Часть 2

Малышка Клео громко зашипела, крепче обернув свое гибкое чешуйчатое тельце вокруг одного единственного пышущего жаром яйца. Оно было не больше перепелиного, но с раскаленной добела скорлупой. Гермиона обновила чары стабилизации, наложенные подобно куполу над гнездышком огнеруна. — И что потом? — вопрос Малфоя заставил ее вздрогнуть. Подняв на него взгляд, Гермиона слегка повела плечами. Конечно же он спрашивал про огнеруна: что ее отдел будет делать потом, когда из яиц вылупится еще несколько змеек? Не мог же Малфой спросить, не против ли она еще раз увидеться с ним, но теперь уже не в компании волшебного существа? Они следили за Клео почти два дня, начиная с того часа, когда начальник Малфоя дал добро на его исключительно уникальную помощь начальнице Гермионы. Мисс Коллинз даже выделила им небольшой кабинет на пятом уровне, чтобы любопытные зеваки, забегавшие в Отдел с какой-нибудь несчастной пойманной зверушкой, не нервировали огнеруна. Змейка была невероятно лояльна к Малфою, а вот на Гермиону, кажется, начала шипеть еще более грозно. Особенно когда они вместе приближались к гнезду, как было и на этот раз. — Мы передадим Клео и ее малыша или малышей мистеру Скамандеру, — резюмировала свои размышления Гермиона, стараясь не отвлекаться на то, как близко оказалась к Малфою, причем уже в который раз за день. — Понятно, — пробурчал тот, не сдвинувшись ни на толику. — Кстати, все хотел спросить. Почему Клео? — Это… — она замялась на мгновение, смущенная вопросом. — Это в честь одной исторической личности из мира маглов: царицы Клеопатры. Ее род правил Египтом на протяжении нескольких веков, и Клеопатра славилась острым умом и политической прозорливостью. Она заключала выгодные военные союзы через женитьбу. — Дед Абраксас оценил бы подобное, — он усмехнулся, пронеся кисть сквозь купол и тихонько почесав рогатую головку огнеруна. — И что же стало с твоей Клеопатрой? — Она отказалась сдаться римским завоевателям и заперлась в своих палатах, — отозвалась Гермиона, почти завороженно наблюдая за тем как Клео ластилась к пальцам Малфоя, довольно вибрируя всем тельцем, — а дальше… В общем, когда римляне все же попали в палаты, то нашли ее и служанок уже бездыханными. По одной из версий она опустила руку в корзину с ядовитой… — …змеей? — с укоризной закончил он, быстро посмотрев на Гермиону. Затем снова обратился к огнеруну, усмехнувшись: — Какая ирония, правда, Клео? Но ты ведь у нас хорошая змейка и не будешь никого кусать, верно? В ответ существо снова завибрировало всем тельцем, обвив его палец одним из трех хвостиков. Гермиона приоткрыла рот от подобной нежности и — как ни странно — от зависти. — Похоже, ты ей действительно очень приглянулся, — с легкой досадой произнесла она. — Со мной Клео ведет себя совершенно по-другому. Он обернулся, удивленно приподняв брови. Затем во взгляде Малфоя промелькнула искра хитрости. — Думаю, все дело в том, что твое с ней знакомство сразу пошло как-то неправильно, — задумчиво сказал он. — Но ведь можно познакомиться заново, верно? Ну-ка. Наколдовав дополнительный тепловой кокон над крохотным яйцом, он спрятал волшебную палочку в карман и положил обе руки ладонями вверх прямо перед огнеруном. Клео сначала исследовала кончики его пальцев язычком, а затем плавно перебралась по ним на ладони. Гермиона тихо ахнула. — Сейчас она уже не такая горячая, как тогда, не переживай, — Малфой развернулся к ней, ближе поднеся огнеруна, расположившегося в руках. — Ну что, знакомство Клео и Гермионы Грейнджер, дубль два. Он слегка пошевелил пальцами, отчего змейка начала извиваться. Гермиона неуверенно поднесла палец к рогатой головке, но резко одернула кисть, когда кончики отростков заискрились. — Ну-ну, Клео, не будь врединой, — в шутку пожурил ее Малфой. — Грейнджер, сложи ладони вместе так же, как и я. Гермиона молча выполнила просьбу, и он плавно пересадил шипящего огнеруна ей в руки, будто случайно задержав прикосновение собственных пальцев к ее ладоням чуть дольше, чем она ожидала. Сердце сразу забилось быстрее. То ли кисти Малфоя нагрелись от Клео, то ли… Его кожа сама по себе была такой теплой... Гермиона нервно сглотнула. — Погладь ей бок, только не сильно дави, — подсказал Малфой. — Вот так, да. Видишь? Кажется, вы все же сможете подружиться. — Да, — Гермиона облегченно улыбнулась, посмотрев ему прямо в глаза, возможно, впервые за многие годы. — Кажется, сможем… Малфой был почти на две головы выше, но сейчас он намеренно склонился, чтобы контролировать огнеруна, и разница в росте стала незначительной. Пара светлых прядей упали ему на лоб, и Гермиона резко моргнула, шумно вдохнув через рот. Взгляд Малфоя тут же переместился к ее губам. Все трое — она, он и Клео — застыли посреди маленького кабинета, совершенно не понимая, что же делать дальше. Гермиона не могла точно сказать, прошла ли секунда или целая вечность перед тем, как Малфой вдруг склонился еще чуть ближе к ней. Теперь она ощущала его теплое дыхание на собственной щеке. Гермиона даже успела заметить, как он начал прикрывать веки, чтобы… Внезапно огнерун в ее ладонях громко зашипел и начал истерично трясти всеми хвостиками, а шипы на головке заискрили пуще прежнего. Малфой вздрогнул, переведя взгляд на существо, и тут же забрал его у Гермионы. Клео моментально успокоилась, обвив его левое запястье и воинственно шипя на нее. — А ведь почти получилось, — с нескрываемой досадой выпалил Малфой, мягко погладив огнеруна по чешуе. — Видимо, Клео хочет обратно в гнездо, — смущенно предположила Гермиона, сделав шаг назад, пока он развернулся лицом к столу и вернул малышку под купол. — Ну или она просто… ревнует… Мы же с ней… как бы… девочки. А ты — мальчик, и… — И?.. — он задал вопрос, так и не обернувшись к ней, чему Гермиона оказалась несказанно рада, потому что могла поклясться, что прямо сейчас заливалась густым румянцем до самых корней волос. — И ты ей нравишься! — на одном выдохе выпалила она, схватив свою сумочку. — Ты останься пока здесь, а я… Захотелось что-нибудь перекусить в столовой… Я быстро! Не дождавшись ответа, она снитчем вылетела в коридор и засеменила к лифту, откровенно коря себя за совершенную чушь, сорвавшуюся с губ ранее.

***

О чем он только думал, когда предложил ей это?! Драко уселся на матрас и откинулся назад, прикрыв глаза рукой. В голове вновь и вновь прокручивалась эта дурацкая фраза: «…знакомство Клео и Гермионы Грейнджер, дубль два». — Салазар, ну какой же болван, — глухо прорычал он сам на себя, метнув взгляд на огнеруна, уснувшего в гнезде. — Да и ты тоже хороша, подруга. Но вспышка недовольства тут же утихла. Если бы не волшебное существо, то ему не представился бы уникальный шанс провести с Грейнджер уже почти целых два дня. Эта ее начальница, мисс Коллинз, настояла на том, чтобы Клео ни на минуту не оставалась в кабинете одна. Поэтому им даже пришлось оборудовать в углу скромное спальное место на одного, отгороженное от стола с гнездом огнеруна плотной ширмой. Прошлой и позапрошлой ночью с Клео оставалась Грейнджер, а сегодня была его очередь. Драко запер кабинет изнутри, переоделся в пижамные штаны и лег в постель, укрывшись одеялом. Как только он прикрыл веки, в памяти сразу же ожил образ Грейнджер, смотревшей ему прямо в глаза. Драко снова начал корить себя за допущенную слабость — они ведь оказались в каком-то мгновении от настоящего поцелуя! Сердце забилось сильнее от волнения и одной лишь мысли о том, что эта ситуация произошла в реальности, а не в его воображении. Когда Грейнджер вышла из кабинета в столовую, Драко облегченно выдохнул: теперь у него было немного времени, чтобы прийти в себя и унять сердце, бешено колотящееся в груди с того самого момента, как он дотронулся до ее мягких ладошек. Остаток дня прошел в атмосфере ощутимой скованности, и Драко лишь укрепился в своем подозрении о том, что окончательно потерял любые шансы пригласить ее на прогулку после того, как они передадут огнеруна мистеру Скамандеру. Он повернулся на другой бок, судорожно размышляя, как себя вести следующим утром и днем. Вероятно, стоило извиниться прямо и открыто? Но разве такая девушка, как Грейнджер, стала бы терпеть подобную распущенность в свой адрес? На третьем курсе она не постеснялась врезать ему из-за гиппогрифа, а тут — почти что поцелуй! Драко горько скривился: вот настолько он ее отпугнул, что даже не заслуживает еще одного хука справа, или хотя бы хлесткой пощечины. Так и не найдя подходящего решения, он потерялся в собственных мыслях и уснул.

***

Достаточно громкий стук в дверь заставил его вздрогнуть. — Малфой?! — донесся встревоженный голос Гермионы. — У тебя все в порядке? Открой, пожалуйста, Драко! Все еще не до конца ориентируясь в пространстве, он нащупал под подушкой волшебную палочку и отпер дверь. Грейнджер чуть ли не ввалилась внутрь, но на ногах устояла. — В чем дело? — низким спросонья голосом спросил он, потерев веки и зевнув. — Случилось что? — Нет, я просто… — она замерла, широко раскрыв глаза и уставившись на него. Драко понадобилось несколько мучительно долгих секунд, чтобы понять причину такой реакции: он сидел в кровати с голым торсом. Машинально натянув на себя одеяло, он потупил взгляд и откашлялся: — Прости, я… Забыл, что оставался на ночевку здесь. А в мэноре я всегда сплю так и… — Нет-нет, ничего страшного! — виновато затараторила она. — Я должна была сразу отвернуться, мало ли, как ты любишь… Этот неловкий диалог прервала Клео, громко зашипев на весь кабинет. — Ты ее еще не кормил? — тут же сменила тему Грейнджер. Драко мотнул головой, и она продолжила: — Тогда я сейчас дам ей что-нибудь подходящее из запасов. А ты пока можешь сходить в министерские душевые и привести себя в порядок. Промычав что-то вроде «угу», Драко быстро натянул свитер и ботинки, сгреб свежий комплект одежды со стула и направился к двери. У него ушло буквально десять минут на то, чтобы быстро освежиться. Он не хотел терять драгоценное время, которое еще мог провести с Грейнджер. По пути обратно на пятый уровень Драко прошел мимо небольшого ларька с горячими напитками и булочками. Купив себе кофе, он обхватил бумажный стаканчик двумя руками. Пальцам стало очень тепло, а в голове зародилась бунтарская мысль. На мгновение он замер, а потом снова встал в очередь.

***

Клео радостно затрепетала всем телом, и Гермиона сразу поняла — он вернулся. Она уже успела покормить огнеруна и проверить температуру и влажность в гнезде. Условия были идеальными. Если повезет, то Клео отложит еще одно или два яйца. И мистер Скамандер, безусловно, оценит их с Драко усилия. — Ну как наша будущая мать? — бодро поинтересовался Малфой за ее спиной. — Сыта и довольна. И даже почти не шипела на меня во время кормежки, — отозвалась Гермиона. Вдруг справа от нее на столе возник бумажный стаканчик. — Это что? — Кофе, — Малфой взял паузу, а Гермиона не смела оглянуться, ожидая продолжения. — Для тебя. Теперь же она медленно развернулась к нему. Драко стоял прямо перед ней и смотрел на этот самый стаканчик. Он завел обе руки за спину, очевидно, сцепив кисти в замок. Затем несмело посмотрел на нее, и Гермионе показалось, будто его губы слегка дрожали, а щеки стали на самую толику розовее. — Я тут подумал, — с едва заметным волнением в голосе произнес он, — а что, если… Что, если нам с тобой тоже познакомиться заново? Я Драко Малфой, стажер Отдела магических игр и спорта. Люблю квиддич, в школе, эм-м-м, в школе мне нравилось зельеварение и трансфигурация, — он протянул ей ладонь для рукопожатия. — Твоя очередь. — Гермиона Грейнджер, — ей казалось, что сердце сейчас с бешеным стуком вырвется из груди, — сотрудник Отдела регулирования магических популяций и контроля над ними. Люблю читать и гулять на природе. И в школе мне тоже очень нравилась трансфигурация. Ее пальцы неуверенно дотронулись до его ладони. Драко сразу же сжал ее кисть. Уверенно, но не жестко. — Что ж, рад знакомству, Гермиона! — на его лице появилась искренняя, почти мальчишеская улыбка. — И я рада, — она заметила, как в голосе тоже прорезалось больше жизни. — Очень рада знакомству, Драко.