Часть 4

Глава 4.

Коноха, Мемориал павшим шиноби! Гако стоял перед надгробием, высеченным из зеленоватого камня, с лёгким оттенком растерянности на лице. На плите было выгравировано имя — Учиха Кагами. Это был первый из признанных Данзо товарищей, кто ушёл из жизни. На восьмом году существования Конохи Второй Хокаге основал Академию Ниндзя. В первом наборе было тридцать восемь учеников, и Данзо был одним из них. Помимо него, ещё пятеро были приняты в ученики самим Сенджу Тобирамой, который лично обучал их. Самым известным из них был нынешний лидер Конохи, Третий Хокаге, Сарутоби Хирузен, чья слава как сильнейшего шиноби в мире всё больше укреплялась. Утатане как-то сказала, что самые яркие звёзды гаснут первыми. Блеск Учихи Кагами невозможно было описать словами. Даже такой гордый человек, как Данзо, несмотря на свою глубокую неприязнь к клану Учиха, считал Кагами своим верным товарищем. Его правый глаз был подарком именно этого товарища. После того, как Сенджу Тобирама погиб от рук Кинкаку и Гинкаку, прикрывая отступление своих учеников, этот член клана Учиха, сумевший преодолеть узкие рамки клановых предрассудков, пробудил Мангекё Шаринган. Однако он никому из своих товарищей не рассказал об этом, а вместо этого в одиночку покинул Коноху и отправился в Страну Молний. Когда Данзо снова увидел его, он узнал о смерти Кинкаку и Гинкаку. Хотя в мире шиноби ходили слухи, что Третий Райкаге собрал двух Джинчурики и уничтожил этот элитный отряд Кумогакуре, Анбу Конохи получили информацию о том, что на поле боя был замечен гигантский синий воин. Вскоре после возвращения Учиха Кагами скончался. Перед смертью он рассказал своим товарищам о тайнах клана Учиха и Шарингана, надеясь, что ещё при жизни увидит, как деревня и клан, наконец, преодолеют все разногласия и станут единым целым. К сожалению, с его смертью исчезла возможность равноправного диалога между Учиха и деревней, и между ними начала расти стена отчуждения. Если бы не сын Учихи Кагами, который пытался наладить отношения между сторонами, да ещё и нависшая угроза войны, Корень, вероятно, уже давно начал бы действовать против этого ненавистного клана. «Цуки-но-Кагами! Так вот он какой, твой Мангекё Шаринган» — несмотря на свою неприязнь к клану Учиха, Данзо всегда жаждал обладать Шаринганом, особенно Мангекё Шаринганом, силой, способной прикоснуться к божественной мощи. После того как Третий Райкаге лишил его правого глаза, он поручил Орочимару пересадить ему этот бесценный Мангекё Шаринган. Однако Данзо не хватало внутренней силы, или, возможно, его чакра не соответствовала этому глазу, и он так и не смог пробудить силу Мангекё Шарингана. Это удалось лишь Гако, который, завладев телом Данзо, с помощью отточенных техник воздействия на изначальный дух, наконец, пробудил скрытую мощь этого Шарингана. … «Я слышал, ты здесь!» — раздался за спиной Данзо сильный, властный голос. Белое одеяние Хокаге, шляпа с кандзи «огонь», худощавая, но прямая фигура старика — это был лидер Конохи, известный как «Профессор» среди шиноби, Третий Хокаге, Сарутоби Хирузен. «В Стране Дождя я встретил одного интересного паренька, который напомнил мне Кагами», — не оборачиваясь, ответил Данзо своим обычным тоном, обращаясь к старому другу, который всю жизнь подавлял изначальную душу этого тела. «О, я бы хотел познакомиться с юношей, который смог тебя заинтересовать», — Сарутоби Хирузен чувствовал, что в его старом товарище произошли какие-то неопределённые перемены, но он списал это на окончание войны и расслабление Данзо, который всегда был всецело поглощён заботами о Конохе. «У меня такое предчувствие, что ты совсем не обрадуешься, если этот мальчишка появится в деревне», — произнёс Данзо, поворачиваясь. Он увидел в руках у Хирузена чёрный цветок, который тот, под его взглядом, возложил на зеленоватую каменную плиту. «Ладно, оставим это. Расскажу тебе кое-что приятное. Ооноки прислал письмо. Хочет заключить перемирие». Ооноки из Ивагакуре, один из пяти Каге, стоящих на вершине мира шиноби, обладатель единственного в мире Кеккей Тота — Стихии Пыли. «Удивительно, что этот старый хрыч смягчился. Минато хорошо поработал», — отметил Данзо. Он, как и Хирузен, прожил долгую жизнь, сражаясь против Ооноки, и знал нрав Цучикаге как никто другой. Этот упрямый старик никогда бы не предложил мира, если бы не почувствовал настоящую боль. «Однако в Ивагакуре всё ещё есть те, кто выступает за продолжение войны. Ооноки надеется, что Коноха согласится на несколько условий, чтобы он смог усмирить этих старейшин». «Хирузен, ты знаешь мой характер. К чему ты клонишь?» — лицо Данзо, испещрённое морщинами, словно следами прожитых лет и сражений, внезапно стало холодным. Он пристально посмотрел на Сарутоби Хирузена, на лице которого промелькнуло смущение. Он знал, что самый ярый сторонник войны в Конохе согласился на капитуляцию Ооноки только из уважения к титулу Хокаге. Если же будут выдвинуты какие-то жёсткие условия, Данзо способен перевернуть стол переговоров даже перед самим Цучикаге. «Всё остальное можно обсуждать, кроме одного. Он хочет, чтобы мы усилили давление на Страну Молнии». «Хмф, старый хрыч, наконец-то испугался. А когда развязывал эту войну, был таким дерзким!» — Данзо презрительно усмехнулся. Хотя причиной Великой войны шиноби официально считалось исчезновение Третьего Казекаге, без Ооноки, который подстрекал всех и повсюду создавая союзы, конфликт не разросся бы до таких масштабов. В самый разгар войны Конохе пришлось сражаться в одиночку против четырёх великих стран. И именно Ооноки, этот старый лис, стоял за объединением этих четырёх держав. Если бы не глубокие корни, заложенные ещё Первым и Вторым Хокаге, Коноха, возможно, уже лежала бы в руинах. Два года назад, когда Коноха сражалась против Страны Ветра и Страны Молнии, Ивагакуре и Киригакуре объявили о союзе и вторглись в Страну Огня. Тогда Данзо, Хирузен и другие шиноби Конохи ощутили отчаяние, предчувствуя поражение. К счастью, в самый критический момент в Конохе появилось множество талантливых шиноби. Больше всего Хирузена и Данзо порадовали не успехи Саннинов, а то, как на поле боя закалился гениальный стратег, который помог деревне не потерять самообладание в этой отчаянной ситуации, а наоборот, методично, шаг за шагом, нашёл выход из, казалось бы, безнадёжного положения. На фронте в Стране Молнии Данзо лично возглавил отряд и вместе с Джирайей сдерживал Третьего Райкаге. На фронте в Стране Земли Орочимару и Намикадзе Минато сковывали силы Ооноки. На фронте в Стране Воды Учиха и Хьюга, вместе с другими кланами Конохи, вели ожесточённые бои против Семи мечников тумана и других обладателей Кеккей Генкай. На самом важном фронте, в Стране Ветра, Коноха бросила все оставшиеся силы. Помимо Цунаде, на поле боя прибыл сам Сарутоби Хирузен. Кланы ИноШикаЧо и мастера кендзюцу Конохи — все, кроме стариков и детей, сражались там. Застигнутые врасплох шиноби Сунагакуре, несмотря на наличие трёх шиноби уровня Каге — Чиё, Эбизо и Расы — были разгромлены. Линия обороны на Перевале Кикьё пала, и Суна потерпела сокрушительное поражение. Уничтожив одного противника, Коноха, сражавшаяся на трёх фронтах, наконец, преодолела кризис и начала одерживать верх в войне. Однако за переломный момент в битве у Перевала Кикьё Конохе пришлось заплатить высокую цену — двумя глазами. Правым глазом Данзо и… Бьякуганом главы клана Хьюга, свободным от Птичьей Клетки!