Часть 25 Дети огня

Что ж, Малфои были богаты и умели тратить свои богатства с шиком и стилем. Праздник был великолепен: танцы, развлечения для детей и взрослых, фуршет, потом планировался торжественный обед… Бенни то танцевала, то с удовольствием общалась с детьми, то пикировалась с Малфоёнышем: Абраксас оказался язвой и троллем, причём шуточки отпускал и каверзные вопросы задавал с таким одухотворённым и невинным видом, что Бенни сразу поняла: далеко пойдёт, павлин белобрысый! Танцевать с ним было одно удовольствие, а общаться — другое. Вот только Бенни всё больше одолевали дурные предчувствия: по-другому описать своё состояние она попросту не могла. И понять, что именно её беспокоит, тоже не получалось. В принципе, опасалась она одного: кто-то слишком жадный и наглый попытается её захомутать. Каким образом? Провокация, организация компрометирующей ситуации, попытка надавить, представив фальшивые договорённости с Мормутами или что-то подобное. Естественно, меры были приняты заранее: подобраны артефакты и амулеты на любой случай, Том проинструктирован, как себя вести, да и Барри, если что, придёт на помощь хозяйке. Но… Жизнь непредсказуема. Так что во избежание случайностей Бенни передвигалась по залу, а потом и саду только в толпе, благо она образовалась сама собой, следила за Томом и никуда не лезла в одиночестве. Прошло несколько часов, все до одури натанцевались и накатались на пони, налюбовались павлинами, розами и всяческими красотами, впереди маячили обед и второй тур танцев, Бенни позволила себе роскошь помечтать, что всё обойдётся, но тут Сила доказала, что предчувствия оказались правдивы. Тонко зазвенело в ушах от какого-то заклинания, расслышать которое не удалось за гамом — и Бенни, Абраксас, Том вместе с наследниками Блэков и Лестрейнджей оказались накрыты чем-то вроде непроницаемого купола, а прочие дети и слуги начали оседать на усыпанные розоватым гравием дорожки и валиться в кусты. — Петрификус тоталус! — раздавалось с разных сторон, но нападавших Бенни не видела. Том крепко схватил её за руку. Бенни ободряюще на него оглянулась, и больше не отвлекалась. Слева настороженно вертел головой Абраксас: именно его в первую очередь защищала полупрозрачная сфера защиты, они попали под купол за компанию, потому что стояли рядом. За спиной и справа едва не прыгали от возбуждения Блэки и Лестрейнджи: все четверо высокие для своего возраста и явно тренированные — два кудрявых брюнета и два красноволосых красавчика. И от них тоже доносилось улавливающееся не слухом, но нутром гудение: сработали какие-то артефакты защитного действия. Бенни на них внимания не обращала: её волновала она сама и Том. Но Том — мальчик умный, он знает, что делать, и панике не поддаётся. А вот Барри отсутствовал. И это напрягало. А потом земля дрогнула, и Бенни с шоком увидела, как где-то впереди, за деревьями сада, поднялся к небу самый натуральный огненный смерч. — У… Уизли? — изумлённо выдавил Абраксас. — Ну папа им такое устроит! — Нет, — мрачно сказал Том. — Смотри, — ткнул он в сторону особняка, где начало разгораться зарево. Абраксас побледнел, что-то прошептав по-французски. Блэки и Лестрейнджи переглянулись, и в руках всех четверых появились кинжалы и стилеты. Однако! Хорошо воспитывают детей в этих родах, с пониманием окружающей реальности. Бенни сделала глубокий вдох, заставляя себя успокоиться и собраться. Праздник закончился: теперь от её самообладания зависит их с Томом выживание. А обстановка ухудшалась с каждым мгновением: огненные смерчи вспыхивали один за другим, здание особняка всё больше окутывалось огнём и дымом, крики раздавались со всех сторон — и смолкали один за другим. Судя по всему, их атаковала целая группа. Огонь — это очень плохо. Огня инстинктивно боятся все звери, его боятся человеческие тела, если только люди не натренированы на работу с огнём. Бенни не знала защитных заклинаний, не умела наколдовывать воду, да и если б умела — надолго ли хватит её колдовства? Сюда бы тропический ураган… Но про погодную магию Бенни тоже ничего не знала, совсем ничего. — У меня есть портключ к сэру Редъярду, — вдруг шепнул ей Том. Его трясло, но он держался. — Мы можем туда. Понимаешь? И Абри. — Хороший план, — улыбнулась Бенни, и Том немного воспрял духом. Для ребёнка он держался просто отлично. Может, действительно свалить? Никто не осудит, только одобрят такое: в драках и войне детям не место. Вот только Бенни сомневалась: Лестрейнджи и Блэки хмурились и тихо перешептывались между собой. Значит, или нельзя воспользоваться портключом, или слишком опасно. Тогда они тоже пока геройствовать не будут. Земля начала подрагивать, словно мимо мчалось целое стадо шагающих карьерных экскаваторов. Столбы огня один за другим стали утончаться и гаснуть. Некоторые мотылялись из стороны в сторону, словно пламя свечи на ветру, но держались. Нападающим, кто бы они ни были, хоть Уизли, на которых почему-то уверенно указал Абраксас, приходилось солоно. Они стояли, смотрели, и восхищались и ужасались одновременно: вспыхивал огонь, взметались вверх смерчи из воздуха и воды, трещали молнии, озаряло небо нечто вроде северного сияния, только гораздо ярче. Бенни ощущала, что опасность подстерегает со всех сторон и рыпаться ну никак нельзя. Эмпатия, работающая на полную катушку, исправно доносила до неё страх и решимость стоять до конца Тома, бешеную жажду боя Блэков, терпение Лестрейнджей, выжидающих лучшего времени для атаки на неведомых нападавших… А потом деревья смело огненной струёй, словно из гигантского огнемёта, и на площадку вынесся высокий широкоплечий парень. Огненно-рыжий, весь в конопушках, весь какой-то… Бенни смотрела, и не могла понять, что не так. Вроде и одежда дорогая, но сидит плохо. Волосы растрёпаны, словно он не расчёсывался последние пару месяцев. И взгляд. Взгляд ей не понравился совершенно. Дурной взгляд. Парень оскалился, растянув губы в дикой ухмылке, небрежно дёрнул рукой — и с неё сорвался вбок шар из огня. — И кто это тут у нас? — странно просюсюкал парень, а затем просто захохотал гиеной. Бенни передёрнуло: явно крыша едет, если уже не съехала на новое место жительства. Абраксас гадливо сморщился, процедив что-то через губу. — Уизли, — ледяным голосом произнёс старший из Лестрейнджей, Корвин. — Чего припёрся, быдло? — Лисё-о-онок… — протянул Уизли. Его лицо передергивали в разные стороны нервные тики. — А ну-ка отдайте мне мою невесту! И он с обеих рук ударил в них огнём, как живой огнемёт. Купол затрещал, но устоял. Абраксас, злобно дёрнув губой, что-то сжал в ладони, и купол, который просто купался в огне, стабилизировался, налившись энергией. В груди у Бенни вспыхнуло что-то горячее, и по венам словно понеслась обжигающая волна. Что-то должно было произойти. Что? Уизли хохотал, совершенно слетевший с катушек. С его рук безостановочно текли и текли струи огня, и Абраксас стоял ледяной глыбой, медленно бледнея. С диким грохотом лопнула крыша на особняке, Абраксас судорожно вздохнул, Блэки с Лестрейнджами напружинились, сжимая кинжалы, Том всхлипнул, судорожно сжав руку Бенни. Где-то за деревьями дико закричал мужчина, Уизли дёрнулся, огонь чуть утих. Он оскалился ещё безумней, уставился на Тома, на Бенни, на их сцеплённые ладони… и взревел, в глазах вспыхнуло пламя. Огонь окутал всю его фигуру живым плащом. Сейчас! Бенни подняла руку и резко сжала кулак. Уизли, дико заорав, схватился за пах, и огонь совершенно неконтролируемо взметнулся во все стороны сразу, опаляя розовые кусты, лежащих без движения детей, белых павлинов, по птичьей дурости никуда не спрятавшихся. Но продолжалось это недолго — секунду-две, а потом Уизли, посерев, комом свалился на землю с закатившимися глазами. — Болевой шок, — произнесла Бенни и обхватила себя руками. Её колотило, как на сорокаградусном морозе. Лестрейнджи с Блэками переглянулись и уставились на неё с хищным интересом. Том подобрал челюсть, решительно сделал шаг вперёд и обнял Бенни, давая возможность опереться на себя. Зыркал он на мальчишек злобно, едва не шипя, как змея, охраняющая гнездо. Бенни вдохнула, благодарно улыбнувшись. Она стояла, Том её обнимал, к ним неслись слуги, охрана и злобные, как шершни, родичи детей, воняло дымом, кровью и чем-то металлическим. Они выжили. Подошедший Анжелос — безупречный, белоснежный, словно с картины — окинул взглядом всё вокруг и свободно прошёл сквозь замерцавший купол защиты. — Всё хорошо, отец, — ломким голосом произнёс Абраксас, отключая амулет. Купол исчез. Пара крепких магов в кожаной одежде с элементами доспеха защёлкнули на шее и руках Уизли ошейник и кандалы. Один осыпал так и не пришедшего в себя парня каскадом заклинаний. Хмыкнул. Дёрнул бровями, указав напарнику на валяющегося Уизли. Тот тоже заухмылялся. Анжелос обнял сына и вновь принял величественный вид лорда. А Бенни внезапно вспомнила, что братьев Уизли пятеро. — Все? — спросила она. — Их же пять, лорд Малфой. — Теперь нет, — небрежно ответил Анжелос. — Зачем это всё? — Бенни пришла в себя и вновь демонстрировала уверенный вид. — Странное нападение. И этот, — она кивнула на валяющегося в отрубе Уизли, — требовал отдать ему невесту. — Не только он, — коротко ответил Малфой. — Жениться пришли. На сиротах. Кто не сирота — осиротить и жениться. Бенни моргнула. Посмотрела на пускающего слюни Уизли и мстительно сжала кулак, что не укрылось от очень цепкого взгляда Анжелоса. Рыжий маг дёрнулся и вновь расплылся медузой. — Думаю, теперь о продолжении рода он может забыть, — мило улыбнулась Бенни. — Такие размножаться не должны. Сплошная деградация. — Старинный род, — скривился лорд Малфой. — Огневики. Он взял сына на руки и сказал: — Я приношу вам, мисс Кеноби, вам, наследники Блэк и Лестрейндж и вам, мистер Риддл-Гонт, свои глубочайшие извинения. Абраксас обхватил отца за шею и всхлипнул. Ему исполнилось всего семь лет, и его праздник превратился в настоящий кошмар. — А наш подарок? — вдруг вспомнила Бенни. — Он цел? Это торт. Очень вкусный. — Что такое «торт»? — в один голос спросили Блэки. — Торт, — важно заявил Том, не переставший обнимать Бенни, — это очень вкусно!