Часть 12

Дождь начался ещё утром. Мелкий, холодный, он с самого рассвета стучал по окнам, превращая улицы Ардам в серую размытую кашу. К вечеру стало только хуже — ветер усилился, небо потемнело, а редкие прохожие торопливо прятались под навесами и плащами. Эстрелла любила такую погоду.В дождь никто не лез с разговорами. Никто не стучал в дверь без причины. Мир словно становился тише. Она сидела прямо на полу у низкого стола, обложившись бумагами, старыми заметками и несколькими раскрытыми книгами. На подоконнике догорала свеча. В доме пахло мокрым деревом, чаем с мятой и чернилами. Уже третий час подряд она пыталась собрать воедино всё, что знала о странных исчезновениях на восточной границе Империи. И всё ей не нравилось.Слишком много несовпадений. Люди, маги, разные существа пропадали без следов. Без борьбы. Без тел. Без магических всплесков. Так не бывает. Она перечитала один из отчётов ещё раз, нахмурилась и потянулась за карандашом, когда в дверь постучали. Два коротких удара. Пауза. Ещё один. Эстрелла замерла. Она никого не ждала. Рука автоматически скользнула к палочке, лежащему возле чашки. — Кто? — Если ты сейчас откроешь дверь с оружием в руках, я оскорблюсь. Она тихо выдохнула. Риан. Убрав палочку, Эстрелла поднялась и открыла дверь. Первое, что она увидела — промокший тёмный плащ. Второе — очень уставшее лицо Первого Меча Империи. — Ты выглядишь ужасно, — спокойно заметила она. — Рад, что хотя бы кто-то честен со мной. Он вошёл внутрь, стряхивая капли дождя с перчаток. Следом в дом буквально вплыли несколько тяжёлых книг, удерживаемых магией. Эстрелла устало посмотрела на них. Потом — на него. Потом снова на книги. — Нет. — Да. — Даже не думай. — Уже подумал. Тяжёлые тома аккуратно опустились на стол. Стол жалобно скрипнул. Эстрелла посмотрела на него с сочувствием. — Мне кажется, он сейчас развалится. — Не драматизируй. — Тут килограммов сорок бумаги. — Зато полезной бумаги. Она подошла ближе и начала рассматривать корешки. Старые архивы. История приграничных поселений. Несколько исследований по редким ритуалам. Сборники показаний свидетелей. Отчёты дознавателей за последние двадцать лет. — Риан, — медленно произнесла она. — Это не «несколько материалов». Это полноценное расследование. — Да. — Ты вообще спишь? — Иногда. — Лжёшь. — Иногда очень убедительно. Она тихо хмыкнула и снова опустилась на пол возле стола. Риан тем временем наконец снял плащ и сел в кресло возле окна. Несколько секунд он просто молчал, слушая дождь. Эстрелла украдкой посмотрела на него. Он выглядел уставшим. Не физически — глубже. Так выглядят люди, которые слишком долго тащат на себе ответственность за всех вокруг. За последние месяцы она успела узнать его достаточно хорошо, чтобы замечать такие вещи. Что было странно само по себе. Когда Эстрелла впервые оказалась в Империи, она была уверена, что держаться подальше от власти — лучший способ выжить. Особенно от таких людей, как Риан Тьер. О Первом Мече Империи говорили слишком много: опасный, холодный, безжалостный, правая рука Императора. Она ожидала увидеть кого угодно. Высокомерного аристократа. Очередного самовлюблённого военного. Человека, который смотрит на окружающих сверху вниз. Вместо этого она встретила уставшего мужчину, который пил слишком много напитка подобии кофе, забывал нормально есть и умел говорить о государственных переворотах тем же тоном, каким другие обсуждают погоду. А ещё — удивительно нормально относился к людям. Ко всем. Это, наверное, поражало её больше всего. И ещё Риан Тьер был человеком точнее тёмным лордом, который никогда не позволял себе расслабиться до конца. Даже сейчас. Даже здесь. — Новые исчезновения? — спросила она, перелистывая один из отчётов. — Да. — Где? — Севернее Лиарна. Маленький город. Почти деревня. — Сколько? — Шесть человек за месяц. Эстрелла нахмурилась. — Связь между ними есть? — Пока не нашли. — Возраст? — Разный. — Маги? — Двое. Она задумчиво постучала пальцами по странице. — Это уже точно не похоже на случайность. — Именно поэтому я здесь. Несколько минут они работали молча. За окном шумел дождь. Свеча тихо потрескивала. Город постепенно погружался в ночь. Эстрелла быстро просматривала записи, иногда делая короткие пометки карандашом, а Риан наблюдал за ней поверх кружки с уже остывшим чаем. Риан наблюдал, как быстро меняется выражение её лица, когда она начинает читать. Сосредоточенность появлялась почти мгновенно. Весь внешний мир будто переставал для неё существовать. Странная женщина. Очень странная. И чем дольше он её знал, тем сильнее это понимал. Она не стремилась произвести впечатление. Не пыталась казаться полезной или важной. Не заискивала, не играла, не просчитывала разговоры наперёд, как большинство людей при дворе. С ней было… спокойно. Необычное чувство. — Здесь не хватает информации, — наконец сказала она. — Я знаю. — Особенно по старым ритуалам. — Да. — И по нестандартным магическим структурам. Риан устало прикрыл глаза. — Я уже понял, к чему ты ведёшь. — Тогда почему принёс только это? Он чуть откинулся в кресле. — Потому что остальные материалы находятся в библиотеке Академии Смерти. Эстрелла подняла взгляд. — Той самой Академии? — К сожалению. — Почему «к сожалению»? Риан неожиданно усмехнулся. — Потому что её студенты — это катастрофа с хорошим образованием. Она тихо рассмеялась. — Настолько плохо? — Ты даже не представляешь. — А глава Академии? — Даррэн Эллохар. Имя было знакомым. Слишком известным, чтобы его не знать. О Магистре Смерти ходило столько слухов. — Это твой друг? — спросила Эстрелла. — Лучший. Ответ прозвучал спокойно и без колебаний. Почему-то это удивило её. Риан выглядел человеком, который никого не подпускает слишком близко. Он заметил её выражение лица и чуть усмехнулся. — Да, это многих удивляет. — Немного. — Мы знакомы очень давно. На секунду в его голосе появилось что-то тёплое. Живое. — Когда-то он был моим наставником. Эстрелла заинтересованно подняла голову. — Серьёзно? — К сожалению, это тоже правда. — Почему ты говоришь о нём так, будто одновременно уважаешь и хочешь придушить? — Потому что именно так всё и есть. Она снова рассмеялась. Риан покачал головой. — Даррэн … своеобразный. — Это очень дипломатично. — Я стараюсь быть добрым. — Не похоже на тебя. — Вот именно. Эстрелла закрыла один из отчётов. — И каким он был наставником? Риан ненадолго задумался. — Требовательным. — Звучит не страшно. — Потому что я ещё мягко выражаюсь. Он чуть усмехнулся, вспоминая что-то своё. — Но именно благодаря ему я пережил Академию и не сошёл с ума окончательно. — Значит, он хороший учитель. — Лучший из тех, кого я встречал. Тишина ненадолго заполнила комнату. Дождь за окном стал сильнее. — Он согласится дать доступ в библиотеку? — спросила Эстрелла. — Без проблем. — Так просто? — Для меня — да. В его голосе прозвучала спокойная уверенность человека, который слишком хорошо знает ответ заранее. — Но книги выносить нельзя, — добавил он. — Работать придётся прямо там. — Это не проблема. — Для тебя — нет. Для окружающих — возможно. Эстрелла подняла бровь. — Что это должно значить? Риан посмотрел на неё с выражением человека, заранее уставшего от будущих событий. — Студенты Академии Смерти обладают удивительным талантом создавать проблемы из воздуха. — Все? — Почти. — Даже взрослые? — Особенно взрослые. Она тихо хмыкнула. — И насколько всё плохо? Риан сделал паузу. — Ты молодая, красивая и незнакомая. Эстрелла медленно прищурилась. — А, вот в чём дело. — Именно. — И что, никто не умеет себя нормально вести? — Это Академия Смерти. Там даже преподаватели иногда ведут себя как идиоты. — Вдохновляет. — Я поговорю с Даррэном. — Чтобы он выгнал идиотов? — Чтобы он предупредил студентов не доставать тебя. — А они его слушаются? Риан посмотрел на неё долгим взглядом. — Эстрелла… они боятся его больше, чем экзаменов, провалов и собственной смерти вместе взятых. Она моргнула. — Теперь мне уже интересно посмотреть на этого тёмного. — Осторожнее с желаниями. — Почему? Риан усмехнулся. — Потому что Эллохар обычно производит впечатление. И далеко не всегда хорошее. Она покачала головой, снова возвращаясь к бумагам. — Ну, если он твой лучший друг, значит, не настолько ужасен. Риан неожиданно рассмеялся. Тихо. Искренне. — Поверь, это никак не мешает ему быть ужасным.