Цветочная лавка — Динарий

Подхожу я к садовой калитке

Где кивают головкой цветы

И смотрю на дорожки аллеи 

Что когда-то по ней ходил ты 

Цветущие липы склонились в покое 

Словно ждут, что появишься ты 

И надеюсь на встречу, на встречу с тобою 

И на волшебный тот свет той луны…

— Бардесса Любовь. «Встреча»

      Аккуратный ялик двигался по каналу Джусториона. Цвет воды здесь не шёл ни в какое сравнение с теми бирюзовыми и серебристыми просторами, что Дина видела во время своего путешествия по реке Лиан у Сонории или у Иронвальда, но девушка толком не обращала внимания на обстановку вокруг. После возвращения с плаца её голова была занята мыслями о том, что произошло. Да, книжная Рубвекия умерла на турнире, но, может, из-за того, что девушка вмешалась в сюжет и прибыла в столицу до турнира, сработал эффект бабочки. Она не знала точно, и именно это незнание грызло её изнутри, заполняя всё тело дурацкими мыслями.  Пробыв в раздумьях, пока ялик мерно покачивался на мелкой волне, Дина наконец выстроила в голове логическую цепочку, что оказалось делом непростым, так как девушку до сих пор пробивал мандраж после упавшего щита.        Рубвекия являлась публичной жертвой, чья смерть должна была привлечь внимание к нашествию упырей. Но нападения начались задолго до охотничьего турнира. Об этом даже упоминалось в книге, правда, лишь на пару строк.        Это означало, что она может выяснить с чем именно имеет дело и как с этим бороться. Как убить этих тварей и как выжить самой. Для того, чтобы узнать нужную ей информацию, девушка и плыла сейчас в этом полуразваленном ялике.        Город медленно двигался, сменяя парадные фасады набережных на глухие стены складов, потом на совсем узкие улочки. Всю дорогу гребец пытался разговорить Дину, но все слова либо пролетали мимо её ушей, либо она целенаправленно их игнорировала.        Найти нужного Лиамона, так их здесь называют, было то ещё приключение для девушки. Доверившись словам Гидера и Левина, она подошла к первому попавшемуся мужчине и назвала кодовую фразу, которые сказали ей подопечные. Вспомнить её также оказалось непростым испытанием. Но, наконец назвав ему заветное «нужен совет по сбору трав от головной боли, не последовало никакой реакции. Ей повезло, так как стоящий рядом старик услышал это и сказал, что может ей помочь с советом.        "Для чего нужен этот пафос?" — возмущалась про себя Дина. — "Нельзя было просто поставить вывеску на здании?"       Ялик остановился возле небольшого причала. Лиамон подал руку девушке, помогая выбраться.        Старик повел её вдоль узких улочек. Девушка начала узнавать окрестности. Неподалёку отсюда находилась лавка её новой знакомой — Гекаты.        Они остановились у небольшого здания. Вокруг него стояли корзины со свежими цветами разного сорта. Лавка выглядела слишком яркой на фоне серых заводов и поникших торговых рядов.        — Нам сюда? — спросила Дина, разочарованно рассматривая здание.        Старик усмехнулся:       — Информация и цветы хорошо продаются вместе, — он махнул девушке на прощание и скрылся за поворотом.        Прихожая выглядела и впрямь как цветочная лавка. Здесь даже были отдельные комнаты, где стояли букеты и откуда заметно тянуло холодом. Стены были украшены рамками разных форм с нелепыми слащавыми цитатами. Девушка зацепилась взглядом за одну из них и тут же затрясла головой, стараясь стереть с себя следы стыда: "Любовь — это цветок, который нужно поливать каждый день."       Из-за стойки, заваленной пустыми горшками и скомканными газетами, показалась седая голова. Довольно низкого роста старик оглядел Дину, будто только что проснулся. Он покачнулся и тут же послышался звон бутылок.        — Чёрт, — выругался старик, снова ныряя под стойку, звеня стеклом. Затем опомнившись, вновь показался перед девушкой. — Прошу прощения. Кхм… Чем могу помочь?       — Мне нужно поговорить с Вегардом.        — Вегардом? — он нахмурился, потирая слипшиеся глаза. — Каким Вегардом?              — Ну… Капитаном, — неуверенно ответила Дина.        — Каким капитаном? — старик хотел сказать что-то ещё, но его перебил звук открывающейся двери.        — Энзо! А вот и я! — раздался женский голос со стороны входа.        К стойке подлетела девушка, полностью игнорируя присутствие Дины. Её короткие блёкло-розовые волосы были растрепанны, будто она только что сняла шапку, а глаза такого же цвета искрились. Она держала руки за спиной, и на лице расплылась довольная улыбка. Девушка выложила на стойку пузатую бутылку, судя по всему со спиртным.        Светлые глаза старика засветились, и он тут же потянулся, чтобы схватить её, но розоволосая хлопнула его по ладони.        — А-а-а, — она помотала пальцем в воздухе. — Сначала выполнишь мою просьбу.        Дина молча смотрела на развернувшуюся картину. Стоило старику оказаться вместе с бутылкой, как в её памяти всплыла картина вчерашнего утра.        "Это в его номере я вчера прыгала с окна", — девушка поёжилась, вспоминая неудачный полет.        — Какую просьбу? — спросил Энзо, не выпуская бутылку из рук.        — Поговоришь с Викрамом насчет моего утверждения на сегодняшнее дело… — она поводила пальцем свободной руки по стойке.  Услышав знакомое имя, Дина оживилась.        — Не могу же я проигнорировать твой добрый жест! — он постучал бутылкой по столу, призывая девушку отпустить её. — Поговорю, но если ты обещаешь не сойти с ума.        — Ну что за вздор, — девушка улыбнулась, слегка толкая старика в плечо. — Я буду очень прилежно себя вести… О! Твой выход, Энзо!       Последние слова она прошептала, указывая в сторону двери, ведущей в склад. Из неё вышла уставшая фигура, и Дина моментально узнала в ней Викрама.         Энзо, пользуясь потерей внимания к своей персоне, откупорил бутылку и сделал несколько больших глотков, в то время как розоволосая подошла к старпомe, собрав руки за спиной, и выдавила самый умиляющий голос:       — Викрам… — она не успела начать, как мужчина слегка ударил её по лбу.        — Отвянь, Даника.        — Ты вообще сумасшедший? — совсем немилым голосом закричала девушка. — Кто позволил тебе руки распускать, ботаник!       — Вот поэтому ты и не идешь сегодня с нами, — устало протянул старпом, разглаживая складки между бровями. Вдруг его взгляд уловил знакомую рыжеволосую голову. — А? Руби, а ты что здесь делаешь?       — Да вот пришла с вами повидаться.        — Не ври, — усмехнулся мужчина. Он вышел на свет, и Дина смогла разглядеть глубокие синяки под его глазами. — Я рад, что с тобой всё в порядке.         — Викрам, мы не виделись один день, — прыснула девушка.        — За день в Джусторионе многое может произойти, — ответил он устало. — Так и по какому случаю ты нас навестила?        — Мне нужна информация, — Дина сделала паузу. — И ещё поговорить с Вегардом кое о чем.        Не успел Викрам ответить, как за его плечом снова материализовалась Даника. Она склонила голову, скопировав голос Дины:       — У-у-у, "поговорить с Вегардом"… Кажется, у нашего малыша появилась фанатка.        — Иди работать, — бросил Викрам. — Если, конечно, ещё хочешь на дело.        — Стоп, ты разрешаешь? — у неё округлились глаза, и в ту же секунду лицо поменялось. Она развернулась в сторону двери, из которой до этого вышел старпом, и заговорила себе под нос. — Зачем я тогда покупала бухло… могла парик взять на эти деньги…        — Не обращай внимание на Данику, — сказал мужчина, провожая девушку взглядом. — Она немного странная, да и доброй её назвать язык не повернется… На будущее говорю: аккуратней с ней.        Викрам открыл дверь и пропустил девушку внутрь. Сам он остался на пороге, кивнул на прощание и вскоре скрылся за стеллажами.       Кабинет выглядел точно так же, как и на корабле, за исключением того, что за окном больше не было завораживающих морских пейзажей. Карты Империи и морских путей были прибиты в местах, где не стояли шкафы с книгами, артефакты также валялись на полу, а на рабочем столе был беспорядок из документов вперемешку с личными вещами.        — Руби! — знакомая улыбка расплылась на лице капитана. — Рад тебя видеть. Как тебе Джусторион? Как таверна?       Лицо Дины слегка скривилось от шквала вопросов, но она всё-таки улыбнулась в ответ. Девушка посмотрела на мужчину. Он выглядел абсолютно несвежим и почти догонял по состоянию своего старшего помощника. Круги под глазами, растрепанные волосы…       "Что?" — взгляд Дины зацепился за волосы Вегарда, и она могла поклясться, что только что видела белые пряди. Но стоило моргнуть, как наваждение прошло. — "Показалось?"       — Джусторион… — девушка выдохнула, вспоминая свои ощущения о городе. — В любом случае с Сонорией не сравнится. А таверна та ещё… Хозяйка хотела обмануть… А потом ещё инцидент маленький произошёл.         Дина не понимала, почему ей захотелось поделиться с ним. Слова вырывались сами по-себе.        — Хозяйка? Но старым маяком управляет Петрус, — его брови нахмурились. — Ты точно пошла туда, куда я сказал?       — Да я не помню уже, — отмахнулась от него девушка.        — Как звали хозяйку?       Дина задумалась. В голове всплыло лицо тучной женщины с широкой улыбкой.       — Что-то на "П" вроде бы… Поппи, что-ли? — она наморщила лоб. — А, точно! Тинка!        — О, Ирмово сердце… — Вегард прикрыл лицо рукой.        — А что не так? Ваш вахтёр тоже там был.        — Энзо? — Вегард двусмысленно хмыкнул. — Да он скоро там пропишется.        Дина, не до конца поняв о чём речь, перевела взгляд на два пустых бокала, о которых хотела спросить с самого начала.        — С утра пораньше? — сказала Дина, разглядывая красноватые лужицы на дне.        "Они тут все пьют?" — в голове всплыла до сих пор ей непонятная картина с Энзо и его бутылкой. — "Как Викрам вообще допустил такое?"       Вегард проследил за ее взглядом.        — О, нет-нет, это вчерашнее, — он покачал головой. — Друг приехал с войны, вот, отмечали.       — Ого.        "Тут ещё и война идет?" — Дина громко выдохнула. Такие события автор книги предпочитал не упоминать.        — Слушай, я по делу, — её брови невольно нахмурились. — Есть какие-то новости про Изару?       — Твоя подруга… — он опустил глаза. — К сожалению, пока что ничего неизвестно. Но корабль с поисковой группой уже отплыл на Соле-Сантос. Если что-то узнаем, сразу сообщу. Кстати, скажи свой адрес.        — Зачем?       — Ну, чтобы письмо отправить.        "Да конечно, Императорский дворец, флигель, второй этаж, третья комната справа."       В голове крутился лишь один адрес, который она помнила.        — Знаешь магазин "Веритес"?       — "Веритес"? Лавка ведьмы, что ли?       "Ну типа да."       — Она не ведьма, — попыталась защитить свою знакомую девушка. — Не суть. Если будут какие-то новости, письма присылай туда.        "Геката меня зароет."       — Как скажешь, — Вегард кивнул, убирая свои длинные волосы, чтобы поправить воротник рубашки. — Есть ещё с чем могу помочь?       — Мне нужна информация о странных случаях нападения на людей.        — Что ты имеешь в виду под "странными"?       — Ну, например, сфабрикованные дела или… те, которые пытаются замять, — Дина не хотела ему говорить про упырей. Никто ещё не знает про них. Не хватало, чтоб её начали подозревать.        — Спрашивать, зачем тебе эта информация, не буду, такова политика нашей гильдии. Хотя очень бы хотелось услышать.        Дина пожала плечами.         — Бесплатно сделаю, если расскажешь, — продолжил настаивать мужчина.        — Сколько с меня? — девушка показушно открыла сумку, которую с боем отбила у служанок.         — Брось, не хочешь говорить — не надо, — Вегард отодвинул её руку. — Я не возьму с тебя денег.        — Капитан, с таким подходом ваша гильдия долго не проживет.        — Не переживай, — капитан присел на край стола, складывая руки на груди. — Викрам всего лишь один день без зарплаты поработает.        — Меня обсуждаете? — послышался голос старпома.        Мужчина зашёл в кабинет, держа в руках кипу бумаг, и с глухим стуком уронил их на стол.        — Мы с Даникой сузили круг подозреваемых, — он ткнул в верхний лист. — Все они будут сегодня.        Дина поддалась вперёд, стараясь разглядеть написанное, но буквы плавали по листу, не давая себя прочитать. Она кинула взгляд на соседний лист и спокойно разобрала текст. Значит, проблема была не в ней.        — С Даникой? — Вегард скривился, будто съел что-то кислое. — Надеюсь, она не идёт?       — Идёт, — Викрам устало потёр переносицу. — Но с обещанием хорошо себя вести.        — И ты в это веришь? Она как только зайдёт туда, ей голову снесёт.        Старпом лишь пожал плечами, показывая, что у него нет больше сил идти против настырной девушки.        — Все, моя смена закончилась. Увидимся вечером, — Викрам двинулся к двери, расстёгивая пуговицы тугого воротника. — Приходи почаще, Руби.        — Бывай, — кинул капитан, не смотря в его сторону, а затем быстро переключился на девушку, и его голос заметнее смягчился. — Руби, насколько срочно тебе нужна информация?       — Чем раньше, тем лучше.        — Все доклады о нападениях могу прислать позже. А сейчас расскажу, что знаю, — Вегард сел в свое кресло и жестом пригласил Дину расположиться напротив.        — На территориях герцогства Ларссон…        — Ларссон? — перебила его девушка, не стесняясь своего незнания мира Экилор.        "Он всё равно думает, что я простолюдинка с острова."       — Да, Ларссон. Самые северные земли Империи, там, где снежная стена.        Дина кивнула, делая вид, что поняла. На самом деле она понятия не имела, что за стена и с чем её едят, но сейчас было не до географии.       — Там сейчас неспокойно. Даже не так: там всегда было неспокойно, как раз из-за застенных жителей. Поэтому нападения и фиксировались как атака снежных кочевников (придумать и заменить).        — Кого?       — Ригвы — те, кто живет за стеной, но мы предпочитаем называть их кочевниками. Империя воет с ними уже много лет, но сейчас ситуация наладилась. В этом большую роль сыграл мой товарищ.        — Тот, с кем вчера отмечали? — догадалась Дина.       — Ему самому, — в голосе Вегарда проскользнула гордость. — Как только дошел до должности главнокомандующего, оттеснил кочевников на полсотни миль к северу.        — Но нападения не прекратились, — тихо сказала девушка, прикусывая нижнюю губу — старая привычка, помогающая ей думать.        — Не прекратились, — подтвердил он. — Даже усилились. Только теперь они не похожи на атаки кочевников. Совсем.       Мужчина замолчал, взял со стола папку и протянул её Дине.        — Вот что он вчера привёз мне.        Девушка пробежалась глазами по документу. Это был отчёт о нападении.       «Деревня Каменный Лог. Двадцать три жителя. Обследование на третьи сутки после исчезновения. В восьми домах — следы крови на стенах и полу. В трёх — разбросаны вещи, будто хозяева собирались в спешке. Тела не найдены. На окраине, возле старой мельницы, обнаружены…»       Дина перевернула страницу.       «…фрагменты. Предварительно — не менее пяти человек. Характер повреждений: следы зубов, разрывы мягких тканей. Части тел отсутствуют. На шеях двух жертв укусы, несовместимые с животными. Зубы подобны человеческим, но челюсть неестественно расширена».       «В одном из домов найден живой мужчина. Находился в погребе, заперся, когда началось нападение. Укушен в плечо и шею. Раны не кровоточат, края почернели. Температура тела понижена, пульс нитевидный. На вопросы не отвечает, смотрит в одну точку.»       На следующей странице было написано: "Отчет о вскрытии."       Она пробежала глазами по строкам, выхватывая отдельные фразы.       «…кости конечностей деформированы, словно переломы срослись неправильно, хотя пациент не обращался за помощью…»       «…ногти неестественно длинные, твердые, напоминают коготь…»       «…зубы. Верхняя челюсть выдвинута вперёд, клыки увеличены. Эмаль повреждена, видны следы застарелой крови…»       «…кожа серая, холодная, отсутствует реакция на внешние раздражители. Пациент не чувствует боли, не реагирует на свет…»       Дина закрыла папку. Руки дрожали. Она положила её на стол, стараясь, чтобы это выглядело естественно.       "Не хочу умирать от этой твари", — сомнений не было. Это были упыри. И от этого осознания становилось только хуже.        — Этот мужчина в погребе… — Вегард сидел неподвижно, скрестив пальцы в замок, и внимательно рассматривал ее. — Через три дня после того, как его нашли, он исчез. И охрана клянется, что он был мёртв.       — Мёртв?       — Ни пульса, ни дыхания. Трупное окоченение уже началось. А он встал и пошёл, — Вегард взял папку, убрал её в ящик стола. — Нападения продолжаются. Каждую неделю — новая деревня.       Дина молчала, переваривая услышанное.       — Что ты думаешь?… Насчёт этого.        — Это определенно не кочевники. Они не превращают людей… в это.        Повисла тишина. Дина чувствовала, как внутри всё сжимается. Она знала ответ, но сказать не могла.       — Может, какая-то болезнь? — осторожно предположила девушка, стараясь повести его в сторону того, что "упырьство" заразно.         — Нет такой болезни, которая бы возвращала мёртвых к жизни, — возразил Вегард.        — Тогда что?       Он долго смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то, чего она не смогла разобрать.       — Есть старые легенды. Про тех, кого нельзя убить, — мужчина помолчал, взвешивая слова. — Мой друг думает, что это они. Слуги того, кого убила Ирма давным-давно.        — Малкориэля? — вырвалось у Дины.       Вегард приподнял бровь.        — Ты же с острова? Откуда знаешь?        — Слышала легенды, — девушка пожала плечами. — Геката рассказывала.       — Ведьма из «Веритес»? — усмехнулся он.       Дина кивнула.         — И как убить этих слуг?       — Тут уже не подскажу. Я читал про них в детстве, а сейчас уже такие легенды ты найдешь только в древе Сонории. Спроси у ведьмы, вдруг знает.        Дина кивнула, переваривая новую, далеко не приятную информацию.        — Я пришлю тебе полные отчёты, — сказал Вегард, возвращаясь к столу. — Может, найдёшь в них что-то, что мы упустили.       — Спасибо.        — Не благодари, — ответил он, сверкая напоследок своей рабочей улыбкой.        Дина вышла на улицу, придерживая дверь, чтобы та не хлопнула и не разбудила спящего за стойкой Энзо. Старик всхрапнул во сне, перевернулся на другой бок, и бутылка, зажатая в его руке, жалобно звякнула о стойку.       — Намиловались? — раздался женский голос прямо над ухом.       Дина вздрогнула. У стены, опершись плечом о шершавый камень, стояла Даника. Её короткие розовые волосы трепал вечерний ветер, в руке дымилась тонкая сигарилла, пахнущая сладковатым табаком и яркими вишневыми духами.       — М? — переспросила Дина.        — Полчаса сидели там, — Даника выпустила в её сторону облако дыма. — Уж думала, ты на ночлег останешься.        — Ты всем клиентам так предъявляешь? — брови девушки нахмурились. Она устала, хотела пить и есть, а этот допрос был совершенно ни к месту и к тому же сильно подпортил настроение с самого начала. Даника резко подалась вперёд. Её милое, почти кукольное лицо мгновенно изменилось на холодное и угрожающее выражение.        — Не лезь к нему, — прошипела она с таким ядом, что Дина невольно скривилась.        — Не доросла ещё, чтоб мне указывать. — огрызнулась та.        — О, смотри-ка, — Даника склонила голову набок, и её розовые глаза сверкнули в предзакатных лучах. — То есть он тебе всё-таки нравится, а?       Дина запнулась, не ожидая такого поворота.        — Нет.        — Да не ври. Ты смотришь на него, как Энзо на бутылку.        — Тебе-то откуда знать, сопля, — девушка повысила голос. — Ты нас даже вместе не видела.        — Тем более, — Даника сделала шаг вперед. — Увижу тебя рядом с ним — убью.        "Она вообще ненормальная?"       Даника сверлила её взглядом секунду, другую. Потом вдруг запрокинула голову и звонко рассмеялась.        — Ой, не могу! — кричала она сквозь смех, чуть ли не плача. — Ты бы видела свою рожу.        Дина смотрела на неё, как на умалишённую.        — Расслабься ты, — она хлопнула девушку по плечу. — Просто небольшая шутка. У меня хорошо получается играть стерву, а?       Даника приблизилась к ней, лучисто улыбаясь. Её короткие розовые волосы разлетелись ещё сильнее из-за ветра.        — Вау, — сухо сказала Дина, думая, как бы поскорее уйти.        "Где жалобная книга?"       Девушка бежала по улицам Джусториона, периодически спрашивая дорогу у местных. Уже вечерело, и она обязана была успеть на службу. В седмицу пропускать их являлось грехом, а она, как дочь кардинала, тем более вынуждена была присутствовать там в любое время священного года.  Гильдия находилась в другом конце города от дворца. Каналов там не было, поэтому оставшийся путь ей пришлось проделывать, будучи в хлипком теле Рубвекии.        До главной площади оставалось несколько переулков. Дина ускорила шаг, но споткнулась обо что-то мягкое.        — Чёрт! — выкрикнула она, чувствуя, как земля уходит из под ног, а колени ударяются о каменную мостовую, параллельно проклиная тех, кто именно здесь решил заделать землю камнем.        Дина подскочила, бегло осматривая кровоточащие ссадины.               — Осторожнее, дитя, — раздался спокойный и до боли знакомый голос.        На ступеньках сидел старик, прислонившись спиной к стене. Его одежда была старой, залатанной, седые космы падали на глаза. На его морщинистом лице виднелась улыбка, и от неё в душе Дины невольно разлилось тепло.        — Простите, я не заметила.        — Торопишься? — он протянул жестяную банку, прося подаяния. — Всегда куда-то бежишь. В этот раз от себя или, наконец, к себе?       Дина замерла. Его слова звучали слишком странно для того, чтобы она сразу нашла ответ.        — На службу?.. — неуверенно ответила Дина, сомневаясь в том, что этот вопрос вообще адресовался ей.        — А, на службу… — протянул старик, задумываясь о своём. — Поговорить с Солярисом? Или с теми, кто ложно вещает от его лица?       Дина и в этот раз не знала, что ответить. Очевидно, она торопилась на службу, потому что была обязана, как дочь кардинала.        — Возьмите, — она наконец закинула ему в банку серебряную монету.        — Спасибо, добрая душа.        Девушка добежала до задней стены замка. Вокруг него, прямо посреди площади, росли деревья. А за одним из них, росшим почти впритык к ограждению, скрывалась щель. Дина не была любительницей узких пространств, но другого способа без лишнего внимания уйти из дворца не было. Наткнулась она на него совершенно случайно. Девушка искала свои вещи, которые слуги забрали у неё, проследила за ними и увидела, что они собираются в небольшом здании на заднем дворе. Дина застала их за самым интересным: они делили содержимое её сумки, включая золотой бокал, который та прихватила с острова, и дневник Рубвекии. Сильно много делать не надо было, стоило лишь немного покричать, как они тут же вернули краденное. Одна из служанок, та, которая со скрытым презрением относилась к Дине, случайно задела доску, скрывающую тайный проход.        Лаз был настолько маленьким, что ей пришлось проталкивать сумку вперёд себя. Девушка втиснулась в проём, чувствуя, как каменная стена царапала плечи.        В один момент туннель уходил вверх, ведя в пристройку для слуг. Дина выбралась, отряхивая себя и сумку от земли. Колени ныли, но девушка продолжала игнорировать раны.        Подняв глаза, она замерла.       — Госпожа Рубвекия, — Святая в безупречном бесформенном платье сидела на ящике возле окна. Платок был снят с головы и аккуратно разложен на плечах, оголяя светлые волосы. — Я уж думала, вы не успеете к службе.        Дина замерла, не зная, что должна была ответить. Увидеть здесь Лилит, заставшую её, как маленького ребенка за кражей конфет, она точно не ожидала. В голове лихорадочно метались оправдания, но Святая опередила:       — Не бойтесь, я никому не скажу, — она улыбнулась. — Я и сама часто пользуюсь этим ходом.        Дина кивнула, не в силах что-либо сказать. Она стояла посреди пристройки, прижимая к груди сумку, из которой торчал угол дневника. Колено саднило, платье было в пыли, а волосы растрепались после узкого лаза. Она чувствовала себя грязной, уставшей и невероятно нелепой. Лилит, напротив, выглядела безупречно. Даже сидя на пыльном ящике, даже без платка на голове, даже в этом мешковатом белом платье, она казалась картинкой из священного свитка. Такой светлой, чистой и абсолютно недосягаемой.        — Я его и сделала сама, когда приехала сюда, — сказала Святая, отряхивая платье от невидимой пыли. Она сделала это механически, но будто показывая непреодолимую разницу между ними. — Меня выпускали только в собор и обратно. Скучно, правда?       Дина кивнула не в силах что-то сказать.        — Знаете, госпожа Рубвекия, — Святая подняла на нее глаза, — иногда мне кажется, что мы с вами очень похожи. Обе вечно притворяемся.        Девушка хотела возразить, но слова застряли в горле. Её неожиданный вывод, словно удар, оглушил. Потому что Лилит была права. Потому что Дина действительно притворялась — не только сейчас, но каждый день. Притворялась Рубвекией, притворялась, что не боится, притворялась, что знает, что делает.