Прекрасная луна и маленькая звёздочка

Темная и холодная зима обволакивает всё вокруг плотным покровом мрака. Небо нависло низко, будто тяжёлое одеяло, которое невозможно сбросить. Серые облака почти сливаются с землёй, и кажется, что их давящая тяжесть проникает внутрь, заставляя сердце биться медленнее. Снег, который обычно приносит радость и волшебство, теперь выглядит грязным и унылым, придавая пейзажу ещё больше тоски. Холод пронизывает до самых костей, и даже тёплый плед и заклинания не могут согреть душу. Ветви деревьев безжизненно качаются под порывами ледяного ветра, скрипя и стонущие, как старые кости. Лужи замерзают, превращаясь в хрупкое стекло, готовое разбиться при малейшем прикосновении. Ночи кажутся бесконечными, и лунный свет едва пробивается через густую пелену облаков. Улицы пустынны, и лишь редкие огни окон напоминают о том, что где-то ещё теплится жизнь. Дома кажутся одинокими островками света в этом бескрайнем океане холода и тьмы. Время тянется медленно, и каждый день похож на предыдущий. Люди прячутся в своих домах, стараясь не вспоминать о том, что происходит снаружи. Но даже там, среди стен, ощущается дыхание зимы — холодный воздух просачивается сквозь щели, и стены кажутся тонкими, как бумага. Эта зима — не просто сезон, а состояние души. Она напоминает о том, насколько хрупко человеческое существование перед лицом природы. Но несмотря на всю свою мрачность, она несёт в себе урок терпения и надежды. Ведь после самой тёмной ночи всегда приходит рассвет, и за самой холодной зимой последует весна. ___ Рождественские каникулы наступили, и большинство учеников Хогвартса разъехались по домам, чтобы провести праздничные дни в кругу семьи и друзей. Однако, как всегда, оставались и другие. Среди них были студенты старших курсов, для которых предстоящий учебный год был последним. Несколько человек с пятого и седьмого курсов остались в школе, готовясь к сдаче СОВ и ЖАБА – испытаниям, которые должны были определить их дальнейшую судьбу в мире магии. Но среди тех, кто предпочёл остаться в стенах замка, оказались и два студента шестого курса факультета Слизерин. Один из них – Регулус Блэк, младший брат знаменитого Сириуса Блэка. Получив письмо от родителей несколько дней назад, он узнал, что они не смогут встретить его в Лондоне, и попросили остаться в школе. Регулус не стал спорить. На самом деле, он и сам не испытывал особого желания возвращаться домой. После того как старший брат сбежал из дома, жизнь младшего погрузилась в ещё большую тьму. Атмосфера в семье Блэков всегда была далёкой от идеальной, но после ухода Сириуса она стала практически невыносимой. Отец и мать превратились в тени самих себя, постоянно укоряя Регулуса за то, что он не смог удержать брата дома. Теперь их дом был наполнен вечной тишиной и чувством вины, которое буквально висело в воздухе. Каждый уголок этого огромного особняка напоминал Регулусу о том, каким он был раньше в детстве – полным жизни, смеха и тепла. Но сейчас все изменилось. Старший брат ушёл, забрав с собой ту искру радости, которая оставалась в душе младшего. Оставаться одному в таком месте было бы невыносимо. Поэтому Регулус решил остаться в Хогвартсе. Здесь, среди знакомых стен и школьных коридоров, он чувствовал себя немного лучше. Хотя школа и опустела, в ней всё равно сохранялась та магия, которой не было нигде больше. Здесь он мог бродить по залам, наслаждаться тишиной библиотеки или прогуливаться по территории, покрытой свежевыпавшим снегом. Однако среди оставшихся в Хогвартсе оказалась и та, чьё присутствие удивило Регулуса. Але́ксия Ло́ран, его однокурсница и сокурсница по факультету Слизерин, неожиданно решила остаться в школе на рождественские каникулы. Её появление вызвало у Регулуса смешанные чувства. Алексия была красивой девушкой с белокурыми волосами и пронзительными серыми глазами. Чистокровная аристократка, она обладала изысканной манерой поведения и редкостным умом. Несмотря на свой утончённый внешний вид, Алексия была далеко не ангелом. Её острый язык и колкий характер сделали её одной из самых уважаемых и одновременно опасных студенток факультета. Алексия редко вступала в общение с другими учениками, предпочитая компанию друга Барти Крауча и соседку-подругу Милу Эйвери, младшую сестру Фила Эйвери. Вместе они часто проводили время в школьной библиотеке, углубляясь в изучение сложных заклинаний и древних текстов. Однако, несмотря на свою замкнутость, Алексия пользовалась большим уважением среди студентов. Одним своим взглядом она могла заставить замолчать любого, даже представителей других факультетов. Её знания и навыки в области магии были на высоте, и многие ученики обращались к ней за помощью, зная, что Алексия не откажется поделиться своими знаниями. Регулус знал, что у девчонки что-то случилось, ведь она всегда уезжала. Он догадывался,из слов матери в прошлых письма, что миссис и мистеру Лорен нездоровится, поэтому они находятся в Мунго, поэтому ей нелегко оставаться одной в большом пустом доме, полном воспоминаний и теней прошлого. Возможно, именно поэтому она решила остаться в школе, где, несмотря на холод и пустоту, всё-таки сохранялось ощущение жизни и движения. Несмотря на сложный характер девушки, Регулус чувствовал непреодолимое притяжение к ней. Его чувства вспыхнули еще на пятом курсе. Нет, дело было вовсе не в ее внешности, хотя она тоже играла свою роль. Однако больше всего его впечатляло то, как она заботилась о других людях. Несколько раз он становился свидетелем того, как она бесстрашно защищала своих сокурсников-змеев от нападений мародеров. Также она всегда приходила на помощь маленьким потерянным первокурсникам, помогая им найти дорогу к гостиной или кабинету. Она была удивительно доброй и отзывчивой, несмотря на суровый внешний вид. Но самое удивительное заключалось в том, что она помогала не только своим со своего факультета, но и студентам с других факультетов. Правда, делая это тайком, чтобы никто не обвинил ее в предательстве. Тогда-то Регулус и решил начать делать ей небольшие подарки от «неизвестного». Вкладывал в ее тетрадки нежные стихи, написанные его рукой, но измененным почерком. Оставлял для нее маленькие коробочки с ее любимыми шоколадными конфетами. Иногда дарил скромные букетики полевых цветов. Эти жесты были символическими проявлениями его чувств, но он старался оставаться анонимным, опасаясь осуждения. Однако каждый раз, когда он испытывал эти теплые чувства, Регулус старался подавлять их. Потому что проходя мимо этих серых, словно луна, мерцающая в полумраке ночи, глаз, он почувствовал, что блять просто сходит с ума. Все то, о чём он думал; что вбивал гвоздями в свои извилины мозга разрушилось. Просто разнеслось, как после урагана, оставляя после себя руины. Блэк поймал себя на мысли о том,что ему хотелось прикоснуться к ней. Вот так просто. Взять за руку или украдкой дотронуться до её хрупких плеч. Сделать что-нибудь, лишь бы почувствовать её, понять, что она настоящая, а не очередной плод его воображения. Ощутить тепло, которое окружало её. Хотя пытался, Салазар его дери. Обещал себе больше никогда! Никогда не думать о Лоран. Полное игнорирование, помнишь? Помню. Но не хочу исполнять это в жизни. Он знал, что вскоре ему предстоит вступить в ряды Пожирателей Смерти – путь, который был предопределен его семьей, но против которого он сам восставал. Он ненавидел эту перспективу, но боялся идти наперекор воле родителей. В глубине души Регулус мечтал сбежать из-под гнета семьи. Он часто вспоминал тот день, когда его старший брат Сириус покинул дом. Тогда Регулусу исполнилось шестнадцать лет, и он страстно надеялся, что Сириус зайдет к нему перед уходом и предложит уйти вместе. Но этого не произошло. Сириус просто ушел, оставив младшего брата одного с родителями. Регулус слышал, как за старшим братом хлопнула дверь, но не решился последовать за ним. Этот момент он до сих пор считает своей самой большой ошибкой и корит себя за нерешительность. Теперь Регулус понимает, что может потерять все, что ему дорого, включая свои чувства к этой девушке. Но сможет ли он преодолеть страх и пойти наперекор судьбе? Сможет. И у него есть план как это сделать. Но сначало он отметит с Лекс Рождество. _____ В тишине библиотеки, залитой мягким светом вечерних окон, Алекс сидела за столом, погружённая в работу над эссе. Перед ней лежало задание на каникулы: три эссе — по Истории Магии, Трансфигурации и Травологии. Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня? Ведь чем раньше начнёшь, тем больше времени останется на отдых и развлечения. Недалеко от неё сидел Блэк, известный своим безупречным прилежанием и высокими оценками. Его профиль был сосредоточен, взгляд внимательно скользил по страницам учебника, словно каждая строка скрывает секрет, который необходимо разгадать. Казалось, он сверяет свои записи с источниками, тщательно выверяя каждую деталь. Ну конечно, Блэк никогда бы не позволил себе допустить ошибку — он был не только отличником, но и старостой факультета, и для него идеальность работы стала почти правилом. Закончив проверку, Блэк аккуратно собрал свои книги и тетради, положил их в портфель и поднялся. Проходя мимо, он вежливо попрощался с библиотекаршей, мадам Пинс, и покинул помещение. Алексия продолжала работать, дописывая последние строки своего эссе по трансфигурации. Её рука уверенно вела перо по бумаге, оставляя аккуратный почерк, хотя мысли уже начали блуждать в стороне. Собравшись уходить, Алекс подняла взгляд и вдруг заметила на полу небольшой кожаный дневник. Подняв его, она увидела гравировку на обложке: «R.A.B.» — собственность Р.А.Б. Сразу стало ясно, кому принадлежит этот дневник. Наверняка Блэк случайно обронил его, покидая библиотеку. «Надеюсь, он будет в гостиной», — подумала Алекс, выходя из библиотеки. Пароль от его комнаты она не знала, поэтому оставалась надежда, что удастся найти его в общей комнате. Путь в подземелье оказался долгим и медленным. Шаги гулко отдавались под сводами старинных коридоров, а мысли Алекс неожиданно обратились к недавним событиям. Всего месяц назад её родители присылали ей тёплые письма, наполненные любовью и заботой. Они делились своими планами, рассказывали о том, как скучают и ждут встречи. Но в начале декабря болезнь настигла обоих одновременно, и они ушли из жизни, оставив Алекс одну в этом огромном мире. Эта утрата выбила её из колеи. Чувство одиночества нависло над ней тяжёлой тенью, будто холодный ветер проник сквозь самые тонкие щели души. Теперь, когда каждый день напоминал о потере, Алекс старалась держаться, находя утешение в рутине школьных занятий и поддержке друзей. Но порой, особенно в такие моменты, когда она находилась наедине с собственными мыслями, боль вновь вспыхивала ярким пламенем, заставляя сердце сжиматься от горя. Тем не менее, она продолжала идти вперёд, зная, что жизнь продолжается, и надо находить силы жить дальше. Зайдя в гостиную, Алекс оказалась лицом к лицу с тем, кого искала. Столкновение получилось неожиданным, но не сильным, однако свитки, которые держала девушка, вылетели из её рук, а из дневника выпал какой-то рисунок. Оба тут же принялись поднимать разбросанные предметы. Алекс подобрала несколько листов бумаги и вдруг заметила среди них рисунок. На нём был изображён величественный дуб, растущий во внутреннем дворе Хогвартса. Девушка задержала взгляд на рисунке, поражённая мастерством исполнения. Каждая линия была чёткой и уверенной, передавая силу и мощь дерева. — Я как раз тебя искала, Регулус, — спокойно произнесла Алекс, возвращая Блэку его дневник и рисунок. — Красиво, даже очень, — добавила она, искренне восхищаясь работой парня. Регулус принял свои вещи, слегка усмехнувшись: — Спасибо. Небось уже всё просмотрела? Его тон был лёгким, с лёгкой ноткой подозрения, но Алекс оставалась невозмутимой: — То, что принадлежит не мне, я не смотрю без разрешения. Но признаюсь, после этого рисунка, захотелось. Её ответ прозвучал ровно, без намека на эмоции, но Регулус уловил интерес в её словах. Он задумчиво посмотрел на девушку, прежде чем произнести: — Тогда приходи ко мне через час в мою комнату. Я встречу тебя на входе. С этими словами он развернулся и ушёл, оставив Лекс стоять посреди гостиной. Как и всегда, Блэки ставили условия, не давая права на отказ. Алекс стояла в гостиной, наблюдая, как Регулус уходит. Его предложение вызвало у неё смешанные чувства. С одной стороны, она действительно была заинтересована в том, чтобы узнать больше о его творчестве, но с другой — ей не нравилось, когда ей диктовали условия. Тем не менее, любопытство взяло верх, и она решила прийти. Поднявшись в свою комнату, Лорен аккуратно сложила свитки в ящик стола и направилась в ванную. Душ был тёплым и расслабляющим, помогая смыть усталость дня. Вода мягко стекала по коже, смывая остатки напряжения. Лорен закрыла глаза, наслаждаясь моментом покоя. Выходить из душа всегда приятно, особенно когда знаешь, что ждёт тебя уютная одежда. Лорен надела атласную тёмно-синюю пижаму, состоящую из широких штанов и рубашки, а под рубашку — чёрный топ. Её блондинистые волосы, влажные после душа, красиво струились по спине, и она решила оставить их распущенными. Затем девушка взяла пакет и начала укладывать в него необходимые вещи. Сначала туда отправились сладости — шоколадные конфеты и карамельки, которые она любила перекусывать вечером и множество других, ведь не знала какие сладости любит Блэк. Потом последовала расчёска, чтобы привести волосы в порядок, если понадобится. И, наконец, Лорен бережно положила туда подарок для Регулуса — кулон в виде звезды, который она купила в одном из магазинов Хогсмида. Имя Регулуса, означающее "принц", подсказывало идеальный выбор подарка. Завершив сборы, Лорен ещё раз окинула взглядом комнату, убедившись, что ничего не забыла. Комнатка выглядела уютно: мягкий свет лампы, разбросанные книги и подушки на кровати создавали атмосферу тепла и комфорта. Лорен сделала глубокий вдох, собираясь с силами перед встречей с Регулусом. Поднимаясь по лестнице, девушка остановилась перед массивным портретом, словно охранявшим вход в покои хозяина. Она замешкалась, не зная, что делать дальше: стучать было неловко, да и пароля она не знала. Где же Блэк? Он обещал встретить её... В этот момент дверь распахнулась, и на пороге появился сам хозяин. Его волосы были растрепаны, а чёрные лёгкие штаны и льняная рубашка казались небрежно надетыми. Однако даже в этом простом наряде он выглядел восхитительно. — Прости, что заставил тебя ждать, — сказал Регулус, проводя пальцами по своим кудрям. — Давно стоишь? — Ничего страшного, я только что пришла, — ответила Лекса, едва заметно улыбнувшись. Регулус шагнул вперёд, приглашая девушку войти. Его движения были плавными и уверенными, будто каждый жест был отточен до совершенства. Лекса прошла мимо него, чувствуя лёгкий аромат его одеколона — смесь мяты и древесных аккордов. Этот запах напомнил ей о чем-то далёком и забытом, но одновременно вызывал ощущение тепла и уюта. — Проходи, пожалуйста, — произнёс он мягким баритоном, закрывая за ней дверь. — Я рад, что ты смогла прийти. И кстати пароль "Мрак", вдруг захочешь придти. Она взглянула на него, пытаясь понять, насколько искренни его слова. Глаза Регулуса встретились с её взглядом, и в них читалось нечто большее, чем просто вежливость. Казалось, между ними возникла невидимая связь, тонкая нить, которая тянулась от одного сердца к другому. — Спасибо, — тихо ответила Лекса, опустив глаза. Она вдруг почувствовала себя немного неуверенно, хотя обычно была вполне решительной и независимой девушкой. Что-то в этом юноше притягивало её внимание, вызывая странную смесь волнения и любопытства. Проходя вперед, Лорен оказалась в комнате, оформленной в темных тонах. У стены стояла кровать и тумба, а возле окна – письменный стол, над которым парили свечи, мягко освещая пространство. Рядом находился небольшой стеллаж для книг и различных мелочей, а также внушительный шкаф из темного дерева. Посреди комнаты расстилался большой круглый ковер, а на стене возле кровати висели фотографии с семьей и друзьями. — Ну вот, через несколько часов Рождество, а у тебя тут такая мрачность, — усмехнулась Лорен, оглядываясь. Она уже успела украсить свою половину комнаты накануне и вовсе не собиралась убирать украшения до приезда остальных соседок. Блэк поднял бровь, внимательно наблюдая за реакцией девушки. — Ты хочешь сказать, что мне стоит украсить комнату? — спросил он, приглушенным голосом. Если бы она попросила его сделать это, он бы выполнил ее просьбу без колебаний. Теперь все, что она скажет, становится для него важным, единственным значимым мнением. — Нет, я хочу сказать, что мы должны украсить ее, — воскликнула Лорен, ставя пакет на стол. Ее голос звучал взволнованно, и она сама удивлялась тому, насколько легко проявляет эмоции в присутствии Блэка. Обычно она старалась держать себя в руках, но с ним позволяла себе быть собой, потому что чувствовала, что он никогда не осудит ее. С легким движением руки она взмахнула волшебной палочкой, и посреди комнаты выросла елка среднего размера. Парень уловил настроение Лорен и, поймав ритм, взмахнул своей палочкой. Елка мгновенно покрылась синими и серебряными шариками, а сверху обвились мерцающие гирлянды. Комната наполнилась праздничным светом, отражающимся в глазах обоих. Улыбнувшись, слизеринка взяла пакет со стола и, забравшись с ногами на аккуратно заправленную кровать, устроилась напротив Регулуса. Парень сел рядом, прислонившись спиной к подушке. Когда она предложила ему чай, он удивлённо поднял бровь, задумавшись, откуда тут вообще может взяться чай. Однако прежде чем он успел задать вопрос вслух, девушка крикнула: — Отлично, Юн! В ту же секунду перед ними появился домашний эльф, одетый в длинную рубашку, которую Лорен подарила ему на Рождество. Юн всегда был рад видеть свою маленькую хозяйку, ведь с самого детства он обожал её. С восторгом он посмотрел на Алексию своими большими глазами и воскликнул: — Юн слушает, свою маленькую хозяйку! Девушка ласково улыбнулась и поинтересовалась: — Привет, Юн, как твои дела? Как дома? Эльф радостно сообщил: — Всё прекрасно, маленькая хозяйка! Дом такой же, каким вы его оставили несколько недель назад. Юн следит за порядком и ухаживает за любимым садом. Я очень жду вас обратно! Алексия поблагодарила его и попросила приготовить чай для себя и Регулуса. Юн, конечно же, знал её вкусы наизусть, и уточнил: — Вам чёрный чай с тремя ложками сахара и немного разбавленный, а мистер Блэк? Регулус уверенно ответил: — Чёрный чай без сахара. Получив подтверждение, эльф моментально исчез, оставив молодых людей одних. — Это моя маленькая слабость, — призналась она. — Иногда мне кажется, что хороший чай может решить любые проблемы. На тумбочку возле кровати бесшумно опустились две дымящиеся кружки чая, а содержимое пакета уже лежало на покрывале. Регулус взял одну из чашек и сделал небольшой глоток, ощущая, как горячий напиток согревает его изнутри. Затем он потянулся к столу и достал оттуда свой дневник. — Держи, — произнёс он, протягивая дневник Алексии. — Здесь записаны все мои мысли, стихи и зарисовки. Девушка взглянула на него с недоверием, убирая за ухо блондинистую прядь волос. — Ты уверен, что хочешь доверить свои секреты именно мне? — спросила она, осторожно принимая дневник. Регулус кивнул, устраиваясь поудобнее на кровати. — Да, я уверен, что тебе можно доверять, — подтвердил он, приглушённо улыбнувшись. Алексия открыла дневник и начала листать страницы. Внутри оказалось множество записей: строки стихов, размышлений, рисунков. Ей стало понятно, почему Регулус держал это дневник при себе — каждая страница дышала искренностью и глубиной. На некоторых рисунках она узнала себя: вот она сидит под дубом, погружённая в чтение, а вот пишет что-то на уроке. Её сердце забилось чаще, когда она заметила, что многие из этих зарисовок напоминали те самые подарки, которые она получала анонимно. Теперь она точно знала, кто был её тайным поклонником. Румянец залил её щёки, и она попыталась скрыть смущение, делая вид, что продолжает изучать записи. Тишина в комнате стала почти осязаемой, пока Регулус не решил её прервать. — Почему ты осталась в Хогвартсе? Ты же всегда уезжала на каникулы домой, — спросил он, поднимая глаза на Алексию. — Как ты понял, Юн — мой домашний эльф, — пояснила Алексия, чуть подавшись вперёд. — Он единственный, кто у меня остался... Мои родители скончались несколько недель назад... Её голос стал тише, будто в горле застряли невысказанные эмоции. Глаза наполнились влагой, но ни одна слеза не скатилась по её бледной коже. — Понимаешь, на самом деле это была не болезнь... Их здоровье ухудшилось после того, как им причинили ужасный вред Круциатусом. Это случилось потому, что они отказались служить Темному лорду... Она на мгновение замолкла, вспоминая прошлое. Потом продолжила: — Я очень их любила... Они дали мне столько знаний, научили всему, что умели сами. Теперь у меня остались только воспоминания, дом, Юн и мамин сад, где я проводила своё детство... Всё закончилось так внезапно... Её плечи слегка опустились, и Регулус, заметив это, накрыл её ладонь своей рукой. Этот маленький жест согрел её сердце, и хотя слезы всё ещё стояли в глазах, Алексия почувствовала, что она не одна в своём горе. Регулус глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. В воздухе витал лёгкий аромат свежезаваренного чая, который только что принёс Юн, но на душе у него было тяжело. Слово за словом, он начал делиться тем, что давно лежало камнем на сердце. — Знаешь, мир такой огромный, а иногда чувствуешь себя совершенно одиноким, — начал он, глядя в окно, за которым были воды Черного озера. — После того, как Сириус ушёл, всё стало ещё тяжелее, чем раньше. Казалось, что вместе с ним ушёл весь свет. Честно говоря, я бы пошёл за ним, если бы он предложил. Надоело быть послушной собакой родителей, которые решают за меня, как мне жить. Мне было бы всё равно, что обо мне подумают другие — главное, что я был бы с ним. Но он не позвал, а у меня не хватило смелости самому уйти. К тому же, идти мне было некуда. Теперь, мне придётся следовать идеалам Темного лорда после окончания школы… Его голос становился всё тише, пока он не замолчал совсем, погружённый в свои мрачные размышления. Алексия внимательно слушала, чувствуя, как её сердце сжимается от боли за парня. Взяв его лицо в ладони, она посмотрела прямо в глаза, стараясь передать всю силу своей поддержки. — Лу, всё ещё можно изменить, — сказала она, пытаясь убедить его и себя одновременно. — Давай доучимся до конца, а потом сбежим. У моей семьи есть чудесная вилла в Италии. Уедем туда, будем жить вдвоём, найдём работу. Всё будет хорошо, — пообещала она, стараясь улыбнуться сквозь слёзы. Регулус ощутил, как её тёплые руки касаются его лица, и почувствовал, как его сердце начинает биться быстрее. Никто никогда не называл его так просто и нежно — Лу. Это имя звучало для него как обещание нового начала. — Ты первая, кто называет меня так, — прошептал он, притягивая её ближе и зарываясь лицом в её волосы, наслаждаясь ароматом вишни и ванили. — Никому ещё не приходило в голову назвать меня Лу. Они замерли в объятиях, каждый думая о том, что ждёт впереди. Регулус мягко отстранился, глядя в глаза Алексии. В этот момент между ними возникла особая связь, наполненная теплом и пониманием. Его рука легла на её щеку, пальцы нежно коснулись кожи. Он увидел, как её глаза вспыхнули, отражая смешанные чувства — надежду, страх и нечто большее, что трудно описать словами. Медленно наклоняясь, он приблизил свои губы к её губам. Это был нежный, трепетный поцелуй, полный тепла и доверия. Алексия ответила ему, закрыв глаза и позволяя себе раствориться в этом мгновении. Их сердца стучали в унисон, и казалось, что весь мир вокруг перестал существовать. Когда они наконец разняли губы, Регулус улыбнулся, чувствуя, как внутри него разгорается огонь. Он понимал, что теперь они есть друг у друга, и ничто не сможет разрушить эту связь. — С Рождеством, ma belle lune[ моя прекрасная луна], — прошептал Регулус, касаясь губами шеи Алексии. Его дыхание было тёплым и мягким, словно дуновение зимнего ветерка, принесшего с собой ощущение праздника. — С Рождеством, La mia stella[ моя маленькая звёздочка], — отозвалась она, обвивая руками его шею и прижимаясь ближе. После обмена подарками — Алексия подарила ему кулон с изображением звезды, а Регулус — кулон с луной, символизирующий их взаимную привязанность, — они уютно устроились на кровати. Голова Алексии покоилась на груди Регулуса, а его пальцы неспешно перебирали её мягкие волосы. Они говорили обо всём: о мечтах, планах на будущее, о местах, в которых хотели бы оказаться, и о своём побеге из мира, ставшего для них слишком тесным. Время текло незаметно, и каждый звук, каждое слово наполняли комнату особой атмосферой близости и понимания. В этот вечер, несмотря на холод снаружи, их сердца были согреты теплом друг друга, и они знали, что теперь у каждого из них есть тот, кто всегда будет рядом, как звезда и луна на ночном небе.