Глава 31

                    Тьма всегда была его стихией. В глубокой пустоте, застывшей между мгновениями, он не ощущал ни боли, ни времени. Но даже сквозь холод стазиса он слышал зов — низкий, гулкий, подобный пульсу самой вселенной. Эфир звал его. Он призывал своего партнера, того, кто сделал его из камня текучим, изменил его форму, связал с собой и теперь они всегда могли отслеживать друг друга. Куда бы Бор не спрятал Эфир, тот всегда будет звать его, всегда будет обращаться к нему как к своему повелителю, ведь Малекиту удалось того что не делали поколения ученых до него – изменить форму Эфира и подчинить себе.              Глаза открылись медленно, будто из мрака прорывался новый рассвет. Но здесь не было света. Лишь полумрак зала, где стены дышали органическим металлом, а воздух вибрировал древними рунами. Стазис-камеры раскрывались одна за другой, выпуская на холодный пол силуэты его воинов. Их шаги были беззвучны, движения точны. Они выходили из сна, как будто заснули лишь вчера.              Малекит поднялся. Кожу ещё жгло — пять тысяч лет в холодной вечности оставили след. Но разум его был ясен. Он коснулся панелей, и стены зала ожили: экраны выстроили карту звёздного неба. Он узнал очертания — и понял: прошло слишком много времени. Империя Асгарда выстояла. Их власть не только сохранилась, она разрослась, как гниль, заполнившая раны мира. Все больше и больше миров подчинялись асгардийцам, что только могли высасывать все ресурсы из миров, обращая в рабство их народы. Не то чтобы темные эльфы не хотели делать все тоже, просто это было бы куда технологичнее и была бы правильная администрация. Асгард может забросить мир на столетия, просто потому что им скучно там находиться… Какое расточительство. Тогда зачем они вообще его завоевывали? В этом весь Асгард – глупость впереди мудрости.              — Асгард всё ещё дышит, — его голос был глух, но каждое слово отзывалось эхом. — Но скоро он захлебнётся в собственной крови.              К нему подошёл Алакрит, старший из военачальников, чьи глаза светились холодом.              — Повелитель, наши базы сохранились. Скрытые верфи на краю туманности Сура живы. Маточные чаны работают. Мы потеряли миллионы в той войне, но мы можем возродить их.              На экранах вспыхнули схемы: десятки огромных кораблей, укрытых в чёрных пустотах, где сама звёздная пыль скрывала их от глаз. Каждая армада — подобие живого существа, с сердцами из сплава и крови. Империя Темных Эльфов скрывалась в тени, все еще дышала, несмотря на все желания асгарда её убить. Они скрывались там, где взгляды повелителей Асгарда не могли их заметить. Асгард думал, что убил их всех, цари Асгарда всегда были высокомерны, стоило использовать это.              Малекит помнил: в прошлый раз он совершил ошибку, поставив всё на одно сражение. На одну ставку. Теперь же у него была сеть. Тайные миры, станции, базы, население. Да, их было мало, но достаточно, чтобы снова стать народом, а не тенью. И из этой тени они восстанут чтобы ударить по асгардийцам, испепелить их Империю, и построить на этом месте что-то гораздо более лучшее. Стабильное. Правильное.              Он вошёл в центральный зал командного корабля. Перед ним раскинулась проекция Бифрёста. Асгардская сеть сияла, словно гигантская паутина, протянувшая нити к узлам девяти миров. Из этих узлов Асгард держал под контролем тысячи систем, триллионы жизней.              И вот именно этот контроль он собирался вырвать из их рук.              — Они построили империю на крови, — произнёс Малекит, глядя на сияние порталов. — Их сила не в доблести, не в народе. Их сила — в пути. В мосте. Убей мост — и империя рухнет.              Он протянул ладонь, и перед ним вспыхнула сфера Эфира. Живая, тёмная материя колыхалась, как дыхание самой вселенной. Это была лишь часть настоящего Эфира тот что был похищен, так же как у Асгарда есть части Тессаракта у Темных Эльфов есть кристаллизованные части эфира. То, что они используют в своих технологиях, делая крепкие корабли, гранаты на основе черных дыр, спрессованную броню, которая может поглощать плазменные выстрелы. Все это им дал Эфир, как и Асгарду все дал Тессаракт, а то так бы и были заштатной планеткой в галактике.              — Мы не вернём прошлое, — сказал он своим воинам. — Мы создадим новое. Мир, где не будет господства Асгарда. Мир, где мы снова будем владыками.              В глубине корабля зазвучал ритмичный гул. Это пели чаны. В прозрачных капсулах колыхались зачатки новых воинов — тела, созданные из плоти и тьмы, чьи умы были уже наполнены знаниями: искусство боя, язык звёзд, ненависть к Асгарду. Им не нужно было детство. Они рождались солдатами. Доблестные, послушные и самое главное безжалостные. Асгардцы воспитывают своих воинов десятки или сотни лет, однако, что это за подготовка если все тоже можно сделать с помощью технологий?              Малекит прошёл сквозь зал, наблюдая, как новые эльфы расправляют крыловидные доспехи, впервые открывая глаза. Их взгляды сразу ловили его, и он видел там то, чего так жаждал — преданность.              — Мы были разбиты, — продолжил он. — Но мы не исчезли. Мы укрылись в тенях, чтобы дождаться этого часа. Асгард стал самодоволен. Они верят, что вечны. Но мы знаем правду. Всё можно сокрушить. Даже богов. И это сделаем мы, золотой трон падет перед нашей Тьмой.              На мгновение он закрыл глаза, ощущая, как частицы Эфир вливается в его вены. Тьма отзывалась в каждом нерве, делая его больше, чем просто правителем — живым оружием. В этот миг он почувствовал себя не пробудившимся из сна, а воскресшим. Еще нужно поглотить настоящий эфир, соединить себя с камнем Бесконечностью, сделать себя живым проводником, даже у Целестиалов так не получалось, им нужен был какой-то фокусировщик, какой-то артефакт. Но благодаря изысканиям Малекита этого не нужно, он сам может фокусировать энергию Камня Бесконечности. Потому что его ведет не слепое преклонение перед артефактом, а наука.              Экран перед ним сменился изображением Мидгарда. Там, где линии Бифрёста сходились, образуя перекрёсток.              — Здесь их слабость, — Малекит усмехнулся. — Люди не знают, что их мир — ключ к всей империи. Сломай его — и сеть падёт.              Воины склонили головы. Но Алакрит шагнул вперёд:              — Повелитель, даже с нашими флотами их сила велика. У них армии, союзники, миллионы подданных.              — У них нет верности, — прервал его Малекит. — Их подданные живут в страхе и повиновении. Стоит убрать кнут — и они восстанут. Наши атаки подорвут сеть, мятежи сделают остальное. Мы не будем воевать за каждый мир. Мы ударим по основанию, и вся их пирамида рухнет. Асгард всегда был высокомерен и рассчитывал только на силу собственных воинов, силу собственных царей, но ни во что не ставил собственных подданных которых «защищал». Он их защищал если только они никак ему не угрожали, всех тех, кто обладает теми же возможностями, что и они должны подчиниться. Как гномы Недевеллира, или же мы. Только мы не гномы, и не падем ниц перед их властью. Они заберут власть у нас только из наших мертвых рук, или же это сделаем уже мы.              Он поднял руку, и карта снова изменилась: план тактических ударов. Сквозь сеть порталов скользнули красные линии, отмечая узлы, где скрывались его базы. Оружие, давно подготовленное, начнёт грызть корни империи.              — В этот раз мы не явимся как буря, что сотрясает стены. Мы будем червём в сердце. Мы будем ядом, просачивающимся в жилы. Когда же они поймут, что умирают — будет слишком поздно.              Малекит остановился, глядя на своих пробудившихся воинов. Каждый из них был воплощением древней ненависти. Каждый — живым напоминанием о том, что их народ не угас.              — Мы начнём с приграничных миров. Сначала удары по станциям. Потом — по Бифрёсту. И в конце — Асгард падёт. А когда он падёт, галактика будет нашей.              Он шагнул к обзорному окну. Перед ним раскинулась пустота космоса, и в ней мерцали его корабли. Чёрные, бесшумные, как стая хищников, терпеливо ждущих. Десятки гигантов, каждый готовый разверзнуть смерть.              Малекит улыбнулся.              — Пять тысяч лет мы спали, — произнёс он. — Пять тысяч лет они правили. Но ночь вернулась. И ночь будет нашей.              Гул флота отозвался ему. Это была не армия беглецов. Это был народ, готовый вновь обрести своё место.              И на этот раз — они не проиграют.              

***

             Джейн никогда не доверяла тишине. В Лондоне её не существовало — шум улиц, ветер, гул поездов. Но здесь, за городской чертой, тишина словно дышала сама по себе, обволакивая и давя. Она шла по заброшенному складу, ведомая не столько любопытством, сколько странным дрожанием приборов, которые вдруг начали сходить с ума. А если приборы сходят где-то с ума, то стоит позвать дополнительных ученых ЩИТа, и для гарантии все оцепить танками. Конечно это все оправдывается учениями, только люди не глупые. Сначала люди были взволновены, учитывая последние события. Потом с подачи Скай, начали потешаться над глупыми вояками, что такие перепуганые что бегают и отрабатывают самые разные сценарии. Скай запустила серию мэмов, и ситуация разрядилась. Только фотографии Джейн Фостер и Гермионы Грейнджер тщательно фильтровались, Мстители или же девушка Тора не станут участвовать в таких «смешных» учениях. А это поднимет уровень паники. Ведь Джейн не только девушка Тора, но специалист по порталам. Люди бы сложили два и два, и начали эвакуацию из Лондона.              — Это не похоже на электромагнитные помехи, — пробормотала она, поправляя планшет. Показатели колебались, будто под полом пульсировало что-то живое.              Склад был пуст, но воздух внутри казался плотным, вязким. Словно невидимая рука толкала её вперёд. И чем глубже она заходила, тем сильнее тень поднималась из углов.              В дальнем отсеке она увидела странность: пролом в полу, ведущий в тёмный провал. Будто земля внутри склада прогнила и ушла вниз, обнажив тоннель. Джейн замерла. Разум кричал, что не стоит спускаться, но что-то иное — зов, глухой и настойчивый — толкнуло её.              Где-то тут любой разумный человек вызвал бы подкрепление из ЩИТа, но Джейн не была разумным, ведь у неё была магия для самозащиты, а также целый ворох артефактов, от Гермионы и Асгарда.              Она шагнула внутрь.              Путь вёл в подземелье, чьи стены были из грубого камня, словно старше самого города. Здесь воздух дрожал, и каждый шаг отзывался эхом. Джейн ощущала, что пространство вокруг не подчиняется привычным законам. Пол становился потолком, стены расходились, образуя пустоты, в которых не отражался звук.              Кажется, она даже не находилась на своей планете, так как чувствовала какие-то флуктуации. Благо просто можно позвать Хеймдаля и вернуться на Землю.              И наконец — она увидела.              В центре зала висело нечто. Оно не лежало на постаменте, не было зафиксировано. Эфир парил в воздухе, сгусток тьмы и света одновременно. Он не сверкал, как драгоценный камень. Скорее — дышал. Красные жилы внутри пульсировали, будто артерии, наполненные кровью.              Джейн замерла, потеряв дар речи. В груди вдруг появилось ощущение — как если бы кто-то смотрел прямо на неё. Эфир не был безжизненным артефактом. Он знал. Он ждал. Ждал носителя.              — Что ты такое?.. — выдохнула она. Вот сейчас ученная на 100% поняла – нужно медленно отходить, и вызывать всех Мстителей, устанавливать тут силовые щиты высшего уровня, и еще опечатывать все высшими уровнями допуска. Артефакты, особенно не понятные артефакты — это всегда угроза, женщина изучала некоторые магические артефакты, и как древние маги в Египте защищали свои склепы, или склепы фараонов. Так что нет она не будет это трогать.              Вместо ответа тьма пошевелилась. Волна красного сияния дрогнула, словно прислушиваясь к её голосу.              Страх смешался с любопытством. Её пальцы дрожали, но она всё равно протянула руку. Казалось, если она не прикоснётся — если уйдёт сейчас — тайна ускользнёт навсегда. И это было вообще не логично, её рациональная сторона просто орала, но тело не слушалось.              И в тот миг, когда кончики её пальцев коснулись тёмного сияния, мир рухнул.              Тьма рванулась вперёд, обвила её руку, грудь, лицо. Джейн закричала, но крик утонул в вязкой материи. Эфир не касался кожи — он входил в неё. Прямо в кровь, в кости, в лёгкие. В каждом вдохе теперь была не только она.              Она упала на колени. Сердце билось в бешеном ритме, тело дрожало. Но вместе с ужасом пришло новое чувство: сила. Непостижимая, древняя, безразличная к её воле. Она чувствовала, что способна разорвать сам воздух, стереть стены, уничтожить всё вокруг одним движением мысли.              А потом — тишина. Эфир затаился внутри, как зверь в логове. Он не исчез, он просто выбрал её.              Джейн подняла голову. Мир вокруг казался другим: линии энергии пробегали по камню, воздух дрожал от напряжения. И впервые она ощутила — не страх, а чужое присутствие. Будто кто-то очень древний и очень далёкий теперь знал, где она находится.              Она сделала шаг назад, тяжело дыша. Сердце всё ещё не успокаивалось.              — Чёрт… что я натворила?.. — прошептала она.              Но ответа не было. Только пульс тьмы в её венах.              Она пыталась сделать дыхательные упражнения, и направить космическую энергию в себя, чтобы просканировать себя и понять, что происходит. Но вместо простенького заклинания доступного всем, женщина просто отлетела в одну сторону, а красная паутина, просто стала разносить все вокруг. Удар об стену должен был сломать землянке хребет, но Эфир защищал собственного носителя, усиливая его биологию до непредставимого уровня, тот управлял реальностью биология является точно такой же реальностью. И Эфир переписывал тело женщины.              Джейн Фостер поняла, что произошло что-то дерьмовое. Она пошла обратно пройдя через портал который слушала и достала свой телефон, появилась связь и ученая набрала номер.              - Код Красный – 81, неизвестный артефакт неизвестного происхождения, он во мне возможно паразитический. Отследите меня по звонку. Лучше использовать вибраниумную клетку, на всякий случай. И артефакт не из нашего мира, зафиксированы бродящие порталы, по-моему, адресу. Я была на другой планете.              Сейчас, наверное, в оперативном штабе ЩИТа, МИ-5 и армии, звучат такие базеры тревоги, что отправляют вертолеты и квинджеты на всякий случай. Да, это частная территория, однако у ЩИТа есть права игнорировать частную собственность если там происходит что-то что несет общественную опасность. Бродячие порталы явно это делают, которые перемещают на другие планеты.              Еще нужно было связаться с Тором по этому вопросу – что это за артефакт, с помощью которого она кидаться телекинетическими волнами как будто она какой-то джедай.              (Приметка Автора. Потому что ты Скайуокер по мужу! Кхем)              

***

             Тор прибежал быстро, как только ему позвонила Гермиона, Селивиг и Дарси Льюс, в общем они сказали ему переставать бить рожи всяким пиратам и отправляться на Землю так как есть проблема.              - Что произошло?              - Она нашла блуждающий портал, там был какой-то артефакт в форме постоянно изменяющейся красной жижи, и он впитался в неё, поэтому Джейн обрела телекинетические способности, а еще полностью уничтожена вибраниумная клетка, импульсы происходят, когда у неё случаются эмоциональные вспышки. Успокоительные не работают, этот артефакт улучшил её физические показатели практически до твоих, и успокоительные никак на неё действуют. Только личная медитация помогает удерживать… что бы это не было под контролем.              Тор побежал к Джейн, которая была в большом помещении, на неё направлялось множество датчиков, а вокруг было разорванный в труху вибраниумная клетка.              - Джейн! – Воскликнул он, и побежал к ней, та тоже была рада его видеть.              Красная энергия возникла из её тела, и врезалась в Тора, его ноги оторвались от Земли и тело получило ускорение. Тот вылетел как пуля из дула пистолета, видимо Джейн слишком была рада видеть Тора, а Эфир именно так воспринимает любовь – ударить с максимальной силой и максимальной концентрацией. Так что над учеными которые пригнулись, пролетел скандинавский бог грома, и тот летел не с помощью своего молота, а просто из-за удара.              - Тор ты в порядке? – Крикнула Джейн, она не решилась выходить из круга который с помощью магии должен был сдерживать её силу, но камень реальности просто не замечал примитивную магию Гермиону, поэтому все были просто на безопасном расстоянии.              - Полностью! – Тор поднял руку из ящиков с припасами потом встал.              - Прости милый!              - Нет, так даже хорошо. – Сказал Тор, подходя к Селвигу и Гермионе.              - На какой планете она была?              - Мы отправили через портал туда зонды. – И она показала координаты.              - Свартальфахейм, он был родиной темных эльфов. Что там может быть никто не знает, это запретная территория. – Сказал Тор. – Нужно переместить Джейн в Асгард, у нас там есть лучшие ученые.              - Мы поможем тебе Тор, Старк скоро тут будет, лучше собрать все умы, чтобы понять, что с ней происходит.              - Да, Старку я могу доверять.              - Тор, привет я Джемма Симмонс. – К нему подошла молодая девушка, которая очень ярко улыбалась. – Я биохимик, изучала кровь доктора Фостера. Вот все данные, которые нам удалось собрать. Её возможности скачут каждые несколько минут, она становится то сильнее Халка, то слабее обычного человека, стабилизировать удается только когда она спокойна, но когда такая ситуация, не до спокойствия. Обычно мы занимаем её какими-то расчетами, это её успокаивает. Тогда её сила и возможности стабилизируются. Скоро прибудет доктор Беннер, и он может быть более точным в своих выводах.              - Хорошо, как только все они прибудут, я забираюсь всех в Асгард. Свартальфахейм опасное место и нужен будет каждый ученый чтобы понять, что вообще произошло.              - На неё стала очень плохо действовать моя магия, возможно твоя сможет помочь?              Тор подошел к Джейн и использовал некоторые заклинания чтобы просканировать свою любовницу, и понял, что сейчас в её теле было нечто мощное, оно текло по её венам, питало организм. Оно проникало в каждую клетку, даже в том числе и разум, позволяя генерировать энергию которая не была доступна для обычного человека. Когда она начинала что-то считать эта энергия перетекала в разум, и Джейн становилась еще умнее и быстрее. Чтобы не гробить постоянно компьютеры, просто привезли излучатели голограмм, с которыми могла играться доктор Фостер. Ученые замечали, что у женщины появлялись способности близкие к Гермионе Грейнджер в плане трансфигурации, она локально может делать голограммы твердыми, даже не осознавая этого. Компьютер от этого уходил на перезагрузку. Представьте сделать кусок света твердым, а не просто голографическим.              Даже у Тора кругом шла голова, и он понимал, что если все Мстители не понимали, что происходит то нужно поступать как взрослый состоявшийся мужчина у которого что-то не получается – звать мать и отца.              Во всяком случае у них должно быть больше информации об этом.              Когда прибыл Старк, Беннер, они собрали все возможные данные, оборудование которое просто уменьшили и вызвали Бифрёст, который переместил их в царство Асгард. Были вызваны самые лучшие бригады врачей, Один и Фригга, Тор уже сообщил им о том что происходит.              Беннер и Старк стали располагать свое оборудование, дабы понять, как можно извлечь паразита из тела носителя.              Один же быстро понял, что это Эфир, и что теперь Джейн Фостер по сути носитель Камня Бесконечности. Благодаря некоторой подготовки от Фригги она может контролировать его… Точнее просто отсрачивать свою гибель, ведь Камни Бесконечности не предназначены для таких слабых существ как люди.              - Темные Эльфы хотели с помощью Эфира повергнуть Асгард и принести Вечную Тьму.              - В каком плане? – Спросил Старк, перебивая правителя Асгарда. – Они что хотели вернуть свой 2007й год, когда все было хорошо?              - Они хотели уничтожить Асгард и тот порядок что создали мои предки. – Недовольно ответил правитель Асгарда. – Многие технологии темных эльфов базировались на управлению темной материей, и трансформации одних элементов в другие. Эфир помогал им в этом.              - Почему Эфир обладает такой мощью? – Спросила Гермиона.              - Потому что это Камень Бесконечности.              Один объяснил, что такое Камни Бесконечноти и как они работают, и то что Тессаракт был по сути им. И то что Старк повторил элемент который создали асгардцы изучая камень чтобы создать внешнюю оболочку для Тессаракта впечатляющее.              - Это все хорошо, но как нам извлечь Эфир из тела Джейн?              - Никак. – Ответил Один.              И теперь уже Тор и Джейн обратили внимание на тех, кто никогда не мог слушать слово «никак» - на Брюса Беннера и Тони Старка, которые презрительно отметили слово Одина.              Ученые не должны верить, что что-то невозможно, особенно в мире где есть космические камни, а так же что можно уменьшать материю до квантового состояния, и что существовал целый квантовый мир. Так что они верили в свои знания и то что у них все получиться.              

***

             Эфир отзывался в его крови.              Глухой стук, вибрация, похожая на сердце, но не его собственное. Это был иной пульс — тёмный, вечный, чьё дыхание пронизывало ткань вселенной. Малекит открыл глаза и поднял взгляд к звёздам, видимым сквозь обзорный купол флагмана. Там, в холодной пустоте, мелькала красная искра. Она звала его.              — Он найден. — Малекит произнёс это тихо, но в зале наступила тишина. Его военачальники знали: речь идёт о единственном оружии, равного которому не было в мироздании.              Эфир пробудился — и теперь он знал где.              Он видел это не глазами, а через кровь артефакта. Мидгард. Жалкий мир людей, крохотная точка на перекрёстке Бифрёста. Но именно туда, словно в сосуд, утекала сила. И именно там судьба империй сдвинулась с мёртвой точки.              Малекит отстранился от проекции и опустил руки на стол, где вспыхнули карты пространственных узлов. Яркие линии соединяли девять миров, сеть, подобная паутине. Асгард держал её в руках, как кнут и поводья сразу. Разорви нити — и вся конструкция рухнет.              — Время работает против нас, — сказал он. — Конвергенция близка. Когда миры станут единым узлом, удар Эфира разом сметёт все их пути. Бифрёст падёт.              Воины вокруг склонили головы, но он продолжил, уже громче:              — Асгард самодоволен. Они считают, что мы вымерли. Их память притупилась, их воины разучились бояться. Они даже не вспомнят наших лиц. Мы воспользуемся этим.              На экране вспыхнули отметки — тайные базы, скрытые флоты. Десятки кораблей, укрытых в пустотах, ожидали сигнала. И скоро этот сигнал не просто будет получен, он будет кричать во вселенную своим ревом – Темные Эльфы вернулись и они в ярости, они хотят крови, они хотят забрать у Асгарда все то чего он лишил его народ. Планеты, технологии, и прочее. Все это вернется обратно в лоно темных эльфов.              — План прост, — произнёс Малекит. — Быстрый. Точный. Как удар ножа в горло.              Он вызвал карту Асгарда. Символы кораблей выстроились в схему.              — Мы направим диверсантов. Несколько воинов, чья задача — попасть в плен. Пусть их арестуют, пусть уведут в сердце Асгарда. В их телах будет спящий код. Когда настанет момент — они станут маяком. Мы будем знать точные координаты дворца, арсеналов, самого Бифрёста.              Алакрит нахмурился:              — Это риск. Они могут расколоть код, понять его природу.              — Асгард ленив. — Малекит ответил спокойно. — Они не ждут угрозы. Для них мы сказка, страшилка для детей. Они даже не распознают нас. Их самоуверенность — наш лучший союзник.              Зал вздрогнул, когда на карте вспыхнула новая проекция: стая кораблей. Чёрные силуэты, обтекаемые, как хищники. Они не отражали свет — сами были тенью.              — Одновременно мы ударим флотом. Невидимые суда войдут в атмосферу Асгарда, пока диверсанты отвлекают стражу. Мы не будем жечь всё дотла. В прошлый раз я совершил ошибку, бросив все силы в одну битву. На этот раз мы нанесём нокаутирующий удар.              Малекит сжал кулак.              — Сломим им спину, но не истратим всю кровь.              Проекция изменилась: линии атак устремились к Асгарду. Одни — через облачные щели, другие — вдоль энергетических потоков. Флот двигался не прямым фронтом, а клиньями, словно стая волков, рвущих добычу с разных сторон.              — Цель первая: уничтожить их защитные генераторы. Пусть дворец падёт в хаос. Цель вторая: вывести из строя управление Бифрёстом. Без моста они слепы и медлительны. Цель третья: забрать Эфир. — Он снова ощутил пульс в груди. — Его сила принадлежит нам.              Воины кивнули. Но Малекит знал: план был больше, чем просто атака. Это был расчёт на будущее.              Он поднял руку, и в воздухе ожила новая проекция — карта окраинных миров. Десятки систем, живущих в повиновении Асгарду.              — Когда Асгард падёт — даже ненадолго, — сказал он, — его подданные взбесятся. Рабовладельцы держат кнутом. Стоит кнуту выскользнуть из рук — и псы рвут хозяина. Мы не должны воевать за каждую планету. Пусть мятежи сделают работу за нас.              В голосе прозвучала мрачная решимость:              — Мы ударим не только по телу. Мы ударим по воле.              Он отошёл от карты и посмотрел на собравшихся.              — Пять тысяч лет они правили. Пять тысяч лет мы спали. Но их власть держится на одной артерии. Убей её — и они истекут кровью.              Алакрит поднял голову:              — Повелитель, мы готовы. Но… если удар окажется недостаточным?              Малекит задумался. Перед его глазами вспыхнула память — та битва, когда он бросил весь народ на Асгард, и всё закончилось катастрофой. Он видел горящие корабли, мёртвые легионы, и собственное бегство в пустоту.              — Если удар окажется недостаточным, — сказал он, — мы отступим. Мы уйдём в тьму, но они уже будут ранены. А мы вернёмся. Снова и снова. Пока не падут.              Он повернулся к окну. Флот дрожал вдалеке, словно отражение в воде. Чёрные силуэты уже выстраивались в формацию.              — В этот раз я не дам себе ослепнуть жаждой победы. Мы не ищем славы. Мы ищем конец их империи.              Эфир снова пульсировал в его венах, и он почувствовал — время близко. Конвергенция станет его молотом. Девять миров сойдутся, и удар превратится в лавину.              — Пусть Асгард готовится к празднику, — произнёс Малекит. — Пусть радуются своей вечности. Они не знают, что ночь уже здесь.              Он протянул руку, и карта схлопнулась в точку — Асгард, сияющий золотом. В следующее мгновение тьма поглотила изображение.              — Начинаем подготовку.              И в ответ флот за окном ожил. Сотни огней двигателей вспыхнули в тьме. Тени срывались с мест, готовые рвануть вперёд. Тысячи солдат готовили свое снаряжение, истребители и бомбардировщики снаряжались специальными бомбами. Все это происходило в тенях, которые не видны даже могущественных провидцев, которые были на службе Асгарда. Все маги Асгарда не в состоянии понять, что произойдет, удар будет быстрым и точным как удар кинжала.              Малекит улыбнулся — впервые за тысячелетия.              Он поведет своих людей в великую битву, за право повелевать галактикой. Пока он спал взошли и окрепли некоторые молодые цивилизации. Такие как Кри, интересно что у них получилось с Камнем Разума? Или же Нова? Работает все еще их идея мирного объединения множества рас? Все это будут следующими врагами, сейчас же у него был план.              Это был не просто план. Это был приговор.              

***

             Планета Ванахейм. Пограничный мир, вечнозелёные леса которого давно стали ареной для мелких стычек и мятежей. Асгардские патрули приходили сюда редко, но сегодня их присутствие было ощутимо: военный отряд держал гарнизон у местной цитадели. А еще как раз тут недавно Тор разбил отряд пиратов, чтобы потом куда-то уйти. Пиратские рейды прекращались на все Девять Миров, всем уже стало понятно – Асгард все еще силен.              Именно сюда вела тропа диверсантов.              Корабль вынырнул из подпространства, словно разорвав саму ткань пространства. Его корпус был замаскирован под грубую пиратскую конструкцию: обшивка в шрамах, ржавчина, эмиттеры тепла — всё для того, чтобы выглядеть как обычный разбойничий баркас. Обычно на таких кораблях и путешествовал всякий сброд, учитывая, что этому кораблю было больше 5 тысячи лет, его можно было засчитать за «старую пережившую все рухлядь и только психи могут на таком летать». Все было достоверным, и асгардцы не должны ни о чем догадываться.              Те вообще были в некоторых моментах довольно туповатыми.              — Помни, — шепнул командир группы своим воинам. — Мы — пираты. Мы должны быть захвачены. Не сопротивляйтесь, когда придёт час.              Словно в ответ на эти слова корабль выпустил залп в сторону цитадели. Энергетические снаряды вспыхнули, врезаясь в стены. Жители кричали, прячась в лесах, огонь разгорался. Всё выглядело правдоподобно: хаотичный, жестокий набег. Даже их оружие было старым, и не принадлежало к темным эльфам, может быть асгардцы туповаты, но не настолько же чтобы не обратить внимание на оружие. Как раз на оружие асгардцы обращали внимание всегда, изучая его. Оружие являлось их страстью, они могли содержать целые музеи с разным оружием.              Но удары были рассчитаны. Повреждения — громкие, но не смертельные. Их задача была не уничтожить, а вызвать реакцию.              И реакция не заставила себя ждать.              В небе вспыхнуло золото: корабли Асгарда прорвали облака, излучая ослепительный свет. Их появление сопровождалось раскатом грома. Воины в золотых доспехах спустились прямо на площадь, щиты в руках, копья сверкают. Снаряжение за 5 тысяч лет так и не изменилось, руководитель диверсионной группы презрительно скривился.              — Пираты! — крикнул командир асгардцев. — Сложите оружие или будете стёрты в пепел!              Тёмные эльфы переглянулись. Их маски скрывали черты, а искажённые модуляторами голоса звучали грубо, по-чужому.              — Сдаёмся! — выкрикнул их лидер, бросая на землю клинок. Да, клинки тоже были дряными, у пирата не может быть настоящего атомарного клинка темных эльфов, что может прорезать буквально любой материал, кроме уру. Однако уру это особая статья, с которой лучше лишний раз не сталкиваться. Впрочем, у Малекита было несколько артефактов из уру, которые выковали гномы Недевеллира, которые не хотели быть прислугой Асгарда.              Остальные последовали примеру, опуская оружие. Асгардцы настороженно сомкнули ряды, но вид «пиратов» был убедителен: оборванные, грязные, в рваных бронежилетах. Никто и не подумал искать за этим легенду, которой было пять тысяч лет. Никто не думал даже видеть в них что-то больше чем отряд разбойников.              Воины были скованы рунами и уведены в цепях. Их корабль сожжён пламенем Бифрёста — демонстративный акт правосудия.              Командир асгардцев усмехнулся:              — Ещё одни глупцы, решившие бросить вызов короне. Пусть гниют в тюрьме.              Тёмные эльфы молчали. Их глаза, скрытые под масками, оставались холодными и безразличными. Всё шло по плану.              Когда их повели к вратам портала, один из пленников поднял взгляд на сияющее небо Асгарда. Его губы едва заметно дрогнули в тени улыбки.              Асгардцы совершили то что от них требовалось, они совершили самый большой подвиг ради блага темных эльфов. Им стоило обустроить тюрьму на какой-то другой защищенной планете, а не прямо в собственном городе, в дворце своего повелителя.              Темные Эльфы уже были внутри Асгарда.              

***

             Воспоминания              Тронный зал Асгарда утонул в тишине. Слова Одина прозвучали как приговор:              — Мы не знаем, как извлечь Эфир. Ни я, ни мои лекари. Это сила, древнее самого Асгарда. Человеческое тело… не выдержит.              Тор сжал рукоять Мьёльнира так, что костяшки побелели. Джейн стояла рядом, бледная, но упрямая. Она не отводила взгляда от Одина.              — Должен быть способ, — выдавил Тор. — Мы не оставим её умирать.              Один хотел что-то сказать, но Тони Старк перебил, пряча тревогу за привычной усмешкой:              — Ладно, дедушка, уступи место профессионалам. Это ведь не первый раз, когда инопланетный артефакт норовит превратить обычного человека в салат.              Брюс Беннер осторожно поправил очки и добавил:              — Тор, дай нам немного времени. Мы должны хотя бы посмотреть, что происходит с Джейн на клеточном уровне.              Да, это уже сделали ученые асгарда, даже использовали такие технологии, которые Старк и Беннер не видели даже в своих самых смелых мечтах. Но была разница – Джейн была девушка их друга, который привязан к ней. А для асгардцев это просто обычная смертная. Ради своего друга двое Мстителей готовы совершить невозможное, и начать работать с тем у чего нет название.              Конец Воспоминаний              Асгардские залы, обычно предназначенные для исследований рун и алхимии, на этот раз превратились в настоящий техно-арсенал. Старк развернул переносной «мини-лабораторию» — голографические панели, сканеры, нейтронные сенсоры. Беннер запросил у асгардцев хрустальные камеры для хранения энергии и соединил их с оборудованием Старка. А ведь было все то что они принесли с собой, Гермиона тут не участвовала так как клеточная биология была практически не её стезя, это больше к Хагриду относиться. Но учитывая, что они не хотели сделать из Джейн дракона, то Хагриду не стоит звонить.              Джейн сидела в центре комнаты на столе из полированного камня, вокруг неё плавали золотые символы рун — защитные печати асгардских целителей. Так чтобы она никого не пришибла – опять. Благо асгардские крепки и не сильно обижались что их головой пробили потолок.              — Ну что, док, как мы её сканируем? — спросил Старк, активируя голограмму человеческого тела.              — Я попробую совместить гамма-резонанс с твоими сенсорами. Эфир — это не просто энергия, это, похоже, жидкая форма реальности. Она перезаписывает клетки Джейн, — пробормотал Беннер, пальцы бегали по панели.              Сканеры ожили. На голограмме показалось тело Джейн: каждая клетка подсвечена. Красные всполохи пульсировали из её груди, расходясь по сосудам, словно чуждая кровь.              — Окей, — протянул Старк, свистнув. — Это выглядит как наночастицы в режиме «захватить и переписать всё живое». Она не носитель, она скорее сервер, на который загружается программа.              Беннер кивнул.              — Сравнимо с вирусом. Только вирус может мутировать клетки, а это… это их заменяет. Джейн превращается в контейнер Эфира. Но её организм слишком слаб.              — Перегрузка системы, — заключил Старк. — Процессор не тянет новый софт. И Бум!              Джейн хмуро подняла глаза:              — Я же не компьютер.              — Для вселенной мы все компьютеры, милая, — усмехнулся Тони, но взгляд его оставался напряжённым. — И твой жёсткий диск сейчас трещит по швам.              Несколько часов спустя              Беннер вывел новые данные: сердечный ритм Джейн был в три раза выше нормы, клетки стремительно выгорали, но одновременно восстанавливались Эфиром.              — Её тело держится только потому, что Эфир сам же её латает. Но это нестабильно. В один момент он решит, что органика мешает, и…              Беннер не договорил.              Тор шагнул ближе, его глаза метались между ними:              — Говорите прямо. Что нужно сделать?              Старк задумчиво потер подбородок.              — Нам нужно увеличить ёмкость носителя. Твоё тело, Джейн, слишком хрупкое для уровня энергии Камня Бесконечности. Но если изменить физиологию — усилить, укрепить… тогда у нас появится время.              — Время, чтобы вынуть Эфир? — спросила Джейн.              — Время, чтобы понять, как это сделать, — уточнил Старк.              Беннер вздохнул.              — Я работал над сывороткой суперсолдата. Неудачно, конечно… — он криво усмехнулся, намекая на Халка. — Но я знаю принципы. Метаболизм можно перестроить, мышцы усилить, ДНК сделать более устойчивым к перегрузке.              Тони тут же подхватил:              — А я добавлю немного из «Экстремиса». Перепрошивка ДНК через наночастицы, клеточная регенерация. Если совместить — получится версия, которая не взорвёт её, а укрепит.              Беннер нахмурился:              — Риск колоссальный.              — Риск в том, что если мы ничего не сделаем, она умрёт, — жёстко сказал Гермиона. Ей было больно это говорила, но это та реальность в которых они существовали, и просто нужен был тот ублюдок что скажет это прямо. Гермиона решила быть этим ублюдком.              В течение следующих часов лаборатория кипела. Старк чертил формулы прямо на асгардских стенах, ругаясь, когда руны мешали проекторам. Беннер с помощью местных алхимиков пытался стабилизировать биохимию смеси, превращая её в сыворотку, которую организм Джейн сможет принять. У него были все возможные реагенты, если их не было, Тор буквально летел и добывал их. Наверное, кто-то был довольно сильно шокирован, когда его лабораторию пробивал Бифрёст появлялся Тор, давал десяток килограмм золота и просто убегал с какой-то вещью. Это конечно в случае если таких материалов не было у Старка, ЩИТа или же Грейнджер. Так все материалы должны были подготавливаться за десятки минут, и быть готовыми к транспортировке.              — Если мы увеличим регенеративный коэффициент хотя бы в четыре раза, её клетки будут справляться с имплантацией Эфира, — пояснял Беннер.              — А если добавить нано-модуль стабилизации, мы сможем регулировать процесс через внешний интерфейс, — добавлял Старк, выводя голограмму наноботов.              Тор ходил по залу, как зверь в клетке, время от времени останавливаясь, чтобы сжать руку Джейн. Она держалась спокойно, хотя в глазах светилась тревога.              — Джейн Фостер, — сказал он тихо, — я не позволю Асгарду потерять тебя.              Она улыбнулась слабо:              — Может, это Асгарду стоит бояться, что он получит меня такой.              Еще несколько часов              Сыворотка была готова. Золотой сосуд, в котором плескалась субстанция — смесь земной науки и асгардской алхимии.              — Последний шанс отказаться, — сказал Старк, хотя голос его звучал не как шутка, а почти серьёзно.              — Я согласна, — твёрдо ответила Джейн.              Беннер ввёл иглу в её руку. Сыворотка разлилась по венам. На мониторах показатели метаболизма начали взлетать.              Сначала тело Джейн выгнулось от боли, сердце билось, словно готовое вырваться. Кожа раскалилась, из груди вспыхнул красный свет Эфира.              — Держится! — крикнул Беннер. — Но перегрузка слишком сильная!              — Наноботы, запускаю! — Старк активировал браслет, который синхронизировал наночастицы с её кровотоком.              Энергия стабилизировалась. Красный свет стал ровнее, дыхание Джейн замедлилось.              Голограмма показала удивительную картину: клетки перестали разрушаться и начали укрепляться. Мышечные волокна утолщались, кости уплотнялись, метаболизм стабилизировался на новом уровне.              — Она становится… другой, — прошептал Беннер. — Её ДНК больше не чисто человеческая.              Старк позволил себе усмешку:              — Поздравляю, Тор. У тебя теперь подружка-суперсолдат. Хотя зная тебя это только заведет. Особенно в постели.              - Эй! Не тебе об этом говорить! – Выкрикнула Джейн, она была слишком смущена. Но вместе с этим красные волны Эфира не вылетели из неё, потому что более развитая биология позволяла сглаживать эмоциональные пики.              - Да-да, знаю, не распыляй меня Леди Тор-джедай. Оцени себя, свое состояние.              Джейн прикрыла и открыла глаза через несколько десятков секунд.              — Я… чувствую себя сильнее. И Эфир… он будто слушается.              Беннер смотрел на показатели:              — Сыворотка не убрала Эфир, но дала тебе возможность держать его внутри, не умирая. Это временное решение, но у нас теперь есть неделя, может две.              — Неделя — это роскошь, — сказал Тор.              Старк уже чертил новые формулы:              — Отлично. У нас пациент-сверхчеловек, доступ к Камню Бесконечности и лаборатория размером с королевство. Звучит как отличное начало очередной катастрофы.              Джейн улыбнулась.              — Только давайте попробуем, чтобы на этот раз всё закончилось не катастрофой.              - А когда это не оканчивалась катастрофой? – Спросила Гермиона. – Давайте вспомним нашу длинную историю, да хотя бы последнее десятилетие.              - Будь оптимисткой! Ты же ведьма, тебе положенно быть оптимистикой. – Пошутил над ней Старк.              - Я некромант! – Указала на очевидное Гермиона, хотя на самом деле некромантия не была её профилем, просто очень хорошо знает. – Мне положенно быть мрачным циником с плоскими шутками.              - Рви Шаблон!              Вечером, когда Тор отвёл Джейн в её покои, а возможно и остался в её покоях, чтобы протестировать новое улучшенное тело, Старк и Беннер остались в лаборатории. Гермиона была с ними.              — Знаешь, — сказал Брюс, — мы играем с вещами, которые не должны контролировать. Камни Бесконечности не для людей.              — Ага, — ответил Старк, глядя на пульсирующую проекцию Эфира. — Но если мы не попробуем, человечества тоже может не быть.              Они обменялись взглядами.              В их глазах не было самоуверенности, только понимание: игра началась, и ставки в ней — сама вселенная. Ведь именно из-за одного из Камней Асгард настолько великая цивилизация, и человечеству нужно тоже стремится к чему-то что за пределами горизонтов. Сейчас они играются с вещами, что могут переписывать сами законы реальности и логики. Впрочем, после частиц Пима это не так странно.              - И это говорит человек, который понял магию, и стал делать больше рунных программ чем я. – Указала Гермиона.              - Там много Джарвис делает, он вообще у меня тот еще экспериментатор. Изолированный полигон с лазерами что что-то чертят, потом подают магическую энергию, потом измеряем силу взрыва.              - Да, взрывы в нашем деле довольно частые.              Они были ученые, которые создавали по-настоящему противоречивые технологии, техномагию где прямое управление энергии соседствует с обычными нормальными технологиями, разрабатывали первые постулаты будущей науки и собственно зарабатывали на всем этом.              Беннер же разрабатывал новую химическую теорию и экспериментировал с химическими элементами подвергнутыми прямым воздействием разных энергий через тот или иной фильтр. Они были учеными и хотели понять все.              Сейчас им ради своего друга нужно понять, как управлять Камнем Бесконечности. Один считает, что носитель должен умереть.              Мстители так не считали.              

***

             Тем временем на Земле были активированы все возможные системы безопасности, ведь Конвергенция была уже совсем рядом, Мстители были в полной боевой готовности вокруг Гринвича, да что там невидимый даже прилетел Хеликеер, чтобы помочь в случае чего, пилоты были в повышенной боевой готовности, как и их истребители и квинджеты. Тоже самое было по всей Британии и части Франции. Корабли НАТО, готовились к Конвергенции, хотя очень малому количеству людей не из ЩИТа, сообщили что вообще происходит.              Для всех это были больше масштабные учения, только в последние несколько часов Лондон очистит воздушное пространство перенаправив все самолеты на дополнительные аэродромы.              Конечно это может вызвать вопросы, посыпяться иски, но это хотя бы не будет чертовый самолет переместившийся на другую планету откуда его придется вылавливать всеми возможными силами.              За всем этим со своего Хеликеериера следил Фьюри и Мария Хилл.              - Штрукер провел хорошую подготовительную работу, если все будет хорошо, то мир даже не узнает, чем на самом деле были все эти учения.              - Не загадывай Мария, все всегда может пойти не так. Думаешь Фостер просто так нашла этот артефакт? – Спросил Фьюри.              - Если честно не знаю, мы изучаем этим порталы, в чем-то это даже напоминает Монолит, но стихийно возникающий. С некоторых планет уже стали просачиваться непонятные животные – стали отлавливать. А ведь чего там нет. Пару раз кто-то из Ванахейма зашел, мы сказали им что им как раз обратно.              - Главное, чтобы никаких демонов. – Даже слух о демонах может просто повергнуть всех в панику, все видели Нью-Йорк, и никто не хотел такое повторять. Да, что там они сами бросались на любые журналистике утки… А потом кого-то наказывали, наказывали так сильно что бы придурки даже забывали так шутить. В основном тяжелым молотом были хакерские навыки Скай – она тоже может пошутить так что у человека денег не останется. Учитывая, что её отдел бежал на демонов, то и ей избирать наказание.              - Да, пока их нет. Но в этот раз это будут просто инопланетяне, а не то… чем являлись те ублюдки. – У Марии Хилл до сих пор был некоторый экзистенциальный кризис по поводу того, что кто-то открыл портал в Ад. Хотя стоит уточнять, что это были просто сущности из другого пласта реальности. Нет достаточных оснований полагать, что туда попадают души умерших.              - О Джейн Фостер есть какие-то данные?              - С нами связалась мисс Грейнджер, и сказала что процесс идет, однако он довольно сложный с учетом многих факторов, которые могут быть задержаны. – Никто не хотел терять ученого такого класса, который может изготавливать порталы на разную дальность, всем хотелось таких ученых холить и лелелять, а не терять из-за какого-то дурацкого артефакта. Ведь это новый скачок для человечества, сокращает по времени десятки если не сотни лет развития, и позволяет осваивать всю солнечную систему с помощью сети порталов. А тут возможная смерть… Нужно пустить все ресурсы для сохранения её жизни просто из меркантильных соображений.              - Хорошо, а то нам звонят со всего мира так как Тор бегает по всему миру со своим телепортом и нервирует все страны.              - Бифрёст о нем говорилось довольно давно, и единственный способ сделать так чтобы он нас не беспокоил возвести щит, но щитов на самом деле не так уж много.              Да, щиты были на самых важных строениях, таких как резиденция президента, штаб-квартира ЩИТа, и еще два-три десятка разных локаций, но нужно было больше, а для этого нужно проводить реинжениринг щитов, при этом щиты то пиратские, так что нельзя будет что-то гарантировать. Настоящая головная боль, которая, впрочем, приносит ЩИТу огромное финансирование, которое никогда не было столь щедрым. С этой точки зрения можно рассудить, что год для ЩИТа был успешный, несмотря на нападение демонов на Нью-Йорк, появление Руки как устойчивого врага и еще сотни или тысячи других проблем, которые стали расти просто по экспоненте.              Наверное, в следующем 2014м году у них будет финансирование в 200 миллиардов долларов, это больше чем у некоторых армий. С другой стороны, ЩИТ защищает всю планету, логично что им нужно иметь больше ресурсов для этой самой защиты.              - Совет все же хочет с вами поговорить. В очередной раз.              Самым сложным в борьбе с психованными ужасами Темной Ночи является постоянные разговоры с Советом, состоящим из бюрократов. Интересно как такое вообще может быть?              - Передай им что я скоро подойду. – Указал Фьюри.              После того как Пирс пошел на повышение и стал президентом, место председателя, и формального руководителя Совета Безопасности ЩИТа, оставалось вакантным и шли тайные закулисные игры кто станет им. Даже предлагался Штрукер, но вот этого уже не допустил бы Фьюри. Штрукер был может быть и хорошим агентом, и руководителем, но его не стоило допускать к более деликатным делам. Все же его семья была запятнана связью с нацистами во время Второй Мировой. И все еще сохранялся принцип при котором многие службы старались огородить себя от такого эха войны.              Оставалось не так много кандидатов, которых Фьюри мог просто банально терпеть, а уж те, кто были хорошими профессионалами такими как Пирс… Их было не много. Скорее всего ему навяжут Гидеона Малика, человека что отправил ядерную ракету на Нью-Йорк. После чего ему пришлось уйти из Совета, но тот был довольно скользкой змеей, которая смогла пролезть обратно во власть, потому что в целом он был миллиардером, и довольно влиятельным в политике и спецслужбах.              ЩИТ имел частное финансирование еще со времен Старка, это скрывалось так как никто бы не поверил, что Старк не пользуется своим конкурентным преимуществом буквально являясь главой могущественной разведки. Именно поэтому была Пегги Картер что сдерживала его. Но тот все же пытался похитить разработки Пима, и неизвестно как бы использовал. Во благо ЩИТа или же во благо Старк Индастриз.              Частное финансирование всегда было темной строчкой в истории ЩИТа, поэтому нужно было искать баланс. И у Гидеона Малика имелись серьезные рычаги воздействия даже на Пирса, чтобы возглавить Совет Безопасности ЩИТа, несмотря на то что он не являлся политиком, бюрократом или дипломатом. Но занимал кресло как один из членов Совета. Теперь видимо доберется до высших ступеней.              После того как весь мир куда более точно понял, чем занимается ЩИТ, то появились дополнительные члены Совета, например, общий член Совета, который со стороны всего Евросоюза требует отчет с него. С этим конечно пришли и дополнительные миллиарды, но действительно говорить каждому одно и тоже расстраивало Фьюри. Ведь можно прочитать гребанный отчет, каждая дура или дурак с полномочиями не обязан играть с ним в психологические игры в плане доминирования.              Японские, бразильские, европейские деньги стали поступать на счета ЩИТа, при этом добавлялось все больше контролеров, и это действительно утомляло. Председатель нужен как минимум чтобы меньше доставали директора и больше доставали его.              Впрочем, это не отменяет власть такого человека, она будет большой. Так что за Председателем нужно следить, хотя его попытаются сбросить с пьедестала. Потому что так работают закулисные игры. Пусть грызут друг друга и не мешают Фьюри работать.              Этот дивный и нереалистичный мир фантазии.