Пëсики

Несколько раз ему уже доводилось встречаться с этими созданиями. Но только мельком и издалека. При особом желании Кроули мог бы видеться с «пёсиками» (как называли их в шутку некоторые демоны) и чаще, но он ещё не настолько свихнулся. Да и по статусу было не положено. Зачем какому-то рядовому демону перекрёстка видеть карателей Ада? – Чего это ты? Ровена осматривала сына сверху вниз, стоя на нескольких ступенях выше, ведь не понимала, почему он вдруг остановился. В глазах Кроули зажёгся настоящий ужас, а кожа, казалось, побледнела. Впервые с момента их встречи она видела его таким. И это чертовски настораживало. Слова матери вернули Кроули в реальность. Он оглянулся назад и, когда до ушей донёсся новый вой, уже чуть ближе, со всех ног сорвался с места, поднимаясь по лестнице. Ступенька за ступенькой, шаг за шагом, он оставлял мать позади, вообще не задумываясь о ней. Ведь сейчас в голове маячила лишь одна мысль: «Беги! Бросай всё! Тебе нужно выжить!» – Кроули? – Ровена тоже начала подниматься, но совсем не перешла на бег, – Что происходит? За её спиной послышалось рычание. Но, оглянувшись назад, ведьма никого не увидела. Лапы клацали по каменным ступенькам, поднимаясь по лестнице с той же скоростью, что и Ровена. Это было невозможно. Сзади никого быть не должно. Но кто-то там явно был. И, вероятно, даже не один. Повинуясь инстинктам, Ровена сорвалась с места. Она побежала выше по ступенькам, желая догнать Кроули, который уже поднялся наверх. Но было слишком поздно. Кто-то тяжёлый и мохнатый (шерсть всё ещё не было видно) прыгнул и повалил Ровену на ступеньки. Та ударилась о несколько углов, но больше всего её волновала далеко не рана на голове. Правая нога неестественно вывернулась, издав опасный хруст, и заныла так, что впору было кричать. Но ужас так сковал всё тело Ровены, что та не издала ни звука, пытаясь подняться или хотя бы осмотреться. Ничего не получалось. Голова кружилась, щиколотка болела, а силы почему-то пропали. Но в тот момент всё только начиналось. Ведь уже в следующую секунду какая-то шавка укусила её за ногу и потащила вниз по лестнице. В первые мгновения голова Ровены билась о каждую ступеньку, не успевая оправиться от ударов. Но потом, непонятно как соорентировавшись, ведьма изогнулась в спине, лишь бы снова не касаться лбом камня. Однако это всё ещё не было основной проблемой, ведь место укуса на правой ноге ныло. Оно жгло, оно болело, оно свербило. А зубы всё продолжали и продолжали углубляться под кожей, принося новую волну агонии. В попытке избавиться от ужасного ощущения, Ровена постаралась ухватиться двумя руками за одну ступеньку. Но пальцы соскользнули почти сразу, ведь невидимое животное потянуло с большей силой, почувствовав её желание сбежать. Что-то в ноге вновь хрустнуло. Боль в ноге стала ещё сильнее. И Ровена уже не смогла сдержать болезненный стон. Но даже тогда всё было более-менее хорошо. Ведь потом активизировались уже другие животные. Первые трое укусили за ту же ногу в нескольких местах, помогая брату тащить ведьму куда-то. Другие же, видимо, посчитали человеческое тело новой игрушкой: они кусали где попало, катали Ровену лапами по всей ширине каменной лестницы и царапали её так, словно она была игрушечным мячиком из зоомагазина. И каждое новое движение, каждый новый укус, каждая новая царапина, да даже простое касание – это всё приносило просто невероятную уйму боли. Мысли перестали клеиться, голова не ориентировалась в пространстве, а рот постоянно открывался, чтобы издать новый крик или хотя бы стон. Всё тело жгло больше, чем мягкое касание огня о кожу. Ровена вновь попыталась схватиться за ступеньку. Но, потерпев неудачу, она растеряла последние силы. И вот, её крики прекратились. Она вновь ударилась головой о последнюю ступеньку лестницы, но даже ничего не промычала. Энергии не было, а глаза постепенно закрывались. Она отчаялась. Это было не в стиле ведьм, не в её стиле. Но поделать нечего. Это конец. Однако вместо уже привычного рычания и воя вдруг послышался скулёж. Звук заставил Ровену открыть глаза и оглянуться. По кожаным чёрным туфлям (кстати, неплохим), сделанным на заказ, она замедленно осознала, кто вдруг оказался рядом. Кроули. Он проткнул пса ножом с символами. Но тот даже не стал слабее. Вместо того он накинулся на демона, укусив того за руку. Кроули нахмурился от мимолётной боли, но не позволил себе расслабляться. Для пса же это нападение стало фатальным, ведь тогда в него воткнули второй клинок, уже ангельский. Послышался грохот. Что-то упало на каменный пол. Ровена ещё не смогла обработать информацию и понять, что вообще произошло, когда вдруг её схватили за руки и потянули наверх. Она застонала, с новой силой почувствовав зубы, впившиеся в её тело в нескольких местах. Ощущения были невыносимы. Даже пыточное заклинание, казалось, мучило меньше. Хотелось бросить всё, отпустить спасительные руки, но хотя бы перестать чувствовать это. Вскоре желание стало настолько весомым, что она выпустила несколько пальцев из крепкой хватки. «Отпусти, прошу. Дай мне уже умереть», – мысленно молила ведьма остатками сознания, издавая всё новые стоны от боли. И тогда, словно из толщи воды, послышался сосредоточенный голос, заставляющий думать разумом, а не ощущениями: – Соберись. Ударь по ним магией. С первого раза Ровена фразу не поняла и посмотрела на говорящего замыленным взглядом. «Что он хочет? Что ещё ему надо?» – ведьма начала хныкать от бессилия. Но когда одна из собак отцепилась от неё и начала атаковать Кроули, лишь чудом сумевшего отбиться одной рукой, слова приобрели потерянный смысл. Ровена нахмурилась, собираясь с силами. Несколько мгновений она пыталась сосредоточиться, чтобы в следующий миг двинуть руками по кругу и сказать: – Abite! С первого раза заклинание не сработало. Хватка челюстей была слишком сильная. Да и силы практически покинули тело. Всё внутри кричало, что пора сдаться. Это казалось самым лёгким и логичным решением: отпустить руку Кроули и стать съеденной невидимыми псами. То были не только слова подуставшего тела, но и болевых ощущений, заполонивших голову. Холод, жжение, слабость просто-напросто не давали поверить во что-то кроме своей скорой гибели. Но Ровена не могла позволить себе расслабить руку. Всё, лишь бы не оказаться снова во власти этих мохнатых шавок. Ей ведь ещё жить и жить. «Тело не перенесёт много заклинаний. Нужно держать магию в узде и постараться не выплеснуть всё разом», – словно мантру, повторила она в своей голове несколько раз. И вот, момент икс настал. – Abite! Она крикнула сильнее, выпуская больше магии, чем в прошлый раз. Но не слишком много, чтобы отключиться. Теперь заклинание подействовало. Челюсти разжались, нога освободилась. Невидимые животные отлетели по сторонам, даруя ведьме свободу. Отбросило и Кроули, улетевшего чуть выше по ступенькам и лишь чудом не ударившегося о них. Осознав происходящее, Ровена попыталась встать. Но как только она ступила на ногу, укушенную несколькими псами сразу, то по телу пронеслась такая игла, что весь воздух вышел из лёгких. Перелом, полученный в начале, уже и позабылся за другими многочисленными ранами. Ровена безмолвно открыла рот от сдавливающей всё тело боли. Но сзади послышалось рычание. В этот раз страх не сковал всё, а, наоборот, дал волю действиям. Позабыв о всех неприятных ощущениях, Ровена допрыгнула до лестницы и начала подниматься по ней. Повреждённая правая щиколотка и укусы чуть выше не давали сделать и шага, поэтому приходилось торопливо прыгать на одной ноге. К тому моменту, как ведьма, словно какая-то калека, поднялась по первым трём ступенькам скачками, Кроули поднялся. Ему хватило секундного взгляда за спину Ровены, чтобы вновь ужаснуться. Но, повинуясь незнамо чему, в этот раз демон не бросил мать на съедение. Он спустился на несколько ступенек, перетащил её руку через свои плечи и начал торопливо подниматься. Без этого балласта Кроули уже давным-давно убежал бы от лестницы, как можно скорее пытаясь найти подходящее укрытие от адских псов. Но что-то не давало ему избавиться от Ровены. Что-то, чему демон не мог дать название. Ровена тоже удивилась такому жесту. Её сын не то, что спас от псов, так ещё и рисковал своей жизнью, лишь бы помочь ей сбежать. Даже её знакомые навряд ли стали бы делать так, а ведь в свой круг общения ведьма выбирала только самых надёжных. Оттого только более впечатляющим казался факт, что Кроули с холодной головой преодолевал ступеньку за ступенькой, подстроившись под темп прыжков своей матери. Но их весьма похожие друг на друга размышления прервало тёплое дыхание у ног. Один из псов настиг их, внимательно принюхиваясь. Однако горячий от выдохов воздух не согревал, а заставлял мурашки бежать по всему телу. И вновь чьи-то холодные пальцы схватили Ровену за шею. И вновь она почувствовала так скоро подходящую смерть. Она буквально наступала им обоим на пятки. И тогда прозвучал раздражённый голос, заставивший их вздрогнуть: – Вот они! Ловите! Обманутые, а оттого только более разъярённые демоны нашли беглецов. И ни один из невидимых псов не напал на пришедших существ. Оказалось, эти две команды работали сообща. – Вот же… – гневно прошептал Кроули, поднимаясь по очередным ступенькам. Тёплое дыхание всё ещё дуло на их ноги. Многие бы поддались панике или не прекращающейся боли и потеряли бы голову. Но Ровена была не в их числе. Жизнь научила её в любом, даже предсмертном состоянии, пользоваться логикой и наблюдательностью. Этот опыт помог ей и сейчас. Ведь на ступеньке рядом с ними оказалась её походная сумка. – Остановись. – Ты чего? – не понял демон. – Ну же, быстрее, – нетерпеливо приказала она. Кроули встал, пытаясь в лице матери найти ответы на возникшие вопросы. А та даже не посмотрела на него, только наклонилась к сумке под их ногами, которую выронила во время падения на ступеньки и торопливо открыла её, начиная копошиться. Тем временем первый пёс, стоящий ближе всего, наконец, решил напасть. Но зря он выбрал своей первой жертвой почти едва раненного Кроули, а не едва держащуюся в сознании Ровену. Демон смог ударить невидимого пса кулаком по животу, отчего тот отлетел в стену. Больше драться ни с кем не пришлось. Ведь Ровена, к счастью, разогнулась, повесив сумку на одну руку. В другой же оказалась странная деревянная коробка, по уголкам которой виднелись узоры. Кроули в удивлении поднял брови, когда увидел, что адские псы, будто почувствовав опасность, начали пятиться назад. А когда тонкие пальцы, украшенные блестящим маникюром, открыли малюсенький замочек, животные и вовсе заскулили. Демоны, стоящие за армией адских карателей, почувствовали то же замешательство, что и Кроули, но всё же, повинуясь некоему предчувствию, они последовали примеру своих четвероногих союзников, полностью спускаясь с лестницы. – Стэфан говорил: «когда даже моя магия не будет справляться», – она, смотря лишь на яркий мешочек, лежащий в красной замше, продолжила говорить так же отрешённо и безнадёжно, лишь печально ухмыляясь, – Будь у меня в запасе вся моя магия… Но с теми крохами, что остались, это нереально. Она аккуратно, будто стараясь не повредить, взяла мешочек, являющий миру красные, жёлтые, фиолетовые, синие и ещё многие другие цвета. Кроули отчего-то почувствовал желание унести отсюда ноги куда подальше, но только продолжал стоять, повинуясь любопытству. Ему, как и остальным демонам, хотелось как можно скорее узнать, что же такого необычного у этого мешочка и почему адские псы застыли на месте, скованные лапами управляющего ими страха. Тем временем рука Ровены погладила яркую ткань большим пальцем, пока в её глазах проскользнуло воспоминание о той, чьим подарком это было. О той, кто и подарил последнюю надежду остаться в живых. О той, кто хотел, чтобы Кроули и она стали одной командой. «Он помог мне. Нельзя оставаться должной», – подобрала Ровена и менее сентиментальный аргумент. Решив, что он подходит для причин подобного жеста добродетели, она сказала: – Фергюс. Хватайся за меня. – А? – тот всё продолжал глядеть на мешочек. – Делай, как говорю, – приказным тоном сказала она. И когда Кроули, не понимая происходящее, взялся за её плечо, Ровена кинула мешочек в толпу псов и демонов. Всего мгновение ничего не происходило, но потом в коридоре и на лестнице возник свет. Он стремительно заполонял пространство, ослепляя всех вокруг. Демоны и Ровена закрыла глаза руками, а псы начали скулить с новой громкостью и силой. Но свет был лишь первой стадией. Следом пришёл звук. Неожиданно у противников запищало в ушах. Чем могли, они закрывали их. Некоторые кричали или скулили, желая услышать хотя бы свой голос. Но ничего не помогало. Кровь фонтаном полилась из ушей. Но Кроули не чувствовал ничего. Как и Ровена. Следом затрясся пол. Мать с сыном не ощущали этого, но на всякий случай ведьма всё же перекинула руку через плечи Кроули. Всё же, ей не хотелось вновь упасть на ступеньки и повредить уже вторую ногу. Следом за полом затряслись стены и даже потолок. Факелы попадали со своих креплений, демоны и псы едва держались на местах и теряли равновесие. Всё ещё держась за уши и жмурясь, они кричали, сворачиваясь на камнях в калачики. Но поза эмбриона ничем не спасала их. Пришли ударные волны: первая, вторая и третья. Кроули и Ровена видели, как у демонов сжигаются волосы и одежда, вытекают глаза, выпадают ногти и зубы. Следом начала сжигаться и кожа точно так же, как до этого пропадала одежда. А противники всё продолжали кричать, срывая связки и делая себе только больнее. Адских псов видно не было, но, вероятно, с ними происходило то же самое, потому что их гавканье и скулёж тоже стали громче. На третьей волне с костей снимались мышцы и падали органы тела. Голоса затихли. Все оставшиеся ткани исчезали одна за другой, оставляя после себя только пепел. И лишь кости падали на камни, словно деревянные трубки. Их звук отдавался в головах Кроули и Ровены, будто гонг. Это дополняло эхо оставшихся в памяти криков и скулежа, оповещающих о мучениях. Когда же всё замолчало, а коридор и лестница потеряли былой свет, стало темно и до мурашек на коже тихо. И хоть действие мешочка уже закончилось, Кроули и Ровена до сих пор находились в тех секундах. Оставшиеся кости и жуткие воспоминания заставляли задуматься о настоящей силе магии и о том, насколько на самом деле все слабы. Голоса умирающих демонов и псов будто напоминали им о том, насколько на самом деле важна жизнь и как же легко её лишиться. Всё это лишало любых слов. Но темнота, окончательно опустившаяся на пространство, напомнила о реальности. Им нужно было торопиться, пока другие, заинтересовавшись, не начали бы идти в эту сторону. Так что, в полном молчании Кроули начал вновь подниматься по лестнице, до сих пор поддерживая мать. Им приходилось передвигаться наощупь, так как все факелы попадали и потухли. И даже когда они, наконец, поднялись по лестнице, темнота всё ещё владела пространством. – Что это за мешочек вообще такой? – всё же не удержался от ошеломлённого вопроса Кроули. Ровена хмыкнула, делая очередной прыжок: – Подарок Алекс, моей ученицы. Она говорила, что взрыв такого мешочка сравним по силе с атомной бомбой. Кажется, не соврала. Камень, который обрамлял потолок, упал прямо перед ними, лишь чудом не задев головы. Безмолвно обогнув его, Кроули и Ровена продолжили движение. Но вдруг демон резко остановился. – Подожди, ты сказала «Алекс»? – в голове всплыло имя, которым ему представлялись недавно, – Белая ведьма с короткими волосами и голубой джинсовкой? – Мгм, – Кроули не видел, но был уверен, что она слабо кивнула, хитро улыбнувшись. – Ты – её учитель? Она снова кивнула. А демон удивлённо выдохнул. Они возобновили движение. И через несколько мгновений Кроули вновь спросил: – Почему ты не сказала? – Зачем? Это что-то меняет? – Конечно! – воскликнул он в коридоре, молчавшем мёртвой тишиной, – Знал бы я – не стал бы делать то, что она мне сказала. Ровена весело хмыкнула, поддевая его уверенной фразой: – Не говори глупостей. Они замолчали. И только благодаря тишине Кроули обратил внимание на далёкий свет сбоку. Он потянул руку чуть вправо и понял: там ничего не было. А значит, они стояли на очередном перекрёстке двух коридоров. Так как ударные волны не умеют огибать углы и оставаться такими же сильными, вдалеке горел свет. И было логичнее направиться в один из боков, где не было так темно. Вспомнив, куда ведут левая и правая сторона, Кроули повернул налево. Ровена ничего не спросила, ведь была погружена в дальнейший план. Вспоминая слова сына о том, что просто так телепортироваться отсюда он не сможет, становилось понятно, что они брели в сторону выхода. Как-то раз за ту неделю, что они были вдвоём, Кроули упоминал, что успел найти пути отхода, куда направится после убийства Лилит. Вероятно, речь шла про пути из Ада. Оставалось понять, что нужно делать после попадания на Землю. – Фергюс, – её голос разрезал задумчивую тишину. – М? – Ты знаешь безопасное место на Земле, куда мы пойдём? – Нет, – печально признался тот, – Не думал, что убийство этой демоницы вызовет такой переполох. Мне казалось, хватит просто выбраться из Ада. Свет был всё ближе, а потому Кроули смог увидеть, как мать поджала губы. После нескольких секунд молчания она неуверенно сказала: – Тогда остановись под одним из факелов. Сил спорить друг с другом у обоих не было. Поэтому Кроули вполне спокойно спросил: – Зачем? – Я попробую узнать, где сейчас Алекс. – Ты думаешь, она способна убить хотя бы одного демона? – он выразительно поднял брови. Глаза Ровены сверкнули, и она с вызовом ответила: – Не сомневайся в моей ученице. У неё был достойный учитель, – но во взгляде Кроули ничего не изменилось, поэтому она всё же призналась, – Главное не её умение или неумение убивать демонов. Важно, что она располагает информацией. Это поможет ей найти место, где мы можем спрятаться от ненужного внимания. Кроули спорить не стал, ведь тут его мать была права: эта девчушка и в правду знала очень много. Её умений и знаний хватало настолько, что можно было не только защитить их двоих, но и спасти миллионы жизней. Волновали бы демона эти миллионы, он бы стал помогать ей. Но пока его мотивы вполне личные: хотелось самому выжить и не попасться под руку высвободившемуся Люциферу. Они остановились около факела. Ровена достала зеркало и что-то прошептала. Вскоре в отражении появилась коротковолосая девушка. Она отчего-то раздражилась, но вздохнула, заставив себя не выпускать гнев наружу. Когда Ровена сказала что-то новое, появилось странная дверь под землёй а сверху: кирпичное здание с высокими окнами. Она несколько раз отдаляла изображение, чтобы, наконец, понять: Алекс была в Лебаноне, штате Канзас. – Это что, была дверь в какой-то бункер? Ровена пожала плечами, убирая зеркало: – Зато мы точно знаем, что у неё есть безопасное место, где нас не найдут. С этим трудно было поспорить. Ведь бункер – это одно большое место защиты. Вскоре они продолжили движение. Под факелами было светлее и как-то приятнее. Но тишина всё ещё заставляла чувствовать себя неуютно. Однако это всяко лучше, чем доносящиеся крики демонов или рычание адских псов. Так хотя бы Кроули и Ровена точно знали, что они одни, а значит, в безопасности. Вскоре их небольшая компания свернула в новый коридор, потом ещё куда-то. Ровена совсем не следила за дорогой, борясь с желанием заснуть. Множественные раны и почти опустошившиеся запасы магии с каждой секундой делали веки и конечности всё тяжелее, а движения – всё невесомее. Темнота практически накрыла ведьму, как вдруг прозвучал голос Кроули: – Пришли. Он с помощью телекинеза отодвинул какой-то шкаф. Там оказался лаз. Ровена пробралась туда первая, за ней отправился и Кроули, после себя закрывший проход обратно. Так они оказались на Земле. Ровена вдохнула поглубже и закрыла глаза, наконец-то не чувствуя запаха крови и разложения. Казалось, будто она, наконец, оказалась дома. Когда же ведьма вновь подняла веки, то поняла, что уже находилась прямо там, куда недавно указало зеркало. Через порог был гараж, а внутри: Алекс. Ровена встретила её взволнованные голубые глаза и поняла, что она, наконец, в безопасности. Эта мысль и позволила ей вновь опустить веки и провалиться в желанный сон.