Глава 36

                    Тишина космоса была обманчива. В ней не было ни шороха, ни дыхания, лишь холодная пустота, в которой медленно выстраивались два флота Системных Лордов.              Двенадцать хаттаков и тридцать алкешей Кроноса держали строй, образуя вытянутую линию. Их золотые корпуса сверкали, словно сама война решила явиться в сиянии. Напротив, силы Апофиза выстраивались полукругом, стараясь обхватить противника. На каждом корабле символы змеи сияли в темноте, будто глаза древнего хищника. Декоративные украшения были обязательным атрибутом для гоа’улдов, и каждый считал именно свой стиль самым правильным. Но прав был только Сарех, во всяком случае он так думал. Так думал и каждый Системный Лорд.              На флагманском корабля эскадры Кроноса бог войны сидел на троне, вглядываясь в голографическую карту. Его взгляд был холоден, как металл клинка. Рейвен как и многие до него именовал себя богом войны, хотя у Ареса будут вопросы по этому поводу. Иронично что у Сареха таких вопросов не будут он считал себя богом «магии и покровителем наук», что на самом деле иронично. Ведь он знаменит как великий военачальник, как и Херуур, так что все просто копировали его.              — Апофиз дерзок, — произнёс Рейвен. — Но сегодня он узнает, что значит бросить вызов богу войны.              Да, эта битва позволит ему возвыситься над всеми своими собратьями, и занять привилегированное положение.              — Мой лорд, — склонился капитан, — их корабли растягивают фланги. Они хотят окружить нас.              Гоа’улд сжал кулак.              — Тогда мы пробьём их центр. Пусть почувствуют наше копьё.              На флагмане эскадры Апофиза было иначе. Склонившиеся жрецы тянули мантры, пока сам бог, командующий эскадрой смотрел на карту. Его губы растянулись в хищной улыбке.              — Слуги Кроноса полагается на грубую силу, — сказал Шенхар. — Мы разорвём его клинья, как кобра разрывает мышь. Щиты на максимум, держать строй, выматывать их.              Обе стороны почти одновременно дали приказ на запуск ракет. Сотни боеголовок рванулись вперёд, оставляя за собой огненные хвосты.              — ПВО — открыть огонь! — выкрикнул офицер Кроноса.              Рельсотроны ожили, их трассеры полосовали пустоту. Зенитные ракеты уходили в перехват, разрывая боеголовки на облака осколков. Пространство озаряли вспышки, словно сотни маленьких солнц.              И всё же часть ракет прорвалась. Одна взорвалась вблизи алкеша Кроноса, и корабль разломился пополам. Другой хаттак дрогнул под ударом и ушёл в оборонительный разворот. Мощность боеголовок увеличивалось год от года, над этим работали сотни ученых, а также мерам противодействия. Сбить систему наведения, а вот для ракет делали их менее заметными, щит и меч боролись раз за разом. Мощность боеголовки, её скорость, снижение заметности для сканеров, все это развивалось в ракетах и достигало высшего уровня.              Ситуация повторилась и у эскадры Апофиза. Его щиты держали большую часть удара, но один из алкешей вспыхнул, словно факел, исчезнув в черноте.              — Первый обмен ударами, — сухо отметил капитан Апофиза.              — Пусть думают, что силы равны, — прошипел Шенхар. — А затем мы ударим ядом.              Его план был гораздо более продуманным, чем у его противника, во всяком случае это он так думал.              Три хаттака Кроноса вышли вперёд клином, прикрытые десятком алкешей. Плазменные батареи обрушили залп на центральный сектор Апофиза. Желтые сгустки плазмы били в щиты, ослепляя датчики.              На мостике одного из кораблей Кроноса офицеры работали без остановки.              — Щиты противника падают! — закричал тактик.              — Ещё залп! Не давать им отдышаться!              Но Шенхар был готов. Его фланговые хаттаки развернулись, обрушив встречный огонь. Два алкеша Кроноса разлетелись в клочья, их обломки крутились среди яростного боя.              — Жертвуют собой ради нас, — равнодушно заметил Рейвен. — Такова их судьба.              Хотя это было судьба джаффа, сам он жертвовать своей жизнь не намеревался, если битва будет проигрышной, он всегда может отступить. Кронос растягивал свои силы, чтобы захватить как можно больше владений Ра. Нужно было сражаться с силами Апофиза и Херуура.              А ведь говорят, что в большую галактику прибыл легендарный флот Ахмонтеха Багряная Коса. Одного из величайших флотоводцев в галактике, и его учеников. Так что нужно разобраться с врагами, и двинуть все силы на Сареха, чтобы выбить его из большой галактики, пусть сидит себя на окраинах, но не вмешивается в политику истинных повелителей галактики.              Он захотел сражаться за власть в галактике, за самые жирные миры, что ж пусть узнает насколько это сложно.              Вместо лобовой атаки Шенхар приказал своим кораблям рассредоточиться. Четыре хаттака уходили влево, три — вправо, стремясь зажать клин Рейвена. Их ракеты пускались сериями, вынуждая рельсотроны работать без остановки.              — Мы теряем боезапас быстрее, чем они, — предупредил офицер Кроноса.              — Неважно, — прорычал командир. — Главное — сломить их дух.              Внутри алкеша Апофиза атмосфера была другой. Командир держал руку на поручне, когда корпус дрожал от попаданий.              — Щиты падают! — крикнул техник.              — Продержитесь! Владыка ведёт нас к победе!              Через две минуты боя космос превратился в ад. Уже семь алкешей Кроноса и восемь Апофиза были уничтожены. Два хаттака Кроноса и один Апофиза горели, продолжая стрелять, но едва держась.              Каждый залп сопровождался вспышками на десятки километров. Осколки пробивали корпуса союзных кораблей, создавая цепные разрушения.              — Корабль «Ку-Ша» потерян, — сообщил капитан Апофиза. Шенхар лишь сжал кулак.              — Они умрут славно. Продолжать атаку.              Только поражение может быть опасным, а потери со временем могут быть восполнены из новых земель, или же из тех кораблей что переходят под руку владыки Апофиза. Так что потери приемлемые.              Рейвен поднялся с трона, его голос гремел, как гром:              — Настало время сломить змея!              Все двенадцать его хаттаков синхронно выпустили залп — почти две тысячи ракет. Поток боеголовок заслонил звёзды.              Шенхар рассмеялся.              — Вот и пришёл их последний козырь. Все батареи — на перехват!              Щиты и зенитные ракеты сработали, уничтожив половину залпа. Но вторая половина прорвалась. Один хаттак Апофиза взорвался, разорвавшись на куски. Другой получил тяжёлые повреждения и начал терять ход.              — «Сарон» уничтожен, — доложил капитан.Командир эскадры Апофиза только оскалился.              — Тогда остальные будут сражаться яростнее.              Шенхар собрал свои алкеши в плотную формацию. Тридцать кораблей открыли огонь синхронно, выпустив сотни ракет. ПВО Кроноса захлебнулось.              Флагман дрогнул от взрыва: одна боеголовка пробила щиты и рванула у самого командного отсека. Экипажи падали на пол, искры сыпались с потолка.              — Системы жизнеобеспечения повреждены! — кричал техник.              Рейвен лишь поднялся во весь рост.              — Я — бог войны! Пусть враг видит моё лицо! Вперёд!              Флагман Рейвена пошёл напролом, разрывая строй Апофиза. Он понимал, что нужно сделать, что-то чтобы выжить иначе Кронос не будет доволен, тем что происходит. Тысячи смертей будет радостью по сравнению с тем что все же сделает Кронос, он знаменит тем что не щадит никого из своих подчиненных за провалы.              Два гиганта встретились в центре поля боя. Их плазменные батареи били в упор, рельсотроны срывали куски обшивки. Щиты дрожали, гасли и вновь включались.              Алкеши обеих сторон бросались на перехват, но гибли под перекрёстным огнём. Один из кораблей Кроноса врезался в алкеша Апофиза, уничтожив обоих.              На флагмане Шенхар паника смешивалась с восторгом.              — Щиты на двадцати процентах!              — Продолжать огонь! — проревел командир. — Если мы падём, то утащим их с собой!              Их носовой отсек вспыхнул от прямого попадания плазменного орудия Рейвена. Металл плавился, щиты окончательно рухнули.              — Владыка! — закричал капитан. — Мы не выдержим!              Шенхар рассмеялся.              — Лучше сгореть в бою, чем жить в поражении. Полный ход вперёд! – Он не боялся, потому что прямо под его креслом были кольца телепортации, это был довольно популярный девайс. Многие гоа’улды использовали его для своего выживания. И один из кораблей уже готовился подхватить его. И это станет его новым кораблем. Что же до служащих флагмана. Они должны умирать за своих повелителей, и Шенхару не было жаль джаффа, что погибнут.              Флагман Шенхара ринулся в лобовую атаку. Корабль Рейвена пытался развернуться, но было поздно. Два гиганта столкнулись, и яростный взрыв осветил космос. Взрывная волна разметала алкеши и подбросила оставшиеся хаттаки в стороны.              Когда свет угас, от флагманов остались лишь раскалённые обломки. А вместе с этим два телепортационных луча прорезали космос и их подхватили. Сражение продолжалось несмотря на гибель флагманских кораблей.              Но тут из гиперпространства стали выходить корабли Сареха, их зеленые символы давали даже более точную идентификацию чем системы «свой-чужой», ударная эскадра Сареха в 10 кораблей пребыла на поле боя, Шенхар как и все капитаны Апофиза получили копию договора в которой указывалось что в определенных ситуациях Сарех и Апофиз действуют как союзники и могут запрашивать помощь у друг друга.              Свежие боевые силы тут же набросились на потрепанный флот Кроноса, множественные залпы ракет, и плазменных выстрелов просто стали сметать корабли с потрепанными щитами, и разряженными пусковыми установками.              В бой шли одни из самых новых версий хаттака, с улучшенными гипердвигателями, улучшенными оружием, и оптимизированным дополнительным пространством, правда без возможности садиться на планету, но это им и не требовалось, любое снабжение если нужно было шло через врата, а если нужно было техническое обслуживание так этим занимались верфи. Так что Сарех со временем переводил свои корабли именно на такой режим работы.              Вместе с этим он и готовился. С Гелиополиса и Икара он перебросил верфи, которые были законсервированы до определенного момента, но теперь расконсервированы и перемещены на защищенные планеты. Теперь у него был надежный тыл и возможность сборки тех же алкешей прямо на месте, а также ремонтировать поверженные корабли. Не говоря уже о строительства новых.              Сарех и его штаб очень серьезно относился ко всей компании по захвату владений Ра, и давно вынашивал такие планы, поэтому над подконтрольными планетами построил верфи, но мало их использовал, так как приходилось бы перераспределять систему поставок, снабжения и так далее. Это был резерв, который только что стал актуальным.              Идея вторжения в большую галактику владела штабом Сареха много лет, точнее несколько десятилетий, Объединенный Штаб разработал множество планов, но мало какие из них предполагали, что будет сражения совместно с союзников. Воевать с помощью союзников Сареху подсказала Эгерия.              Будем объективные Сарех, это гоа’улд который любит повергать врагов, любит рискованные планы и чувствовать себя самым умным в комнате даже если таким не являлся. Однако у него есть грамотные советники, и самым большим его достижением было то что он их слушает, и слушает постоянно. Но эти советники не злоупотребляют своим внимание.              Эгерия посоветовала использовать сеть союзов и вот он их прямо сейчас использует.              - Говорит немессор Сихтех, вам нужна помощь в починке кораблей? Согласно договору между Системным Лордом Апофизом и Сарехом вы можете отремонтироваться на наших верфях.              Тем временем джаффа и гоа’улды на кораблях Апофиза были в шоке – «Апофиз и Сарех стали СОЮЗНИКАМИ!!!». Это было что-то из области фантастику, последние 50 лет они недолюбливали друг друга и пытались прикончить, но потом Апофиз перестал пытаться убить Сареха, у них установились нейтральные отношения. Без взаимной ненависти и без любви, а то что разносилось по всей галактики были просто сплетнями. Больше считалось, то что у Сареха хорошие отношения с Баалом, Бастет и Ю, во всяком случае он чаще всего контактирует именно с ними.              Впрочем, это все были сплетни, Сарех был наемником и нейтрален абсолютно ко всем. С единственным правилом – не атаковать Лордов Систем, те ценили это и то что тот никогда до смерти Ра не нарушал этого правила. Исключая атаки на Селкет, по довольно очевидно причине – та пыталась его убить. Попытка убить Лорда Систем никогда не воспринималась благосклонно, как минимум потому что это возбуждало других проверять свою безопасность.              А еще это создавало множество вопросов у рабов, в плане того – как умер их бог? Особенно когда убийцы какой-то ашрак. С Ра хотя бы все было более-менее понятно – его убил другой бог, открыто в бою и признался в этом. Предоставив определенные свидетельства – то же тело Ра в своем экзоскелете. Можно скормить любую чушь о великой битве, в которой погиб Верховный Владыка Систем.              - Нам нужна лишь минимальная починка. Мы сможем вернуться к своим планетам. – Ответил Шенхар. Все же он не хотел испытывать терпение Апофиза, и хотел бы убедиться в правдивости приказов и союзов. Сарех известен как мастер уловок. Напрямую он никогда не лгал, но лгал своими действиями и введением врагов в обман.              Так что он будет в достаточном уровне безопасности, как только командир эскадры может подтвердит приказы и если все правда, тогда совместные операции с войсками Сареха будут максимально успешными. Нужно еще прочитать смысл того договора и всего того что там упоминаются.              Две могучие силы будут объединены чтобы захватить всю территорию Ра. Через уже несколько часов или дней, информация будет разнесена по всей галактике. Об этом узнают все – Змея и Скелет вступили в союз.              Скорее всего это запустит процесс формировании новых союзов, политика будет работать практически так же сверхурочно, как и на Земле. Ведь союз двух могучих сил нарушает баланс сил. И это они не знают о Ю, который тоже готовит свои планы. Слишком долго все забывали о его существовании.              Но он готовится вернуться в большую галактику и показать почему Ю являлся величайшим Лордом Систем, Бастет была более сдержанной. Ей проще было договориться с Сарехом, чем с новыми молодыми и голодными гоа’улдами. Когда-то её флот спас Ра от Анубиса.              Пора напомнить всех, почему Кошку всегда боялись и уважали. Почему она Системный Лорд больше 15 тысяч лет.              

***

             База НОРАД, гора Шаен.              Металлическая капсула, размером с небольшой шкаф, стояла в центре бокса. Сложная сеть золотистых трубок и узоров на её поверхности поблёскивала под светом ламп. По бокам располагались две архаичные панели управления, усеянные знаками гоа’улдов.              Саманта Картер стояла, скрестив руки на груди, и внимательно смотрела на устройство. За толстым стеклом в смежной комнате дежурила группа инженеров, готовых в любой момент отключить питание и запустить систему аварийного охлаждения.              — Значит, это и есть их стандартный наквадах-реактор, — сказала она, делая пометки на планшете. — Судя по размерам, рассчитан на питание алкеша.              — Мощность указана в инструкции, — заметил доктор Ли, держа в руках распечатку. — Если правильно перевёл… примерно шесть гигаватт тепловой энергии.              Картер усмехнулась:              — Для нас это целая электростанция. Для гоа’улдов — лишь «резервный генератор». И то тот что купили по дешевке на барахолке, и которую достали из такого глубокого подземелья, что думали никогда не продадут.              Они открыли защитный кожух. Под панелями оказался массивный кристаллический блок, уходящий в глубину корпуса. По его поверхности переливались голубые отблески.              — Энергетическая матрица, — предположила Картер. — Наквадах работает как катализатор. Он не только удерживает реакцию, но и усиливает её в тысячи раз.              Доктор Ли обошёл корпус, осторожно касаясь проводов датчиков:              — На панели есть раздел, который я перевёл как «протокол очистки». Видимо, топливо не вечное.              — Это логично. Даже у наквадах-реакций должны быть побочные продукты, — кивнула Картер. — Вопрос в том, куда они деваются.              Они подключили спектрометры и начали съёмку излучения. Сразу стало ясно: реактор почти не выделял радиации. Никакого фона, характерного для деления урана или плутония.              — По сути, это идеальный источник энергии, — произнёс один из инженеров. — Если разобраться, мы могли бы питать целые города.              Картер подняла палец:              — Или взорвать их. Неправильное обращение — и мы получим детонацию, сопоставимую с ядерным ударом. Поэтому шаг первый: понять, как гоа’улды удерживают реакцию стабильной. Потому что генерал Хаммонд не будет рад если мы взорвем гору… Без его участия.              Да, все знали про ядерную бомбу и про то что если что в Вальхаллу они уйдут в свете софитов… Буквально.              Таблички с символами гоа’улдов были переведены с помощью базы данных Сареха и переводчиков. Там были указаны «уровни активации», «резонансные частоты» и «синхронизация потоков».              — Похоже на терминологию квантовой физики, — сказала Картер. — Они описывают реакцию не как деление или синтез, а как «вибрацию материи».              Доктор Ли кивнул:              — Может быть, наквадах создаёт состояние, в котором частицы переходят в более стабильную форму, выделяя энергию.              Картер посмотрела на экран с данными:              — А может, они используют подпространственные эффекты. Гоа’улды редко ограничиваются лишь нашей физикой.              Да, они изучали технологии гоа’улдов и под час даже не понимали, что изучают, ведь это как разбирать Боинг, когда ты простой Средневековый житель. Однако Картер верила в науку, и то что если приложить достаточно усилий, то можно добиться всего что только можно.              А еще это отвлекало её от плохих воспоминаний о Ра… и других. Так что пусть все работает, ведь она и убила всех тех, кто её обидела. Нужно было воскресить и убить еще раз. И так тысячу раз.              Они включили реактор в минимальном режиме. Голубое свечение внутри кристаллического блока усилилось, датчики показали рост мощности.              — Внимание на температурные датчики, — сказала Картер. — У них нет привычной системы охлаждения.              И правда: реактор почти не нагревался. Энергия словно уходила «внутрь».              — Это подтверждает подпространственную гипотезу, — сказала она. — Часть побочных продуктов выводится в другое измерение.              Инженеры переглянулись. Один из них осторожно заметил:              — То есть, мы даже не знаем, куда уходит половина выделяемой энергии?              — Именно поэтому нам и нужен реверс-инжиниринг, — ответила Картер. — Пока мы не поймём полный цикл, использовать это небезопасно.              (Приметка Автора. Они ошибаются. Примерно так и работает наука на постоянных ошибках)              Картер подошла к доске и начала рисовать схему.              — У нас есть три основных способа генерации: деление урана, термоядерный синтез и аннигиляция. Все они требуют колоссального давления или тепла, и всегда дают радиационные побочные продукты.              Она обвела центральный кристалл реактора.              — Здесь же катализатором выступает наквадах. Он изменяет свойства вещества на квантовом уровне, позволяя извлекать энергию без разрушения ядер в привычном смысле.              Доктор Ли записывал:              — Если получится воспроизвести хотя бы часть процесса, мы сможем создать «чистый» реактор.              — А если нет, — добавила Картер, — мы рискуем построить бомбу.              Но чистый реактор перспективен, сейчас ядерная энергетика требует слишком большой инфраструктуры, но если бы все было намного проще? Это бы повысило эффективность реакторов в несколько раз. Нужно просто понять, как все происходит.              Один из молодых физиков, доктор Паркер, заговорил:              — Я заметил, что реактор использует три контура энергии. Основной — на выработку, второй — на стабилизацию, третий — на контроль. Может, это аналог нашей системы обратной связи?              Картер кивнула:              — Именно. Гоа’улды строили технику для долговременного использования. Их солдаты могли включить реактор по инструкции, не понимая принципа. Всё остальное делала автоматика. Да, что там они могли даже собрать по инструкции. Насколько я понимаю, у них есть некоторые аналоги репликаторов из Стар Трек, только это не прямая трансформация энергии в материю, о нет. Это перестройка материи в новую форму.              — Так значит, задача проще, чем мы думали? — с надеждой спросил Паркер.              Картер покачала головой:              — Нет. Простое управление не значит простая физика. Чтобы повторить конструкцию, нам придётся понять, как работает сам наквадах. И как им управляют. Он же довольно безопасен у него же нет никакого излучения, но если его использовать правильно, то это сверхпроводник, и даже топливо.              Они решились увеличить мощность до десяти процентов. В лаборатории включились красные лампы, система охлаждения заработала на полную.              — Мощность растёт линейно, — доложил техник. — Но нет перегрева.              — Держите руку на рубильнике, — сказала Картер. — Если что-то пойдёт не так, отключаем мгновенно.              Внезапно спектрометр показал выброс неизвестных частиц. Кривая взлетела вверх.              — Что это? — встревожился Ли.              Картер вгляделась в данные.              — Неизвестное излучение. Вероятно, побочный поток в подпространство. Для нас оно безопасно, но…              Она сделала пометку:              — Если неправильно скопировать конструкцию, эти потоки могут выйти в наш мир. Тогда последствия будут непредсказуемыми. Или гоа’улды знают что-то что нам не известно. У них холодный термоядерный синтез — это прошлый век. Иногда буквально прошлый век.              После часа работы они остановили эксперимент. Реактор вернулся в спящий режим. Голубое свечение погасло, оставив лишь тихое тиканье датчиков.              Картер сделала последний вывод:              — Мы узнали главное. Реактор гоа’улдов — это не просто источник энергии. Это комплексная система, где наквадах выступает катализатор квантовой реакции, стабилизируемой подпространственными полями. Простое копирование невозможно.              Доктор Ли кивнул:              — Но мы можем начать с малого. Использовать их принципы для наших генераторов, пусть даже не таких мощных.              — Именно так, — согласилась Картер. — Мы не станем гоа’улдами. Но мы можем взять лучшее от их технологий и превратить в наше оружие и наш инструмент.              Она посмотрела на потемневший корпус реактора. В её глазах было решимость и осторожность одновременно.              — Главное, не забывать: любая технология гоа’улдов — это меч. И в наших руках он может защитить Землю… или уничтожить её.              Технологии гоа’улдов действительно было за грани фантастики, и что они достаточно грубы, чтобы по инструкции их мог собрать кто угодно, а также чтобы имелась возможность работы, даже если их откалибровали не правильно. Довольно безопасны, но только для тех, кто знает, как их использовать. Насколько понимает Сэм, у того же Сареха довольно жесткие требования к технологиям, и они очень качественные.              Другие изучают нитевдеватель и вообще не понимают, как работает тот же инерционный двигатель. Иногда Сэм чувствует себя не учёным, а неандертальцем, случайно оказавшимся в лаборатории 20 века. Вот он — нитевдеватель. Компактный, стремительный, созданный для боя, а они не могу даже понять, как он удерживается в воздухе.              Все привычные законы аэродинамики и реактивного движения, всё то, что мы изучали десятилетиями, здесь попросту не работает. Нет ни турбин, ни сопел, ни ионных ускорителей, никаких признаков привычной тяги. Когда мы запускали модель в симуляторе, датчики показали лишь искажённое поле — не плазму, не реактивную струю, не даже электромагнитное взаимодействие в привычном смысле.              Он летает. Просто летает.              И это сводит всех с ума.              Половина нашей науки строилась на принципе действия и противодействия. Реактивное движение — священная корова инженерии. Даже самый экзотический двигатель должен что-то отбрасывать назад. Но нитевдеватель этого не делает. Он словно отказывается подчиняться третьему закону Ньютона.              Картер думает о безынерционных двигателях. Да, мы знаем, что гоа’улды используют что-то подобное. Их большие корабли скользят сквозь космос, меняя направление без малейшей задержки. Но одно дело — гигантский хаттак с системами стабилизации и огромными кристаллами питания, а другое — маленький, манёвренный истребитель. Как они смогли «упаковать» эту технологию в корпус размером с земную машину?              Земляне пытаются построить аналоги на Земле, да что там они просто пытаются понять, как это вообще может происходить. Земные инженеры работают с ионными двигателями, с плазменными ускорителями, экспериментируют с антигравитационными эффектами. Всё это требует энергии, громоздких установок и выдаёт заметные следы. А нитевдеватель стартует молниеносно, будто его не касается сама инерция. И при это у него нет нормальной системы входа во врата. Точнее у Сареха она есть, но у этого старого нитевдевателя её не было.              Что это? Манипуляция с гравитацией? Искривление пространства? Локальное искажение инерционной массы? Каждое объяснение звучит как фантастика, и всё же у них был в Зоне 51 реальный образец.              И вот Самана думает: если для них это обыденность, значит, земляне действительно неандертальцы перед компьютером. Люди могут нажимать кнопки, могут включить систему по инструкции, но принцип её работы скрыт от ученых, как тайна богов.              Всех раздражает это чувство. Раздражает и одновременно вдохновляет. Ведь именно такие загадки и двигают науку вперёд.              Картер представляет себе земных лётчиков, которые сядут за штурвал нитевдевателя. Они будут чувствовать, как машина подчиняется каждому движению руки, мгновенно меняет курс, зависает в воздухе без малейшего звука. Для них это будет магия, для ученой — постоянное напоминание, что она не понимаю фундаментальной физики.              И это пугает больше всего. Ведь если они не понимают — значит, не могут воспроизвести. А если не могут воспроизвести — значит, всегда будут зависеть от чужих технологий. От благосклонности того же Сареха.              Сэм смотрит на этот истребитель и думает: сколько веков должно пройти, прежде чем земляне перестанут быть неандертальцами? Или они так и остануться людьми, пытающимися объяснить чудо чужих богов языком собственной, ограниченной науки?              

***

             Тишина коридоров была непривычной. Там, где обычно гремели шаги жрецов и охранников, сейчас слышалось лишь гудение реактора и шипение систем жизнеобеспечения. Сарех передал корабль над Абидосом, буквально приземлив корабль на пирамиду, благо это был старый хаттак, который он строил для Ра. Иронично что расплачивается за убийство Ра, Сарех кораблем самого Ра.              SG-1 медленно продвигались по коридору, пока наконец не оказались у главного зала управления. Высокие арки, золотые панели, десятки символов на стенах — всё выглядело как храм, а не как мостик.              — Ну вот, — сказал Джек О’Нил осматриваясь. — Теперь у нас есть космический пиратский корабль. Осталось найти чёрную повязку на глаз и попугая. Ведь везде столько золота, что я чувствую себя настоящим пиратом.              Картер бросила на него взгляд, но промолчала. Её внимание было приковано к центральной консоли.              — Это невероятно, сэр. Всё управление кораблём сосредоточено в одном зале. Автономные системы, распределённые контуры… гоа’улды сделали всё так, чтобы один оператор мог отдавать приказы, а техника выполняла автоматически.              — Ага, — кивнул О’Нил. — «Бог сказал — техника сделала». Удобно, если у тебя сотни рабов для технической работы.              Тилк сделал шаг вперёд и встал у главного постамента, он тут был как консультант, и то на всего пару часов, все же ему нужно было вести войну. Оказывается, Сарех заключил союз с Апофизом, и теперь хочет взять под контроль територию Ра. И его флот уже прибыл в большую галактику. Став наводить порядок железной рукой, набрасываясь на любую вражескую эскадру. Такими эскадрами считаются корабли Херуура и Кронса, на остальных конкретно Сарех не нападает. Уже вся галактика знает об это союзе.              И все удивляются изворотливости Змеи и Скелета.              — Владыки редко касались панелей сами. Обычно экипажи кораблей выполняли команды. Но архитектура одинакова для всех хаттаков. Я могу показать, где находятся основные функции. – Потом Тилк задумался. – Исключая конечно корабли Сареха, они всегда переусложнены, а экипажи готовятся десятки лет. У них есть системы эвакуации, причем очень развитые. А управляют они всем кораблем из устройств похожих на гробы. Они соединены с кораблем. Это… впечатляющая технология. Другие гоа’улды не спешат её перенимать, так как это потребовало бы «божественных» объяснений. В котором на самом деле они не так сильны.              Дэниел Джексон уже раскладывал свои записи, усаживаясь за ближайший пульт.              — Вот это моя часть, — сказал он. — Символы знакомые, но контекст необычный. «Рассвет», «сияние», «огонь Ра»… Думаю, это обозначения разных режимов оружия.              — Отлично, — протянул О’Нил. — Так, Картер, вы займитесь реактором, Джексон — читайте древне-космическую инструкцию, а я буду ходить и изображать капитана Кирка. Ах да, я назову этот корабль «Энтерпрайз»!              В последнее время полковник О’Нилл был гораздо более живым, и часто шутил. Видимо возвращался к себе настоящему после множества потрясений, что выпало на его долю. Это хорошо, в противном случае командованию пришлось бы его заменять. А то что он стал больше шутить, дабы справиться со стрессом. Это в принципе можно было терпеть.              — Сэр, — Картер повернулась к нему, — нам в первую очередь нужно убедиться, что реактор работает стабильно и не перегрузится. У хаттаков наквадах-реакторы невероятно мощные. Если мы ошибёмся с управлением…              — Да-да, — перебил О’Нил. — Всё взлетит на воздух, мы превратимся в космическую пыль, Земля потеряет единственный космический линкор… понял намёк. Делайте всё осторожно.              Картер включила диагностический экран. Голубые символы загорелись, и трёхмерная схема реактора высветилась прямо в воздухе.              — Невероятно… Система отображает не только текущую мощность, но и распределение энергии по секторам: щиты, вооружение, гипердвигатель. Всё в реальном времени.              — И сколько у нас лошадиных сил? — поинтересовался О’Нилл.              Картер усмехнулась.              — В пересчёте на наши единицы — это просто нецензурные цифры. Если так подумать, наверное, один хаттак мог бы питать всю нашу цивилизацию. Впрочем, я, наверное, сильно преувеличиваю.              Она провела пальцем по символам.              — Вот система перераспределения. Можно в реальном времени переключать мощности с двигателей на щиты и обратно. Гоа’улды не пользовались сложными тактиками — они просто отдавали приказ: «максимум огня» или «максимум защиты».              — Значит, гибкости ноль, — подытожил О’Нилл. — Отлично. Может, мы наконец сможем драться не как «варвары с дубиной».              Тил’к тихо добавил:              — На самом деле они довольно хорошо используют сложные тактики, классикой и вершиной тактического и стратегического искусства является битва за Толлану. Достаточно сказать, что эта битва длилась практически неделю. Все зависит от каждого командира и врага. Анхнур дрался достойно и имел все шансы победить, но на самом деле проиграл еще в самом начале ведь на Толлане не было жителей, они эвакуировались на другую колонию. По сути сражение шли за производственные мощности. Без них было бы конечно плохо, но терпимо, главное, что выжили люди.              - Толланцы не хотят с нами еще встретиться? – Спросил О’Нилл.              - Нет. И самое главное не мне это решать, я послал сигнал по цепочке, и мне не ответили.              - Типичная разведка.              В это время Джексон листал голографический текст, который проецировался прямо из консоли.              — Смотрите, тут есть целый раздел «песен» для активации систем. Они действительно оформлены как религиозные гимны. «Восстань, огонь Ра, обрати в прах врагов» — это, скорее всего, команда включить главные батареи.              — Потрясающе, — пробормотал О’Нилл. — Мы летаем на храме с пушками.              — Для них это было одно и то же, — пояснил Дэниел. — Управление кораблём — это часть ритуала. Они сознательно делали систему так, чтобы пилот чувствовал себя служителем бога, а не техником.              Картер нахмурилась.              — Это ещё больше осложняет реверс-инжиниринг. Мы видим только красивую «обёртку», а не технический интерфейс.              — Но если я правильно перевожу, — продолжил Джексон, — тут есть схемы обучения. Простые последовательности команд для новичков. Думаю, с их помощью мы сможем безопасно активировать щиты и двигатели.              Тилк же поднял бровь, он не встречал этой системы очень долгое время, только совсем старые корабли обладали таковой. Скорее всего Сарех просто издевался над ТауРи, ведь это довольно забавно – что бы управлять кораблем, они должны восхвалять имя того, кого убили. Впрочем, таких систем у Сареха скорее всего не было. Если он открыто говорил перед своей Золотой Гвардией что не является божеством, это означает что и другие его джаффа могут это знать. Но служат с верностью.              Не понятно и не приятно.              Картер переключила режим на оборонительные системы. На голограмме вспыхнуло кольцо вокруг корабля.              — Щиты тут сплошные, однако можно просаживать отдельные эммитеры, тут множество зенитных систем, а также наступательных ракетных систем. Даже есть полный запас термоядерных ракет, и если я правильно перевожу цифры это 2 гигатонны.              О’Нилл нахмурился.              — Неплохой арсенальчик.              — Сэр это одна ракета.              — Черт!              — В прямом бою хаттак полагается на целый комплекс разнообразного вооружения. По сути хаттак это те советские ракетные крейсеры. Кажется, один называется «Адмирал Нахимов»,              - 1144 «Орлан». – Автоматически ответил полковник.              - Да, по сути тут огромное количество вооружения на разные случаи жизни и все это управляется единой информационной системой, и может реагировать на часть угроз. Развитая система ПВО, есть системы РЭБ, РЭР, автоматическое открытие огня на некоторые виды угроз. Автоматическая реакция на некоторые тактики.              О’Нилл присвистнул.              — Да, такой корабль достоин быть «Энтерпрайзом».              - Сэр, я не хочу летать на «Энтерпрайзе». – Указала Саманта Картер.              - Почему?              - Вы смотрели Стар Трек? Это имя проклято!              - Ты же ученый ты не должна верить в проклятия.              - Да, но я как ученый не могу идти против истины. Лучше назовите его «Мишень», «То во что попадет все», и это будет нести меньше негативных смыслов чем слово «Энтерпрайз»!              Тилк добавил, игнорируя дополнительный текст:              — Но следует помнить: у хаттаков есть уязвимости. Их ПВО против мелких целей ограничено. Слишком быстрые истребители способны пробиться сквозь защиту. Однако нужны действительно хорошие истребители, с развитой системой маскировки и опытными пилотами.              — Нитевдеватель подойдет? — Спросила Картер.              — Какого поколения?              - Ну самого первого. – Смущенно спросила женщина.              - Советую поискать что-то получше. – Указал Тилк, не желая посвящать женщину в те ужасы что произойдет с пилотом просто на подлете к кораблю. И что нитевдеватель может брать не так много ракет на самом деле.              Они перешли к исследованию гипердвигателя. Панели управления выводили сложные узоры, больше похожие на мандалы, чем на технические схемы.              Картер объяснила:              — Это не просто двигатель. Он открывает окно в подпространство и удерживает корабль внутри. По нашим данным, хаттак способен пройти галактику за два года.              — А если мы «прикрутим» к нему GPS? — спросил О’Нилл.              Картер вздохнула:              — Нам нужно будет полностью переписать навигационные алгоритмы. У гоа’улдов они завязаны на созвездия и мифологические ориентиры. Я не уверена, что смогу привязать это к земной системе координат. Да, и этого не нужно. Мы же в космосе будет летать.              Хотя она понимала, что это было просто разрядка обстановки. Ведь они мало что понимали в устройстве гипердвигателя. И вообще, как все происходит. Физика стоящей за этим была насколько выше понимания любого земного ученого что это можно объявить шаманством. Прям как в Вархаммере 40 тысяч? Как Империум отправлять корабли в Ад? Да, фиг знает. В этом польза фантастики, а Картер желательно не быть жрецом что машет кадилом на компьютер, а реально понимать, что происходит. И заодно узнать нет ли в гиперпространстве демонов.              Дэниел поднял голову от текстов.              — В инструкциях говорится, что навигация всегда сопровождалась молитвами жрецов. Возможно, это было необходимо, чтобы оправдать ошибки системы.              — А может, чтобы объяснить, почему корабль иногда оказывается не там, где нужно, — буркнул О’Нилл. Он просто представил, как будет рассказывать командованию, что навигаторам нужно будет кричать молитвы прямо во время путешествия. Как на него будет смотреть командование? Это будет действительно странно.              Через несколько часов работы они сделали паузу. Картер сидела, уткнувшись в планшет с заметками. Джексон раскладывал свои переводы. Тил’к стоял неподвижно, словно страж, а О’Нилл бродил по залу, поглядывая на панели.              — Ладно, подведём итоги, — сказал он. — У нас есть огромный корабль с пушками, щитами и двигателем, который мы едва понимаем. Мы можем его включить, можем немного им управлять, но понятия не имеем, как починить, если что-то сломается.              Картер кивнула.              — Верно, сэр. С научной точки зрения это бесценный шанс. Если мы сможем разобрать хотя бы часть технологий — щиты, реактор или двигатели — мы сделаем гигантский шаг вперёд. Ах да, еще мы обретем огромный культурный пласт распевая молитвы.              — А с военной? — уточнил О’Нилл.              — Там летают тысячи таких кораблей. От равного корабля может быть отобьемся. Или от алкешей.              - Если капитан дурак. – Указал Тилк.              - Спасибо в веру нас дружище.              Дэниел добавил:              - Но сам же факт обладания таким кораблем важен, как минимум мы можем изучать его технологии, культуру и историю гоа’улдов, и понимать, как они думают.              - Сильные мегаломаньяки помешанные на себе. – Быстро рассказал о гоа’улдах Тилк.              - Да, конечно, однако… Ладно может мы сможем быть наемниками для Сареха?              - Даниэль!              - Джек! Нам нужны деньги!              - Но не идти же в услужение гоа’улду.              - У него слишком высокие стандарты. – Опять же уточнил Тилк, вряд ли Сарех захочет брать в услужение людей. Вместе с этим ему нужны тяжелые штурмовые части, которые могут подавлять целые планеты если будет нужно, а не мелкие подразделения людей, на одном корабле. Разве что какая-то торговля технологиями могла бы быть, только у Сареха и там все было. Теперь его корабли самые быстрые, и это беспокоит даже Апофиза, который формально союзник Сареха, и должен редактировать собственную политику.              Все внимательно смотрят на корабли Сареха, чтобы захватить их и узнать, что за настройки гипердвигателя там есть.              Этот корабль скорее всего прилетел вместе со всем экспедиционным флотом, однако его быстро перестроили, удалив любые данные о схемах настройки более лучшего двигателя. Не стоит сторонним людям доверять стратегический ресурс государства – скорость переброски собственных войск. Да, на корабле даже были истребители, телтаки и другое оборудование, которое сложили просто за компанию. Так как Сарех не видел в этом ничего опасного. Как будто ему может что-то сделать передачи сотни истребителей людям? Причем на поколение устаревшим, а вот ученым Земли предстоит длительные избивания своего лица стенкой. Так как один истребитель по стелс-характеристикам лучше, чем все что может построить США, не говоря уже о том, что он банально может создавать свой «образ» на радарах. Чтобы стреляли не туда где на самом деле находиться корабль. И это не вершина развития истребительно авиации. Если будет подготовленная эскадрилья, то она сможет буквально за несколько часов истощить и уничтожить все системы ПВО отдельной страны.              В общем Земля пребывала в настоящем кризисе, пока что только тайном.              Однако, чтобы решить этот кризис некоторые вкладывали миллиарды, в частности в ученых, которые скоро должны будут излазить хаттак с первого по последний уровень и все детально задокументировать.              Если нужно пусть поют странные гимны, восхваляющие Ра.              Главное только результат.              Земле нужны собственные корабли для обороны. И желательно пару сотен. Для гарантии чтобы защитить собственную планету, но это уже дела будущего.              

***

             В армии Сареха наблюдалось довольно контрастное расслоение между войсками, с одной стороны были Бессмертные. Личная и элитная армия, которая только и делала что тренировалась ради одной цели – принести абсолютную победу своему господину. Построенная на принципах равноправия, и некоторого интелектуализма. Со временем Сарех ослаблял поводья, поэтому джаффа вполне могли декламировать стихи, правда свои и достаточно специфические.              У них была собственная культура и мироощущение, то что ковалось многие года, и самое главное развивалось.              А теперь в это все стали добавляться джаффа Ра, конечно с помощью технологий их убедили что они верны Сареху, но это не отменяет того что они другие.              Самой точной чертой Сареха является то что он вообще-то использовал женщин-джаффа в качестве собственных солдат. И те занимали самые разные уровни в иерархии Бессмертных, когда джаффа Ра были в основном домохозяйками. Это был один из самых базовых столпов предкновения.              Сарех не мог допустить чтобы такой большой мобилизационный потенциал прозябал в доме. Его если честно в последнюю очередь волновало благополочие собственных джаффа, и насколько обустроенным будет дом. Его воины даже не беременели, чтобы не ослаблять собственные войска, просто в родильных чанах из генного материала создавали зародыши. А потом уже выдавали родителем, когда он созревал. Но те приглядывали за ним не очень долго, ведь тот шел в специальную школу. Джаффа развивались в два раза быстрее обычных детей из-за нанитов, так что за 9 лет уже вырастал полноценная боевая единица, готовая повергать врагов в честь Сареха.              Самое ироничное что Бессмертные не жили в абсолютном информационном пузыре, у них были вполне нормальный доступ в Интернет, однако они уже сами создавали свой информационный пузырь. И предпочитали свои развлечения, пожалуй, в этом самый огромный социальный подвиг Сареха. Что он буквально выковал целую расу, такой какой он хотел её видеть, и эта раса покорилась ему во всем.              Но джаффа Ра были другими и поэтому просиходили столкновения не просто идеологий, происходили столкновения поколений. Для Бессмертный все что мешает служить Сареху должно быть вычеркнуто, в том числе и собственные идеалы. Даже те джаффа которым сейчас ближе к 200 и они вообще были куплены в 50 лет назад, считали все эти росказни о месте женщины на кухне просто очередным шизофреническим бредом замшелых ретроградов.              Они сами на себя стали смотреть как на ресурс, и воспринимать ресурсом для войны абсолютно всех представителей своего вида.              Не могли жить по-другому, и готовы были навязывать такую идеологию всем, кто хочет быть по флагом, под знаменем Тетрархии.              Кого можно было проводили через систему подготовки Бессмертных, в частности это очень остро касалось женщин, миллионы суперсолдат изображали из себя домохозяек и присматривали за детьми, когда это действительно мог сделать кто угодно.              Холодная и жестокая логика войны, для которой были созданы джаффа не щадила никого и ничего. У Сареха же это возведено в некоторый механический уровень тотальной рациональности. Конечно джаффа не были «боргами», они были личностями, самостоятельными взрослыми способные принимать решения, однако в значительной части они ассоциировали себя с чем-то большим, с чем-то великим. Победы, сокрушение врага все это стало подлинной религией.              Разнесенные на куски враги, стали молитвой для Бессмертных. Вот каким было наследие Сареха.              Развивающиеся Урваши и Бессердечные стражи этого рая.              А над ними восседал мертвый король, который уже давно не понимал человек он или чудовище, выползший из самой Преисподни, чтобы наказать других чудовищ.              Сама Следовала за ним, ведь он начал самую масштабную галактическую войну, которая способна разорвать на части всю галактику.              Сарех уже не был тем, кто был в начале своего пути.              И готов был спалить галактику до тла, чтобы в ней не было старых ретроградных гоа’улдов. Только он сам.