Sans armes (Безоружный)

Жюльет спустилась в ресторан к ужину, где за столиком ее уже ожидал герцог. Он встал ей на встречу, и когда она подошла поцеловал ее руку. – Ты, как всегда, прекрасно выглядишь. – Спасибо, – ответила Жюльет, которая привыкла принимать комплименты, но слова Ризли всегда действовали на нее иначе, скорее всего потому что она видела в его глазах подтверждение того, что это не дежурная фраза. Как только она села на любезно подставленный герцогом стул, ей пришлось тут же встать. Все люди в ресторане затихли, потому что в дверях появился сам верховный судья Фонтейна. Жюльет выразительно посмотрела на Ризли, который с невозмутимым видом кивнул Иветт, чтобы та принесла дополнительные приборы и поспешил поздороваться с юдексом. Он подвел его к Жюльет и сказал: – Месье Невиллет, позвольте представить вам Жюльет, хозяйку этого замечательного заведения и… женщину, которая стала мне дорога. И Жюльет и Невиллет посмотрели на герцога с легким удивлением. Никто из них не ожидал от него такой откровенности. Но судья быстро вернулся к обычной серьезности: – Очень приятно познакомится, мисс Жюльет. Разговоры о вашем ресторане ходят по Дворцу Мермония разжигая мое любопытство. Рад что наконец-то могу сам попробовать вашу кухню. – Здесь как раз большой ассортимент блюд на основе… воды, – сказал Ризли приглашая всех за стол. – Ризли! Что ты такое говоришь? – Жюльет не знала как относиться к такой рекомендации. – Прости, дорогая, – сказал он, ничуть не смутившись. – Я не имел в виду ничего плохого. Просто подумал о предпочтениях месье Невиллета. Он ведь не большой поклонник жареного. Судья слегка склонил голову, подтверждая: – Вы правы. Я действительно предпочитаю блюда, которые не напоминают уголь. – Тогда надеюсь, наша кухня оставит у вас лучшие впечатления, чем манеры герцога, – Жюльет одарила Ризли очаровательной улыбкой. Ужин шел своим чередом, когда в дверях снова началось какое-то волнение. Навию трудно было не заметить – яркая, со звонким голосом она всегда привлекала внимание. Сегодня она была без своих верных спутников из Спина-ди-Росула, но с ней рядом можно было заметить непобедимую судебную дуэлянтку – Клоринд. Она внимательно оглядывала зал ресторана, будто ожидала нападения в любую секунду. Но она заметно расслабилась как только увидела Невиллета и Ризли. – Привет-привет! – помахала Навия всем сидевшим за столом. Жюльет снова метнула на Ризли подозрительный взгляд. И пока Навия и Клоринд здоровались в Невиллетом, спросила: – Почему ты не предупредил меня о гостях? – Не хотел чтобы ты нервничала. – Я? – подняла брови Жюльет, – я в этом бизнесе уже много лет, меня не смутишь высокопоставленными посетителями. – Ты права, – смиренно согласился Ризли, – но я хотел просто увидеть твое лицо при виде Невиллета. И правда – ни один мускул не дрогнул. Он представил Жюльет подругам, Иветт принесла дополнительную посуду и ужин продолжился. С появлением Навии разговор потек куда более живо, эта девушка была воплощением энергии. Краем глаза Жюльет заметила как Клоринд накрыла своей ладонью руку Навии, и та тепло улыбнулась ей в ответ. – Я придумала, – объявила Навия, когда подали десерт, – давайте как-нибудь сыграем в “Настольную труппу” вместе? – Во что? – переспросила Жюльет, в то время как остальные, видимо, знали ответ. – Это настольная игра… история, которую мы рассказываем вместе. Игрок говорит, что делает его персонаж, а ведущий описывает, что происходит в ответ. Иногда бросаешь кубик, чтобы понять получилось или нет. Успех или провал зависят от случая. Как и в жизни, – терпеливо объяснила Клоринд. – Звучит интересно, – отозвалась Жюльет, – но не очень понятно. А какая цель у этой игры? – Повеселиться, конечно! – сказала Навия с таким воодушевлением, что стало понятно, что она большая поклонница “Настольной труппы”. – Мастер игры придумывает сюжет, который, впрочем, может меняться по ходу действия из-за того или иного выбора игрока, – слово снова взяла Клоринд и все за столом притихли, внимательно слушая. – А игрок, в свою очередь, может действовать как угодно в описанных мастером игры обстоятельствах. – Кажется я начинаю понимать… Это как в детстве, ты говоришь другу “Мой дракон сжигает твою деревню”, а друг отвечает “А мой дракон заливает водой твоего дракона!” – Да! – со смехом подтвердила Навия, а все остальные почему-то посмотрели на Невиллета. Тот невозмутимо выдержал взгляды и задумчиво сказал: – Иногда побыть кем-то еще неплохая идея. *** – Шарль сказал что ты здесь... – Жюльет вошла в свою комнату и замерла на пороге. Герцог стоял абсолютно обнаженный посередине комнаты. – Эм... Неожиданно. Но приятно, – Жюльет подошла близко к Ризли и прошептала перед тем как поцеловать, – я тоже рада тебя видеть. Мы не виделись целую неделю, вижу что ты соскучился. Она начала снимать свои длинные перчатки, но Ризли ее остановил. – Ты не могла бы остаться в одежде? – И обуви? - Жюльет сразу поняла правила игры. Он кивнул и из его груди вырвался выдох с легким стоном, пока Жюльет касалась его груди, покрытой шрамами, пальцами в шелковых перчатках. В этом стоянии на виду было что-то глубоко трогательное – он, не привыкший открываться, выбрал быть уязвимым. В свою очередь, Жюльет почувствовала нарастающее желание и благодарность, из-за того что Ризли отдавался полностью в ее руки. Она снова поцеловала его, и ткань ее платья ощущалась им совершенно иначе, чем собственная одежда. Даже дыхание Жюльет стало будто более осязаемым, будто тончайшее кружево касалось его шеи там, где она оставляла поцелуи. Теперь ее возбуждение смешивалось с чем-то новым – с острым, почти сладким ощущением власти, но не над ним, а над моментом. И её собственная одежда вдруг стала казаться ей не просто защитой, но тем, что делало ее еще более желанной для него. Тяжелая ткань платья словно была барьером, за которым скрывалась ее нагота, обостряя каждый его взгляд, каждое его касание. Жюльет опустила глаза, потом снова посмотрела ему прямо в лицо. — Что ты хочешь, чтобы я сделала? — еле слышно спросила она. Он провел пальцами по ее щеке и так же тихо сказал: — Делай со мной что хочешь. Мягко взяв герцога за плечи, она повернула его лицом к напольному зеркалу, а сама осталась стоять за его спиной. Ризли с интересом посмотрел на ее лицо в отражении. – Что ты видишь? – спросила Жюльет. Ризли окинул себя равнодушным взглядом и еле заметно пожал одним плечом: – Шрамы. – А за ними? Твои шрамы часть тебя, но не весь ты. – Герцог кр… Жюльет издала смешок за широким плечом герцога и провела ладонями по его телу. – Серьезно? Так выглядит герцог? – Тогда я сдаюсь. Я бы сказал что я просто Ризли, но и это не правда. – Как раз это и правда! Ты сам выбрал кем быть. Ты создал себя. Теперь уже Ризли смотрел в зеркало прямо себе в глаза. Он так привык быть в роли. Выживающего. Человека, на котором прошлое оставило шрамы. Заключенного. Надзирателя. Управляющего. Герцога. Но все эти роли отражали лишь некоторые его грани. Пока он раздумывал над своей сущностью, Жюльет нежно подула на заднюю поверхность его шеи, отчего по телу Ризли пробежали мурашки. Она проведя руками вниз по животу, коснулась его члена и начала двигать рукой, которая все еще была в перчатке. Все это Ризли наблюдал в зеркале и это была та степень откровенности, которую он едва выдерживал. Шелк нагрелся и ощущался теперь как теплая кожа. Ризли прикрыл глаза, но из-за ресниц продолжал наблюдать за действиями Жюльет. Ее, очевидно, тоже возбуждал контраст наготы герцога с ее закрытостью, поэтому она жарко дышала ему на ухо. Ноги стали будто ватными, и герцог вынужден был схватиться рукой за край стоящего рядом стола. Он был готов достичь долгожданной кульминации, но Жюльет вдруг остановила движения и тихо хихикнула. – Ты не можешь… так со мной поступать, – тоже усмехаясь сказал Ризли. – Проверим? Жюльет неожиданно крепко обняла его подрагивающий в нетерпении член пальцами и начала ласкать его все более ускоряясь. Комната поплыла перед глазами Ризли, и он только задержал дыхание перед разрядкой, как Жюльет снова убрала руку. Тогда Ризли повернулся к Жюльет, взял ее лицо в свои ладони и поцеловал, показывая все свое возбуждение, глубоко и страстно. Он посадил ее на стол, и дрожащими от страсти руками стал ласкать ее затянутое в платье тело, пробираясь к коже, забираясь под юбки, и наконец смог, при ее активной помощи, войти в Жюльет. Она шептала ему прямо в ухо: – Да… Ты все правильно понял… Ты - тот кто выбирает…