Госпожа Рай

Утро выдалось прохладным, воздух был наполнен свежестью после ночной грозы. Камал не остался ждать, пока особняк оживёт — он покинул его ещё до рассвета.   Он направлялся в поместье семьи Басу. Скоро должен был приехать его старый друг Доран Басу, и их встреча требовала обсуждения важных вопросов. Диану разбудил тихий голос служанки.   — Госпожа, пора вставать.   Голова была тяжёлой, веки слипались от усталости. Она плохо спала — если вообще спала. Служанки помогли ей подняться, обтерли лицо тёплым молоком, расчёсывали волосы, заплетая их в длинную косу, украсили её тонкими золотыми цепочками.   На неё надели простое, но элегантное сари из лёгкого голубого шёлка, расшитого серебряными нитями.   Она молчала.   — Вас ждут, госпожа, — мягко напомнила служанка.   Диана кивнула и направилась вниз.   Радха уже ожидала её в саду. Она стояла в лёгком зелёном сари, её кудрявые волосы были украшены жасминовыми цветами. — Ты сегодня особенно хороша, — тепло улыбнулась она, беря Диану под руку.   — Ты тоже, — тихо ответила Диана.   Радха легко пожала её руку, и они пошли по садовым дорожкам.   — Сегодня чудесное утро, не находишь? После дождя воздух становится таким чистым.   Диана кивнула, но не сказала ни слова.   Радха продолжала говорить, стараясь поднять подруге настроение.   Она рассказывала о новом шелке, который привезли торговцы, о редких специях, которые их семья недавно приобрела.  Она не задевала тему свадьбы. Диана понимала это.   И была ей благодарна.   В конце прогулки Радха неожиданно протянула ей небольшой букет.   — Это для тебя. Белый лотос — символ чистоты и нового начала.   Диана взяла цветы и на миг задержала взгляд на подруге.   — Спасибо, Радха.   Больше слов не понадобилось.   Они попрощались, и Диана направилась обратно в дом.   Она не хотела встречаться ни с кем. Поэтому её ноги сами привели её в библиотеку.   Здесь было тихо.   Пахло бумагой, чернилами и старыми манускриптами.   Диана выбрала книгу наугад и села у окна.   Время текло незаметно.   Она листала страницы, но мысли её были далеко.   В прошлом.   В будущем.   В том, что она потеряла.   И в том, что ждало её впереди.      Тусклый свет свечи слегка дрогнул, будто под напором невидимого ветра. Диана, погружённая в свои мысли, перевела взгляд на дверной проём. В библиотеке кто-то был. Фигура высокая, тёмная, привычно уверенная в своих движениях.   Он стоял у входа, молча наблюдая за ней.  Его взгляд был тяжёлым, но в нём не было гнева. Лишь усталость.   Он видел, что она избегает его. Он делал то же самое. Он понимал, что они ведут себя, как дети, но может потом все изменится? Она должна привыкнуть к дому, к окружению, к нему…даже если он будет находится далеко от нее. — Ты ушёл рано, — нарушила тишину Диана.   Голос её был ровным, но в глазах читалась настороженность.  Камал подошёл ближе, но всё же держался на расстоянии.   — Были дела.   Ему не хотелось объяснять, куда и зачем он уезжал.   Диана опустила взгляд на книгу, пальцы невольно поглаживали края страниц.   — Тебя искали, — заметил Камал после паузы.   — Я хотела побыть одна.   Он кивнул, как будто ожидая именно этот ответ.   Несколько мгновений они просто смотрели друг на друга.   — Она выглядела иначе. — пронеслось у него в голове.Не так, как той ночью, когда вошла в его комнату, робкая, но гордая. Теперь в её глазах было что-то новое. Отрешённость? Смирение? Он не мог понять.   — Он несчастлив. — прошептала она. — Отдохни, — наконец сказал он, и голос его прозвучал чуть мягче, чем обычно.   Он развернулся, собираясь уйти.   — Камал.   Он остановился, но не обернулся.   — Ты жалеешь? — её голос был почти шёпотом.   Тишина.   Он не ответил.  — Отправь меня в другую резиденцию, скажи, что я больна и мне надо лечится. Я буду далеко от тебя, ты сможешь завести другого человека с которым ты будешь счастлив. Ты понимаешь, что я не та, кто сможет зажечь в тебе огонь, и я понимаю, что я не та, кто сможет стать примерной женой и статной женщиной, на котор будут смотреть, как на равную тебе. Отправь и тебе станет легче. — Ты уже равная мне, ты Госпожа дома Рай. Сказав это он вышел из библиотеки, оставив её одну со свечами и мыслями.