Глава 5

1 Дом стоял на краю старого леса, скрытый от любопытных глаз древними чарами. По всем данным, это место было пустым, заброшенным, но Гермиона знала — здесь что-то было не так.   Когда авроры ворвались внутрь, тишина ударила им в уши громче, чем любой крик. Внутри пахло сыростью и чем-то прелым, и воздух был тяжёлым, будто сам дом сопротивлялся их присутствию.   — Грейнджер, ты уверена, что он здесь? — прошипел Кейн, держась рядом с ней.   — Информация точная, — отозвалась она, но даже в её голосе слышалась тень сомнения.   Они двигались осторожно, палочки направлены вперёд. В каждой комнате — пустота. Ни следов магии, ни движения. Только… Холод.   Гермиона внезапно остановилась.  Слишком холодно.   — Это ловушка! Но было поздно.   Заклинания обрушились на них со всех сторон. Вспышки зелёного, красного, синего. Крики. Один из авроров рухнул на пол, его тело безжизненно застыло.   Гермиона метнулась назад, отражая проклятие, но из темноты вылетело новое. Её отбросило к стене, дыхание выбило из груди. Она успела увидеть, как падает Кейн, как огонь проклятий сжигает всё вокруг.   И затем… тишина.   Она поднялась на дрожащих ногах, кровь стучала в висках.   Они проиграли.   Асканиуса здесь не было.   Это была ловушка.   2 Гермиона стояла под ледяным дождём возле Министерства, сжимая кулаки. В висках стучало — от злости, от беспомощности. Она смотрела в темноту, а перед глазами снова и снова проносилась сцена в доме.   И затем, почти против воли, она подумала о нём.  О Малфое.   Гермиона резко развернулась и направилась к аппарации.   Ей нужно было его видеть.   3 Когда она подошла к его камере, Драко уже снова ждал её.   — Ты выглядишь ужасно, — произнёс он, лениво оглядывая её с ног до головы.   — Авроры погибли, — прошипела она.   — Ты сглупила, Грейнджер. Ты знала, что он не глуп. Ты знала, что он устроит ловушку. Ты сама привела своих людей на смерть. Его голос был спокойным, но в глазах вспыхнуло что-то острое.   — Заткнись, Малфой. — с ненавистью прошипела она, подходя ближе так, что решетка загудела, глядя прямо в его лицо.   — Я больше не собираюсь играть с тобой. Ты либо говоришь мне всё, либо я ухожу и оставляю тебя здесь гнить. Он усмехнулся.   — Ты не уйдёшь. — Что? — Ты не уйдёшь. — повторил он. — Ты знаешь, что без меня не справишься. Она стиснула зубы. Он был прав и это злило её сильнее, чем всё остальное.   — Что ты хочешь? Он выпрямился, шагнув ближе, так, что решетка загудела еще сильней.   — Я хочу участвовать в расследовании. Переведи меня в Министерство. Гермиона вскинула брови.   — Ты издеваешься?! — Нет. Если ты хочешь, чтобы я помог, мне нужно быть в курсе всех событий. Мне нужно видеть улики, говорить с людьми, чувствовать ситуацию.  Гермиона замерла, изучая его. Она понимала, что он явно что-то задумал. — Ты же понимаешь, что тебя никогда не выпустят, даже когда мы поймаем его?   — Ты даже не попробуешь? — Его голос был мягким, почти соблазнительным.   Она сжала кулаки. Она знала, что Кингсли сочтет ее сумасшедшей и возможно даже отстранит от дела, если она попросит о переводе Малфоя. — Если ты меня предашь… Он ухмыльнулся и спокойно ответил: — Ты меня убьёшь.  Гермиона не ответила. Она развернулась и вышла.   Ей предстояло убедить Министерство. Впервые в жизни она не была уверена, на чьей стороне теперь играет.   4 — Ты совсем сдурела, Грейнджер?! — рявкнул Кингсли. Министр устало провёл рукой по лицу, глядя на неё так, будто услышал худшую идею за всю свою карьеру.   Гермиона не отступала. — Он действительно знает много. Он единственный, кто может помочь. Кингсли нахмурился, его голос стал твёрже:   — Это Малфой. Ты хоть помнишь, за что он сидит в Азкабане? Он не просто убил тех 12 пожирателей, он собрал и заставил их убить друг друга. Он не тот, кому можно вот так просто доверять!  — Я помню. — Её голос звучал жёстко. — Но если он прав насчёт Лестрейнджа, если этот ритуал действительно делает его сильнее, у нас нет времени. Каждое мгновение мы теряем шанс остановить его. Кингсли встал, упёршись ладонями в стол.   — И ты предлагаешь привести его в Министерство? Дать ему доступ к делу? Гермиона выпрямилась, её голос был полон стального спокойствия:   — Вы хотите, чтобы я вам напомнила, что случилось во время рейда, приказ который дали вы лично? Кингсли замолчал. — Пять авроров погибли. Мы не просто не поймали Лестрейнджа – мы даже не смогли предугадать, что это была ловушка.  Возможно, если бы Малфой дал нам больше информации, мы могли бы избежать этой ошибки. Кингсли сжал челюсть, его взгляд потемнел.   — Мы не знаем, что он задумал. Он может нас обмануть. — Я знаю. — Она сжала руки в кулаки. — Но риск потерять ещё больше людей куда выше. Мы уже проигрываем эту игру. Кингсли молча смотрел на неё.   Тишина затянулась. — Я не доверяю ему. — Я тоже. Министр медленно выдохнул, затем повернулся к окну, скрестив руки.   — Если он сбежит… — Он не сбежит. Она задержала дыхание, затем, собравшись, сказала:   — Он останется в клетке. Под усиленной охраной. Я лично займусь этим. — Если он хоть раз попробует сыграть против нас… — Я лично вышибу ему мозги бомбардой. Кингсли горько усмехнулся и посмотрел на неё.   Она сжала губы. — Не думаю, что у нас есть выбор. Он медленно кивнул, тяжело вздохнув. — Ладно. Он остаётся в клетке. Под усиленной охраной. Гермиона кивнула и вышла.   Но как только дверь захлопнулась, она поняла, что только что сама впустила зверя в логово. 5 Гермиона лично контролировала подготовку помещения для содержания Малфоя в Министерстве. Это был закрытый зал,  лишённый окон, с массивными стенами, в которых отражался тусклый свет магических ламп.   В самом центре комнаты возвышалась клетка.  Она не имела слепых зон, каждый угол тщательно просматривался, а прутья сияли глухим металлическим блеском, скрывая наложенные на них заклинания защиты. Гермиона не просто следила за установкой. Она наложила личные охранные чары — те, что не были прописаны в документации, те, о которых знала только она.   6 Его привели в наручниках, магически зафиксированных на запястьях, и в наморднике.   Гермиона подняла бровь, глядя на ведущего аврора с нескрываемым раздражением выпалила: — Вы что, совсем рехнулись? — Это вынужденная мера, — спокойно пояснил он. — Заключённый слишком много болтал. Но Гермиона знала Малфоя. Его высокомерная аристократичность не позволила бы ему «болтать» с обычными аврорами.   Она медленно выдохнула, стараясь подавить раздражение.   — Снимите. — Но, Грейнджер… — Снимите, немедленно! Они подчинились. Как только намордник исчез, она увидела: разбитая губа, сухая кровь на коже, лёгкая тень синяка на скуле.   Она всё поняла. Медленно повернувшись к ведущему аврору, Гермиона холодным, стальным голосом приказала:   — В мой кабинет. Сейчас же. В этот же момент Малфоя без церемоний поместили в клетку.   Он лениво откинулся на жёсткую скамью внутри, глядя на неё с пронзительной насмешкой.  — О, Грейнджер, ты за меня волнуешься? Она проигнорировала его не ответила** и вышла из комнаты.   7 Захлопнув дверь своего кабинета, она тут де оглушила аврора своим заклинанием. Тот в ту же секунду рухнул на пол. — ЧТО ЗА ХЕРНЯ, ГРЕЙНДЖЕР?! — он растерянно посмотрел на неё, держась за голову.   Гермиона подошла ближе, гнев в её голосе был как лезвие:   — Ты хоть понимаешь, что вы сделали?! — Мы… — Закрой рот!   Она оперлась руками на стол, нависая над ним.   — Если он сейчас откажется говорить — это будет на ВАШЕЙ совести. Если он закроется, если мы потеряем хотя бы ОДНУ зацепку — это будет ВАШЕЙ грёбаной виной. Аврор скрипнул зубами, но молчал.   Гермиона усмехнулась, но в её усмешке не было ничего весёлого.   — Ты думаешь, что я просто спущу тебе это с рук?   Она наклонилась ближе, её голос стал низким, почти шипящим:   — Если из-за вас Малфой перестанет сотрудничать, если хоть одна ведьма погибнет, потому что вы решили поиграть в маленькую вендетту — я уничтожу тебя. Аврор вздрогнул.   — Я… — Ты не просто потеряешь должность. Она отступила назад, её глаза сверкнули.   — Я сделаю так, что ты больше НИКОГДА не найдёшь работу не только в Министерстве. Нигде. Никогда. И если твоя семья вдруг окажется без средств к существованию — ты сможешь объяснить им, почему. В комнате повисла тишина. Она не блефовала. Аврор понял это.   — Грейнджер… — Убирайся. Он поспешно вышел, не осмеливаясь возразить.   Гермиона осталась одна, тяжело дыша. Ей нужна была минутная передышка, чтобы вернуть себе контроль. Но времени не было.   Малфой ждал.  8   Гермиона вернулась в помещение, стараясь держаться спокойно.    Малфой уже ждал её внутри клетки, развалившись на жёсткой скамье, с таким видом, будто находился не в заключении, а просто наблюдал за происходящим ради собственного развлечения.   Как только она переступила порог, он медленно поднял голову.   — Извини за то, что произошло, — сказала она ровным голосом.   Малфой хмыкнул, затем встал, и прошелся по клетке, оценивающе рассматривая ее.   — Ты ведь сама всё это подготовила, Грейнджер? Он провёл пальцами по металлическим прутьям, легко, почти задумчиво, словно оценивая их прочность.   — Клетка, охранные чары… Ты действительно думаешь, что я опаснее всех этих авроров, что ходят по коридорам Министерства? Гермиона задержала дыхание. Он наблюдал за её реакцией. Она не собиралась давать ему возможности задеть ее.  Слегка кивнув, она лишь сказала:   — Я должна была убедиться, что ты не сбежишь. Малфой усмехнулся. — Ты проделала хорошую работу. Гермиона застыла, не ожидала похвалы. На мгновение в её глазах проскользнуло удивление, но она тут же спрятала эмоции, взяв себя в руки.   Но Малфой заметил и его усмешка стала шире. — Что, Грейнджер, не привыкла, что твои враги тебя хвалят? Она не ответила. Малфой плавно наклонился вперёд и спокойно произнес: — Мне нужны мои книги и записи. Гермиона скрестила руки на груди. Она боялась. Боялась, что если откажет — он перестанет помогать.  Боялась, что если согласится — даст ему лишний контроль. Но выбора не было. Она коротко кивнула и развернувшись, направилась к выходу.   — И материалы дела. — добавил он. Она на секунду замерла, но не обернулась.   Просто вышла из комнаты, чувствуя на себе его пристальный взгляд. 9 В Азкабане ей сообщили нелицеприятные новости. Авроры устроили в камере Малфоя погром. Гермиона слушала, чувствуя, как внутри нарастает злость. — Они буквально разнесли её, — равнодушно сообщил надзиратель, держа в руках небольшую коробку. — Это всё, что уцелело. Гермиона резко выдохнула, забирая коробку и тут же открыла ее. Внутри было несколько книг, потрёпанный блокнот и тонкая серебряная цепочка. Она аккуратно взяла её пальцами. На небольшом плоском участке металла было выгравировано «Д.M.». Гермиона сжала губы. Она посмотрела на надзирателя.   — Они не просто разрушили его камеру. Они его избили.  Мужчина пожал плечами. — Они боялись его. — Он был закован в магические оковы. — Всё равно боялись. Гермиона молча развернулась и ушла, сжимая коробку в руках.   10 Она рапортовала Кингсли.   — Они не просто его избили. Они еще разрушили камеру и уничтожили все его вещи! — Они его боятся, Гермиона. — Кингсли потёр переносицу, выглядя усталым. — Авроры отказываются от этого дела. Они не хотят охранять Малфоя. Гермиона скрестила руки на груди, чувствуя, как её злость перерастает в глухое раздражение. — Вы серьёзно? — Они потеряли людей, попав в ловушку. Они злы. — И вы им это позволяете? Кингсли пристально посмотрел на неё.   — Ты правда думаешь, что Малфой этого не заслужил? Она помолчала. Ей не хотелось оправдывать Малфоя. Но и видеть этот беспредел тоже.   Она молча покачала головой и, развернулась, вышла из кабинета министра. 11 Вернувшись в свой кабинет, Гермиона достала корову с вещами Малфоя, достала и из нее блокнот. Открыла и замерла. На страницах были детальные рисунки рун с тел жертв. Где-то — аккуратные пометки на латыни. А дальше… Архитектура. Окна, колонны, части комнат…   Деревья. Сад. Небо. Озеро. И ещё… Глаза. Отчётливо прорисованные. Глубокие, внимательные, полные эмоций, которые невозможно было разгадать. Руки. Аккуратные и грациозные, словно Малфой пытался запомнить каждую линию кожи. И… Лица. Некоторые — почти без черт, лишь едва намеченные контуры. Другие — прорисованные с болезненной точностью. Она медленно провела пальцами по краям страниц, отметив, насколько точны и детальны были рисунки. А потом вспомнила, в камере Азкабана не было окон и часов. Всё, что он рисовал, было нарисовано по памяти. Она задержала дыхание. Что всё это значило?   Гермиона задумалась, но потом отбросила эти мысли. Сейчас её интересовало другое. Какая информация была у Малфоя и чем он мог помочь в поимке убийцы.