Часть 26 Торт все делает лучше

Бенни сидела за накрытым столом в полуразрушенной жемчужно-розовой столовой, пила чай из полупрозрачной чашечки костяного фарфора и смотрела, как Малфои и немногочисленные оставшиеся гости — детей очень быстро забрали родители — едят ни чуточки не пострадавший в битве торт с павлинами. Том торта не ел. И даже чай пил несладкий. Зато с лимоном. Бенни хихикнула, вспомнив и про первого космонавта на приёме у королевы, и про последнего русского царя и их странные отношения с лимонами. На её хихиканье никто не обратил внимания. В истерике не бьётся, в обморок не падает, целитель не нужен — прочее мелочи. Торт Малфоям понравился: даже Абраксас ожил, отвлекшись от переживаний о произошедшем. Анжелос следил за ним краем глаза, ведя светскую беседу с одетой во всё чёрное, усыпанной массивными серебряными украшениями пожилой леди, небрежно обмахивающейся веером, расписанным багровыми розами. Гости делились подробностями, Бенни внимательно слушала, складывая из них цельную картину. Стоящий за её спиной Барри то и дело скалил острые иглы зубов. Брауни был зол и не стеснялся это демонстрировать. Как оказалось, слова о женитьбе шуткой не были. Уизли всем скопом припёрлись на детский праздник осознанно и расчётливо. Пять взрослых лбов, они пришли набрать себе невест, взять заложников и вдосталь пожечь и поубивать. — На развод остался кто-нибудь или нет больше рода Уизли? — поинтересовалась она. — Чай прекрасный, лорд Малфой. Пожилая леди устремила на неё внимательный тёмный взгляд. — А вы какой крови, милая? — хрипловатым голосом осведомилась она. — Породу видно, не отрицайте. И как вас зовут? — К сожалению, не знаю, леди… — Боднар, — подсказала дама. — Леди Боднар, — наклонила голову Бенни, взяв вновь наполненную под бдительным взглядом Барри чашку. — Видите ли, меня подбросили пожилой бездетной чете, и никто не видел ни как, ни кто, ни когда. При мне была только пелёнка с волосом единорога и с вышитыми шамроками и пергамент с именем — Оби-Ван Кеноби — и указанием, что я сирота. Мои опекуны, мистер и миссис Мормут, так и не нашли никого. И взяли меня на воспитание. А когда они ушли в мир иной, пришлось брать свою жизнь в свои руки. — Какая интересная история, — взмахнула веером леди Боднар. — А этот молодой человек? — она указала веером на Тома. — Томас Марволо Риддл-Гонт, — встал и поклонился мальчик. Леди благосклонно кивнула. — Тоже воспитанник мистера и миссис Мормут. Моя матушка, Меропа Майя Гонт, переживая размолвку с супругом, решила переждать сложный период у дальней родни. К сожалению, она не пережила моего появления на свет, успев лишь дать мне имя. Мистер и миссис Мормут взяли меня на воспитание, решив не сообщать отцу и брату матушки о рождении внука и племянника. Они заботились о нас, пока… пока не пришло их время. Бенни мысленно поаплодировала: речь Том вызубрил наизусть, умничка такой. И отбарабанил её без ошибок. Леди задумчиво покивала. Взгляд у неё был цепкий и пронизывающий. — Гонт, значит, — протянула она. — Хорошо. Том снова поклонился и вернулся к чаю. — Скажите, мисс Кеноби, а кто тот гений, что создал это великолепное лакомство? — спросила леди Малфой — платиновая блондинка с тёмными бровями и ресницами и пугающими глазами: почти белая радужка с внешним кольцом совершенно чёрного цвета. — Мне очень лестно, — слегка порозовела Бенни, — что вы так высоко оценили мои скромные таланты, леди Малфой. Женщина удивлённо подняла бровь и уважительно кивнула. — Вы действительно талантливы, мисс Кеноби, — под её одобрительным взглядом павлину отчекрыжили кусок хвоста и положили на тарелку. — И не только в кондитерском искусстве. — Благодарю, — склонила голову Бенни. — Я считаю, что настоящая ведьма должна быть разносторонней личностью. — Я всегда об этом говорила, — величественно кивнула леди Боднар. Интересная же фамилия… Бенни успела выучить список английских магических родов. Их и было-то не так много. Но род Боднар там не встречался. И вообще, фамилия походила на скандинавскую. Но это не её проблемы. Наконец чаепитие закончилось, Бенни с Томом откланялись и Барри перенёс их домой. Том растерянно остановился посреди холла и замер, уставясь куда-то на лестницу. Напускное спокойствие с него слетело, и Бенни видела и ощущала, что мальчик разваливается на куски. Да и её опять начало потряхивать. Следовало срочно принимать меры. — Барри, помоги Тому вымыться. Переодень в пижаму, халат и тапки тёплые. И зажгите камин в игровой. У нас будет пижамная вечеринка. Бенни и сама переодевалась и мылась с помощью Уны, натянув после ванны тёплую пижаму, халат, шерстяные носки до колена и тапочки из овчины. В игровой жарко пылал камин, Том обмотался змеёй, обнял медведя и зарылся в толстое шерстяное одеяло: только глаза видно было. Они ели конфеты, сэндвичи с копчёной олениной, пили какао и обнимали друг друга. — Давай позовём сэра Редьярда, — тихо сказал Том, утирая коричневые усы от какао. — Пусть он нам что-нибудь расскажет. Про Индию. Или про Америку. — Хорошая мысль, — хлюпнула какао Бенни. — Барри, доставишь сэру Редьярду наше приглашение? У нас вечеринка. Оказалось, что сэр Редьярд против вечеринок ничего не имеет. Он тоже с удовольствием закутался в толстый стёганый халат — прямо на костюм, натянул шерстяные носки и тапки из овчины, и принялся рассказывать о том, как случайно познакомился с нагами, путешествуя по Индии. Вопросов, почему дети такие тихие и пришибленные, он мудро не задавал, решив оставить расспросы на потом. Угревшегося и расслабившегося Тома Барри отнёс в спальню, Бенни с трудом сама доковыляла, а сэр Редьярд с достоинством отбыл в гостевые покои, выделенные специально для него. Утром за поздним завтраком, приготовленным брауни, Бенни, на правах хозяйки разливая чай, думала, рассказывать ли Киплингу про праздник у Малфоев и нападение Уизли. Он встревожится, распереживается, а годы у него уже не юные и здоровье не сказать чтобы хорошее. И ведь сделать он бы ничего не смог, даже если бы отправился с ними. Или огнестрельное оружие годится против магов? Бенни отлично знала, что у Киплинга всегда при себе есть револьвер. Однако принять решение она не успела, потому что Том, утолив голод, щедро поделился с их наставником переживаниями. Стоило отметить, что Редьярд слушал крайне внимательно, не торопил, не требовал подробностей, и Том сам, без давления, всё рассказал. Так, как запомнил. И про торт, и про Малфоев, и про Уизли, и про чай, и про огонь. Редьярд кивал, слушал, а потом подошёл и обнял мальчика, прижав к себе. И Том разрыдался. Он плакал в жилетку мужчины, цеплялся за него побелевшими от напряжения пальцами, и Редьярд гладил его по спине, ничего не говоря, пока Том не успокоился. А потом просто молча подал белоснежный платок — вытереть опухшее лицо. Бенни молча сидела за столом, уставясь в чашку с остывшим чаем. Ей тоже хотелось, чтобы кто-то обнял. И сэр Редьярд не лишил её своей поддержки, обняв и её тоже. Бенни в отличие от Тома не плакала. Сначала она молчала, потом из груди начали рваться какие-то скулящие звуки, а чуть позже она уже просто выла в его широкую грудь. Бенни слишком хорошо представила, что мог бы Уизли сделать со своей украденной «невестой» — что они все бы могли сделать со своими «невестами». А ведь на детском празднике не было ни одного ребёнка старше одиннадцати лет! И слетевшие с катушек здоровые мужики нацелились именно на них. Совсем не на тех, кто старше. Бенни было плевать на этих моральных уродов, она выплёскивала из себя ужас, сочувствие к тем, кто так и остался лежать на розовом гравии дорожек, и потерянную невинность. Детство кончилось резко и вдруг. И она теперь одна против очень жестокого мира. А у неё Том, сэр Редьярд и Барри с Уной. И мистер Смит. Так мало! Так пугающе мало! …Но разве хоть когда-нибудь было больше?.. Ей казалось, что нет. Что она была одинока и рассчитывать могла лишь на себя. Неожиданная мысль заставила отвлечься от переживаний и успокоиться. У неё есть деньги. Богатства. Много всего. И есть мистер Смит. И сэр Редьярд. Так какого чёрта она паникует? У неё есть Сила! А значит, всё по плечу. И Бенни, благодарно шмыгнув носом, гнусаво попросила прощения и помчалась в ванную умываться. Вернулась она освежённая, без следов срыва. И поблагодарила Киплинга: — Спасибо, сэр Редьярд. Без вашей поддержки мы бы не выстояли. Было очень страшно. Это чувство беспомощности… Мужчина вздохнул. — Мне очень жаль, что вы попали в такую ситуацию, — поджал губы Редьярд. — Если б я мог помочь ещё хоть чем… — Огнестрельное оружие, — тут же отозвалась Бенни. — Добрым словом и пистолетом можно добиться большего, чем просто добрым словом. — Золотые слова! — улыбнулся Редьярд. — Но… Взгляд мужчины стал острым. Он с минуту смотрел на Бенни, потом на Тома, и наконец кивнул. — Думаю, вы правы, мисс Кеноби. Оружие вам не помешает. Да, это не панацея, но иногда и соломинка способна переломить хребет верблюда. — Есть же дамские пистолеты с не слишком сильной отдачей? — живо спросила Бенни. — Хороший тяжёлый револьвер переломает нам запястья, но вот что-то лёгкое… Иногда даже двадцать второй калибр способен изрядно ошеломить нападающего. — Я наведу справки, — кивнул Редьярд, подумал и добавил: — Рекомендую ещё обзавестись холодным оружием. Иногда хладное железо может спасти жизнь и свободу. — Спасибо за совет, сэр Редьярд, — совершенно серьёзно поблагодарила Бенни, вспомнив мальчишек Блэков и Лестрейнджей. У них были кинжалы и стилеты. Значит, и ей надо. И Тому. Вон даже у Барри были кинжалы! Жаль, что Уизли что-то использовали, какой-то артефакт, так что никто не мог воспользоваться портключами. Причём даже домовые эльфы и брауни тоже не могли пробиться. Это надо будет обдумать и меры принять. А пока… — Ещё чаю, сэр Редьярд?