Глава 13. Любовь - его погибель (1)

🎶The Weekend - House of balloons

Я, Эвтида Элизабет Кроуфорд. Королева мира, названная супруга, излюбленная жертва, личная шлюха. Я, его Избранная...

══════⊹⊱≼≽⊰⊹══════

      Что может быть лучше, чем счастье рядом с возлюбленным? Абсолютно, ничего. Амен дал мне то, чем обделили собственные родители. Это любовь.       Я вновь в нее поверила. Вновь полюбила мужчину, несмотря на клятву ненависти, произнесенное после расставания с Ашем. Отныне презрению пришел конец, ну и слава Богу. С этой минуты не свернусь с пути, а стойко буду идти по нему, рука об руку, вместе с мужем править сказочным миром.       — Как ты себя чувствуешь? — еще спрашиваешь, любимый? Я в полном восторге!       — Я вся дрожу...Не могу прийти в себя, — едва замечаю, как он облизывает пальцы в смазке, отчего не могу скрыть глупую улыбку. Кажется, ему нравится вкус, судя по блеску аметистовых глаз. Хотя они сияют с тех пор, как я его поцеловала.       — Предлагаешь остановиться, хм?       С чего это вдруг? Вздумал вот так отправить меня к себе, взамен не получив должного внимания от драгоценной супруги? Ну уж нет. Под благословенным дождем хочу провести ночь с тобой. Лапать твой божественный торс, целовать тебя, ноготками царапать спину, когда прижмешь меня к земле и трахнешь до потери сил. Или же я стану твоей безбашенной наездницей, которую ты так сильно любишь. Вылечу твою рану на груди целебными поцелуями. Знал бы ты, насколько меня волнует твое здоровье. Возможно тебе невыносимо больно нести этот изъян, а я этого не в курсе.       — Нет, — отрицаю я, а он заметно удивляется, сводив белоснежные брови к переносице. — Ритуал...Энергия все еще течет в моих жилах. Будет лучше, если она перейдет к хозяину. Как мы и договаривались.       — Настаиваешь на ритуал, женушка? — Амен шепотом обжигает губы, затем смазано целует, рукой очерчивая мурашки по моему влажному телу. — Храбришься, как подобает королеве. Умничка...       — Это мой долг... — коротко оправдываюсь я. — Ради всеобщего блага, ради нашей любви.       — Сильно сказано, любовь моя, — когда Амен хвалит меня, я взлетаю ввысь от радости. — Умопомрачительно...— его улыбка сводит меня с ума. Она настолько устрашающая, что мне кажется прекрасной при любом выражении. Амен выглядит безумцем, потерявший голову от любви. Мне это нравится.       — Амен?       — М?       — Я хочу знать о тебе всё.

══════⊹⊱≼≽⊰⊹══════

      Ага, размечталась. Он никогда в жизни не расскажет о себе. И что самое интересное, вместо тысячи объяснений, поднял меня и одной рукой занес во дворец, будто мой вес ничего для него не значит, игнорируя бесконечный поток вопросов. Затем направился в ванную, где во всю визжала Мария Каллас и, безбожно бросил в бассейн. Я и пикнуть не успела, как Амен прыгнул в воду и затащил меня за щиколотки ко дну. В тот момент подумала, что мне конец, а зря. Любимый не дал мне захлебнуться, слившись в волшебном поцелуе. Боже, не знаю как описать эмоции, но я потеряла здравые мысли от того, насколько было великолепно наше уединение под водой. Ощущала себя русалкой, покровительницей семи морей.       Амен хотел доказать, что буду править не только на суше, но и в морских глубинах. И ему это удалось. Провел ладонью по ягодице сверху-вниз и преобразил мои ноги в настоящий хвост русалки! Моему счастью не было предела. Любимый исполнил мою детскую мечту в один миг.       Через некоторое время мы в обнимку слушали очередное произведение Марии, нежились в пресных водах бассейна, заодно угощали друг друга крепким вином и фруктами различных сортов. Дурачились как дети, игрались. Спустя мгновение простые игры перерастались в ролевые. Я убегала от него, а он меня ловил. Потом Амен убегал, а я его ловила. Было очень увлекательно и возбуждающе прекрасно.       После страстных игр и жарких поцелуев в качестве наказания за мои хитрые действия, снова пытаюсь раздобыть информацию о его прошлом.       — Я все еще жду ответа, — бросаю с придыханием, на что колдун тащит меня по коридору, в спешке врываясь в свои покои. Затем отпускает руку и усаживается на кресло, молча сверля холодным взглядом. Его бездонные глаза так и передают мне мысли, витающие в голове: Закатай губу, хех. Но вместо того, чтобы узнать друг друга получше, муженек устраивает показ мод. Серьёзно?       — Гардероб в твоем распоряжении, Дарующая жизнь, — он волшебным образом достает трубку и щелчком поджигает содержимое, а после закуривает. — Примерь все, что оставил для тебя, — кольцами выдыхает густой дым. Его дотошный запах вызывает во мне отвращение. Впрочем, как всегда.       — Интересно, что же ты мне подготовил, — надеюсь что-то особенное, а не тряпка с висульками и прочей херней. Я слегка размахиваю рукой витающий дым, чтобы отогнать убогий аромат так называемого "праха грешниц". Амена забавляет моя обыденная реакция, нагло улыбается. Увы, до сих пор не привыкла к нему. Так что смирись, любимый. Ведь у нас вкусы немножко разные.       — Посмотришь, узнаешь, — игриво подмигивает мне в ответ, заставляя сердцу ёкнуться. Чего уж там мимика, даже голое тело муженька вынуждает меня совершать безумие. Я едва контролирую либидо, плотно свожу ноги, чтобы скрыть от Амена следы возбуждения. Но кажется, это бесполезно. Он чувствует меня на любом расстоянии. Вижу, как облизывает губы, хищно взирая на мою вагину. Проголодался, чертенок?       — Ну, хорошо. Убедил... — я быстренько скрываюсь за ширмой и со скрипом открываю двери старинного шкафа. Глаза вылупляются от удивления, когда передо мной возникает целый ассортимент одежды разной расцветки. И первое, что попадается в любопытный взор - это сиреневый оттенок. Редкий, как и фасон этого платья. Успеваю лишь снять его с вешалки, как по всей комнате эхом раздаётся недовольный голос возлюбленного.       — Эвтида, — его и так грубый баритон становится жестче, принудительнее, сексуальнее. Я получаю кайф, когда он злится. — У тебя осталась ровно минута.       — Знаю, потерпи немного! — проклятый бегунок не поддается, к тому же руки мои коротковаты, никак не дотянусь до края молнии. Бесит!       — Мое терпение на исходе, — черт, похоже он собирается ко мне вломиться. Его чарующий голос все ближе и ближе подкрадывается. Я спонтанно впадаю в панику. — Выходи, супруга моя. Иначе я выломаю преграду, что стоит между нами, затем строго накажу тебя.       — Хм, и какое наказание ты придумал? — к счастью или к сожалению выхожу из укрытия. Почему к сожалению? Да потому что мне не светит наказание. Уверена, Амен задумал нечто восхитительное, не менее страстное. Чертовски греховное...       Муженек ухмыляется не по-детски, иначе говоря пошло. Неспешно шагает в мою сторону, томным взглядом рассматривает меня с головы до ног. Я замираю от предвкушения, дыхание с каждым вдохом тяжелеет, сердцебиение ускоряется в бешенном ритме, шум в ушах усиливается, а меж ног пульсирует не прекращаясь. Возбуждена до предела, глядя на него, красивого. Обнаженный, высокий...аристократ с тайной прошлой жизни.       — Сказать тебе правду? — он обходит меня, долго оценивая выбор наряда. Разглядев недочет со стороны молнии, Амен его поправляет. Бегунок с легкостью поддается, будто слышит своего создателя.       — Да... — закрываю глаза, чтобы почувствовать малейшие касания мужских рук. Амен стоит впритык, его горячее дыхание обжигает макушку. Костяшками пальцев скользит вдоль позвоночника. От его нежных действий кожа начинает немного покалывать. Что же собирается со мной делать?       — Моральная пытка, — Амен резко берет меня сзади, следом задирает подол платья. — Увидим, насколько ты терпелива к запаху проклятых грешниц, — Боже, от одного названия уже становится худо. — Ежели полюбила меня, так и люби мои хотения, — муж говорит на староанглийском...Тихим рычаньем, над моим ухом. Я нахожусь в экстазе, где нет чуждых голосов. Амен возбуждает меня, подпевая нечто иноземное. Шестое предчувствие бьет тревогу.       — Нет, пожалуйста. Только не злые чары, м-молю... — он опять взялся за старое. Неужели мне не доверяет? Черт подери, меня снова настигает чувство обиды. Муж утробно смеется, а мне вовсе не до смеха. Прискорбно влюбиться в того, кто не ценит истинную любовь.       — Это не чары, миссис Кроуфорд, а твое желание - быть оттрахнутой сучкой, — после его слов осознаю, что я действительно хочу секса. — Прежде чем я возьму тебя на кровати, сперва попробуешь это...       Матерь Божья... Я и курение несовместимы от слова совсем! Тем более не собираюсь пробовать редкостное дерьмо. Чуть не теряю дар речи, но каким-то образом заговариваю.       — Но...я никогда в жизни не брала в руки сигарету, — заикаюсь не по своей воле. Возможно это шок так влияет на психику. В любом случае, мне чертовски хреново.       — Тогда пора менять свои жизненные принципы, Избранная... — он говорит со скрытой яростью, если судить по грубой интонации. Или мне так показалось. Не важно. К тому же его толстые пальцы проникают под юбку и изводят набухший клитор дразнящими движениями. Думаешь, обида рассеится через оргазм? Нетушки. Я когда-нибудь припомню твой поступок.       — Боже, — мой непокорный нрав поглощен пучиной наслаждения. Честно, я сдаюсь. Тихий стон срывается из полуоткрытых губ, в голове созерцают искры похоти. Для большего ощущения удовольствия закрываю глаза. Затем запрокидываю голову, оперевшись спиной к его мощному торсу и раскрепощенно раздвинув ноги. Твою мать, мне так хорошо.       — Моя ненасытная королева, — мурлычет муж, выдыхая мерзкий дым, прямо в мое искаженное лицо. Не могу понять, он пытается делать мне приятное или же усиливает приступ тошноты?       — Амен, прошу тебя... — решаюсь посмотреть на него и показать ему недовольство, тут же он затыкает рот мундштуком. Колдун вынуждает меня к первой затяжке, приказывая властно:       — Расслабься, милая госпожа. Слушай мой голос очень внимательно... — кажется, Амен преподает мне урок о курении. Хоть на том спасибо. — Втяни немного дыма. Медленно. Не спеша.       Я так и поступаю, иного выхода у меня нет. Амен прекращает мастурбировать, но убрать оттуда пальцы не собирается. Заботишься обо мне, чтобы я не задохнулась? Мило. Но все же первая попытка увенчается провалом. Судорожно кашляю, приложив ладонь ко рту. Амен не сдается и снова сует мне в рот чертову трубку. Я всасываю немного дыма и...       — Задержи дым во рту, — еще бы. Тебе легко сказать. Я, твою мать, страдаю от жжения в горле. Чувство тошноты все еще находиться на грани. В скором времени желудок перевернется, клянусь. Ради тебя держусь на волоске от конфуза.       — Молодец. У тебя хорошо получается, — аж хвалит меня. Не муж, а дьявол во плоти. Хоть глаза закрыты, но они уже слезятся от горечи. Думаю, он прекрасно видит мои слезы, скатившиеся по щекам, но ему плевать. Вру. Неожиданно Амен ловит их губами, тешит меня нежными поцелуями. Его кропотливая забота приносит мне облегчение и массу удовольствия.       — Теперь вдохни так глубоко, чтобы дым попал в твои безупречные легкие, — только не это. Поздравляю, ты убил свою жену.       Поборов отвращение с помощью силы разума, вдыхаю проклятый дым и...к удивлению дискомфорта в груди нет! Муженек вынимает трубку и воркует над ушком:       — Выдыхай, — слушаюсь, мой наидобрейший супруг. Наконец-то избавляюсь от яда, но...мне этого было мало. Что со мной твориться то? Опять колдун шаманит над чувствами или же я сбрендила?       — Превосходно, — рычит он, поощряя меня поцелуем в висок.       — Я еще хочу...Можно? — проклятье, как я могла до такого докатиться? Почему мне это нравится?       — Ни слова больше... — Амен с радостью соглашается. — Будешь курить столько, сколько тебе надобно.       Любимый дает мне закурить во второй раз, а пальцы, что застыли на половых губах, вновь задвигаются во вращательном режиме. Отныне, я могу назвать эту ночь самой запоминающейся за всю свою гребаную жизнь.

🎶Chris Grey - Another life

      В покоях мужа царится мрак, лишь лунный свет падает на нас, создавая нам таинственность. Аура любви витает вокруг, пронзая наши сердца стрелой Амура. Дым окружает нас словно барьер, всасывая из нас здравый рассудок. На смену приходит страсть, безумие...слияние не только тел влюбленных, но и их души. Амен и Эвтида Муж и жена Король и королева       Столько титулов скрывает наша любовь? Их не сосчитать.       Оторвавшись от искусанных губ, Амен садиться на кресло, вовлекая меня в свои объятия. Я располагаюсь на его бедре и продолжаю углубленно целовать любимого, проникая языком в рот. Ах, его пальцы не прекращают ласкать клитор, поэтому смело раздвигаю ноги, явно ему намекая на жесткий трах. Когда колдун застывает, я с разочарованием выдыхаю.       — Открой красивый ротик, — он дает мне снова покурить, я безоговорочно хватаю трубку губами и жадно совершаю затяжку. — Блядь, Эва. У меня член стоит на тебя с самого вечернего бала. Невозможно устоять перед такой женщиной, как ты.       — И, какая я женщина? — от его сексуальной хрипотцы, в животе завязывается тугой узел. Умеет же манипулировать мною не только физически, но и словесно.       — Избранная, — твердит мне сквозь зубы. — Управляющая судьбой колдуна, несмотря на его всеобъемлеющее могущество и чуткое знание, обретенные годами, — Амен снова заставляет меня улыбаться до ушей. Еще немного и я заплачу от счастья.       — Для меня великая честь быть твоей распорядительницей судьбы, Амен Рой Кроуфорд, — твержу с гордо поднятой головой. Муженек загадочно ухмыляется, его пленительный взгляд нацелен только на меня. Не могу не наглядеться на два аметиста, уж очень ему идет цвет глаз.       Амен долго молчит, будто размышляет над ответом. То хмурит брови, то хлопает белыми ресницами...кусает нижнюю губу. Я не могу прочесть его мысли, но кажется, колдун сомневается в моих словах. Или же...О, Боже. Он ураганом обрушивается на меня, завладев мои губы требовательным поцелуем. На этот раз уверенно, без следа нежности. Нас правит одержимость, страсть и голод. Время нам неподвластно, а любовь беспощадна. Вместе мы преодолеем все, что нам будет мешать.       — Мне так хочется, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась.       — Она не закончится. Уверяю тебе, детка.       Сильные пальцы в умеренном темпе задвигаются, собирая соки вокруг половых губ, что хлынули из лоно словно тягучий ручей. Также возникает ощущение, что его бедро влажное вовсе не от пота. Черт, я бесперерывно теку смазкой, но Амену это нравится. Видно, как он облизывает пальцы и даже дает мне пробовать на вкус.       — Поистине, ты слаще, чем любой сорт меда из двух миров, — как всегда льстит мне, чертенок. — Не хватит и вечность, чтобы насытиться твоим нектаром, жена моя.       — А как же "прах" проклятых девиц? Ты же был безума от него, разве нет? — хихикаю я, спрашивая первый вопрос с сарказмом. Заботливо глажу по щеке, отмечаю легкую щетину. Приятно покалывает, ммм.       — Даёшь мне повод для затяжки? Очень остроумно, — он тот же миг берет из неоткуда трубку, зажигает содержимое по новой, затем курит.       — Вовсе нет. Просто... — тупо запинаюсь, не зная что говорить дальше. Амен выдыхает, врезая дым в мое лицо. Я по привычке подавляю кашель и отворачиваюсь, а он подавляет смешок. Так еще стояком дергает, извращенец этакий. То ли предлагаешь мне его ласкать или отполировать ртом? Сижу тут, краснею от смущения. Неловко как-то.       — Просто ты давно не пользовалась игрушками, — а вот это явно меня удивляет. Я снова взираю на него как облупленная.       — А причем тут игрушки? — я реально не понимаю, по какой причине он меняет тему.       — Притом, что я не забыл про наказание.       Теперь понятно, почему. Ну остается мне терпеливо ждать начала наказания. Плевать, что он испытывал меня курением. Амен оскаливается в привычной манере. Жуткая улыбка, но такая любимая мною. Все печали молниеносно забываются, глядя на нее.       — Тогда накажи меня, любимый... — это была не просьба. А приказ. Муж понимает с первых слов, поэтому начинает сладостную пытку. Сперва я закрываю глаза, затем собираюсь его поцеловать. Но Амен останавливает меня, закинув в рот чертов мундштук. Я вдыхаю так глубоко, чтобы легкие наполнились вплоть до последнего капилляра, ну а вслед запрокидываю голову, выпуская смесь отвращения и разврата.       Пока я прихожу в себя после очередной порции никотина (в этом даже нет сомнения. Разговор про прах была всего лишь шуткой, надеюсь), муж исследует мою шею губами, языком увлажняет покрытую мурашками кожу, а зубами кусает до кровоподтеков. Находит точку возбуждения выше подключицы и начинает ее терзать кончиком языка. Боже, я срываю голос, постанывая как ненормальная.       — Громче, любовь моя! — приказывает смысл моей жизни, перекидывая поцелуи с шеи на оголенную грудь. Щетиной игриво колет вокруг ареолы, а языком со своей эластичностью вытворяет нечто невообразимое. Боже, я таю словно лед под июньским солнцем.       — Да... — всхлипываю я, нырнув лицом в платиновую шевелюру. Голова идет кругом от аромата его шелковистых волос. Гранат, спелый и сочный...его кислая нотка ощущается на кончике языка. По телу бежит волна мурашек, возбуждение течет в каждой клеточке, в каждом извилине разума. Единственное, кого не хватает, это он. Обольститель моего сердца.       — Я хочу тебя... — стону я громче прежнего. Внутри все сжимается, пульсирует, изливается...Мне нужен его член...Уверена, он тоже хочет - отодрать меня как недотраханную сучку.       — Шлюшка жаждит острых ощущений? — оторвавшись от ласок в груди, Амен похотливо улыбается, глядя мне в глаза. Я судорожно киваю головой, на что он твердит. — Положись на меня.       Расслабившись на кресле, он притягивает меня за талию, я шумно вздыхаю, теряю равновесие и врезаюсь спиной об его торс. Амен не дает мне упасть, заботливо удерживая за бока.       — Ставь ноги на ширине плеч, — муженек интригует все больше и больше. — А теперь упирайся ими на мои колени, вот так.       Хм, на такой позе он меня не трахал. Начало обещает быть интересным. Представляю себя в роли пациентки, а его - секси-гинекологом.       Задираю юбку как можно выше, обнажив себя низ во всей красе. Повезло, что разрез платья оказался глубоким, иначе Амен порвал бы его на мелкие лоскутки. Терпение у муженька на нуле, по нему видно. Знаю ведь, каков он в гневе. Ходячая харизма и не более...       — Любимый, — воркую я, едва касаясь губами в его холодные губы. — Я...— не могу вымолвить словечко, потому что безумно неловко. Как я могла подумать о этом? К великому удивлению Амен читает в глазах искреннее, но грязное желание.       — Хочешь в анал, как я понимаю?       — Да... — смущенно опускаю взгляд, но чертова рука машинально тянется к твердому члену, что Амен стимулировал им клитор медленными движениями таза. — Как в прошлый. Только без иллюзии, — мягко хватаю за толстый ствол, помогаю себе всадить в попку, сперва обволакивая вход головкой с моей тягучей смазкой.       — Я и не намерен тебя делить с кем-то, — похоже, я опять разозлила его. — Ты, моя! Моя супруга, блядь!       — Твоя, — отвечаю максимально ласково, чтобы обуздать гнев ревнивого колдуна. — Больше ничья...       Это было легко. Он прислушивается к моему голосу тот же момент. На его лице озаряется привлекательная ухмылка. Я снова влюбляюсь в мужа, как первый раз. Это так волнительно.       — Я люблю тебя больше жизни.       Амен не отвечает взаимно, но показывает, насколько влюблен в меня по уши. Поцелуй любви говорит за нас двоих, а языки, что сплелись в один узел, укрепляет нашу нерушимую связь судьбы.       — Ах, Амен, — любимый осторожно вводит член в анал наполовину, затем плавно вынимает. Снова и снова он повторяет те же манипуляции, после чего мельком вспоминаю ту самую ночь, когда он вместе с клоном жестоко отымели меня с двух сторон, обращаясь ко мне бесчеловечным образом. Но сейчас, Амен стирает тот пережитый кошмар доставляя исключительно комфорт. Легким движением таза, аккуратно скользит членом вверх и вниз, по-хозяйски обхватив ладонями мои вспотевшие ягодицы.       — Блядь, ты такая узкая и...чистая, — а как же иначе, милый мой. Я заранее подготовилась еще до нашей встречи на балу. Черт, мысли сбиваются с толку, когда он полностью входит в меня и замирает, чтобы попка свыклась к габариту его отменного стояка.       — Я всегда была такой для тебя, — говорю с тихой усмешкой. — Раньше была наивной, добродушной. Влюбленной... — минутная радость меняется на боль и разочарование. С горечью вспоминаю страстные, но не менее напряженные отношения с Ашем. Первое признание любви, первый поцелуй, первый интим, мое доверие к нему и...измена с его стороны. Наш бурный роман был непредвиденной ошибкой.       — Не смей, Эва. Если ты снова вспомнишь, то живьем закопаю гребаного ублюдка в нашем саду, — меня вроде успокаивает угрожающий тон возлюбленного, но одновременно страшит. — Из него получится пиздатое удобрение для твоих лотосов.       Черный юмор мужа готова слушать в мантру, каждое божье утро, хех.       — Хорошо. Прошлое уже позади, — я и забыла, что до сих пор сижу на его члене, поэтому возмещу упущенные минуты занятия любовью. — Дай мне покурить, пожалуйста.       — Сию минуту, Ваше Величество, — Амен гордится мной, я это знаю. Ценит свою жену, ухаживает подобно джентельмену. Подает мне трубку, я забираю порцию сексуального влечения. Глазеет на меня неотрывно, ласкает бедра снизу-верх, гладит живот, накрывает жаркими поцелуями места, где может дотянутся губами. И последнее (вишенка на торте) - это движение наших тел. Сильные руки колдуна облегчает мне процесс глубокого проникновения...сзади.       — Да, милый. Еще быстрее... — ну все. Мною властвует дьявол, который управляет мыслями смертных, меняя их словно одноразовые перчатки.       — Плохой девочке не хватает скорости? — соблазнительно шипит он, ускорив темп скольжения. — Ну ничего. Я знаю, как удовлетворить мою личную шлюху. Вдвойне!       — Амен, ч-что ты собираешься делать? — не понимаю, что со мной происходит. Становлюсь неуравновешенной, порочной девой, помешанной только на сексе. Амен берет мою ногу из под колено и поднимает так, будто я сажусь в раскоряку. Но продолжает бурно трахать, изводить анус бешенным трением гладкого ствола. Иногда завидую его гибкости, как же он великолепно имеет меня в сложных позах.       — Делаю то, что считаю нужно. Доверься мне, Избранная! — рычит он у самого уха. Да, любимый. Я тебе полностью доверяю. Заглушаю дикие стоны страстным поцелуем, пальцами собираюсь теребить пульсирующий клитор, но...планы меняются благодаря решительным действием сумасшедшего колдуна. Амен вводит в лоно мундштук курительной трубки, почти до самой чаши. Ах, черт!       Приглушенный взвизг застревает комом в горле. Амен не намерен разрывать поцелуй, но и трахать тоже.       — Ну же, свет моих очей. Терзай свою мокрое лоно красивыми пальчиками, — не вынимая член из заднего прохода, Амен изощренно трахает меня трубкой. Мундштук теплый, вместительный, но чертовски короткий. С членом грех его сравнить, но в целом я довольна. Любимый старается делать мне приятное, а я получаю его сполна, когда мастурбирую точку возбуждения словно обезумевшая стерва.       — Ты просто невероятен...Боже! — глаза закатываются до побеления от такого рода удовольствия. Амен вдоволь играется со мной: обжигает меня жарким дыханием, стонами ублажает слух, а запах мирта вперемешку с никотином вовсю сносит крышу.       — Блядь, какая же ты все-таки ахуенная женщина! — рычит он, толкаясь ритмично, чересчур вульгарно. — Источник моего проклятья! Ангел, несущая мою погибель. Одно твое слово и я, как преданный раб, упаду к твоим ногам. Вылижу тебя со всей дури, лишь бы услышать твой божественный стон.       — Амен, я...скоро... — Господи, как же мне хорошо. Я аж подавляю голос, открыв рот в немом стоне. Толчки углублятся, отчего шлепки наших тел эхом раздается в покоях. Муженек отлично придумал игру с трубкой. Бесспорно в курсе, как ее использовать не только в бытовых условиях, но и во время секса. Идеальная замена резиновому дилдо.       — Знаю, крошка, — на минуту задерживается, чтобы я расслабилась, но получил в адрес мое разочарование века. — Выше нос, дорогая. Когда будешь кончать, приласкай мне уши своим бесподобным криком. Хочу слышать, как ты срываешь голосок, произнося мое имя. Договорились?       — Договорились, — выдыхаю я, облизнув пересохшие губы.       — Умничка, — и снова улыбка тянется до ушей. Да чего же он хорош собой.

══════⊹⊱≼≽⊰⊹══════

🎶Tommee Profitt, Sam Tinnesz, brooke - Forbidden Fruit

      Кто бы догадался, что секс сорвется за считанные минуты. Мы были на грани срыва бешенного оргазма, но что-то пошло не так.       — Твою мать, Эва! Ты слишком тихо стонешь! — грубо рычит Амен. Что? Да я орала чайкой, к тому же микрофона здесь нет. Куда уж там.       — Амен, мне сейчас не до шуток, — или это он всерьез. Вот смотрю на него и диву даюсь. На его лице искажается свирепая маска. Желваки на скулах каменные от напряжения, на лбу выделяются три линии, а в глазах, вместо лилового света возгорается алый, кровавый неон. Что с ним происходит?       — Я по твоему, похож на шутника? — Амен неожиданно вынимает трубку, заставляет еще вскочить на подкошенных ногах, отпихивая меня грубо. А после встает, подходит к окну и держит голову руками, стиснув в волосы в кулаках.       — Амен? — голос предательски дрожит, но мужа не волнует мое убитое состояние. Меня тревожит одно: перемена его настроения.       — Исчезни, — я улавливаю презренный шепот колдуна. Он прогоняет меня за то, что я недостаточно громко стонала?       — Прочь, прочь, прочь! — Амен яростно кричит, врезая себе кулаком по лице. Господи, похоже, в него вселился бес. Иначе как мне объяснить его издевательство над самим собой.       — Амен! — ни за что не оставлю его одного. Мигом оказываю любимому необходимую помощь. Обнимаю его сзади за талию крепко-накрепко и перекрикиваю. — Слушай мой голос! Я рядом с тобой, слышишь? Пожалуйста, только не отворачивайся от меня, иначе я погибну...       Я искренне молю Бога, чтобы недуг покинул возлюбленного раз и навсегда. Рыдаю взахлеб, когда Амен пытается меня разнимать, заодно изувечить себя мордобоем.       — Пожалуйста, услышь меня! — Амен не хочет меня слушать. Он молниеносно выпутывается из объятий, к тому же грубо впечатывает меня в подоконник. Тупая боль тут же охватывает поясницу. Но это не самое страшное. Мне кажется, я не успею и глазом моргнуть, как Амен меня выбросит через окно. Суждено ли умереть от рук любимого мужчины? Знает только Бог.       Внезапно происходит маленькое чудо. Амен усаживает меня на подоконник и сковывает запястья над головой. Наши взгляды пересекаются: с моей стороны - полные слез и отчаяния, а с его - злости и...осознания.       Кровавые зрачки сменяются на лиловые. Жуткая гримаса исчезает без следа, а ссадины заживают. Амен смотрит на меня с отрешением и чувством вины. Спасибо, Господь Всемогущий, что услышал мою мольбу.       — Э-Эва, — впервые в жизни вижу его таким. Сломленным. Мне так хочется тешить лаской, быть для него предметом успокоения, быть защитницей черствой души.       — Я здесь, милый...       Он освобождает руки и заключает меня в теплые объятия. Гладит по спине, целует в шею, дышит глубоко, рванно. При полной тишине, я бы услышала стук его сердца, а так грудью хорошо ощущается, как оно бьется. Да в прямом смысле выпорхнет из груди, ей Богу.       — Что с тобой стряслось, м? Кто посмел причинить тебе вреда? — допрашиваю любимого охрипшим голосом.       Молчит, глупенький. Как всегда в своем репертуаре.       Отпрянув, Амен смотрит на меня с печалью, большим пальцем очерчивает на щеке следы любви.       — Нам пора, — кажется догоняю, к чему мы должны быть готовы.       — Давно пора, — кратко смеюсь я, чтобы хоть как-то развеселить любимого. В ответ Амен ухмыляется краешком губ. Затем смотрит на свою правую руку и образует с помощью магии сиреневую ткань.       — Я не хочу, чтобы твои прекрасные глаза наполнились слезами, — в его баритоне слышится грустная нотка. — Но в любом случае я сделаю так, чтобы ты кончила много раз, прежде чем заберу твою энергию.       Амен лишает меня зрения повязкой, завязав глаза крепко. Но дискомфорта я не ощущаю, и что самое главное, шелк издает мой любимый запах. Гранат и мирт... Лекарство, дающее положительный эффект на расшатанную нервную систему.       — Я на все согласна, мой любимый господин, — интуитивно накрываю ладошки его щетинистые щеки, приласкаю словно пушистого котенка. — Лишь бы прогнать ту заразу, что хотела отобрать у меня самое драгоценное.       — Нам зараза больше не помеха, Избранная. Есть только ты и я.       И наш волшебный мир, Амен Рой Кроуфорд.

══════⊹⊱≼≽⊰⊹══════

      — Эвтида...       Загадочный голос незнакомки гулом отдается в голове, пробуждая меня от крепкого сна.       — Эвтида Элизабет Олдридж.       — Кроуфорд, — автоматом выходит из уст в состоянии полудрема.       — Следуй за голосами предков, дитя мое... Мир тонет в Адском огне. Он разрушится в одночасье. Так спасай его, ибо твоя любовь так же погибнет. Моя любовь? Амен?!