Глава 4

1 Ранним утром Гермиона вернулась в Азкабан.   Охранники уже привычно проверили её палочку, затем молча повели вглубь тюрьмы.   Малфой ждал её. Когда Гермиона появилась, он медленно поднял на неё глаза, лениво усмехнулся и протянул:   — Ты сегодня рановато, Грейнджер. Она остановилась перед прозрачной магической решёткой.   — Я поговорила с Кингсли. Он чуть прищурился. — Если твоя наводка поможет поймать убийцу, тебя переведут в тюрьму в Ирландии. Малфой довольно хмыкнул, отворачиваясь и проходя вглубь камеры.   Гермиона вдруг почувствовала, как по позвоночнику пробежал холодок. Что, если он передумал? Что, если всё это было лишь игрой и он не собирается говорить?   Малфой развалился на стуле, будто это удобное кресло, и небрежно произнёс:   — Ты ищешь Асканиуса Лестрейнджа. Гермиона затаила дыхание. Имя ударило по ней, словно плетью.   — Ты уверен? Малфой взглянул на неё с тем самым выражением, которое всегда выводило её из себя во времена Хогвартса — смесь высокомерного самодовольства и абсолютной уверенности в своей правоте.   — Абсолютно. Гермиона вплотную подошла к заколдованной решётке. Магия ощутимо завибрировала между ними, реагируя на её приближение. — Почему ты не сказал этого раньше? Малфой чуть наклонил голову.   — Я хотел узнать, насколько далеко ты готова зайти ради этого. Она напряглась, подавляя раздражение.   — Если ты лжёшь… Он лениво улыбнулся и не дав ей договорить уверенно ответил: — Я не лгу, Грейнджер. Она не ответила. Просто развернулась и направилась к выходу.   Теперь у неё было имя и с этим именем — новые вопросы. 2 Асканиус Лестрейндж. Имя звенело в голове, пока Гермиона почти бежала по каменным коридорам Азкабана. Её шаги гулко отдавались в тишине, сердце колотилось где-то в горле. Малфой не солгал. Она чувствовала это. Лестрейнджи всегда были одержимы чистокровной магией. Беллатриса. Родольфус. Рабастан. Их имена были вписаны в историю войны кровью и тьмой. Но Асканиус… Он был другим. Не фанатиком, не слепым последователем. Учёным. Исследователем. Одержимым поиском древней силы. Последний раз его видели за несколько месяцев до падения Волан-де-Морта. Затем он исчез. Министерство считало его мёртвым. Но что, если это было не так? Гермиона остановилась у выхода из тюрьмы, глубоко вдохнув ледяной воздух. Она знала, куда должна пойти. 3 Дом Блэков встречал её глухой тишиной.   Гриммо 12 давно покинули последние жильцы, но магия, что держала его скрытым от посторонних глаз, всё ещё витала в воздухе. Стоило Гермионе пересечь порог, как мрак особняка сомкнулся вокруг неё, словно сам дом наблюдал за каждым её движением.   Она осторожно зажгла палочку, освещая пыльный коридор. Старинные портреты выглядели потускневшими, но даже сейчас казалось, что их взгляд следует за ней.   «Зачем я здесь?»   Потому что архивы Министерства были бесполезны.   Потому что Малфой знал что-то, чего не знала она.   И если есть место, где можно найти следы знаний, утерянных веками, – это Гриммо 12.   4 Она шла по длинным коридорам, едва касаясь стен. Библиотека находилась на втором этаже – массивная, с пыльными полками, хранящими историю, о которой в приличном обществе предпочитали молчать.   Гермиона провела пальцами по корешкам книг. Темная магия, чистокровные ритуалы, древние запретные знания.   И вот оно.   «Путь Бессмертных». Тонкий том, потемневший от времени. Она осторожно развернула его, пролистывая страницы. Символы, зарисовки, отрывочные записи.   И затем – название, от которого её дыхание сбилось.   «Ритуал переноса силы» Её пальцы крепче сжали края страниц.   «Суть ритуала – перенести магическую силу жертвы на себя. Через кровь, через кожу, через древнюю жертву. Только чистые смогут воспользоваться этим знанием». Гермиона внимательно читала дальше, боясь упустить каждое слово.   «Вырезанные руны – не просто метка. Они открывают поток магии, позволяя убийце поглощать силу. Чем больше жертв – тем сильнее он становится». Она быстро пролистала дальше.   «Ритуал требует девяти жертв. Девять ведьм, чья кровь насыщена магией…» Она закрыла книгу, чувствуя, как похолодели пальцы.   Четыре. Четыре ведьмы уже убиты.   Оставалось еще пять.   5 Гермиона закрыла глаза.   Малфой знал об этом. С первого дня. Он сразу понял, что означает этот узор.   Она опустила книгу на стол, пальцы слегка дрожали.   Вопрос был в другом – почему он не сказал ей сразу?   Она вспомнила его взгляд – ленивый, оценивающий. Он смотрел на неё не просто как на аврора, а как на противника в игре, где ходы делались с точностью до миллиметра.   И теперь она спрашивала себя: Какую роль в этом играет Малфой? 6 Она вернулась в Азкабан на следующий день.   На он вновь ждал её. Когда Гермиона подошла к камере, Драко уже стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди.   — Ты выглядишь расстроенной, Грейнджер, — его голос прозвучал спокойно, почти лениво.   Она бросила на него гневный взгляд, показывая книгу.   — Ты знал. Он медленно перевел взгляд на книгу, затем снова на неё.   — Разумеется, знал. Она стиснула зубы.   — Почему ты ничего не сказал?! Драко усмехнулся.   — А ты бы поверила мне, если бы я сразу заговорил о Ритуале переноса силы? Или ты решила бы, что я играю с тобой? Гермиона не ответила.   Он сделал шаг ближе.   — Ты ведь понимаешь, что этот ритуал – не просто убийства? Она смотрела в его холодные глаза, пытаясь понять, что скрывается за этим спокойствием.   — Что ты имеешь в виду? — Этот ритуал не просто передаёт магию. Он передаёт память. Её дыхание замерло.   — Что? — Каждая жертва оставляет частичку себя внутри убийцы. Свои знания, свои страхи, свою силу. Она чувствовала, как её разум пытается осознать сказанное.   — Этот ублюдок не просто становится сильнее – он становится кем-то большим. Ты знал это! Он опустил голову, улыбаясь уголком губ.   Её пальцы сжались в кулаки.   — Ты наслаждаешься этим? Для тебя это всего лишь игра? Драко шагнул ещё ближе, так что решетка между ними загудела.   — Нет, Грейнджер. Его голос стал тихим, почти шёпотом.   — Я просто хочу понять, почему тебе так не нравится, что мы с тобой думаем одинаково. Она замерла. Эта фраза…   — Я не такая как ты, — с презрением бросила она и развернулась и ушла, не оборачиваясь. 7 Гермиона гневно шагала по коридору, плохо пытаясь скрыть злость. Она хотела сказать, что они совершенно разные. Но что-то внутри неё знало: Они действительно думали одинаково. И это пугало её больше, чем сам убийца.