Часть 1. Понедельник

Хромающий мужчина входит в здание. Подходит и останавливается напротив чопорной смотрительницы, которая стоит рядом с мальчиком. — Чем он болеет? Это не заразно? — Мы точно не знаем, мы не прикасаемся к нему мистер Эртон. Мужчина поднимает подбородок мальчика набалдашником трости, чтобы получше рассмотреть опущенное лицо на свету. Мальчик видит в чужих глазах лишь презрение и оценку. Эдвард нервно зажимает пуговицу на безрукавке в ладошке. — Скажите, вы его бьёте? Женщина растерялась с минуту, затем выдала: — Нет, конечно нет. У нас здесь так не принято. — Почему тогда он боится меня? — Потому что, он видит вас впервые. — Необычный ребёнок. С таким дитём и собаку заводить не надо. Не один вор в дом не сунется. Сколько ему? — Скоро будет пятнадцать. В этом феврале. — Выглядит младше. Он подкидыш или найдёныш? — Найдёныш. — Уже лучше. Скажите мне, миссис Кэмбелл, вы же прекрасно понимаете, что если эта болезнь заразна, то она способна заразить мою труппу? – мужчина выдохнул дым трубки. — Да, конечно мистер Эртон. — Вот и хорошо. Врача вызывали? — Врач задержался и скоро прибудет на место. — Нет мальчишки, нет денег такой уж наш договор, миссис Елизавета Кэмбелл. Женщина молча смерила его взглядом. — Что ж, у меня назначена встреча, ещё увидимся, миссис Кэмбелл. Выходя мистер Эртон встретился с заходящим мистером Джекиллом и у них завязался разговор: — Здравствуйте, мистер Джекилл, прекрасная сегодня погода не так ли? — Здравствуйте мистер Эртон, да, вы правы Они пожали друг другу руку в перчатке. — Вы всё ещё финансируете эти развалины? — Да, а вы что тут делаете? — Решил посмотреть на брошенных и жалких. До новых встреч. Джекилл кивает, пропускает того, подходя к смотрительнице миссис Кэмбелл, что готова показывать ему свои манеры, казаться в его глазах лучше, чем она есть на самом деле. — Здравствуйте, мистер Джекилл. — её холодное лицо смягчается. Мальчик прячется за спиной. — Пожалуйста, уберите свои манеры, я не на долго. Мистер Эртон громко хмыкает, вытаскивая изо рта курительную трубку, выходя навстречу подъезжающему кэбу. — Что здесь делал мистер Эртон? — Генри проходит к столу, вытаскивает мешочек с деньгами. — передадите деньги вашему заведующему. Елизавета шёпотом отгоняет от себя Эдварда и велит ему уйти в комнату. Мальчик, расчесавший щёку от сыпи до красноты удаляется в общую комнату к остальным детям. Она не хотела, чтобы его видели рядом с ней. Женщина подходит к доктору. — Мистер Джекилл, вы могли бы осмотреть одного мальчика? У него странная сыпь, которую он постоянно чешет. — Да, конечно. Отведите меня к нему. Они идут по коридору в полном безмолвии, поднимаются по лестнице. Женщина впереди, мужчина за ней. Елизавета открывает дверь окликает, по-видимому, ребёнка Хайдом и названный, сидевший в угле ребёнок выглядывает из тени, оказывается он сидел на кровати. Эдвард опускает ноги на пол, кладёт руки на колени и поднимает взгляд на подходящих к нему людей. — Как тебя зовут? — мужчина садиться перед мальчиком на корточки. Мальчик нервно заламывает пальцы. —Эдвард. — после не длинной паузы он отвечает. —Так, хорошо. Эдвард, тебя что-то беспокоит? Мальчик отрицательно качает головой, тянется чтобы отрешённо почесать красный след на щеке. Генри мягко перехватывает его руку, но мальчик дёргается и жмуриться так, будто его сейчас ударят. Джекилл кидает на Кэмбелл говорящий взгляд. — Эдвард, прекрати. У него бывает такое, он боится когда к нему прикасаются. — женщина держится не пробивной и спокойной. — Не надо это чесать, Эдвард. Когда это всё высыпало? — Джекилл аккуратно держит тонкие запястья, переворачивает их, то тыльной стороной то вверх ладошками осматривая мелкую сыпь. Приступает к лицу, забирает волосы, спокойно осматривает лицо и физические изъяны никак не смущают мужчину. — Три дня назад. — отвечает за мальчика смотрительница. — это что-то заразное, доктор? Нам стоит его изолировать от других детей? — Что он ел три дня назад? — Детям выпал щедрый подарок в качестве нескольких конфет, и после этого у него начались проблемы с кожей. Эдвард хочет почесать нос, но Генри не даёт ему это сделать. — Не волнуйтесь. Это не заразно. Эта сыпь может возникнуть от сладкого. Она быстро пройдёт, но если её лечить. — Лечить? И сколько стоит её лечение? — Я могу заняться её лечением, миссис Кэмбелл. — А за сколько времени вы сможете её полностью вылечить?... Просто у нас дети бояться к нему приближаться, вы же понимаете, это ведь плохо, ни с кем не говорить, особенно в наше время. — женщина почувствовала, что смогла ухватиться за хвост удачи и этот «материал» в виде больного мальчика, можно будет успешно сдать мистеру Эртону. До положенного срока и получить немалые деньги. — За неделю или даже меньше. Миссис Кэмбелл прикинула в уме, что доктор успеет вылечить мальчика, поэтому сразу же согласилась. Генри посещал Эдварда с утра в течение недели, мазал кожу мазью, ждал пока что она впитается. Эдди уже не так сильно его боялся и кажется даже ждал, быстрее ждал следующего утра, чтобы человек с милой улыбкой навестил его. После полного выздоровления, доктор больше не навещал мальчика, и ему начали снова говорить о каком-то мистере Эртоне и что тот щедро заплатит, если он будет хорошо себя вести и мужчина сможет спокойно забрать его. Забрать его! Это было сверх понимания брошенного ребёнка. Только вот при виде этого неприятного человека, Эдварду хотелось забиться в угол, он боялся его и тот, прекрасно чувствуя это, лишь ухмылялся. Всё изменило одно зимнее утро, когда мальчик потерял веру в хорошего доктора.