Поймал удачу за хвост

Потом птица тяжело замахала крыльями и клацнула когтями по раме окна. Это была странная птица. Необычайно грузное тело, покрытое перьями, и лицо, скрытое тонкими белесыми волосами. На лице будто была печать невыразимой тоски, что производило еще более отталкивающее впечатление. Эуман притаился, ожидая пока птичка подойдет ближе. Несуразное существо, будто подслушав его мысли, слетело с подоконника в комнату. Оно потянулось к копчику. Эуман сделал осторожный шаг. Там существо взяло на пальцы немного странного секрета и стало смазывать оперение. Эуман бесшумно сделал еще два шага и схватил его. - Поймал! Поймал за хвост удачу! Птица смекнула, что дело плохо и начала дико вырываться, кусая неприятно острыми зубами и истошно вопя. - Не уйдешь! Птероид! Тише, на суп пущу, перьями подушку набью, крыса ты летучая! - Ну и что тебе нужно, собака плешивая, пес и мошенник? Я просто птица. Сара крикнула откуда-то снизу: - Опять голуби? Если поймал, спустись и отдай мне, приготовлю отличного мяса. - Нет, мамка, ушел! Улетел! Сара тяжелой поступью вернулась на кухню. - Слышал ее? Нет, ты не просто птица. Птицы не говорят, не проведешь. Знаю, что можешь исполнять желания. - Ваша человеческая дремучесть до сих пор меня удивляет, хоть я и живу не первый век. Интуиция подсказывает мне, что ты не самый светлый из людей, так зачем мне помогать тебе, тому, кто с рождения обречен ползать в грязи? Кого презирает собственная община? - Да заткнись ты, мешок с дерьмом. Можешь или нет? - Нет. Птероид приосанился, чувствуя, что Эуман все еще крепко держит его за хвост и отпускать не собирается. - Ну хорошо, если скажу, зачем это нужно, исполнишь? - Прошу прекратить насильное удерживание. - Не могу. Ты уйдешь, а это мой единственный шанс. Птероиду не оставили выбора. Он сел, чувствуя ликование Эумана и намереваясь улететь, когда представится возможность. - Я ищу совершенства. Не хочу "ползать в грязи" и считать каждый медяк, не хочу стареть и дряхлеть, не хочу быть зависимым, хочу быть богатым и вечно молодым... Икару это мелочное перечисление надоело и он было задремал, но услышал слово "дом". - Не ждут дома. Не ждет община. - Поделом наверняка, мне-то какое дело? Хватит портить мои перья. Эуман догадался, что нужно давить на жалость и тогда птица согласится. Он рассказал о своих более успешных братьях, равнодушии родителей, пагубных врожденных наклонностях, которым он не в силах сопротивляться. О бедных котятах, которых утопили в ведре родители, гибель которых оставила глубокий след в его душе. Потом птероид кивнул благосклоннее и сказал: - Я Икар. Да, я знаю способ пересечь пустыню, но для этого нам нужно отыскать горы Акчау. - Гномы? - Бедных людей перебили еще до твоего рождения, кого ты там думаешь встретить? - И что, я на камне пустыню перелечу? - Почти. Там особые магические камни, - Эуман вздрогнул. - Ты не сможешь управлять ими без меня, поэтому не надейся насильно меня заставить. Эуман медлил отпускать птицу. Ему не хотелось терять контроль над ситуацией, однако скорее всего Икар не врал. Наконец Эуман перестал стискивать хвост. - Какой же ты грубый... Как тебя зовут? - Экван. - Экван, будь добр, больше не порти мои бедные перышки. Первый восторг прошел и Эуман ясно осознал, что с Икаром стоит обращаться как с равным. Он знал, что колдуны при знании истинного имени могут навести порчу, наслать болезнь или высушить человека. Икар же думал, насколько слова Эумана были правдой. Его эмоциональный фон колебался от неподдельной радости до страха. А когда он влетел в окно, Эуман настолько заглушил чувства, что Икар просто упустил присутствие человека. Так могут делать либо закоренелые преступники, либо люди с предрасположенностью к магии. Принадлежал он к первым или вторым, Икар понять не мог. Икар закончил приглаживать перья и сказал: - Вынужден сделать предупреждение. Местные очень не любят праздно шатающихся искателей. Если ты тут задержишься на месяц, староста позовет Алукарда по кольцу и ты станешь очередным жителем их замка. Спешу также сообщить, что кольцо работает по принципу звонка. Ты не сможешь своровать его с пользой для себя. Поэтому ты утром уходишь отсюда, я тебя догоню у окраины.