Глава 7. Причины.

      С самого утра кадеты начали гудеть, как пчелы в улье. А все из-за того, что начались тестовые занятия перед тренировками с УПМ. Если завалить которые, то тебя отправят на поля без лишних слов. Поэтому кто-то предсказуемо нервничал, а кто-то был уверен в своих силах и расслаблен.       — Чувствую себя как перед итоговыми экзаменами в школе, — шепнула Ванда на ухо подруге, слушая инструктаж по технике безопасности и по общему пользованию тренажером от инструктора Дрейка.       — Со стороны кажется просто, — задумчиво произнесла Нана, осматривая знакомые тренажеры, похожие на качели. — Главное не напрягать тело, наверное.       — Ага. А не то схватишь судорогу, — фыркнула Ванда.       Через пять минут к тренажерам потянулись первые кадеты. Дрейк проверял крепления, после чего Коллин и Питер натягивали тросы, которые позволяли кадетам находиться на небольшой высоте и тренировать навыки балансирования. Наблюдать за этим было интересно. Во многом позволяло учитывать ошибки и подмечать правильную технику.       Предсказуемо получалось не у всех с первого раза. Но были и удачливые ребята. Например, у Эрика получилось сходу зависнуть в правильном положении. Он словно и не напрягался вовсе. Просто расслабленно висел, держась в воздухе так, словно был монахом Шао Линь, познавшим Дзен.       А еще, на удивление, Кэти вошла в число тех, у кого получилось зависнуть с первого раза. Чему, кажется, удивились все, включая ее саму. Но, видимо, из-за небольшого телосложения, невысокого роста и легкого веса, ей было не тяжело удерживать равновесие, находясь над землей.       — Смит! Блэк! Картер! Вы следующие, — огласил имена Дрейк, когда уже большая часть кадетов выполнила упражнение. Те, у кого не получилось, стояли чуть дальше. Кто-то с расквашенным носом, кто-то потирал ушибленные конечности или сидел на земле, пытаясь восстановить работу вестибулярного аппарата.       Трой подошел к тренажеру более решительно, в отличие от девушек, которые не были уверены, что смогут выполнить упражнение с первого раза.       — Блэк! Очки сними, — Дрейк подошел к девушке, протянув руку. Та без лишних слов вложила их в ладонь командира, понимая, что есть риск сломать их. Где и как достать новые в случае чего, она не знала, а заранее оставить в казарме — не подумала.       Когда заработал подъемный механизм, обе девушки невольно напрягли все тело и почти зажмурились. Словно на аттракционе. Но когда обе едва не кувыркнулись через голову, стало понятно, что расслабление и правда более действенно.       Ванда же отметила, что эта штука похожа на аттракцион в их мире, на котором тебя подвешивают на похожих тросах, пока ты на батуте. Когда ты начинаешь прыгать, возникает ощущение, будто взлетаешь. В детстве во время отдыха на море с мамой, она, кажется, прыгала на подобном. Мысли отдались далекими воспоминаниями и похожими ощущениями. Тогда тело тоже было расслаблено. Только непосредственно в момент отрыва от батута.       И тогда, наконец, стал понятен принцип работы УПМ. С разницей в том, что под тобой уже не будет ни батута, ни страхующей сетки. Тело же в момент полета будет расслаблено, а в остальном — работают все группы мышц, чтобы отталкиваться, как на качелях. Ведь даже тогда приходится напрягаться, чтобы поддать скорости. За счет чего работают и руки, и ноги, и корпус. А потом возникает свободное чувство полета и зависания. Отклонение назад и снова натяжение.       Ванда поняла, что выпала из реальности, когда ее вдруг стало опускать вниз.       — Что, уже все? — невольно выдала она, словно у нее оплаченное время на карусели закончилось слишком быстро. Послышались чьи-то смешки. И только тогда девушка вспомнила, где и зачем находится. Сперва она встретилась взглядом с командиром Дрейком, который выглядел одобрительно. А потом перевела взгляд на подругу, которая ей улыбнулась и кивнула, словно знала, о чем она думала все это время и думала о том же самом.       — Кажется, кое-кто не рвался в десятку лучших, — Трой шутливо толкнул Ванду в плечо, когда они отошли в сторону.       — А я все еще не рвусь, — пожала плечами девушка, присаживаясь на небольшой валун и все еще находясь как будто в своих мыслях.       — А говорили, что не сможете, — теперь парень закинул руку на плечи Наны, которая хоть едва не ухнулась назад во время тренировки, но смогла выпрямиться и не прополоть телом землю. Так что можно считать, что все оказалось не так страшно и сложно, как думалось от волнения.       — Интересно, каково будет лететь на УПМ? — задумчиво произнесла Ванда, ни к кому не обращаясь.       — Скоро узнаем, — ответил Трой. — А ты чего такая пришибленная? Вроде бы нормально все. У тебя получилось. Да еще и с первого раза. Даже у Скотта не вышло, а он в десятку метит.       — Да я просто…       — Дзен словила? — улыбнулась Нана.       — Что? — переспросил Трой.       — Ну, нирвану.       — Эмм….       — Ах, точно ты же… — Нана вовремя прикусила язык. — Ну, она, типа, поймала расслабление и все такое.       — А, вот теперь понятно, — кивнул парень. — Вот вечно вы бросаетесь странными, непонятными словами.       — И не говори, — фыркнул Эрик, который тихо и молча стоял рядом, скрестив руки и прислоняясь спиной к скале.       — Под впечатлением, да? — Нана присела рядом с подругой, слегка толкнув ее в плечо. В этот момент ребята уже завели разговор между собой.       — Это было здорово, — ответила Ванда, взглянув на подругу. — И если простой тренажер на меня так подействовал, то что будет, когда мы получим настоящие УПМ?       — Ты в астрал выпадешь, — усмехнулась Нана.       — А ведь я все еще боюсь высоты, — чуть тише добавила Ванда, опустив взгляд на мыски сапог. — Как мне тогда…? В Разведке этот страх не приемлем. Да и в армии, в принципе. А я, наверное, буду больше бояться забраться к титанам на загривок, чем их самих.       — Ну, может это и не так плохо, — пожала плечами Нана, заработав недоумевающий взгляд подруги. — Страх высоты привычнее и легче преодолеть, чтобы просто напросто выжить, чем оцепенение перед титанами. Так что если концентрироваться на страхе высоты, то перед титанами будет уже не так страшно.       — Классная логика, — усмехнулась Ванда чуть нервно. — Помнишь, как на выпускном все ржали когда мы поднялись на смотровую башню, а я не могла встать на стекло в полу? А оно ведь было ударопрочным настолько, что на нем прыгать можно со всей дури.       — Ну, нашла что вспомнить, — улыбнулась Нана. — При этом ты по прежнему лезла на колесо обозрения, американские горки и аттракцион «Солнышко». Помнишь, оно вообще то делало полный круг, подвешивая всех вниз головами?       — М-да, у меня тогда сердце в пятки ухнуло, — Ванда передернула плечами. — Но все же было весело.       — Я это к тому, что даже, несмотря на страх высоты, ты все равно лезла вверх.       — Ммм, как по-философски.       — Ой, иди ты!       Девушки рассмеялись, а потом погрузились в комфортную для них обеих тишину, приправленную послевкусием от воспоминаний.       С того дня тренировки пошли с учетом тренажера, перемешиваясь с теоретическими и тактическими, когда приходилось париться в душных классах. И время как будто снова ускорило свой бег. Так, наверное, всегда происходит, когда занят делом: забиваешь практически каждую свободную минуту, оставляя себе лишь время на сон, но и тогда находятся камни преткновения, вроде непрошенных мыслей. От которых при свете дня спасали занятия и тренировки. А так порой хотелось поставить мир на паузу хотя бы на какое-то время.       Через пару недель занятия на тренажере стали приносить более очевидные плоды. И хотя в первый раз у девушек все получилось неплохо, после так везло не всегда. Порой они теряли концентрацию над телом и разумом и оказывались вверх тормашками. А ведь навык владения УПМ был для них жизненно важен, поэтому иногда девушки пользовались тренажером в свободное время, страхуя друг друга и помогая отточить навыки, даже если понимали, что идеала уровня Леви им не достичь. Но своего собственного максимума — вполне.       — Я, конечно, все понимаю, но вы не думаете, что это уже перебор? — Трой как-то строго смотрел на девушек сверху вниз, пока те развалились на ступенях перед входом в свою казарму. Они обе выглядели выжатыми, как половые тряпки.       — Ничего ты не понимаешь, Джон Сноу, — протянула Нана, не отнимая от лица руку, согнутую в локте. Ванда усмехнулась с закрытыми глазами, но сделала это будто из последних сил, буквально выталкивая из себя звуки. Трой в ответ закатил глаза и цокнул, как никогда ощущая себя типичным старшим братом, который журит непутевых младших. Мысленно он даже помолился, чтобы его брат и сестра не выросли такими же упрямыми и своенравными, как эти девчонки.       — Не понимаю я вас, — вложив во вздох вселенскую обреченность, Трой присел на ступеньки рядом и сцепил руки в замок.       — Ты сам себе противоречишь, — произнесла Ванда. — Только что ведь все понимал, — в этот раз на слова подруги усмехнулась Нана, а Трой снова привычно закатил глаза.       — Так чего же ты не понимаешь? — когда Картер замолчал, Нана решила подтолкнуть его к ответу.       — Я… — парень запнулся, а девушки медленно и чуть нехотя все же обратили на него взгляды, замечая непривычную хмурость. Не говоря уже о том, что обычно Трой за словом в карман не лез. А тут… Девушки переглянулись в растерянности, но больше не стали его торопить, дав время собраться с мыслями и сформулировать их. Они понимали: то, что он хочет сказать, было для него важно.       — Почему вы хотите пойти в Разведкорпус? — произнес, наконец, Трой, чем выбил девушек из равновесия, ведь прежде никто особо не интересовался деталями. И они успокоились, подумав, что никто не станет допытываться и дальше. Однако, похоже, ошиблись. Что, наверное, можно объяснить дружеским сближением за почти прошедший первый год обучения. — Вы ведь прекрасно знаете, что там…       Трой повернулся, чтобы посмотреть на подруг и невольно, при взгляде на каждую из них, в его воображении стали появляться, сменяя одну за другой, жуткие картинки их смерти за стенами. Все они были от рук, ног и зубов титанов, и каждая хуже, страшнее и кровавее предыдущей. Поэтому Трой поспешил отвернуться снова, дабы не продолжать этот марафон полета жутких фантазий.       Нана и Ванда переглянулись, заметив его выражение лица и понимая то, какие мысли сейчас крутятся в голове у их друга. Только вот сделать с этим они ничего не могли, потому что знали, что не отступятся от своей цели, которая уже, казалось, была высечена для них на камне, как какое-нибудь священное писание.       — Ты вряд ли поймешь, Трой, — произнесла Смит, прерывая заметно гнетущую тишину, и взглянула на подругу, которая выглядела серьезной и в то же время печальной, под стать атмосфере. — Мы… мы просто должны.       — Должны? — резко повернулся к ним парень, явно озадаченный таким ответом. — Вы никому и ничего не должны! — он повернулся всем корпусом окончательно и хмурился, переводя взгляд с одной на другую. — Кому и что вы должны? Человечеству? Ведь под этим лозунгом действует Разведкорпус? — скептически вздернул брови Картер. — Но ведь то самое человечество будет поливать вас грязью просто за то, что вы будете носить крылья на плащах. Мало кто поблагодарит за то, что вы рискуете своими жизнями. И это я еще молчу про эту жуткую статистику по новобранцам во время их первой вылазки за стены.       — Спасибо за веру в нас, дружище, — буркнула Ванда, прислонившись спиной и затылком к деревянным перилам и согнув одну ногу под себя.       — Я не сомневаюсь в ваших навыках, дурында, — посмотрел на нее Трой. — Уже не раз успел убедиться, что вы только на вид две самые обычные девчонки, — парень явно неосознанно почесал нос, что вызвало у Блэк легкую улыбку каждый раз, когда она вспоминала тот удар. — И знаю, что если бы захотели, вы бы непременно вошли в десятку лучших. Но вы как будто изначально даже не нацеливались на Военную Полицию.       — Так и есть, — кивнула Нана, даже не думая скрывать данный факт. В ответ на это она получила сперва удивленный взгляд, исходящий от его карих глаз, который после сменился на смиренно-принимающий, словно он просто подтвердил для себя то, о чем не раз задумывался сам.       — Вы вообще сомневались в своем выборе хоть раз? — Трой переводил свой взгляд с одной девушки на другую, пытаясь отследить эмоции на их лицах, пока отражающих лишь задумчивость. После этого они привычно переглянулись, словно и правда читали мысли друг друга. Троя всегда восхищала эта манера их общения, ну, когда не раздражала. Он и прежде наблюдал такое поведение, но только между братом и сестрой, которые были настоящими близнецами. Ванда и Нана же были подругами, но настолько близкими, что развили свои навыки общения до абсолюта. Взгляды, жесты, даже мимика — все это было для них как отдельный язык, понятный только им. И это восхищало.       Когда же они посмотрели на него, Трой уже увидел ответ на свой вопрос на их лицах: нет, не думали.       — Почему? — снова спросил он, отчаянно желая понять. Но только понять. Потому что принять любую причину, которая послужила для них мотивацией, он вряд ли сможет. — Мне нужно хотя бы одно веское основание, — попросил он, глядя на подруг, которые снова обменялись теми самыми многозначительными и понимающими взглядами. Трой на мгновение начал надеяться, что они и сами не знают, поэтому он сможет посеять зерно сомнений в их головах, а после, может, даже уговорит сменить подразделение на тот же Гарнизон. Но все надежды полетели прахом, когда девушки посмотрели на него и в их взглядах читалась уверенность пополам с сожалением.       В тот момент он понял, что не получит четкого ответа, а их взгляды запомнил надолго. Нехотя признавая, что им не подойдет ни одно подразделение, кроме разведки. Словно они родились, чтобы однажды носить на своих спинах Крылья Свободы. Это вызывало у Картера одновременно трепетное восхищение и сковывающий страх. Но вопросов он больше не задавал с тех пор. Просто потому что понимал: не ответят, как бы он ни старался выпытать.       Когда же были пройдены финальные тесты на тренажерах, отсеяв еще несколько кадетов, не способных справиться с задачей, стало понятно, что обратного пути точно больше нет. Теперь только вперед.       В начале обучения УПМ им выдали для ознакомления с составляющими и изучения строения механизма, которым им предстоит овладеть в совершенстве. Особенно тем, кто желал вступить в разведку — Дрейк это сразу обозначил. Так что кадеты копались буквально в каждой детали устройств пару недель, чуть ли не под лупой рассматривая крепления и механизмы. За чем последовали лекции о принципе работы, словно типичная инструкция по эксплуатации техники. Когда приблизилось время приступать к тренировкам в условиях, приближенных к реальным, кадеты почти постоянно носили на себе УПМ с клинками, чтобы привыкнуть к их весу. Они бегали, подтягивались и балансировавали на перекладинах, чем и занимались обычно, но теперь уже с вечным грузом в виде весьма тяжелых устройств.       Нетерпеливые, конечно, продолжали спрашивать: «когда же, наконец, начнутся тренировки полетов?», что инструкторов заметно раздражало, и чаще всего такие любопытные кадеты получали в ответ лишь дополнительные наказания, чтобы впредь неповадно было донимать руководство раздражающими вопросами.       В одну из увольнительных, когда кадетам разрешалось навестить родных или съездить в город, чтобы развеяться, Нана и Ванда смогли получить в штабе снабжения специальные очки для полетов на УПМ, удерживающихся на затылке специальными ремешками. Что обошлось им бесплатно, благодаря финансовой военной квоте для кадетов. Так что теперь можно было не бояться потерять очки во время будущих тренировок с УПМ.       — Ох, старость не радость, — вздохнула Ванда, присаживаясь на лавочку в уже хорошо знакомом парке Троста.       — Тебе пятнадцать, забыла? — Нана села рядом.       — Гадство.       — М-да, снова пятнадцать. Вот это я понимаю — начать учиться на своих ошибках, — тоже стараясь расслабиться, произнесла блондинка, откидывая голову назад так, что было видно небо с перистыми облаками. Вечером они уже вернутся в корпус, так что обе впитывали атмосферу за его пределами. Не обращая внимания на взгляды прохожих, в основном разодетых дамочек, которые смеряли их пронзительными осуждающими взглядами, замечая форму кадетов. Да и чего ждать от тех, кто тяжелее ножа для готовки или гребня для волос ничего не держал в своих руках? Но девушкам было плевать на чужое мнение относительно их жизни, с которой они разберутся сами.       — Эх, сейчас бы бургер заточить, — мечтательно протянула Ванда, устроив локти на спинке лавочки. — Картошечку-фри и мороженное с карамелью и шоколадным топпингом.       — Ви, прекрати, — ощутив неприятное, тянущее чувство в животе, буркнула Нана, у которой в голове возник образ пиццы с сырным бортом. — Черт! Вот выживем теперь только ради того, чтобы добраться до гребаного моря и Марлии ради мороженки! — Нана крепко прижала руки к животу, чтобы приструнить китовьи завывания из желудка.       — Стырить тебе булочку где-нибудь по пути? — обыденно повернула голову к подруге Ванда и Нана всего на пару секунд подумала, что стоит согласиться, но вздохнула, покачав головой.       — Не нужно. Не стоит нам в случае чего подрывать имидж кадетского корпуса, да и свой тоже. Дрейк со свету сживет, если нас поймают.       — Думаю, я не успела растерять навык за этот год, — пожала плечами Ванда. — Но как скажешь.       Потом до самого отъезда из города в головах обеих появлялись картинки различных блюд, которые они любили или просто пробовали дома. Так что в корпус они вернулись не особо отдохнувшими и развеявшимися, а, скорее, расстроенными и очень голодными. Только вот на ужин был картофельный суп с луком и морковкой, плюс булка хлеба и нечто, как и всегда, не особо похожее на чай.       — Черт, как же я понимаю Леви, — буркнула Ванда подруге, проглатывая остатки той бурды, что разводили в чашках. — Укради мне чай.       — Может, я тебе куплю чай?       — Хочу краденый.       — Окей. Нагнем Военную Полицию, — усмехнулась Нана, а следом за ней и Ванда негромко засмеялась.