Неуверенность

Ровена с Кроули закончили свой рассказ уже больше пяти минут назад. Но я не проронила ни слова. Отсутствие реакции волновало всех, но при этом никто не горел желанием показывать это чувство и старался терпеливо ждать моих слов. Конечно, хотелось, чтобы обсуждение последующих действий и составление плана происходило и без моего участия. Но, к сожалению, ни братья, ни Ровена с Кроули не хотели работать друг с другом. В очередной раз они молчали в ожидании, как я начну их подгонять и буквально заставлять говорить. Словно ленивые ослики, они не хотели двигаться вперёд без удара хлыстом. А ведь план действий был последним в списке моих мыслей. Вопреки ожиданиям присутствующих, моя задумчивость вызвалась очередной порцией вины, испытываемой мной. Если бы не я, Ровена не оказалась бы в Аду и не получила такие увечья, а Кроули не рисковал бы жизнью ради убийства Лилит. И проблема была даже не в том, что «именно я» вновь давило на голову. Ведь внутри зарождались опасные сомнения. «Делаю ли я всё правильно?», «Может, если бы я не вмешивалась, было бы лучше?», «А вдруг, благодаря мне произойдёт что-то хуже, чем показано в сериале?» – эти вопросы крутились один за другим, словно цепи, сковывая меня и запирая куда подальше любое желание сделать новый шаг в неизвестность. Казалось, я долго поднималась ввысь по длинной, выматывающей лестнице, постепенно расправляя крылья, дарящие спокойствие и свободу. И вот, когда я была уже на середине пути, а все мои перья расправились, обдуваясь ветром, возникшем на высоте, мои глаза в удовольствии закрылись, а лицо подставилось лучам солнца. Но это было ошибкой. Потеряв бдительность, я наступила в пропасть и упала. Моё тело долго летело вниз, а крылья никак не могли помочь. Падение было больным, оно испепелило перья свободы и спокойствия, ударило в голову и никак не отпускало. Оно сломало меня. И теперь исчезли все силы совершить хотя бы один шаг. Казалось, теперь мне никак не наступить на первую ступеньку. Последние силы пропали, желание – тоже. И не потому, что я обожглась, получила рану. Нет, хуже. Поранились те, кто был мне дорог. И возникал вопрос. А стоило оно того? Ответ был вполне логичным: нет. Их здоровье не стоит этого. Ровена не должна больше рисковать всем. – Итак… – бесстрашно нарушила неприятную тишину Ровена, ровнее присаживаясь на кровати в местном медпункте, – Мы, так сказать, «повредили» печать и избавились от Лилит. Что дальше? Все смотрели на меня. Взгляды давили, словно мраморные плитки, уложенные на голову. И я сгорбилась под их весом, пока мои глаза, повторяя тяжесть чужих, рассматривали бинты на теле учителя. – Ты хочешь и дальше их повреждать? – мне понравился термин, которым Ровена обозвала это, поэтому я повторила его скептичным голосом, – В таком состоянии? Она, изобразив непонимание, осмотрела свои руки, на которых красовались бинты и пластыри, но всё так же спокойно, будто не понимая мою неуверенность, ответила: – Конечно. Я ведь не при смерти, а значит, могу делать хоть что-то. Или ты желала изобразить из меня немощную калеку, не способную ни на что? Вызов в её голосе заставил меня собраться и поспешно возразить: – Нет-нет, ты что. Хмурящийся лоб Ровены разгладился, что успокоило меня. Не хватало ещё разозлить её. – Тогда почему ты молчишь? Вопрос ударил под дых, своей силой выбивая все мысли из моей головы. Словно окунувшись в белый свет, я бесцельно глядела вперёд. Ничего вокруг меня не было. Совсем. Пока тень не накрыла моё тело, загораживая свет. И этой тенью был один-единственный вопрос, отдающийся в ушах: «Что же ответить?» Уж точно не правду. Не в таком составе. Если Сэм мог тактично промолчать, то остальные способны в ответ подшутить или разозлиться. И это было последним, что мне хотелось слышать в такой ситуации. Так что я молчала в попытках найти слова. Пока Дин, не выдержав самым первым, не взорвался: – Алекс, – его раздражённый голос заставил меня и не менее задумчивого Сэма вздрогнуть, – Если ты собираешься делать из нас команду могучих рейнджеров, то перестань, блин, молчать. Нет плана? Тогда так и скажи, – он посмотрел точно на меня долгим взглядом, после чего выдал задумчивое, – Нам нужно понимать, из-за каких рисков ты так затихла. Я поджала губы и, иронично хмыкнув, поправила его: – Не из-за рисков. Случилось то, что уже не наладить. С моих уст вылетела первая правда. И, следом за ней, словно связанные платки клоуна, показывалось на свет и всё остальное: – Я не уверена, происходит ли всё так, как должно. – В смысле? – будущему Королю Ада такой расклад явно не пришёлся по душе. Он хотел быть убеждённым в своих действиях. А потому насторожился и попытался найти опровержение своим опасениям в моём взгляде. Если Кроули и Дин не поняли, с чего вообще возникли такие мысли, и попытались отыскать ответы на моём лице. То Ровена, давно знающая меня, и Сэм, который, видимо, анализировал моё поведение всё это время, в миг осознали не только смысл слов, но и их причину. Они не решились говорить прямо, но знали, что делать что-то нужно. Поэтому Сэм начал доказывать мне, что сейчас можно раскрыться. Сейчас я могу позволить себе довериться им. – Не взваливай это на себя, – мягко посоветовал Сэм, положив руку мне на плечо. Я взглянула в его добродушные зелёные глаза, но не нашла сил улыбнуться, – Вокруг тебя сидят те, кто готовы разделить это бремя. – Но это я генерирую идеи и говорю вам, что делать дальше, – протест говорился Сэму с таким тоном, будто этим в его голову вбивалась нерушимая истина, – Поэтому логично, что… – Ха? Опять это слово? Я оцепенела, забыв, как дышать. «О чём он?» – крутилось в моей голове. Голова перебирала воспоминания, пытаясь определить, о каком именно слове идёт речь. Но ей не удавалось найти ничего подходящего. На помощь пришёл взгляд, начинающий изучать Сэма, будто бы это слово было написано на его лице. Но вместо него там встретились только добродушная ухмылка, сочувствующие глаза и брови, слегка вставшие домиком. И никаких ответов. Тогда, наконец, мне вспомнился день после смерти Зои. Вечер у мотеля, в который мы разговаривали с Сэмом. Двойка Мечей, оповещающая о нужде в помощи. Под Луной и звёздами мы вместе избавлялись от заблуждений, крепко вошедших в мою голову и до боли вцепившихся в неё. Сейчас же Сэм решил избавиться от проблемы ещё до её появления. До того, как я могла бы сорваться. Логично. Вот, о каком слове шла речь. Я думала, что логично взваливать на себя вину за всё как из прошлой, так и нынешней жизни. Словно бодрящая волна тока, по мне прошлась мысль: «И сейчас это слово значит то же самое». Я взглянула на покалеченную Ровену и Кроули, внимательно смотрящих на меня. Казалось логичным, что благодаря мне они оказались в Аду. Повернув голову на Сэма, я сжала руки в кулаки, заставив себя опровергнуть навязчивые мысли: «Сэм прав. Нужно избавиться от этого слова». Я повторяла «Сэм прав, Сэм прав, Сэм прав» по пять раз, лишь бы заставить забыть лишь один набор букв. Это логично… – Если бы… Мой голос резал воздух. Я наморщилась от неприятных ощущений, пока все четверо окружающих меня существ внимательно наблюдали за эмоциями, меняющимися на моём лице. Удивительно, но никто не хотел рушить мой мыслительный процесс. – Пошли бы вы на риски, если бы я попросила? – Конечно. – Что за вопросы? Ответили Винчестеры сразу и в унисон. Я слабо улыбнулась им и взволнованно посмотрела на молчащую Ровену. Та с небольшой хитрой ухмылкой слабо кивнула: – Я уже так сделала. И это было правдой. От которой я с силой прикусила нижнюю губу. Голос Кроули спас от очередных мыслей о тяжести моей вины: – А я не пудель с розовым бантиком на заднице, чтобы выполнять любой приказ. Под убийственные взгляды братьев он одним глотком выпил джин. Но это спокойствие вызвало ещё большее возмущение, которое Дин не смог держать в себе. Он открыл рот, собираясь пригрозить демону чем угодно. Но я положила руку на его спину, призывая ничего не говорить. Так как на меня устремились вопросительные взгляды Сэма и Дина, пришлось пояснять: – Он – исключение в этом вопросе. Мы помогаем друг другу в равной степени. Сэм секунду молчал, чтобы потом хмуро спросить: – Тогда, получается, он должен помочь тебе, потому что ты спасла его от погони? Или этим ты возвращала ему долг? Я не отводила от парня взгляда, не имея ни малейшего понятия, что ответить. Когда же мои глаза нашли застывшего Кроули, ситуация стала ещё сложнее. Ведь мы оба понимали, что Сэм прав. И договор «услуга за услугу» в этот раз был больше, ведь спасти от погони всего Ада намного серьёзнее, чем заказать убийство. А значит, Кроули должен был нехило так отплатить мне взамен. Но я отложила эту мысль на потом. Пока нужно было разрушить неловкую (для меня и Кроули) тишину: – Мы отошли от темы, – Сэм хмыкнул, но я проигнорировала это, – Будете ли вы винить меня, если вдруг риски оправдаются? – Нет, мы же знали о них, – хмуро ответили Дин и Сэм хором. Первый ещё и сказал это с нотками полного непонимания происходящего и возмущения от глупости моих слов. Ровена только кивнула, соглашаясь с ними. Да даже Кроули нахмурился, пытаясь уловить нить, связывающую задаваемые вопросы. Он не понимал, к чему я расспрашиваю их об этом. Их реакция весьма удивила меня. Я на мгновение замолчала, чтобы потом, смотря задумчиво вниз, сказать: – Ты прав, Сэм. Получается, что это вообще не логично. Он погладил меня по спине, помогая не опечалиться от разочарования в самой себе. Грустно, что я до сих пор живу в ошибочных мыслях. Но теперь было спокойнее. Ведь Сэм мог вовремя помочь мне избавиться от них. – Спасибо, – едва слышно поблагодарила его я. – Хэй, ты знаешь, о чём они? – прошептал Дин, потянувшись поближе к Ровене, чтобы та услышала. Но это не помогло. В тишине комнаты его вопрос звучал отчётливо. И, что самое главное, довольно забавно. Так что, мы с Сэмом хмыкнули. А когда Ровена в ответ озадаченно покачала головой, мы и вовсе посмеялись, поглядывая друг на друга. Никто не собирался ничего объяснять. Почему-то казалось, что тот разговор под звёздами на лавочке у мотеля должен остаться нашей маленькой тайной. Открыв глаза после смеха, я заприметила Кроули, который выпивал очередной стаканчик. При мне он запрокинул их уже достаточно. Да ещё и с таким печальным и одиноким видом, что, будь он собачкой, точно бы заскулил. В общем, мне не хотелось больше оставлять его наедине с собой. Благо, тема, которую мы могли бы обсудить, была. – Хэй, Кроули, – он вопросительно посмотрел на меня, – Новый контракт тоже будет без бумаг? Демон кивнул, приободряясь. В такой компании мало кому комфортно, но у каждого был хотя бы один человек, которому можно доверять. Братья были друг у друга, а у Ровены была я. Кроули же сидел сам по себе. Так что, любой диалог казался ему в радость. Хотя демон всеми силами старался не показывать этого. – Конечно. Все бумаги мы создаём для того, чтобы Ад знал, что договор заключён по всем правилам. Но первый наш договор был не по ним… – Правила? В Аду? – Дин презрительно хмыкнул, выделяя последнее слово. И хоть Кроули не обладал должной долей патриотизма, он возмущённо пояснил: – Да будет тебе известно, что Ад – огромная система. Легче всего его сравнить с корпорацией, которая живёт ради одного дела. В нашем случае, конечно, это дело: мучение грешников и процветание благодаря ним, – он сказал эти слова таким будничным тоном, что я не могла остановить себя от хмурости. Мучения были для Кроули чем-то абсолютно обыденным, что наводило какой-никакой жути, – У нас есть разные отделы: рекламщики, продажники, менеджеры и все остальные новомодные термины, которые вы, тупоголовые охотники, – Сэм и Дин в шоке посмотрели друг на друга. Ведь было смело со стороны Кроули обзывать братьев, умеющих убивать демонов, в их же доме, – Даже не знаете. В общем, в Аду есть правила. Но из-за таких, как ты, – он показал на Дина, – Считающих, что их нет, все вокруг их нарушают. И поэтому никакого процветания в Аду давным-давно не существует. Ну, я не могла не сказать шутливое: – Слова настоящего короля, переживающего за свои земли. Ровена отсылку поняла, отчего хихикнула, закрыв рот рукой. Я улыбчиво посмотрела на неё под вопросительный взгляд остальных и заинтересованный голос Кроули: – Ты о чём? – А, долго объяснять, – отмахнулась я, как от неважного, вернувшись к кое-чему поинтереснее, – Давай заключим новую сделку. Как обычно, он не хотел показывать свой интерес, только сказав задумчивое: – Продолжай. – Я защищаю вас с Ровеной от нападения демонов всеми своими возможностями, а ты… – в голову ничего не приходило. Ровно до того момента, пока я не вспомнила, при каких обстоятельствах Кроули и Ровена вообще оказались тут, – А ты телепортируешь нас в одно место, ждёшь какое-то время и телепортируешь обратно. – Мне поработать для тебя таксистом? Демон пребывал в полном шоке от моей наглости. Эта затея ему явно не нравилась, ведь сильно давила на его гордость, так что, пришлось напомнить: – Спасать ваши задницы от Ада – задачка не из простых. Хочешь что-то потяжелее простой подработки в такси? И как только я дополнила своё хитрое предложение лисьей улыбкой, напоминающей фирменную атрибутику Ровены, он сдался. С тяжким вздохом и ворчанием: «А ведь мне обещали золотые горы, когда я вписывался во всю эту авантюру… И что теперь?» – он придвинул стул чуть ближе ко мне и сказал: – Рассказывай. Что конкретно нужно? Вероятно, я была так сильно довольна, что улыбка украсила моё лицо. Ведь, посмотрев на меня, Ровена отчего-то хмыкнула. – Вот эти молодые люди хотят встретиться со своей семьёй, – я показала руками на Дина и Сэма, сидящих с двух сторон от меня на принесённых стульях, – Но они слишком долго с ней не виделись, а потому подвержены чувствам. Так что, никто из них водить машину не может. – Так, стоп, – прервал мои объяснения Дин, показав пальцем на Кроули и запротестовав, – Ты хочешь, чтобы он отправил нас к отцу? – Ага, – я кивнула, – А что ты предлагаешь? Надолго оставлять Импалу ты не хочешь, давать мне от неё ключи – тоже. А благодаря его телепортациям мы даже успеем слетать туда и обратно за один день. – Я не подпущу демона к отцу. Он вновь показал на Кроули пальцем. Но тот не растерялся, подвинул руку охотника и, выглянув из-за неё, сказал Дину: – Думаешь, я с ним что-то сделаю? К твоему сведению, мне до вашего папаши дела нет. Дин хмыкнул, пряча руку в карман. В его глазах пролетела искра угрозы, когда с губ слетели слова: – Ты с ним, может, ничего не сделаешь, а вот он с тобой… Кроули озадаченно посмотрел на меня, я этот взгляд поняла и пояснила: – Его отец тоже охотник. Семейка занимается этим делом поколениями, – демон присвистнул, что позабавило меня. Я улыбнулась и кивнула, – Согласна, нехило. Поэтому я искала именно этих охотников, когда ушла от Ровены. – Ну, если так… – Кроули задумчиво молчал несколько секунд, обрабатывая поступившую информацию, после чего предложил Винчестерам, – Я могу остановиться где-то рядом, но не входить в здание. Секунду глядя на демона, я поняла, в чём вся прелесть такого предложения. Именно её мне пришлось высказать, так как братья могли не понимать неочевидные намёки, часто проскакивающие в подобных переговорах: – Речь о том, что мы можем сказать другой адрес. Так Кроули не будет знать, где ваш отец. И никто не окажется под угрозой. Кивок, подтверждающий мою расшифровку намёка, окончательно удостоверил Винчестеров в верности идеи. Они глянули друг на друга и, несколько секунд будто переговариваясь одними глазами, наконец, сказали: – Это звучит неплохо, – Сэм улыбнулся мне, – Так мы сэкономим время. – Но если ты что-то учудишь… – а Дин тем временем прожигал в Кроули дырку. – Тише-тише, ковбой, – демон в ответ на угрозы лишь шутливо поднял руки вверх, будто сдаваясь, – В моих интересах быть сейчас вашим другом. А то выгоните отсюда на улицу. Где холодно и голодно… Когда он ещё и хлопнул глазками два раза, словно взывая на жалость, Дин окончательно сдался, понимая, что придётся общаться с представителем Ада, раздражённо вздохнул и встал, безаппеляционно говоря: – Выдвигаемся через полчаса. И ушёл, прихватив свой стул. Сэм тоже встал, задумчиво сказав: – Не думал, что мы увидимся с ним так скоро. Я сочувственно поджала губы, поймав его взволнованный взгляд. Ну а когда все Винчестеры покинули медпункт, я повернулась на другую весёлую семейку: – Спасибо, что согласился на это. – Ты права. Лучше помочь охотникам, чем ждать от тебя просьбы выполнить невозможное. Его согласие с моими словами вызвало ухмылку: – В любом случае, я понимаю, как сложно с ними взаимодействовать. Сама долго была на твоём месте «врага народа» только потому, что ведьма. – Но ведь белая… – не поняла Ровена. – Как будто бы это кого-то переубедит, – я хмыкнула, но решила перевести тему, лишь бы снова не докапываться до Кроули с завуалированными вопросами «С тобой всё хорошо? Охотники тебя не достают?» – Кстати, Ровена, – та заинтересованно посмотрела на меня, – Не помню, какая, но, вроде бы, в здешней библиотеке есть книжка, которую тебе очень хотелось заполучить. С заклинаниями. – Хочешь сказать… – Ага, – я улыбнулась, встретив её загоревшиеся глаза, – Раз хозяев не будет, то они и не узнают, что какая-то ведьма рылась в их архивах. Ну а мы не расскажем, ведь так? Под моим внимательным взглядом Кроули просто не мог не помотать головой. Это сделало Ровену ещё более радостной. Что заставило улыбнуться уже и меня: – В общем, развлекайся. И спасибо ещё раз, что согласилась на всё это. – А как не согласиться? – изобразив непонимание, спросила ведьма, – Пока из помощи тебе я получаю одни бонусы. Например, огромную библиотеку с кучей новых заклинаний. Я хмыкнула, ведь тут не с чем было поспорить, после чего тоже встала со своего стула и отправилась к выходу. Но уже у двери из медпункта мне кое-что вспомнилось: – Кроули, – поймав его взгляд, я продолжила, – Есть дело. Он ничего не понял, но всё же решил встать, переглянувшись с матерью. По моим словам ему сразу стало понятно, что говорить об этом самом «деле» при Ровене я не хотела. Благо, он относился ко мне достаточно хорошо, чтобы выйти из медпункта и спокойно отправиться дальше по коридору. Мы шли молча, пока, наконец, я не завернула в одну из комнат и не спустилась по лестнице вниз. В этом помещении стояли разнообразные механизмы с большим количеством ярких кнопок. Под некоторыми из них были названия, а под некоторыми – нет. Но мне и не нужны надписи, за полторы недели жизни в бункере я уже разобралась, за что отвечают какие переключатели и для чего нужен какой автомат. Со знанием дела подойдя к нужной машине, я, наконец, начала разговор: – О чём вы договорились с Ровеной? – Что? – Она же тоже помогала тебе не по доброте душевной, – мой взгляд цеплялся за любые телодвижения Кроули, не давая ему и шанса соврать. Решение провести этот разговор возникло у меня в тот момент, когда Ровена ещё не проснулась. В тяжёлой тишине медпункта, под звук выпиваемого джина, у меня было время вспомнить наше с Ровеной прощание. Тогда моим главным аргументом в доказательство того, что встретиться с сыном – хорошая идея, был Чёрный гримуар, который Кроули способен найти. И мне хотелось, чтобы Ровену не обманули в этот раз. Не когда она в таком состоянии. – К чему ты клонишь? – так и не дал точного ответа он. И это напрягло меня только больше. По тому, как именно Кроули отвечал, казалось, что мои опасения начинают подтверждаться. Он не хотел помогать Ровене. И не хотел выполнять договорённость. – Ты же понимаешь, что должен сделать то, на чём вы сошлись? – я не переставала глядеть на Кроули, так и не начав настраивать защиту бункера, чтобы только Ровена и Кроули могли войти, а другие демоны и ведьмы – нет, – Ты не должен обманывать её. Даже если она тебя когда-то бросила. С каменным лицом и поднятой бровью вверх, он спросил: – Ты решила провести мне лекцию о важности выполнения обещаний? Нужно было рисковать. Я всегда считала, что любую проблему можно решить разговором. Но не с Кроули. Потому что ещё в сериале этот демон перепрыгивал из команды в команду, лишь бы выжить. Мне не хотелось, чтобы это произошло и сейчас. – Нет, – я хмыкнула, после чего, опустив голос, решительно сказала, – Я лишь говорю, что знаю ещё множество способов не только убийства, но и пыток демонов. И есть те, которые возможно совершить сегодня. Повисло молчание. Оно было весьма неприятным не только для Кроули, но и для меня. С одной стороны, я винила себя за дерзость. Политика моей жизни гласила: «любую проблему можно решить через диалог». Так что, и в той, и, уж тем более, в этой жизни у меня было не так много ссор. Более того, меня редко упрекали в хамстве или излишней жестокости. Потому что, когда относишься к людям по-доброму – они отдают тебе то же. Но с Кроули это не работало. Во-первых, не нужно забывать, что он – демон. Их задача пользоваться всем и не возвращать ничего. Во-вторых, благодаря его долгой и не самой приятной жизни, доверие – последнее, чего можно от него ожидать. А, следовательно, он всегда будет ждать подвоха и никогда не скажет всë от чистой души. Поэтому мне пришлось действовать по-другому. Так, как я не делала никогда. Я угрожала ему. И мне было стыдно, очень. Но других вариантов я не видела. Потому что мы ещё не находились на той стадии общения, когда я могла верить его словам и точно знать, что он выполнит то, что сказал. Но, нужно отметить, кроме вины, я чувствовала тревожность. Это был один из немногих раз, когда с моих уст звучали угрозы. Поэтому едва ли можно было рассчитывать, что они будут действенны. Я внимательно наблюдала за застывшим Кроули и всë ждала, когда же он, наконец, рассмеëтся. Когда же он скажет, что от меня такое звучит нелепо? Когда же похлопает меня по плечу и успокоит словами вроде «в другой раз получится»? Но вдруг на его губах появилась беспокойная ухмылка. Он посмотрел на меня исподлобья и шутливо спросил: – Бэмби решил отрастить рога? У меня было два варианта: продолжить давить или тоже перевести всё в шутку. То есть, по сути, быть жëсткой, как Дин, или обычной трусихой. Инстинкты подсказывали мне, что нельзя играть с огнëм, что нужно выбрать первый вариант. Но чувства вины и тревожности, изводившие меня уже больше минуты, заставили выбрать последнее: – Все мы когда-то выходим из гнезда. Я повторила его улыбку, пожав плечами. Но, по сравнению с Кроули, это выглядело скорее обречëнно, чем тревожно. Несколько секунд мы безвольно смотрели друг на друга, пока ко мне, наконец, не подкатило смущение. Было странно просто так стоять и смотреть в глаза Кроули. А вдруг кто-то, пройдя в коридоре, увидит нас, улыбающихся друг другу? Почему-то, такая возможность меня пугала. В общем, я опустила взгляд, скрывая красные щëки, и пробубнила: – Мне надо работать. – Ага, – я услышала странную смешинку в его голосе. Будто он веселился от чего-то. Но страх и стыд не позволили поднять глаза. Теперь идея угрожать казалась уже не такой хорошей. Ведь кроме мимолётной тревожности никаких изменений не произошло. Я будто сделала это просто так. – Я надеюсь, ты меня услышал… – всё же выдавила из себя я, когда Кроули почти ушёл. Мне хотелось понять, вдруг, всё же, угрозы были действенны. Но, видимо, это желание было не настолько сильным, потому что поднять взгляд я так и не смогла. А значит, и проанализировать его выражение лица – тоже. – Не переживай лишний раз, Бэмби, – казалось, голос звучал по-отцовски заботливо и снисходительно, – У тебя есть и другие заботы. И он ушёл, только прибавив вопросы в моей голове. «Что это было? Забота в мою сторону? От Кроули?» – но вместе с этим, я думала и о другом, – «Поможет ли он Ровене? И вообще, смогли ли они хоть немного сблизиться? Я видела, как Кроули тащил её на руках, но… Вдруг, это было его мимолётное желание?» Благо, у меня было занятие: настроить защиту. Так что, я хотя бы не останусь один на один со своими размышлениями.