Часть 79

Глава 79.

«Свиток Ветра» завершён, «Свиток Меча» близок к финалу. Следующими Данзо планировал написать «Свиток Зеркала» и «Свиток Пустоты». Вступление к «Зеркалу» он хотел посвятить воспоминаниям о своём давнем погибшем товарище, Учиха Кагами, и от этого оттолкнуться, чтобы поведать о собственном опыте использования Шарингана, о способах его применения и о том, как противостоять различным запретным техникам доудзюцу. Публикация этого тома, несомненно, вызвала бы бурю негодования и протестов со стороны клана Учиха, поэтому Данзо решил обнародовать его только после войны, усмирив непокорный клан. Согласно плану, «Зеркало» должно было состоять из трёх частей. Первая часть посвящена Шарингану: от пробуждения до трёх томоэ, затем к Мангекё Шарингану, а также тому, как извлекать таинственную силу глаз, как сочетать различные ниндзюцу и гендзюцу с глазами. Данзо даже собирался упомянуть все известные ему техники доудзюцу, стремясь создать своего рода учебное пособие для воспитания молодого поколения Учиха. Вторая часть – это расширение темы от Шарингана до всевозможных Кеккей Генкай мира шиноби, вплоть до единственного Кеккей Тота. Для написания этой части он планировал пригласить Орочимару и Хируко, ведь это их специализация, а Данзо в этом вопросе чувствовал себя несколько некомпетентным. Задать направление, обозначить тему, а затем доверить этим двум энтузиастам, погружённым в эксперименты над человеческим телом, наполнить книгу содержанием – и получится настоящая энциклопедия Кеккей Генкай мира шиноби. Третья часть – возвращение к истинной сущности Данзо, к метафизическим теориям, которые обычный человек в мире шиноби, даже такой литератор, как Джирайя, не смог бы постичь. Он собирался выдвинуть гипотезу: если сочетание двух природных свойств чакры даёт Кеккей Генкай, а трёх – Кеккей Тота, то что будет при сочетании четырёх, пяти или даже всех семи? Основываясь на своём нестандартном взгляде, он считал, что сочетание всех семи природных свойств чакры – это вершина развития шиноби, настоящий бог шиноби. Не «бог войны», подобный Сенджу Хашираме, непобедимый в бою, а истинный «бог чакры», всеведущий и всемогущий в искусстве ниндзюцу. Мысль эта опережала время на несколько шагов, и Данзо понимал, что даже если он опубликует её, никто не сможет её понять. Но он всё равно собирался написать об этом, просто потому что мог себе это позволить. Он и не подозревал, что когда некий скорбящий сын увидит эту третью часть, то испугается, решив, что Рикудо Сеннин раскрыл его замыслы, и чуть не зароется на тридцать тысяч футов под землю. Что касается «Пустоты», то этот том должен был быть посвящён самой редкой природе чакры – пространственно-временной. Поскольку сам Данзо ещё не постиг её, он пока не решил, как именно будет писать эту книгу. Последний том он предварительно назвал «Бессмертный», но пока существовало только название. Ему нужно было сравнить бессмертные техники и отшельников этого мира с Миром Дао. Поскольку у него было много дел, а три святых места внушали ему благоговейный трепет своей непостижимостью, в ближайшее время надежды на завершение работы не было. Итак, «Пять Колец» вкратце охватывали ниндзюцу, кендзюцу, чакру, пространство-время и бессмертные техники. Данзо утверждал, что любой шиноби, осиливший хотя бы половину любого тома, мог рассчитывать на звание элитного джонина. Постигший весь том – достигал уровня Каге. А тот, кто объединит все пять томов, станет непобедимым, вторым воплощением Тьмы Шиноби. «Хм, язык слишком прост. Нужно его сжать, сделать более лаконичным и ёмким» — как практикующий Мира Дао, он считал, что секретные техники должны быть описаны достаточно загадочно, возвышенно и глубоко, чтобы не каждый мог их понять. Иначе как отличить истинных гениев? Ученики Данзо не должны быть посредственностями. … Пока он корпел над рукописью, на фронте между двумя странами разгорелись ожесточённые бои. На третий день после выхода вспомогательного отряда из Конохи безжалостная парочка уничтожила почти половину его состава. Взрывной клинок идеально подходил для засад. Одновременный взрыв десятков тысяч взрывных печатей создавал огненный столб, устремляющийся в небо, – зрелище, от которого у клана Учиха кровь стыла в жилах. Ученики третьего года Академии Шиноби, лелеявшие мечты о славе и величии, были разорваны на куски. Лишь горстка, не более пяти детей, уцелела благодаря защите нескольких джонинов. Однако и «Безжалостный Дуэт» не остался без потерь. Столкнувшись с разъярённой элитой клана Учиха – Акимичи Чозой и Хьюгой Хизаши – они едва избежали смерти. Если бы не подоспевшие на помощь остальные члены «Семи Мечников Тумана», привлечённые грохотом взрывов и огненным заревом, дуэт, вероятно, пал бы жертвой Шарингана. Встретив в полном составе «Семь Мечников Тумана», небольшой отряд Конохи показал себя во всей красе. Три элитных джонина Учиха с тремя томоэ доказали, что слава их клана – не заслуга одного лишь Данзо. Тем временем, на другой стороне поля боя, представители «фракции Хокаге» – Акимичи Чоза, Хьюга Хизаши и три капитана Анбу, – сражаясь среди гор трупов своих товарищей, превзошли самих себя, стойко выдержав натиск «Семи Мечников Тумана» до прибытия подкрепления с передовой. Фугуки Суйказан явно не ожидал, что, используя отряд сопровождения Конохи в качестве приманки, он привлечёт столько сильных противников. Если бы он не проявил предусмотрительность, взяв с собой Кисаме, «Семь Мечников Тумана», вероятно, понесли бы потери. С передовой прибыл отряд из трёх человек. Средний возраст шиноби составлял около десяти лет, но повидавшие виды «Мечники Тумана», заметив маску Лиса, тут же отступили без малейших колебаний. Следуя неписанным законам мира шиноби, отступая, необходимо бросить пару угрожающих фраз. «В следующий раз вы узнаете, что такое бесшумное искусство убийства Тумана. Вы будете жить в страхе», – раздался ледяной голос Бивы Джузо, несущего на плече Кубикирибочо, пока ниндзюцу окутывало поле боя густым туманом, скрывая отступление отряда. «Вот это проблемы!» – Какаши стянул протектор со лба, закрывая Шаринган, и, убедившись, что «Мечники Тумана» ушли, начал жадно глотать воздух. Его отряд, получив приказ от Орочимару о поддержке, два дня и две ночи без сна и отдыха добирался до этого места. «Ты слишком слаб, чтобы выдержать силу Шарингана с тремя томоэ», – без обиняков заявил Шисуи. Югао же поспешила достать из сумки с припасами провизию и протянуть её капитану. «Если ты не из клана Учиха и хочешь жить, тебе лучше отказаться от этого глаза», – произнёс Учиха Яширо, возглавлявший отряд Учиха и бывший одним из самых преданных сторонников Фугаку, а также самым радикально настроенным членом клана. Именно он на собрании клана предложил вернуть все Шаринганы. «После его смерти я лично извлеку Шаринган и верну его клану», – слова Шисуи заставили Югао покраснеть от гнева, но Яширо понял скрытый смысл этой фразы. Пока Какаши жив, этот Шаринган принадлежит ему. Любой, кто захочет его забрать, должен будет сначала пройти через Учиху Шисуи. «Хмф, ты должен помнить, что сначала ты Учиха, а потом уже Шисуи», – Яширо, давно недолюбливавший Учиху Кагами и его приближённых, всё ещё не оправился от недавней битвы и теперь пытался поучать Шисуи. «В таком случае, ты должен понимать, что я имею больше прав говорить об Учиха, чем ты», – в глазах Шисуи, пока он говорил, три томоэ закружились и внезапно превратились в чёрный четырёхконечный узор. Мангекё Шаринган. Яширо и два элитных джонина Учиха, подошедшие на шум, застыли на месте.