Часть 170

Глава 170.

Сарутоби Хирузен решил пойти против судьбы. На протяжении всей своей жизни он придерживался принципа стабильности и осторожности. Люди вроде Данзо и Орочимару, чьи характеры были слишком радикальными, а методы — безжалостными, даже несмотря на их огромные заслуги перед деревней, не могли считаться достойными кандидатами на пост Хокаге. Поэтому, сразу после Ночи Девятихвостого, он первым делом отправил весточку Джирайе, который в то время находился на границе трёх стран. Митокадо Хомура и Утатане Кохару не выразили ни поддержки, ни возражений. Как и ожидалось, среди трёх великих полководцев на фронте именно Джирайя первым вернулся в деревню. Но то, что произошло дальше, привело Третьего в замешательство: его ученик... начал отговаривать его. «Старик, дело не в том, что я не хочу стать Хокаге. Просто у меня нет для этого необходимых способностей. Сейчас деревня переживает бурю, и лишь Данзо-сама, заняв этот пост, сможет удержать в страхе врагов, которые жадно смотрят на нас со всех сторон» — Джирайя, несмотря на свою внешнюю небрежность, был человеком крайне проницательным. Даже без лишних слов было ясно: если он станет Пятым, Четвёртый Райкаге будет первым, кто не признает его власть. Более того, он, возможно, прекратит вражду с Ооноки и вместо этого направит свою ярость на Коноху. Если посмотреть на всех четырёх Хокаге, что были до этого... Первый? О нём и говорить нечего — даже с одной рукой он мог бы в одиночку расправиться с остальными четырьмя Каге. Второй не обладал такой же непревзойдённой мощью, но был признан военным и политическим гением. После смерти двух создателей деревни он мастерски удержал Коноху на вершине, обеспечив ей статус сильнейшей силы в мире шиноби. Именно он заложил основы системы, которая действует по сей день. Третий — сам Сарутоби Хирузен. Его назначение в своё время было лучшим возможным выбором. Сенджу Тобирама не ошибся: его ученик следовал заложенному курсу и обеспечил деревне тридцать лет мира и процветания. Если бы тогда на пост встал Данзо, Коноха, возможно, уже давно была бы втянута в бесконечные войны. Четвёртый — Намикадзе Минато. Даже Данзо, смотревший на этот мир с высоты чужеземного даосского отшельника, был поражён его врождённым гением. Если бы у него было больше времени, чтобы усовершенствовать Режим Отшельника и пространственно-временные техники, возможно, деревня обрела бы второго «бога шиноби». Что же касается Джирайи... Да, он прославился под именем одного из «Трёх Саннинов». Но откуда взялось это прозвище? Его дал сам Ханзо Саламандра — фактически, это была его похвала. По сути, он признал талант трёх молодых шиноби, но при этом подчеркнул своё превосходство. После смерти Третьего Райкаге, этого монстра в человеческом обличье, Минато фактически стал непобедим. Четвёртый Райкаге, также полагавшийся на скорость, проиграл ему в лобовом столкновении. Ооноки, если бы не умел летать, никогда бы не рискнул появляться в поле зрения Золотой Молнии. Ягура, будучи джинчурики, опасался Минато как мастера запечатывающих техник. А Раса и вовсе терял свою силу, стоило ему покинуть песчаные земли. Выбор Четвёртого Хокаге был предначертан самой судьбой. Даже Данзо, несмотря на своё всезнание, не осмелился препятствовать этому. Но теперь Минато исполнил свою последнюю миссию и пал в бою. Если новый Пятый Хокаге не сможет подавить Каге остальных четырёх великих стран, война неизбежно вспыхнет вновь. «Как ты думаешь, что будет, если я вернусь на этот пост?» Джирайя посмотрел на него с несколько странным выражением. Ветеран, ушедший на покой всего год назад, уже не имел прежнего острого взгляда. У корней его волос пробивалась седина. На контрасте с Данзо, который после возвращения молодости выглядел в расцвете сил, он казался особенно постаревшим. «Если ты готов вернуться, проблем не будет... но я боюсь...» Он не договорил, но Хирузен уже понял, что хотел сказать его ученик. Пост Пятого Хокаге… Этот человек больше никогда не откажется от него. «Какое у вас мнение?» Митокадо Хомура и Утатане Кохару до сих пор молчали. Бедствие, вызванное Девятихвостым, оказалось для них слишком серьёзным испытанием. После прошлой мировой войны восстановление заключалось в экономических реформах, увеличении численности населения, развитии образовательных программ и других долгосрочных мерах. Но на этот раз… Половина деревни была стерта с лица земли. Дома, общественные здания, тренировочные площадки, магазины — всё это требовало возведения заново. Коноха не могла позволить себе такие расходы. «Нам понадобится финансовая помощь от даймё. И сумма будет колоссальной», — сказал Хомура: «Сарутоби, ты можешь это гарантировать?» Они могли цепляться за власть, но их любовь к деревне была искренней. Кто бы ни занял пост Хокаге — им было всё равно. Главное, чтобы в казне нашлись деньги. «Когда я отправлюсь к даймё с докладом, подниму этот вопрос», — уклончиво ответил Хирузен. Эти слова вызвали явное разочарование у старейшин. «Джирайя, приведи сюда Шикаку. Нужно созвать совет джонинов». Сарутоби намеревался уладить все вопросы до возвращения Данзо, но в этот момент тишину разорвал звук тяжёлого, прерывистого дыхания. «Сандайме-сама!» — в кабинет ворвался командир Анбу в белом плаще и маске тануки. Даже его тщательно отработанная скрытность исчезла, а в голосе звучала паника, какой прежде не бывало. «Что случилось?» — Хирузен почувствовал, как по спине пробежал холодок дурного предчувствия. «Главы кланов, возглавляемые Учиха и Хьюга, собрались у ворот деревни!» «Зачем?» — нахмурился Сарутоби. Если бы речь шла о народных волнениях, логичнее было бы собраться у здания Хокаге. К тому же, Хьюга всегда держались обособленно. Почему же они решили объединиться с Учиха, да ещё и в столь напряжённый момент? Это попытка переворота? Или… Чёрт! «Данзо-сама на территории Страны Волн разбил войска Скрытого Тумана. Узнав о катастрофе в деревне, он, не жалея себя, применил запретную технику, тяжело ранил Четвёртого Мизукаге и джинчурики Шестихвостого. А затем, опередив остальных, привёл в Коноху элиту Корня». Джирайя, услышав это, невольно сжал переносицу и опустил голову. «А что с Ино-Шика-Чо?» Эти три клана были верными союзниками семьи Сарутоби. В эпоху Воюющих Кланов они фактически служили вассалами. Их предательство было немыслимым. «Некоторые из них тоже там. Главный среди них — Акимичи Чойза». Обстановка накалялась. Впервые в жизни Джирайя почувствовал, что такое настоящий ход истории, от которого невозможно уклониться. … Ворота Конохи. Когда среди собравшихся возник Данзо, его левая рука отсутствовала, а левый глаз закрывала белоснежная повязка. Но стоило ему появиться, как выжившие шиноби Конохи взорвались ликованием. В один голос они скандировали имя героя. Я пришёл сюда, увидел всё, что хотел увидеть. Теперь я завоевал это место и воссяду на трон. Без колебаний он переступил порог ворот. В этот момент его восхождению не мог помешать никто. За его спиной, с различными эмоциями на лицах, стояли Орочимару, Кё, Узумаки Кушина, Ханахи, Шисуи, Какаши, Югао и другие. Перед ним — ликующие жители Конохи. С этого дня мир шиноби изменится навсегда.