Часть 7

Глава 7.

Корень! Данзо стоял у края тренировочного поля, глаза его были скрыты белой повязкой. Он наблюдал за десятками детей, разбитых на пары, оттачивающих свои навыки в поединках друг с другом. Одни сражались в тайдзюцу, другие использовали ниндзюцу, третьи метали кунаи и сюрикены, но большинство практиковались в фехтовании. Все мечи были стандартными: тонкие, длиной двадцать сантиметров, идеально подходящие для убийства. Технику владения мечом преподавал лично Данзо, основываясь на стиле Второго Хокаге. Знаменитый Белый Клык тоже был выходцем из «Корня». Он объединил секретную технику своего клана со стилем Клинка Листа, унаследованным Данзо от Сенджу Тобирамы, достигнув тем самым почти непревзойдённого мастерства. Несколько лет назад, когда Белый Клык покончил с собой, Данзо искренне сожалел об этом. Такой способный шиноби, и не смог разобраться между долгом и личными чувствами. Забыл все принципы «Корня», которые мы так усердно в него вкладывали: «долг превыше всего», «благополучие превыше личного. Такая слабость духа… Совсем не похож на воспитанника Тьмы Шиноби. Позор! «Этот ребёнок – тот самый подопытный, которого я оставил?» – Орочимару, одетый в стандартную форму джонина Конохи, наблюдал за мальчиком, которого окружили трое рослых детей. Несмотря на это, мальчик не проявлял ни малейшего беспокойства, ловко уклоняясь от атак. Орочимару невольно облизал губы: «Хотя он и воспроизвёл Стихию Дерева Первого, её мощь пока ничтожна». Приспосабливаясь к полноценному Мангекё Шарингану, Данзо чувствовал, как растёт его понимание системы сил этого мира. Он полностью освоил изменение природы и формы чакры. Он также овладел практически всеми техниками Данзо, даже Технику Призыва вчера тайно опробовал. «Всё-таки он ещё ребёнок, но у него огромный потенциал. Если бы он попал ко мне на обучение, то стал бы одним из самых крепких столпов Конохи» — видя, как мальчик складывает печати, и из его рук вырываются коричневые древесные побеги, опутывая противников, Орочимару, движимый своей страстью к воспитанию талантливой молодёжи, не удержался. «Похоже, я дал тебе почувствовать недостаточно боли». Ледяные слова напомнили Орочимару о том, как его раздавило Шинра Тенсей. Пыл в его глазах немного поутих. Вместе с тем, Шаринган, к которому он раньше относился без особого интереса, поднялся на второе место в списке его приоритетов, уступая лишь разрабатываемой им запретной технике. «Вчера Третий на собрании джонинов утвердил мирный договор с Ивагакуре. Думаю, скоро война закончится» — хотя Орочимару не боялся открытого столкновения с Данзо, старик имел глубокие корни в Конохе, а его «Корень», хоть и понёс потери в войне, всё ещё представлял собой силу. Выжившие, такие как Абураме Тацума, выходцы из влиятельных кланов, стали ещё более опытными и опасными. Орочимару, постепенно теряющему поддержку, нужны были Данзо и «Корень» в качестве прикрытия для своих экспериментов. Не желая открытого конфликта, он сменил тему, упомянув своего учителя, чтобы найти точки соприкосновения. «И это прошло, пока я, помощник Хокаге, и ты, командир отряда джонинов, отсутствовали?» В Конохе Хокаге обладал абсолютной властью в некоторых вопросах, но такие важные решения, как заключение мира, требовали голосования совета старейшин и собрания джонинов. Данзо и Орочимару вместе контролировали как минимум треть Конохи. Если бы они захотели помешать, даже Сарутоби Хирузен, будучи Хокаге, столкнулся бы с серьёзными трудностями. «Нет, я проголосовал «за» с помощью теневого клона!» – с усмешкой ответил Орочимару. Данзо посмотрел на него скрытым под повязкой глазом. Невидимый ветер зашелестел вокруг, и юные шиноби «Корня», почувствовав внезапный холодок, замедлили свои движения, постепенно останавливаясь. «Я, во всяком случае, не хочу больше видеть эту старую морду Ооноки. К тому же, мои эксперименты сейчас на самом важном этапе, я не могу отлучаться», – с улыбкой объяснил Орочимару. Данзо больше ничего не сказал, лишь холодно хмыкнул и развернулся, покидая тренировочное поле. Он пришёл сюда лишь для того, чтобы взглянуть на шиноби, владеющего Стихией Дерева, которую изначальная душа считала столь важной. Теперь же, увидев, он понял – ничего особенного. В сравнении с Мангекё Шаринганом, способным соединиться с первоисточником мира и украсть силу богов, Стихия Дерева – всего лишь травинка у подножия могучего древа. «Орочимару, мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал». Орочимару, следовавший за Данзо с тренировочного поля, наконец дождался этих слов. С тех пор, как он увидел силу Мангекё Шарингана, его не покидало любопытство. Что же такое «Цуки-но-Кагами»? «Говорите, Данзо-сама!» – произнёс Орочимару. Прошло уже три дня с тех пор, как Якуши Ноно пересадила Данзо новые глаза. За это время, используя своё положение, Орочимару изучил множество материалов об Учиха, собрав несколько книг о Шарингане. Однако о Мангекё Шарингане было написано лишь несколько туманных строк. Он мог бы расспросить своего учителя, но, будучи уже несколько лет связанным с «Корнем», Орочимару не хотел обременять Сарутоби Хирузена, у которого и без того хватало дел. «Мангекё Шаринган, конечно, хорош, но это не мои собственные глаза, не отражение моей души. Мне нужна пара глаз, принадлежащих мне по праву, способных извлечь из первоисточника мира необходимую мне силу». «О, если я правильно понял, Данзо-сама заинтересовался моей Реинкарнации Живого Трупа?» — с умом Орочимару Данзо достаточно было произнести лишь половину фразы, чтобы тот понял его намерения. Выражения их лиц были весьма любопытными: один хранил молчание, другой же едва сдерживал возбуждение: «Это дзюцу ещё не завершено, и даже я не уверен в его успехе. Данзо-сама, вы так верите в меня?» Будучи учеником Третьего Хокаге и командиром отряда джонинов, Орочимару, несмотря на растущую популярность Намикадзе Минато, всё ещё оставался главным кандидатом на пост Четвёртого Хокаге. И тем не менее, десять лет назад он добровольно вступил в «Корень», став правой рукой Данзо. Никто не понимал, почему он променял свет на тьму. Причина была проста: только в «Корне» ему позволяли проводить эксперименты над людьми, разрабатывать Технику Реинкарнации Живого Трупа и предоставляли подопытных. «Итак, на какого юного Учиха пал ваш выбор, Данзо-сама?» Захват тела Данзо был вынужденной мерой, поскольку он, находясь в пятицветном камне, обладал лишь духовной силой и не мог двигаться. Теперь же, обретя стабильность, он начал брезговать этим старым телом. Техника Поглощения Души – запретная техника Мира Дао слишком высокого уровня. Данзо опасался, что её многократное использование привлечёт внимание владельца тех ужасающих глаз к этому миру. А вот разрабатываемая Орочимару Техника Реинкарнации Живого Трупа соответствовала законам этого мира и не вызывала колебаний на уровне первоисточника. «На юношу по имени Учиха Итачи».