Часть 25

Глава 25.

Война, на время, стихла. Как только ниндзя Страны Молнии отступили, хлынул дождь. Именно в этот миг четырёхлетний ребёнок отчётливо осознал себя, существование индивидуальности по имени Учиха Итачи. Неистовый ливень, почти не давая открыть глаза, безжалостно хлестал по лицам всех ниндзя на поле боя, но, кроме четырёхлетнего Итачи, все взгляды были прикованы к противнику. Облако хотело отступить, сохранив как можно больше живой силы, а Лист стремился развить успех, увеличить плоды этой победы. Только четырёхлетний Итачи видел… ад! Трупы, трупы, трупы… Куда ни падал взгляд, всюду простиралась кровавая бойня. Ни одного спокойного лица. Черты всех погибших были искажены мукой, даже в окоченевшей плоти, в пустых глазницах читались ужас и отчаяние. Дождь всё усиливался. Стоявший рядом отец не собирался укрывать его. Или, вернее, это была другая форма отцовской любви. «Запомни, это и есть война!» – слова отца, подобные раскатам грома, пронзили шум дождя и глубоко врезались в сердце Итачи: «В недалёком будущем ты тоже станешь ниндзя. Даже если война закончится, реальность шиноби не изменится. Как мой сын, ты обречён ступить в этот мир». Это не те слова, которые должен слышать четырёхлетний ребёнок. Итачи, глядя на бесстрастное лицо отца, лишь молча терпел. В груди теснилась духота, затрудняя дыхание. Некая неописуемая эмоция зрела внутри – не страх, не печаль. Проливной дождь промочил ребёнка насквозь. Даже если бы он сейчас заплакал, Учиха Фугаку этого не заметил бы. Итачи не хотел плакать. Несмотря на юный возраст, он понимал: если не сдержать сейчас свои чувства, отец будет разочарован, и, возможно, он потеряет какое-то важное для ниндзя качество. Четырёхлетний ребёнок изо всех сил старался держаться. И тут он увидел у подножия горы бездыханное тело ниндзя с протектором Листа. Рядом стояли двое шиноби Облака. Чистые чёрные глаза смотрели дальше, охватывая почти всё поле боя, усеянное бесчисленными телами. Мёртвые уже не имели национальности, на их лицах застыли боль и скорбь. Некоторые ещё не до конца испустили дух, корчились и бились в грязи, но в их глазах читалось одно и то же. Никто не шёл на смерть с лёгким сердцем. И всё же, все они превратились в трупы. «Отец…» Учиха Фугаку опустил голову и увидел дрожащее тело сына. Выражение его лица оставалось спокойным и холодным. Он ясно чувствовал, что Итачи не испытывал ни страха, ни ужаса. «Зачем ты привёл меня сюда?» После долгого молчания он дождался ответа отца. «Потому что ты умный мальчик». Итачи почувствовал, как что-то тёплое коснулось его головы – это была рука отца. «И я хочу, чтобы ты увидел этот настоящий мир». Он отчаянно пытался отыскать в своей памяти значение слова «настоящий», но он был всего лишь четырёхлетним ребёнком, и ни истину, ни иллюзию он пока не мог постичь. Даже осознав замысел отца, он всё равно не мог принять увиденное. «Это… мир, в котором мне предстоит жить!» «Да, Итачи. Ниндзя живут ради сражений. Ты никогда не должен забывать то, что увидел сегодня. У тебя есть талант управлять этой силой». Вслед за словами отца он вглядывался в разверзшийся перед ним ад, словно желая запечатлеть всё это в самой глубине своих глаз. Но это стремление отозвалось тупой болью в глазах. Какой-то горячий поток, отличный от слёз, пульсировал там, зловещая сила волной хлынула к зрачкам, и неописуемый ужас заставил Итачи плотно зажмуриться. Постепенно волна утихла, отхлынув в глубины сознания. Сердце билось с небывалой силой, дыхание сбилось. Но Итачи сделал глубокий вдох и снова открыл глаза. Картина перед ним не изменилась – всё тот же мир, подобный миру демонов. Маленький мальчик приложил руку к груди, понимая, что если бы он поддался этой силе, то потерял бы себя, погрузившись во тьму. «Что случилось?» Не отвечая на вопрос отца, Итачи молча смотрел на происходящее. Он понимал: даже если этот ад – его мир, он не может просто смириться и принять всё это. Я изменю это… Неважно, каковы причины, решать проблемы с помощью конфликтов – неправильно. Если мир таков, его нужно изменить! Вот что решил для себя мальчик по имени Учиха Итачи на поле боя. Смысл его существования! … Прошло три дня с битвы с Райкаге. Данзо, истощённый до предела, лежал на больничной койке. В отличие от него, молодой и полный сил Намикадзе Минато, изгнав из себя чакру чёрной молнии, восстановил шесть-семь десятых своей силы. Затем он повёл ниндзя Листа в преследование за отступающим противником. Будь это прежний Данзо, он бы даже с тяжёлыми ранами не уступил такой шанс отличиться ученику ученика Сарутоби Хирузена. Но сейчас это был новый Данзо. Изначальный дух практикующего Дао, стремящегося к великому Пути, исследующего истоки мира и ищущего способ вернуться в Мир Дао, совершенно не интересовали пустые мирские хлопоты. Даже выполняя заветы прежнего тела, он прежде всего должен был заботиться о себе. Мангекё Шаринган – слишком тяжёлая ноша для человека, не принадлежащего к клану Учиха. Данзо, уже привыкший помыкать всеми с помощью Шинра Тенсей, вновь ощутил мучительную пустоту в каждой клетке своего тела, словно только что вселился в тело Данзо, очнувшись рядом с Конан. Это напоминало ему самые тяжёлые времена в Мире Дао, когда, ещё не достигнув совершенства, он был подопытным «кроликом» в Павильоне Наслаждений. «Всё-таки украсть власть над первоисточником не так-то просто» — лежа на единственной деревянной койке в лагере, Данзо размышлял о том, как Учиха Шисуи использовал свой Мангекё Шаринган: «Хотя и тот мальчишка еле справился, но уже через два дня скакал козлом вместе с Минато, преследуя Райкаге». Молодость – прекрасная пора… В просторном шатре лежал лишь угрюмый старик. Его Корень охранял его, находясь в нескольких десятках метров снаружи. Якуши Ноно, ухаживавшая за ним, тоже была отправлена на задание – требовалось проверить, что задумала Ивагакуре. Ведь старый лис Ооноки был куда более опасным противником, чем Райкаге. К тому же, тридцать тысяч ниндзя представляли серьёзную угрозу для истощённой четырёхлетней войной деревни скрытого Листа. «Даже немного соскучился по ней» — вспомнив нахмуренную директрису приюта, которая подчинилась его деньгам и власти, Данзо вдруг почувствовал приближение мощной чакры.