Том 2 Глава 8 - Откровение.

***

Повествование ведётся от лица: Фредерика Гауст.

– Алло, ты куда пропал? – изведывал у потерявшегося. – М-м... Ушел на работу. – Что в смысле? Ты меня одного тут оставил? – немного ошалел от таких заявлений. – М-м... побудь... там, Наираир попросила... Я не могу... – Что у тебя случилось? Вы с Нами как-то поругались? – Нет... Ей опасно быть рядом со мной. Хочу свести наш контакт к минимуму. – Тц, ой, да брось. Нами же принимает тебя, чего так паникуешь? – Я зато себя не принимаю. Думал, что умею держать себя в руках... Но… чуть что... потерял контроль... пиздец... – переживал Ив, тяжело вздыхая. – Мы с подобным просто не сталкивались, друг, не нужно так загоняться. Меня тоже очень сильно это всё расшатывает, это не значит, что ты урод. Тем более что ты очень сильно её любишь и желаешь по зову души, а не тела. – Ах-ха, в отличие от тебя? – Я тут, значит, тебя подбадриваю, а он издевается? – Всё же... пока изолируюсь. Отпишусь, как что будет... – А мне что сколько здесь сидеть? – Нужно помочь с каким-то делом бабушке Марины. Потом она тебе скажет, когда можно уходить. – Ладно, теперь я собака... – вздохнул, опершись спиной в стену. – Ты не знал? Тебя столько раз кобелем называли, не сосчитать. – Так, слышь, мне обидеться? – А-ха-ха, сам-то как? – Ой, не спрашивай, я думал, я умру... – Ладно ты, но как меня так угораздило...? – У тебя был возбудитель, а у меня нет, ты же наверняка никак не подорвался бы будучи наедине с Мариной? – М-м... Да нет... Ужас, я так взъелся просто от одного взгляда на её ноги... Я мерзкий... – Ну что ты так придирчив, я уверен, мы скоро привыкнем и перестанем на это так реагировать, подумаешь... – Ага... – из трубки послышался звук царапаний. – Иврэн, не трогай себя. Перестань загоняться. – М-м, присмотри за ними... До связи. – Вот ведь козел, я же его просил не травмировать себя. – вздыхал, потянувшись к входной двери.

***

Повествование ведётся от лица: Намире Нежнинской.

– О, освежился? Куда Иврэн пропал? – опрашивала зашедшего на кухню друга. – Ушел на работу. – И не попрощался? – нахмурилась, размышляя. – Он... Ему страшно находиться подле тебя сейчас. – А что так? – вообще ни о чём не сведуя и не имея ни малейшего понимая происходящего, спросила Марина. – А-а-а-а... – Мари, раскрою уже тебе тайну, но парням немного, вот так, слегка плохо от запаха твоей крови. – показала жестом «чуть-чуть». – Что, в каком плане? – нахмурилась Марина, вглядываясь в растерянного Фредерика. – Я тебе позже все разъясню, Фред, кушать не хочешь? Присядь хоть, стоишь в проёме как не родной. М-м-м, какое мясо обалденное, м-м... Ирген, ты повар от Бога. – Благодарю, госпожа. – Тогда грех отказываться, Ир, можешь положить мне порцию, если несложно? – Конечно, господин. – М-м, у тебя тоже горничные есть, посмотрю. – предположила Марина исходя из приказного тона Фреда к служанке. – А, конечно. У меня что дома целый коллектив, что на работе. – У Фреда свой ресторан. – поясняла, наклоняясь. – Да ну? В наше время черти и бизнес имеют? – опешила подруга, опустив куриную ножку в тарелку. – Ах-ха, почти у всех из нас есть какой-либо заработок помимо основного. – А, ты типа богатый, точно. – Почему типа? Так и есть. Баланс у меня не маленький. – ухмылялся чёрт, забавляясь. – Прикольно. – комментировала подруга, чуть опуская уголки губ и приподнимая брови ко лбу. – Капец у вас высокоинтеллектуальный разговор, конечно. – посмеивалась, вытирая ладони. – Какой собеседник такие и темы. – Э-э, ты сейчас меня тупой назвал? – нахмурилась Мари, обсасывая куриную ногу. – Я сейчас с вас усусь... – шептала, закрывая от смеха лицо руками. – М-м, тогда неудивительно почему от тебя так вкусно несёт, дорогие парфюмы используешь? – Ах... да. Вкусный запах – залог хорошего начала взаимоотношений. Но и не только в этом дело, от меня всегда и при любом случае будет приятно пахнуть, разновидность расы такая. – А что, кто ты? – подняла Мари на Фредерика заинтересованный взгляд, вытирая оранжевые от соуса щеки и рот, чем сильно позабавила меня. – А-ах, кх-х... Я инкуб. – тоже улыбнувшись с её моськи, признался товарищ. – А-а-а-а-а-а, это те, что во снах с тёлками трахаются? Ясно-ясно. – Ах-ха-ха-ха-а-аха-а! – я не смогла сдержаться, дико захохоча от такой пофигистичной реакции подруги. – А-а... Это... ага... – бедный Фред не знал куда деть себя от неловкости. – Понятно-понятно. Чтоб девчонок кадрить, тебе природа даровала мягкий запах и такое милое лицо. А я-то думаю, шо ты такой красивый и выделяющийся. – Я могу воспринимать это за комплимент? – Ну да, чо нет? А зачем тебе наяву к девкам лезть, если ты по ночам работаешь? – продолжала любопытствовать Мари, вгоняя меня в ржущую истерику. – А... Ну... – И ты что, прямо всех оплодотворяешь? Пиздец у тебя уже детей, наверно, или ты ебешься только во снах, но по виду и не сказать, что ты девственник. – Ах-ха-ха-а-ха... – я чуть не складывалась в конвертик от смеха. – Кхм... Не думал, что мой подвид вызовет у тебя такой ажиотаж... – Ну, мне реально интересно. – с воодушевлением заявляла Мари, отпивая кофе. – А-а... Как сказать... тебя сильно волнует моя половая жизнь? Или тебе просто про нас рассказать? – Ваще пофиг, можешь про вас, можешь про себя. – разглагольствовала подруга, закидываясь пирожными. – Кх-кхм... Мы занимаемся любовью как во снах, так и в реальности. Но из снов мы не получаем то нужное нам количество энергии и удовольствия, нежели в реальности. Поэтому нам и необходимо охотиться в любом из нахождений. – М-м, и что это типа-а заменяет пищу? – М-м-м... Ага. – О-о, понятно. Прикольно, наверно, и поебался, и поел. Два в одном. – П-ха-хе... – тихо хихикала в сторонке, прикрыв рот. – А-а... ну, ах-ха... не знаю, я уже перерос этот этап развития. – Типа не получаешь энергии? Или наскучило перепихиваться? – Кх... Не получаю достаточно энергии. Для меня это почти также, как и для других демонов. – О-о, а, как помню, вы только с противоположным полом чпокаетесь, тебя мужчины не привлекают? – Пф-ф-ах-а... – А-а, нет, я ни чисто физиологически, ни психологически, ни биологически не могу возбудиться от мужчины. Также обстоят дела и у суккубш. – О-о... Я читала одну порнушную историю, кстати, вы же все отбитые извращенцы, да? Вам ведь нравятся всякие бдсм, насилие, оргии? – А-а... – у Фредерика, кажется мне, будто слезы наворачивались от таких предвзятых суждений, но это только ментально, вида, конечно, он никак не подавал. – У-у каждого... своя манера и желания, если говорить за себя, я просто всей душой не переношу насилие. Никак. Только по обоюдному согласию. – О-о-о, это хорошо. Слушай, ты часто проверяешься у врачей? Вроде, если иметь различные частые половые связи, высока вероятность заразиться всякими нехорошими болячками. – А-а-эм... Нет, мы не переносим это. Поверь, я не заразный. – Без проблем, меня-то это не волнует. Это хорошо, что ты следишь за собой. О-о... М-мф, у-х, ну ладно, поели, теперь можно и поспать... Я так устала, ща вырублюсь на раз два. – поднявшись из-за стола, Мари лениво направилась к себе наверх. – АХ-ХА-ХА-А-АХ-АХА-А! – как подруга ушла, я безудержно рассмеялась как конь. – Что это было?! – Не спрашивай меня ни о чём, я думал, я умру от стыда… Меня выставили таким грязным и отвратительным, я чувствую себя униженным. – Ну не преувеличивай. Видишь же, Марине абсолютно пофигу. – Что она обо мне подумала? Нет, я, конечно, действительно не очень благочестивый, но и не в край разгульный дебошир. – Ах-ха, фуф, что-то с чем-то... Ладно, пойду-ка тоже на боковую. – Спокойной ночи, Нами. – прощался Фредерик, махая вслед ручкой.               Следующим днем наша компания вновь воссоединялась, но уже за завтраком. – Доброго утра, мадам. – поклонился Фред, приветствуя хозяйку дома. – Ох, ещё один дружочек, присаживайся. – задорно приглашала та к столу. – У-а-а-а... Я абсолютно не выспалась... – Малинка, ну где же твоя элегантность? У нас за столом мужчина сидит, между прочим.               Я от смешка чуть брокколи не подавилась, но чудом сдержалась. – Бабуль, какой мужчина? Это просто мой друг. – Малин, у тебя так точно мужчины не появится. Ты хотя бы привлекай к себе внимание, пучок красивый делай, все волосы растрёпаны во все стороны, какому же жеребцу такая неряха нужна? – Наираир, видно, решила подшутить над Маринкой, сама еле сдерживая смешинку. – Это приколы у вас тут с утра такие, я не пойму? Какие жеребцы, бабуль? – Ах-ха, а что, разве юноша тебе не приглянулся? Смотри, какой красивый, яркий. Павлинчик самок привлекает. – П-ф-ф-ф-ф-ф-ха-ха-ха-ха-ах-а... – распирало меня со всей этой шумихи не на шутку. – Бабуля, да мне какая разница кого он там себе привлекает, ты же знаешь мои вкусы, я не переношу бабников. – А-а... – Ой, да брось. Может, он изменится ради тебя. Но нужно заплестись для начала. – Ба, хватит уже, аха-ха, я же вижу, что вы тут прикалываетесь. Подвиньте мне мою тарелку лучше. – хихикала Маришка, принявшись завтракать. – Друг передал, что вам помощь нужна. – поинтересовался за трапезой Фред. – Ха-х, ближе к вечеру. Сейчас пока не нужно. Ладно, Малин, как докушаешь, переоденься и ко мне. – поставив опустевшую чашку в блюдце, Наираир первая покинула кухню. – Ну что, Фред, ты по итогу: павлинчик или жеребец? Пх-ха-ха... – Пипец, что это было вообще? – недоумевала подруга, смеясь со мной на пару. – Я... Я, пожалуй, промолчу. – Да ладно тебе, ты ведь вылитый павлин, что отнекиваться? – Лана, побегу я на занятие, пока. – быстро схватив яблоко, Мари спрыгнула со стула и убежала. – Фред, Иврэн же тебе всё рассказал, поясни в деталях, что его терзает. – М-м... Он сильно расстроился, что сорвался на тебя. – М-м, неудивительно. Всё-таки, зная его характер, Иврэн максимально подобное не любит. – Кровь Мари усилила его и без того вожделенное желание, тем более что сейчас у него тяжелый период. – Знаю... Он уже стольких поглотить успел... Стоит мне, действительно, проявить к нему больше внимания. – встав из-за стола, направилась к веранде. – Не отвечает. – прокомментировала, глядя на завершенный дозвон. – Наверно, не отошел ещё. Его же до изнеможения волнует твоё самочувствие. – Ох, Иврэн через чур загоняется... – Хоть бы не случилось чего, что-то я переживаю. – Позвони ты, слушай. Может, он тебе ответит?               С кивком соглашаясь, Фред принялся набирать Иврэну со своего номера. – Да. – Ты чего Нами не отвечаешь? Она же переживает. – М-м-м... Я не знаю что ей сказать. – удрученно вздыхал тот, медленно отвечая. – Вот любишь же ты проблемы создавать, просто поговори со своей женой и не ломайся. – А-а... Это не так, ты же понимаешь... – Что я понимаю? Ты хотя бы попытался бы прояснить с ней все нюансы ваших отношений. Нельзя всё в одиночку решать, Ив, не поступай эгоистично, спроси у неё самой что ей важнее. – М-м... Она рядом? – быстро догадался тот, чуть понизив тон. – Нет, я стою на веранде один. – соврал Фред, неловко переглядываясь со мной. – Чем она занимается? Она хорошо питается? – А, да, Ирген приготовила много всего, они недавно позавтракали, сейчас телевизор смотрят. – М-м... Как её самочувствие, как она себя ведёт? Она не загоняется? – Так, слышь, сам ей позвони и узнай, я, вроде как, не для этого пришел сюда. – М-м, ладно, позвоню тогда Ирген. – Э-э-э, стоять, я сказал. Иврэн, перестань прибедняться, поговори с Намире начистоту. Она осведомлена о твоём прошлом, раз решила продолжить ваши отношения, значит, ей важнее остаться с тобой, нежели сохранить свои нервы. – Таково являлось прошение Ангела. Не думаю, что она согласилась на это по собственному желанию. – А-а-а-а-а-а-а-а, я убью тебя, какой же ты драматизер, Иврэн. – Ах-ха, было бы славно... – Смешно тебе, да? Зато нам всем несмешно. – М-м... я... кх-кх... нет... ничего. – Иврэн вдруг резко закашлял, а после сбросил звонок. – Чёрт... не нравится мне это, Нами, я сбегаю за ним, кто знает, что этот придурок может вытворить. – Хорошо, отпишись, чтобы я не волновалась.

***

Повествование ведётся от лица: Фредерика Гауст.

– Привет, ну и для чего мы сюда пришли? – махал рукой, встречая друга у входа на заброшенный завод. – Помнишь недавний инцидент? Анне нанесли серьезные увечья именно в стенах этого здания. – пояснял Ив, проходя внутрь. – Думаешь, здесь может оказаться какой-либо осадок? – Высока вероятность. М-ф... – Ив встал посреди коридора, принюхиваясь. – Всюду веет смрад. – Он несильный, никого ведь по итогу не убили. – оглядывался, шагая вперед. – Не важно... Если же, исходя из страданий Анны... мы сможем что-либо получить... – Да-да, пройдем тогда вглубь. – кивал, спускаясь на нижний ярус.               Шорох, где-то передо мной, усилился, возня напоминала звук переминающегося слайма. – Вон там. – показывал другу направление, прищурившись.               Услыша мой голос, что-то зашабуршилось сильнее, а после с громким чвоком оторвалось от земли. – Фред! – подорвался друг, вытянув руку, как в меня тут же прилетела какая-то мягкая желеобразная субстанция. – Чт...?! – опешил, отпрыгнув.               Небольшого размера слизень переминался по мне, обвивая. – Это и есть остаточный смрад Анны. – подойдя, заверял Иврэн. – А-а... нет, отстань. – пресек, не давая слайму подняться к шее. – Червонка суккуб, хм... – комментировал друг, изучая чёрта касаниями. – А-а-а... понимаю, конечно, но не надо ко мне липнуть. – посмеивался, пытаясь отодрать слайм от своей одежды.               Но червонка не хотела отстраняться, присосавшись к оголенной части моей груди. – М-м-м-м... – встали мы оба с Иврэном без комментариев, переглядываясь. – Я... в принципе, могу понять её намерения... – М-м... Забери её, пожалуйста, это немного напрягает. – жалобно простонал мольбу о помощи. – Ах-ха, а я думал, тебе такое нравится, разве нет? – Что-то в последнее время ты в шутники затесался, а вроде время не веселое. – хмурился, пихнув друга в плечо. – Ах-ха, села. – сразу, после недолго смеха, Ив приказным низким тоном повелел червонке слезть с меня.               Та, испугавшись давления, мигом сбрызнула, вжимаясь в клубок. – Я пройдусь ещё немного, поищу, может, их тут несколько. – делился Ив своим планом действий, подбирая червонку на руки. – Ты, к слову, зачем прибежал? – За тебя невдуплёныша переживал. Ты же мог что угодно с собой сделать. – сердился, уперев руки в бока. – А-а-а, ну... было немного... – Иврэн, ты хочешь в гроб меня положить? – Да ладно тебе, что мне будет? – Вот эта твоя «терапия», знаешь же, как мне не нравится. Да и Нами переживает, видно ведь, что её внимание не просто из выгоды идёт, она по истине тепла к тебе. – М-м, знаю, она слишком добросердечна. – А ты разве нет? Пойми же, вам нужно нормально с ней поговорить, всё обсудить. Возможно, она и полюбила... – Не шути, такой вздор невозможен. – огрызался друг, остановившись. – Ты сам в это веришь? – Ой-ой, посмотрите на него, мальчик с травмой не может принять тот факт, что его могут полюбить, не обращая внимания на то, что он сделал много плохого. – Фред, я тебе сейчас втащу. – сердился Ив, продолжив брести по этажу. – Я же знаю, что ты так не сделаешь. – ухмыльнулся, догнав ворчуна. – И пользуешься... – Друг мой, ну зачем ты так поступаешь? Я понимаю тебя, конечно, но и Намире тоже. Она видела через что ты прошел, не осуждает тебя, а также придерживается твоей стороны. Зря только отталкиваешь тепло от себя. – Так будет лучше... Думаешь, кто-то вроде меня достоин это получать? Чтобы такая тьма и грязь касалась светлой и чистой души? – Это не так, Ив, прекрати себя принижать. Нами и простила, и приняла тебя, хотя бы ей открывайся. У вас же скоро будет ребенок, уверен, тебе очень хочется подарить им всего себя. – Мх, ты ведь знаешь, мне нельзя. – Немного то можно. Хотя бы Намире удели больше любви, сам же из-за этого только хуже делаешь. – С собой бы лучше разобрался, а не в мои дебри лез. – А что у меня? – А не в курсе? – подловил тот, приподняв бровь. – А-а-а, хкхм-кх... так, не касаемся этой темы, я же просил. – разволновался, чуть смущаясь. – Тебе ещё вечерок нужно там посидеть, как освободишься – так гуляй сколько влезет. – А-а, я уже терпеть не могу... Может, сейчас по-быстрому до места сгонять? – Хм... Ну, если уж совсем невтерпеж... – М-м-м, не представляешь как. – Ну-у, обычно нет, но не сейчас. Эффект подействовал на нас одинаково сильно, хотя и без того ясно, что желание у тебя изначально намного превышает моё. – А-а, у меня, кажется, мозги из-за этого плавятся. Стоило только попробовать каплю этой запретной крови, у меня голод возвысился в десятки-десятков раз... я уже даже просто стоять рядом с ней не могу… Один только запах прелестного тела раззадоривает возбуждение до предела. – Хм... возможно, этим ведьма и пользуется, держа контрактников на привязи. Они послушно следуют её воле не из-за каких-либо великих целей, стремлений, возвышения, а просто из-за ломки, что она привила им через кровь. – А мне что делать? Ты подсадил меня на наркотик, который я не могу просто взять и в наглую получить. – сердился, мотая головой. – Извини, я же не знал о таких побочных свойствах. Иди, поговори с Мариной начистоту, проясни ситуацию, давай, ты же мне то же самое говоришь сделать. – Э-э-э, постой, милый, у нас с тобой разные ситуации, Намире – твоя беременная невеста, а Марина для меня – просто подруга. – Не знал, что мы подруг теперь хотим вые... – Так, в эту сторону мы разговор не поднимаем, я здесь ни при чём. – Зато как у тебя с легкостью поднимается... Ах-ха-ха-ха! – Слышь, друг, блин, называется, харе издеваться над моей проблемой. – ругался, пихнув Иврэна в спину. – Ах-ха-ха-а-ха... Ну что ты ломаешься, Марина не из обидчивых. Просто скажи, что чувствуешь себя плохо от ломки, она и поделится. – А вдруг это лишь усилит мой голод? Что если я вообще без её крови прожить не смогу? Что мне потом делать, а? – Я уже обо всем передал Наираир Ха. Она скоро разрешит эту проблему, потерпи. – М-мх, давай лучше до этого момента я не буду туда приходить? А, постой... погоди... До меня только сейчас дошло... Марина – ведьма? – А... Ты не знал? Ох, я забыл рассказать, ты же тогда спал. – Нет! Капец, ты почему мне сразу не рассказал?! – Так ты спал, идиот. – А после этого? Целые сутки прошли, Иврэн, об этом не умалчивают! – Да что мы говорим, а тогда почему же ты мне сразу не рассказал, что с Намире на свидание ходил? – А-а, у меня просто вылетело из головы, там такая суматоха была... – Так и у меня тоже. Я привык, что ты на связи, когда я работаю, а не дрыхнешь под кайфом. – М-мх-фц-х... а-а-а-а... Хочешь сказать, я подсел на реальный наркотик? Я думал, это лишь метафорическое сравнение. – закипал, ероша волосы на голове. – Нет, это действительно наркотик. И да, Марина – потомственная белая ведьма. – Белая? Она же вроде не блондинка. – Фред, ты совсем дурак? – Пф, ну забавно же, у Мари ведь такие чернющие волосы. – Идиот. – отмахивался друг, спускаясь на этаж ниже.

***

Повествование ведётся от лица: Марины Лайтвич.

– Фу-у-у-уф... усталь... – радостно подтягивалась, отталкиваясь от стола. – Сегодня ты поработала на славу, Малинка. – гордясь, поглаживала бабуля по голове. – А-ах, ага, теперь пойдем чертёночка смотреть? – подпрыгиваю со стула, выпрямляясь в ожидании. – Пойдем. – соглашалась бабушка, открывая дверь в подвал.

***

Повествование ведётся от лица: Намире Нежнинской.

– Госпожа, вы сильно истощены. – беспокоилась Ирген с опечаленным личиком. – М? Да? – Ваш духовный барьер стал слабее. – Хм... И голова разболелась... – Ребенок, чувствуя стресс, так оказывает на вас своё негодование. – Ах-ха, ну да, мама с папой не в ладах, это, естественно, его волнует. – Ложитесь спать, поздно уже. Сейчас сделаю вам отвар успокаивающих трав, голова обязательно пройдет. – М-м... Слушай, может, ванну принять? Хочется немного расслабиться. – Хорошо, госпожа. Я наберу ванну с расслабляющими травами и сделаю вам массаж. – А... Откуда у тебя столько трав? – недоумевала, приподнимая бровь. – Всё с собой ношу. И не только травы, но и аромамасла, заготовки, различные принадлежности, лекарства, одежду... – Ладно-ладно, я тебя тут подожду, погляжу сериал. – Как вам будет угодно. – с поклоном Ир удалилась из зала.               Через недолгое мгновение из учебного кабинета вылетает раззадоренная жизнерадостная Маришка. – Намире! Ты только глянь! – щебетала подруга, в руках держа странного маленького черного чудика. – Это что? – Это мой фамильяр! Бабушка подогнала, это наш фамильный чёрт! Посмотри только какой он бусинка! – лепетала Маришка, прижимаясь к мягкому чертёнку щекой. – А-а, он не опасен? – интересовалась, подойдя. – Нет, Слугми не опасен. Он воспитанный и смышлёный. – нахваливала она того с поглаживаниями, словно держит в руках подобие кота. – М-м-м, круто. А для чего он тебе? – Чертёнки служат для ведьмы опорой и информацией. Слугми привязался ко мне ещё в детстве. – вышла из комнаты Наираир, добавляя от себя. – Обычно для демонов обязателен выгодный контракт, то есть, без какой-либо уплаты никто возиться с человеком не будет, но Слугми оказался особенным. Он не требует к себе ничего, кроме внимания и заботы, неимоверно добродушный малыш. – разъясняла она, садясь на диван. – А где вы его нашли, Наираир? – В молодости, когда только утихла война... всюду веял по улочкам могильного холода удушающий смрад... Он исходил ото всюду, везде, куда ни глянь, будет виться поток сажи смерти... Я помогала осиротевшим малышам, бегала, доставляла свою выпечку, хотя сама была ещё вот такой крохотулей. – прикинула Наираир с улыбкой свой тогдашний рост вытянутой ладонью. – Тяжелое время... И вот, заглянув однажды в один из подобных приютов, я невзначай наткнулась на Слугми, что сидел в одиночестве в самом темном углу опустевшего дома, кого-то дожидаясь. – делилась Наираир воспоминаниями, поглаживая чёртенка на коленках Марины. – Смрад отчаяния, боли, тоски, уныния, печали и одиночества скопился в стенах и осел настолько плотно, что дал плоть новой жизни. А всё из-за трагического инцидента, когда одна из няней протащила в группу мышьяк и скормила его всем обездоленным. – А-а-а... ужас. – вздохнула, прикрывая рот. – По данным показаниям, из-за потери сына на фронте, она не смогла более наблюдать за страданиями детей и решила таким образом избавить осиротевших от безнадежного ожидания невозможного чуда. – Это пиздец подло и несправедливо. – хмурилась Мари, скрестив руки на груди. – Я пришла туда без какого-либо знания о инциденте. А войдя за порог, решила хотя бы не уходить с «пустыми» руками и заглянула в их спальную комнату. – Слугми олицетворение детской тоски и одиночества... – высказалась, опуская сожалеющий взгляд в пол. – Дети, умирая, до последней секунды жизни лелеяли надежду, что их будущее всё ещё может пересечься с любимыми родителями. – Малышек донельзя жалко. – хмурилась Мари, прижимая Слугми к груди сильнее. – Женщину можно понять, но это не давало ей дозволения так разбрасываться чужими судьбами. – Её посадили? – Хм... да, но... позже она сбежала оттуда. – Тц, мерзавка, даже наказание не может принять за содеянное. – сердилась Мари, сжимая кулаки. – Верно... она не только не смогла принять наказание людское, так ещё умудряется избежать и кары Господня. – В каком смысле? – Фариен Безсонова... Та самая ведьма, что встала на вашем пути и та, кто всеми силами жаждет устранить своего врага – новоиспеченную белую ведьму в виде моей внучки...