Think i need someone older

Нора уже не считала дни, прошедшие с момента, как снова с головой окунулась в музыку. Она просто приходила в студию, брала в руки наушники, садилась перед экраном и растворялась в звуках. Мир вокруг становился далёким и несущественным — только мелодии, голос, бит, ритм. Сегодня она снова пришла раньше всех. Внутри студии было прохладно, пахло деревом, пластиком и чем-то электрическим — привычная смесь, ставшая для неё почти родной. Она провела пальцами по столу, по кнопкам микшерного пульта, задержавшись взглядом на экране. Открытый проект с новой песней ждал её. — Окей, что там у нас сегодня? — Том вошёл следом, бросил свою кожаную куртку на диван и взъерошил волосы. Билл, как обычно, был на шаг позади, с чашкой кофе в руках. — Думаю, надо ещё раз записать второй куплет, — Нора сосредоточенно смотрела на монитор. — Он звучит… не так, как должен. — Ты уже десять раз его переписывала, — напомнил ей Билл, садясь рядом. — Ты уверена, что он не так звучит, или просто хочешь избежать того, что действительно хочешь сказать? Она резко повернулась к нему, но Билл смотрел на неё спокойно, почти проницательно. — О чём ты? — О том, что твои последние песни стали…другими, — он кивнул на экран. — Честными. Личными. В них есть кто-то, кого ты не называешь вслух. Нора отвела взгляд. — Это просто музыка. — Это никогда не просто музыка, — возразил Том, включая запись. Она глубоко вздохнула и надела наушники. Музыка была её единственным способом сказать то, что она не могла сказать вслух. Несколько часов спустя студия была завалена пустыми стаканами из-под кофе, листками с набросками текстов и обрывками проводов. Они работали без остановки — дубль за дублем, мелодия за мелодией. Том круто вертел ручки на пульте, Билл что-то тихо напевал, откидываясь в кресле, а Нора то и дело наклонялась ближе к микрофону, поправляя наушники. — Окей, последний раз, — сказал Том, прикрывая глаза. — Просто спой, как чувствуешь. Она закрыла глаза. Сделала вдох. «I think I need someone older…» Её голос дрогнул, но не от неуверенности. Она вложила в эти строчки что-то большее. Когда запись закончилась, наступила тишина. — Это оно, — наконец сказал Том, усмехнувшись. — Чёрт, да. Это оно. Билл молча кивнул, поднимая большой палец вверх. Нора не сразу поняла, что улыбается. — Как насчёт выступления? — внезапно предложил Билл, складывая руки на груди. Она моргнула. — Что? — Выступления. Маленький клуб. Публика. Ты. Том кивнул. — Ты готова. И даже не пытайся сказать, что нет. Нора замерла. Её пальцы сжались в кулак, ногти впились в ладонь. Она всегда думала, что музыка — это просто что-то личное. Её маленький мир. Её безопасное место. Но теперь… Теперь она ощущала, как внутри неё что-то меняется.

***

Георг не появлялся в студии несколько дней. Он держался на расстоянии, сосредотачиваясь на своих мыслях и чувствах, которые никак не мог разложить по полочкам. Но в какой-то момент он понял, что больше не может сидеть взаперти — музыка всегда была его спасением, и сейчас она ему особенно нужна. Когда он вошёл внутрь, студия казалась пугающе тихой. В отличие от привычного шума репетиций, сейчас здесь звучали только голоса Тома и Билла, сидящих у мониторов. Они что-то обсуждали, просматривая файлы на экране. — Гляди-ка, кто вернулся, — первым заметил его Том, оборачиваясь в кресле. — Я уж думал, ты вообще решил бросить музыку. — Смешно, — сухо ответил Георг, закрывая за собой дверь. Билл взглянул на него внимательнее и сдвинул брови. — Ты в порядке? — Всё нормально, — отрезал он, не желая вдаваться в подробности. — Как дела? Том бросил взгляд на экран. — Мы тут работаем с Норой над её новым треком. Имя девушки заставило Георга невольно напрячься. Он быстро отвёл взгляд и подошёл к дивану, чтобы скрыть это. — Она не здесь? — Нет, уже ушла, — ответил Билл. — Ей надо готовиться к завтрашнему выступлению. — Выступлению? — переспросил Георг, поднимая на них взгляд. — Да, — кивнул Том. — Небольшой клуб, но всё равно круто. Первая живая публика, первый шаг к чему-то большему. — Если хочешь, приходи, — добавил Билл. — Мы будем там. Георг хмыкнул и отвёл взгляд. — Посмотрим. Если получится. — Конечно, если получится, — протянул Том, в его голосе скользнула нотка недоверия. Георг промолчал, не дав им чёткого ответа. Он и сам ещё не знал, что собирается делать.

***

Нора сидела в гримёрке, вглядываясь в своё отражение. Её руки сжимали подлокотники кресла, сердце билось с такой силой, что, казалось, его можно было услышать. Сегодня она впервые выйдет на сцену перед живой аудиторией. Сегодня всё изменится. Дверь распахнулась, и в комнату вошли Билл и Том. — Всё ещё жива? — ухмыльнулся Том, прислоняясь к дверному косяку. — Пока да, но не уверена, что доживу до выхода на сцену, — пробормотала Нора, потирая ладонями виски. — Ты справишься, — уверенно сказал Билл, опускаясь на диван напротив. — Вспомни, как ты чувствовала себя в студии, когда записывала свои песни. Теперь просто представь, что сцена — это та же студия. — Только с сотней глаз, уставившихся на меня, — вздохнула она. Том рассмеялся и хлопнул её по плечу. — А ты представь, что это просто вечеринка. Вышла, зажгла и ушла с овациями. Нора нервно кивнула, вставая с кресла. — Хорошо. Просто вечеринка. Она направилась к выходу, и Билл легко сжал её ладонь. — Мы будем там. — Да, — добавил Том. — Всегда. Нора улыбнулась, чувствуя, как нервозность немного отступает. — Тогда пойдём делать шоу. Нора стояла за кулисами, сжимая микрофон. Сердце билось так громко, что, казалось, его стук заглушает весь шум клуба. Где-то в зале публика уже оживлённо переговаривалась, кто-то выкрикивал её имя, кто-то просто смеялся, ожидая начала. — Ты готова? — Билл лёгким движением поправил воротник её куртки и заглянул в глаза. Нора нервно кивнула. Том улыбнулся, похлопав её по плечу. — Просто получай удовольствие. Ты создана для сцены. Она выдохнула. Сцена была её мечтой, её целью, но сейчас внутри всё дрожало от напряжения. Свет в зале приглушился. — Вперёд, — прошептал Билл. Нора сделала шаг и вышла. Яркий свет софитов ослепил на секунду, но стоило ей поднять голову, как сердце замерло: зал был полон. Повсюду люди, их взгляды были прикованы к ней, кто-то уже держал телефоны наготове. Толпа взорвалась аплодисментами. Нора шагнула к микрофону. Она медленно оглядела зал, сердце надеялось, что где-то среди этой массы людей будет он. Но его не было. Тёплый комок разочарования сжался внутри. Она сжала микрофон крепче и закрыла глаза. Глубокий вдох. Музыка началась. Звук первой ноты прокатился по залу, заставляя всё внутри перевернуться. Нора сделала шаг вперёд, и слова, которые она писала в одиночестве, теперь летели в пространство, достигая сотен людей. Она пела. И зал слушал её.

***

Георг сидел в машине, крепко сжимая руль. Изнутри клуба доносился приглушённый ритм музыки, а снаружи шумно толпились люди, опоздавшие на концерт. Он смотрел в окно, наблюдая, как кто-то с нетерпением входил внутрь, кто-то оживлённо переговаривался, обсуждая выступление. Он же не двигался с места. В голове метались противоречия. Зачем я вообще сюда приехал? Георг знал ответ. Он не мог выкинуть её из головы. С того самого вечера, с того поцелуя. Он пытался отстраниться, пытался игнорировать свои мысли, но всё было бесполезно. Её голос. Её смех. Её упрямый взгляд. Он устало закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Внутри себя он продолжал отрицать всё это. Отрицать её влияние на него. Но отчего тогда ему хотелось открыть дверь и зайти? Прошла ещё минута. А затем он глубоко вдохнул и, прежде чем успел передумать, толкнул дверь машины. Прохладный воздух ночного Лос-Анджелеса ударил в лицо, но Георг не остановился. Он зашагал к входу в клуб, решительно открывая перед собой двери. Его тут же встретил тёплый гул голосов, музыка и слабый запах сигаретного дыма. Он просочился в толпу, держась в тени, пока глаза не привыкли к полумраку. А потом он увидел её. Толпа гудела, растворяясь в ритме музыки, но Георг не слышал никого, кроме неё. Нора стояла в лучах приглушённого света, её силуэт чётко выделялся на фоне сцены. Она держалась уверенно, но в её взгляде было что-то глубокое, почти неуловимое. Её голос пробирался под кожу, с каждым словом звуча всё сильнее, насыщеннее. Она пела. Каждое слово било по нервам. Каждый звук был пропитан эмоциями. — Yeah, guys my age just aren’t the same, — её голос прозвучал особенно ясно, словно в этот момент зал замер. Георг напрягся. — I’m young and that’s okay… Он медленно моргнул. — Think I need someone older… Что? Георг нахмурился, не отводя взгляда от сцены. Эта песня… Он не знал её. Это была новая песня? Нора вдруг подняла глаза. И увидела его. Её глаза расширились на долю секунды, но она не сбилась, не остановилась. Только голос стал чуть глубже, насыщеннее. В нём появилось что-то новое — вызов. Георг застыл в толпе, затаив дыхание. Эта песня… Она была о нём?