Енот с Хантер-стрит

      

Келус

брань 18+

      Туша устало вваливается на чердак, чуть не падая мимо потрепанного чёрно-жёлтого дивана. Он кряхтит и скулит, царапая ногтями обивку, надеясь приложить к голове что-то холодное, но в холодильнике нашлись только пустые банки содовой и недоеденный рис с мусором. Блядство.       Руки вяло тянутся к голове, трогая выпирающую шишку на лбу. С виска капает пот, или кровь, ему как-то плевать. Келус смотрит в потолок (внутренности крыши) с паутиной и паучками. Проскакивает мысль о Кафке, что можно было сходить и к ней, послушать, умерить боль во всём теле. Но он даже не двигается с места. Это он сопровождает её на заданиях, а не она его. Элио говорил:       — Следи за ним в оба, обучи всему, что знаешь и не дай попасть в беду!       А в беды он попадал. Попадал, ещё как, как только выходил на улицу! Дрался с бродягами на помойках, огромными волками, которым не понравилось, что енот шляется на их территории, кидался на свиней, которые ворошили его территорию (мусорный бак), и, естественно, защищал Кафку от её врагов, будь то случайный человек, защищающийся от неё, или тот, кто выстрелил первым.       А потом терял сознание, плёлся домой, ничего не помня. Ощущение, что Кафка иногда не удосуживалась забрать его с собой. Было ли это испытание? Или она просто дорожила им меньше, чем остальными?       — Да пошло оно... — рычит юноша, рывком переходя в сидячее положение, — Блять! — и снова хватается с голову, больно же.       На фоне шумит старый телевизор. Ретропанк VH-Найт был крутым, особенно после сотни миров, на которых был Келус. Оставался родным, что-ли. Соревнования можно было смотреть как на стадионе, так и на телевизоре. Вставлять кассету в кассетоприёмник, как только отрубится память после очередной драки. VH-Найт был кайфовым. Даже слишком. Этот город, этот мир, это единственное, по чему он хоть иногда скучал. Он старался не обращать на это внимания, оправдываясь тем, что не знает, что такое «скучаю».       Все равно его жизнь предназначена для вмещения Стелларона. Будь проклята эта рябь, что утяжеляла его вес в тысячу раз, отдавала болью в голове и всём теле в целом.       Келус снова скулит, просматривая кассету:       — Моё имя Келус, я Охотник за Стелларонами и сосуд для этого самого Стелларона. А это моя се———. Они тоже Охотники, сейчас мы- — кассета прерывается, когда Элио отправляет SMS в общий чат. Юноша вздыхает, вырубая телевизор, кассетоприёмник, вынимая кассету и пряча её во внутренний карман пальто. Берёт биту и отправляется на базу. Миссия? Наверное.       Элио предвидел ему хорошее будущее. Как бы не так. Все равно, ему никогда не стать чем-то большим, чем вместилищем...