Часть 96

Глава 96.

Когда Данзо вновь встретился с Орочимару, Цунаде уже и след простыл. «Поведай мне свой план», – произнес Данзо, сидя по-турецки на татами, заботливо расстеленных в самом большом шатре лагеря Конохи. Он снял сандалии, прежде чем расположиться на циновках. «Ты уже видел мою Технику Змеиной Замены», – начал Орочимару. Эта техника позволяла использовать внешнее тело в качестве замены. Не требовалось никакой предварительной подготовки. При получении смертельного урона, истинное тело мгновенно высвобождалось из пасти змеи. Подобно Расенгану, это была беспечатная техника, пожалуй, самая совершенная из всех техник замены. Однако, похоже, что, помимо Орочимару, использование этой техники другими шиноби требовало огромных затрат чакры. «Продолжай», – подбодрил Данзо. Он был уверен в научном подходе Орочимару и знал, что тот не станет тратить время на пустые разговоры. «Дело в том, что даже если бы она сейчас и освоила мою технику замены, это уже ничего не изменит. Из-за тяжелых ран она практически полностью истощена. Если решить эти две проблемы, я смогу вернуть её к жизни». «И как ты собираешься это сделать?» – спросил Данзо. Услышав это, Орочимару рассмеялся, и Данзо слегка нахмурился. Он не мог принудить своего, пусть и номинального, подчиненного, а мог лишь предложить что-то взамен. «Каковы твои условия?» «Нет, я просто хочу помочь господину Данзо. Однако, должен предупредить, что это пока еще не завершенное исследование, и если госпожа Пакура станет первым испытуемым, вероятность летального исхода весьма высока». Данзо, конечно же, понимал, что исследования Орочимару редко бывают гуманными. «Цунаде сказала, что даже при самом тщательном лечении, с такими ранами Пакура долго не протянет». «Мне не нужно много времени. Это исследование практически завершено. Просто у меня появились новые идеи, которые я хочу внедрить, и это немного задерживает процесс». Данзо не совсем понимал, в чем проблема. Всего-то и нужно – найти подопытного. В мирное время это могло бы быть затруднительно, но сейчас шла война шиноби, и им, двум шиноби уровня Каге, не составило бы труда найти несколько жертв на поле боя. «Мое исследование называется Проклятая Печать. Она основана на сочетании сендзюцу Пещеры Рьючи, техника Муравьиного Льва: Эфемерность клана Фуума и генов мальчика по имени Джуго». Что касается сендзюцу, Данзо разбирался в этом вопросе даже лучше Орочимару, ведь в прошлой жизни он всю жизнь практиковал накопление энергии Неба и Земли, то есть, природной энергии. С кланом Фуума у него тоже были свои связи. Когда была основана Коноха, клан Фуума разделился на две части. Одна, во главе с отцом Данзо, откликнулась на призыв Сенджу Хаширамы и присоединилась к деревне, чтобы вместе строить союз шиноби. Унаследовав Волю Огня, они сменили имя Фуума на Шимура. Другая часть клана, основная ветвь Фуума, осталась в Стране Рек и продолжала жить как землевладельцы. Однако, после нескольких войн шиноби, лишенные покровительства сильного государства, они начали постепенно приходить в упадок. Сейчас, по слухам, у них даже шиноби уровня джонинов почти не осталось. «Искусство Муравьиного Льва: Эфемерность! Не думал, что эта техника еще сохранилась», – произнес Данзо. В эпоху Воюющих кланов клан Фуума был известен своим мастерством владения оружием ниндзя и соперничал в этом с кланом Учиха. Однако, из воспоминаний Данзо он знал, что у этого клана было еще два ужасающих секретных искусства. Одно из них, «Искусство Муравьиного Льва: Эфемерность», было запрещено практиковать из-за своей жестокости. Это искусство останавливало рост тела практикующего и постепенно иссушало его плоть, превращая человека в уродливого горбуна. Мощь техники зависела от времени, потраченного на её накопление. Использовав её, шиноби разрушал свою физическую оболочку и превращался в некое подобие духа, обретая невероятную силу. Но после превращения, пользователь неизбежно погибал. Это была своеобразная вариация Восьми Врат. Как и само название техники, это было лишь мимолетное видение, исчезающее как пузырь. В момент своего исчезновения пузырь расцветает ослепительной красотой, но лишь на мгновение. Всё сущее – лишь призрачная пелена. «Недавно выдалась свободная минутка», – начал Орочимару: «Я съездил кое-куда и присмотрел несколько способных детишек. Заодно скопировал свитки с техниками их клана. Наткнулся на одно весьма любопытное секретное искусство». Произнося эти слова, Орочимару бросил взгляд на Данзо, ожидая его реакции, но, увидев невозмутимое лицо, слегка разочаровался. Неужели у этого старого хитреца, кроме слабости к прекрасному полу, нет никаких других уязвимостей? «Твоя Проклятая Печать, – задумчиво произнес Данзо: «Извлекает силу, высвобождаемую при использовании техники «Эфемерность», но в качестве источника использует вездесущую природную энергию, а не чакру, накопленную в теле. Идея неплоха. Но как ты контролируешь использование природной энергии? С помощью генов этого мальчика, Джуго?» Раздались аплодисменты. Порой Орочимару казалось, что служить под началом Данзо – не такая уж плохая идея. Здесь не было недостатка в подопытных, их взгляды на мир во многом совпадали, а сложные научные задачи, которые Орочимару с трудом мог решить, Данзо часто схватывал на лету и развивал. Недаром он был помощником Второго Хокаге – опыта в проведении экспериментов на людях у него, вероятно, не меньше, чем у самого Орочимару. «Джуго обладает врожденной способностью к сендзюцу», – пояснил Орочимару: «Даже не тренируясь, он постоянно поглощает природную энергию. К сожалению, он не может контролировать эту силу, но это неважно. Используя его клетки, я создал связь между человеческим телом и природной энергией». «А как же самый важный аспект – контроль?» – спросил Данзо. Если бы природную энергию было так легко контролировать, в мире шиноби было бы гораздо больше пользователей Режима Отшельника, чем только Джирайя и Намикадзе Минато. Данзо в любой момент мог воспользоваться техникой призыва Орочимару и отправиться в Рьючидо, но чувствовал исходящую оттуда опасность и потому отложил освоение Режима Отшельника. Из трех Святых Земель Рьючидо была самой жестокой по отношению к тем, кто заключал с ней договор. Он не верил, что Орочимару, потерпевшему неудачу в освоении сендзюцу, поможет Белая Змея-Мудрец. «Это зависит от силы воли носителя Проклятой Печати», – ответил Орочимару, и зловещая улыбка исказила его бледное лицо, украшенное серьгами с томоэ. Он высунул язык, и в его взгляде читалась жестокость. Данзо понимающе кивнул. Действительно, зачем стремиться к совершенству? Природная энергия – это сила, доступная лишь истинным отшельникам. Те, чья воля недостаточно крепка, даже если и смогут выдержать первоначальный наплыв природной энергии, вряд ли переживут последующую трансформацию. Подобно тому, как глупцы не способны постичь его «Книгу Пяти Колец», так и люди со слабой волей не годятся на роль носителей Проклятой Печати Орочимару. «А какое отношение к этому имеет Рьючидо?» – спросил Данзо. «Говорят, что змеи на протяжении веков сбрасывают кожу, чтобы однажды превратиться в драконов. Поэтому сендзюцу Рьючидо называется «Искусством Превращения в Дракона». Я создал Проклятую Печать, чтобы показать Белой Змее-Мудрецу, что даже без сендзюцу я смогу преобразиться и стать драконом», – с горечью произнес Орочимару. Похоже, поражение в прошлом оставило глубокий след в душе этого юноши, и он до сих пор таит обиду на змею. Данзо мысленно отметил это про себя. Несмотря на все свои пренебрежительные высказывания в адрес Джирайи, Орочимару явно завидовал своему бывшему товарищу, сумевшему освоить сендзюцу. Он еще не до конца преобразился, в нем еще остались человеческие слабости.