Часть 223

Глава 223.

Вплетённая в печать Данзо техника Шести Небесных Дев превзошла по уровню печать Неба и Земли Орочимару. Следуя местным традициям, он назвал её «Печатью Трёх». С тех пор, как Данзо прибыл в этот мир и начал сеять свои семена, он наконец-то пожал плоды своего первого по-настоящему созревшего цветка – Небесной Девы. Из всех кандидатов, в которых он заложил Божественное Семя, Пакура потребовала от Данзо наибольших усилий. Это объяснялось не только её незаурядными природными способностями, но и её несгибаемой волей. Война закалила её стойкость, слабость её деревни научила её быть сильной, а предательство Расы заставило её познать истинное отчаяние. Женщина, вернувшаяся из адских глубин смерти, обладала настолько мощной духовной силой, что могла подчинить себе даже природную энергию. Но даже при этом ей потребовалось многократное руководство Данзо и постоянное воздействие печати, позволяющей ей чувствовать и поглощать природную энергию, чтобы в этот критический момент она смогла преодолеть последний барьер и полностью овладеть этой безграничной, всепроникающей энергией мира. Тело, дух, природа! Три энергии достигли идеального баланса внутри неё, и, как следствие, сформировалась её собственная чакра Сендзюцу, знаменуя переход к финальной стадии – Печати Трёх. Именно эта стадия, по замыслу Орочимару и Данзо, должна была привести к полному преображению. Пакура стояла в центре тёмной сферы диаметром три метра. Когда она открыла глаза, природная энергия пришла в движение, и небо слегка задрожало. Сломанная заколка освободила её любимую высокую причёску, превратив её в веер струящихся, чёрных как смоль волос, достигающих талии. Тёмные полосы, появившиеся на её коже из-за поглощения природной энергии, полностью исчезли, обнажив преображённую, сияющую неземным светом кожу, белее снега. Она подняла правую руку, и её длинные, изящные пальцы, словно выточенные из белого нефрита, казались безупречными. «В награду за то, что ты помог мне завершить моё преображение, я лично отправлю тебя в последний путь», – произнесла Пакура. Между её пальцами возник крошечный чёрный энергетический шар, направленный на Расу, который парил в воздухе на своих крыльях из золотого песка. «Хватит твоей демонической магии! Следующей атакой я с тобой покончу!» – воскликнул Раса. Будучи Казекаге и прошедшим через множество войн шиноби, Раса повидал немало странных вещей. Внезапное преображение Пакуры не поколебало его. Сложив руки перед грудью, он начал концентрировать вокруг себя золотистые песчинки, которые за мгновение образовали огромную четырёхгранную пирамиду длиной тридцать метров с квадратным основанием десять на десять метров. В этом и заключалась мощь Стихии Магнетизма – способность придавать песку любую форму. Третий Казекаге, используя железный песок, смог превратить его в конус и сровнять с землёй целую гору, за что и был прозван сильнейшим Казекаге со времён основания Сунагакуре. И нынешняя техника Расы ничем не уступала технике его предшественника. «Люди всегда боятся того, чего не понимают, приписывая это богам и демонам», – в глазах Пакуры, ставших тёмно-фиолетовыми, мелькнул зловещий блеск. Маленький чёрный энергетический шар в её ладони внезапно исчез. Раздался глухой звук. Гигантская золотая пирамида Расы, пронзающая небо и созданная с помощью огромного количества чакры, начала распадаться на части, начиная с самой вершины. Неприметный чёрный энергетический шар сжигал всю чакру, с которой соприкасался. Всего за одно мгновение в центре тридцатиметровой пирамиды образовался туннель, достаточный для прохождения энергетической сферы. «Это невозможно!» – лицо Расы исказилось от ужаса. Он сложил печати, создавая перед собой тройную песчаную защиту. Но в этот момент перед его глазами возникли алые зрачки с чёрной четырёхконечной вертушкой. Шисуи, приняв окончательное решение, активировал свою сильнейшую технику… Котоамацуками: Сияние! В одно мгновение, прежде чем абсолютная защита успела сформироваться, взгляд Расы стал пустым, и он рассеял всю свою чакру. Перед тёмной энергетической сферой песчаный барьер рассыпался, словно пробитый пушечным ядром, песчаная броня – как разбитое яйцо. Золотистые песчаные крылья инстинктивно закрыли Расу, на мгновение задержав крошечный чёрный шар. Затем раздался резкий звук! Нижняя часть живота Расы исчезла, обнажив белые рёбра и тёмно-красную рану. Последний слой песчаной брони оказался перед чёрной энергетической сферой не прочнее бумаги. Если бы Шисуи, посчитав победу одержанной, не деактивировал свою технику, чтобы избежать постоянной потери силы глаз, позволив Расе в последний момент прийти в себя и, выиграв немного времени благодаря крыльям, сместиться, Казекаге, вероятно, был бы уже разорван надвое. Раздался грохот! Казалось, Пакура ещё не до конца контролировала свою новую силу. Чёрный энергетический шар, пробив живот Расы, упал на землю, уничтожив пылающие остатки холма и превратив их в ровную площадку. Зрелище было ещё более ужасающим, чем прежде. «Стихия Жара… как такое возможно?!» – с трудом сдерживая боль, Раса, запечатав рану на животе песком, выдавил из себя, не отрывая взгляда от Пакуры. Он совершенно не осознавал, что был под контролем гендзюцу, и считал, что энергетический шар Стихии Жара пробил его абсолютную защиту в прямой схватке. «Любая техника, подпитанная безграничной энергией, способна на такое. Жаль только, что у тебя больше нет возможности это проверить», – Пакура не видела смысла что-либо объяснять. Огромная чёрная сфера, окутывавшая её, мгновенно перенесла её к Расе. Одним движением белоснежной руки она сокрушила песчаную броню Казекаге и впечатала его в землю, подняв огромное облако пыли. «Эта… женщина… она больше не человек…» – пробормотала ошеломлённая Теруми Мэй. Её слова, прозвучавшие почти как ругательство, Данзо встретил лёгким кивком. «Похоже, законы этого мира были насильно искажены. Чем большей силой овладевает человек, чем ближе он подходит к пределу, тем больше он меняется, приобретая определённый облик. Он сохраняет человеческую форму, но его сущность становится совершенно иной». Данзо обнаружил это лишь недавно, благодаря технике превращения в дракона, которой он научился у Узумаки Кушины. Это позволило ему мельком увидеть, что представляет собой культивация в этом мире. «Ты говорил, что заложил во мне такую же печать, как у неё. Неужели у меня тоже вырастут рога? Это же так ужасно!» – слова Теруми Мэй вызвали у Данзо безмолвное недоумение. В его прошлом мире, в Павильоне Радости, прекрасные представительницы различных рас и видов, будь то небесные девы, подземные духи или морские создания, были излюбленными спутницами могущественных культиваторов. Глава их секты, чьи возлюбленные принадлежали к самым разным племенам ёкаев и духов, был для Данзо образцом для подражания и объектом зависти.