Будто момент замер в моем сознании.  Терплю?  — Не надо… — совсем тихий шепот, который окрашивает момент совершенно другими красками.  Мужчина замер, но не отстранился сразу. Его дыхание сбилось — я словно ощутила это кожей.  — Я не знаю… — лишь выдох. — Но… я чувствую все совсем иначе. Рафаэль чуть отступил, заглядывая в лицо. Его глаза были полны надежды, тревоги… и уже боли. — Я… понимаю… — прошептал он, слабо кивнув. — Ты много нервничаешь… может, тебе просто нужно время… — Возможно… — я сделала шаг назад. — Но я… ты будто и остался для меня только другом. Я не чувствую ничего другого. Он отвернулся на мгновение, будто собирался с собой.   Вздохнул.  Долго.  Как будто отпускал — и себя, и меня.   И кивнул снова. Я осталась у окна.   Смотрела, как в городе зажигаются огни.   Тихо и с виду совсем спокойно, хотя и прекрасно знала: все внутри меня кричало по тому, кто прошел тогда мимо — равнодушный, чужой, неприступный.   Но именно его запах я помнила до сих пор.   И именно от него мое сердце билось иначе.  Всегда.