День 1

Ну, что ж. Новый и, к слову, последний город этого прекрасного путешествия. Весна в Европе в этом году была на его стороне, и выдалась удивительно теплой и ясной. Хёнджин поднял глаза, спрятанные под кепкой и любимыми солнцезащитными очками с золотистыми вставками, на очертания острых башенок города и мягкие плавные контуры альпийских гор над широким голубым озером, и улыбнулся. Лучший подарок самому себе ко дню рождения - осуществить очередную мечту.  Швейцария…. Это должна была быть лишь небольшая поездка в столицу, обязательно с экскурсией по склонам Альп. Но что-то пошло не по плану….как обычно, в общем-то. Всё шло по зову души.  Хёнджин усмехнулся своей же собственной беспечности, лёгкости на подъем и тяге к новым впечатлениям.  Затратненькая смесь, надо признать. Но поездки и путешествия были тем пунктом, тратиться на которые ему всё ещё было не жаль…учитывая то, что прошлые полгода он провел в них же, зарабатывая. В том числе и на такие свои внезапные «хочу». К тому же, они прекрасно разгоняли колесо вдохновения, соединяя приятное с полезным. Привычным движением уложив на плечо лямку дорожной сумки поудобнее, он двинулся своей расслабленной полумодельной широкой походкой к такси, попутно впитывая всё то, что уже открывалось его взгляду.  Добравшись до гостиничного номера, Джинни первым делом отправился в душ смывать с себя дорожную пыль.  … Минутами позже, стоя у кровати в белоснежном банном халате, небрежно наброшенном на влажное разгоряченное тело, он слегка озадаченно смотрел на сумку и чемодан, думая, стоит ли разобрать все вещи сразу или достать только то, что понадобится сейчас, и идти уже знакомиться с городом. Посмотрел в окно, где мирно дышали послеобеденной жизнью уютные улочки. Монтрё. Город-калейдоскоп. Город-эклектика. Джаз и французский язык, замок и модные бутики, старый город и студия звукозаписи Queen, художественные галереи и….эххх Ну, всё, точно надо идти. Раньше выйдешь - больше увидишь. К тому же, Хёнджин практически видел эту дыру в чемодане, которую прожигал томящийся в нём  фотоаппарат.  Он закусил губу, крутанулся на пятках, щелкнув пальцами, раскинул руки, и так же, пританцовывая и насвистывая, начал собирать образ на свидание с новыми воспоминаниями.  … Многослойный оверсайз, слегка потрепанные, но самые любимые и удобные свободные джинсы, кроссовки на объемной подошве, кепка, по-родному утяжеливший шею фотоаппарат. В рюкзаке на всякий случай лежали шапка и шарф - через несколько часов солнце сядет, и станет заметно холоднее. Не хватало ещё простыть под занавес своего путешествия. Четыре дня. Спустя всего четыре дня парень привычно устроится в кресле самолета до Сеула, и к своему дню рождения уж точно будет дома. Надо было постараться хорошо провести оставшиеся дни отпуска. Бегло осмотрев себя в зеркало и по привычке отыграв пару фирменных поз, достойных камеры, Джинни домчался до выхода из отеля и наконец-то явил себя шумящему городу.  Слегка потрескивающий язык, на котором разговаривали прохожие, мгновенно унес мысли Хёнджина в Париж. На какое-то время ему захотелось, чтобы Феликс тоже шагал сейчас здесь, с ним: обсуждал вместе увиденное, подмечал что-то, чего не заметил Хван. Была ещё у Ликси такая способность - любую пустоту, паузу или скучную часть дороги до краёв заполнять своим обаянием и дурачеством. Да и чего греха таить, быстро и без стеснения наладить контакт при необходимости - тоже про него. Там, где Джинни минут пятнадцать потратит на скромные, но нервные, молчаливые попытки добиться от интернета маршрута до заветной точки, коммуникабельный Феликс запросто подойдет к местному и спросит дорогу.  Но пока всё шло предельно просто и увлекательно, а потому Хёнджин снова нырнул в самостоятельное изучение Швейцарии.  Посещённые им до этого города уже оставили в копилке его памяти уникальные коллекции картин, атмосферные резные фонтаны и скульптуры со своими легендами, историческую архитектуру в стиле барокко и готики, средневековые замки, ратуши, мосты и сюжетные росписи на выбеленных стенах старинных домов.  Монтрё же был пропитан духом более современного искусства, в основном - музыкой. В этом городе находили вдохновение Queen, AC/DC, The Rolling Stones…. Так….до монумента Меркьюри осталось буквально 5 минут пути, сейчас направо и просто идти вдоль набережной…. Здесь писались шедевры вроде Smoke on the Water и целые альбомы легендарных музыкантов. И однажды, пообещал себе Хёнджин, он обязательно вернется сюда на время проведения джазового фестиваля. Признанные гении и дебютанты со всего мира каждый год собираются на одной сцене именно здесь. Прекрасная музыка, красивейшие инструменты, атмосфера отточенного профессионализма определенно стоят того, чтобы услышать это вживую.  Вживую. Услышать. Как сейчас.  Гитара. О! Это уличный музыкант. Не джаз, но, кстати, красиво, ещё и поёт чисто.  Девушка. Прямо около памятника Фредди.  «Согласен. Отличное место для того, чтобы остановиться и побыть счастливым» - подумал Джинни, глядя на пейзаж вокруг.  Монумент стоял на широкой уложенной плиткой площадке набережной. Увековеченный в известной на весь мир позе с одной поднятой рукой и опущенной микрофонной стойкой - в другой, легендарный исполнитель стоял спиной к городу. Словно предлагал вместе с ним почувствовать себя свободным победителем, взирающим на закатное небо и предгорья, постепенно уходящие под бескрайнюю гладь Женевского озера.  Рядом зазвучало знакомое вступление. Гитара и приятный женский голос постепенно становились весомой частью воспоминаний Хёнджина об этом месте и этом вечере.  Tell me something, boy… Are you happy in this modern world? Or do you need more? Is there something else you watching for? Он с восторженным предвкушением взялся за фотоаппарат, быстро прикинул композиции и ракурсы, и начал делать первые кадры, ощущая себя практически героем фильма. Просматривал в результаты, корректировал границы и увлечено продолжал снимать дальше. … Поужинать Джинни решил за уличным столиком ближайшего ресторана буквально на другой стороне площадки. Теплые блюда с вкуснейшим плавленным сыром, ароматный хлеб и горячий кофе. Из обязательных пунктов швейцарского меню он разумно опустил лишь вино. Хотелось, но подумал, что пить водиночку, когда еще предстояла обратная дорога до отеля в чужом городе, - не самая лучшая идея. «Вот в номер потом и закажу», - успокоил сам себя.  От посторонних глаз посетители ресторана были скрыты пальмами в огромных горшках, расставленными вдоль заведения. На город уже опустился уютный прохладный вечер. Теплый свет фонарей и скромная суета конца рабочего дня буквально упрашивали Хёни задержаться и насладиться моментом как можно дольше. Оставшись наедине с кофе, парень наконец достал одно из своих самых ценных сокровищ - скетчбук.  Вскользь про себя отметил, что больше не слышно гитары и сопровождающего её вокала, и принялся присматривать самые подходящие объекты для рисунков.  … С наступлением сумерек спрятав гитару в облегающий чехол, девушка-музыкант зашагала перекусить и промочить горло перед уходом в отель. Обычная туристка, решившая взять от вайба этого города всё, но не жадно, а поделившись в ответ тем, чем может.  Перед ней на столике достаточно быстро оказалось роскошное традиционное сочетание из сырного фондю и белого вина, мгновенно окутав букетом ароматов теплых пряностей с легкой щиплющей кислинкой и фруктовыми нотками. Она вдохнула поглубже и с улыбкой принялась за ужин.  «Эта жизнь невообразимо прекрасна», - кивнула она сама себе, с закрытыми от наслаждения глазами делая очередной укус от этого гастрономического шедевра. А открыв их, так же про себя добавила: «Как и тот парень….хм, так увлечен. Всё же интересно наблюдать за людьми, с головой погруженными в своё дело».  Будучи слегка отвязной и бойкой девчонкой, она свободно откинулась на широкий плетеный стул и принялась совершенно без стеснения рассматривать расположившегося в паре столиков от неё Хёнджина.  Без понятия, что бы она сделала, повернись он к ней, но парень действительно был целиком и полностью в рисовании, и совсем не замечал блуждающего по нему взгляда. Он сидел к ней полубоком, вытянув ноги под столиком, слегка согнувшись над блокнотом. Вокруг лежало несколько разных карандашей и ручек, клячка, пенал и телефон. Рука с карандашом сновала по листу, пока вторая расслабленно лежала поперек бедер, периодически перебирая край объемного шарфа.  «Высокий….кажется», - отметила девушка в целом и, отправив со шпажки в рот новую порцию снека в тягучем мягком сливочном соусе, обратила внимание уже на детали.  Острый длинно заточенный карандаш держали изящные тонкие, но все же узловатые мужские, пальцы. Вытянутый мизинец играл роль опоры для умело работающей над штрихами кисти руки.  Взгляд летал вверх-вниз от рисунка к какой-то композиции перед парнем, которую он усердно переносил на лист бумаги. Красивые темные глаза то вспыхивали, жадно ловя светотени и сверяя пропорции, то прятались под ресницами. Он то хмурился, то прищуривался, недвижимыми оставались только расслабленные сомкнутые губы. «Такие не должны идти мужчине, но как же правильно смотрятся в его случае. Как будто все черты лица выверены рукой мастера».  Оторвавшись от изящного разреза глаз художника, девушка заскользила вдоль линии его профиля по носу с едва заметной горбинкой, широким идеальной полноты губам и округлому подбородку, периодически тонущему в слоях теплого мягкого шарфа. Вынырнув из легкой творческой отрешенности в реальный мир, парень с наслаждением сделал глоток кофе…и с чувством облизнулся, медленно опуская стакан на стол. «Ой, да ладно…» - наконец-то рвано вздохнула девушка, очнувшись от своей внезапной очарованности. Часто заморгала и резко сделала довольно большой глоток вина, подумав, интересно, насколько вкусный кофе, следы которого теперь заманчиво блестели на губах парня. «Пойду-ка я отдыхать. Сегодняшнее вино, кажется, слишком пьянит». Оплатив счет, она бесшумно прошла вдоль столиков и скрылась в темноте улиц, так и не нарушив магию творческого процесса.