Часть 2

      Сакура так и не смогла заснуть, крутилась с одного бока на другой. Твердая конструкция раскладушки все время упиралась и давила ей то на бедро, то в бок, то в ребра. Отсутствие подушки тоже сказывалось, начало ломить шею, а мирное посапывание Какаши на ее кровати выводило из себя.       Она была так близко, чтобы получить желаемое! Узнать главную тайну лица Какаши Хатаке было несбыточной мечтой еще с детства. О быстром сексе на задании не было речи, ведь сенсей не проявлял к ней интереса, хотя легкомысленные интрижки плотно укоренились в ее мире, в мире шиноби. В любой момент день мог стать последним, поэтому шиноби старались брать от жизни все и как можно больше. Какаши был хорош собой, хоть и старше ее, но явно в расцвете своей мужской силы. Он мог с легкостью удивить ее, а она — его.       Но уже не стоило думать об этом. Ненавистная раскладушка врезалась в мягкие места и раздражала все больше. Было наивно полагать, что Какаши уступит ей постель как настоящий джентльмен. Даже Саске деликатно соглашался с ее выбором, предпочитая занимать более неудобные места во угоду своей спутницы. Хотя Сакура после полуночи всегда приглашала его к себе, соблазняя игривыми движениями и сладкими словами. Но Какаши, этот скупердяй и непробиваемый кремень, не велся на провокации. Его не остановил даже ее голый вид, скрытый под одеялом! Она уже прикинула отчет для Хокаге, в котором опишет все подробности его неподобающего поведения. Пятая встанет на ее сторону, Сакура не сомневалась, а любимого сенсея ждут санкции, ха-ха, а может и чего похуже. Отомстит ему по полной, пусть даже не сомневается, а пока пусть мирно спит, раз выдалась такая недолгая возможность.       Кровать под ним скрипнула, когда Какаши перевернулся на другой бок. Еще один скрип и еще один. Сакуру бесило все. Она не могла заснуть, еще этот мерзкий звук, который начинал повторяться все чаще. С гневом она поднялась, быстро оделась в свою форму, совсем не стесняясь, что может быть замеченной. Если этого придурка не соблазнить голым видом, то можно было не волноваться, что он обратит внимание на ее сборы.       Он снова перевернулся на бок и сжался, как будто ему снились кошмары или просто замерз. Каждый вариант был правдоподобным. Всем шиноби снились кошмары, но лишь не многие обращались за помощью к Яманака для терапии. Сакура была уверена, что сенсей никогда не согласится, чтобы в его светлой черепушке рылся кто-то посторонний.       Пустые сны были редкостью и за счастье, но их можно было пересчитать по пальцам одной руки за весь прошедший год. Часто Сакура просыпалась с криками и со слезами на глазах, пока отец или мама не прибегали и не успокаивали дочь. Они подолгу оставались в комнате, не отходили ни на шаг и даже провожали до работы. Их гиперопека уже начинала в какой-то момент душить, поэтому Сакура приняла решение сепарироваться. Просыпаться в панике в небольшой квартирке было легче, но острее ощущалось и бескрайнее одиночество. Сначала снились война, море трупов и смертей. Потом снилась кровь в больнице, по локоть. В крови был и халат, стены и некогда стерильные приборы. Крови было так много во снах и в жизни, что она не могла от нее отмыться, сдирая плотной губкой кожу до ран и порезов. Следом на работе завалили бумажками и исследованиями. Продвижение к джоунину замедлилось.              Усугубило ситуацию и путешествие с Саске. Его показная нежность была лживой возможностью утолить плотские желания и улучшить материальное состояние. Учиха ничего не обещал, а она слепо верила каждому его слову, как собачка, кивая и соглашаясь на любую авантюру. С тобой хоть на край света! Переночевать в дешевой гостинице? Почему бы и нет, могу поспать на полу на коврике, только ты, Саске-кун, устраивайся поудобнее. Приготовить ужин, купленный на свои деньги? Конечно, любимый. Добавить побольше помидоров, хоть и не сезон и они стоят как целая резиденция Хокаге? Уже готово! Первый поцелуй, первый секс — только твои, ты только смотри на меня! Ты устал и тебе не удобно нести свой рюкзак? У меня есть чакра, давай я помогу! Твой глаз или культя болят? Давай осмотрю, Саске-кун, мне не сложно! Поделиться чакрой? Да без проблем, бери сколько надо! Занять денег? Конечно, Саске-кун, отдашь, как появится возможность. Ты только будь со мной, холодный и все такой же недосягаемый, а я уже согрею тебя, растоплю!       Саске слонялся по деревням и поселкам как будто бы без цели, подолгу задерживался без объяснения и причин в захолустье. Возможно, он выискивал заброшенные лаборатории Орочимару или высматривал подозрительных преступников, чтобы отбелить свое имя, но в любом случае никогда не сообщал об этом Сакуре. А ей и не нужно было. Только быть рядом как можно дольше.              Иногда ее торкало осознание, что становилось невыносимо видеть его вечно кислую и недовольную мину, слушать его хриплые стоны. Он был так близко, и все так же далеко. В другом мире, где нет и никогда не было тепла. Но Сакура тут же одергивала себя, хлопала по свои щекам ладонями, чтобы взбудоражиться и снова мило улыбаться Учихе, ловя каждое редкое слово. Ты ведь так хотела быть с ним! Ну вот, твое желание исполнено!              — Тебе нужно вернуться в Коноху, — сказал он на перепутье. — Ты мне больше не нужна.              Просто выбросил, как какой-то мусор. Она замерла на месте и потупила взгляд, ища очередную проблему в себе, а не в нем. Ведь он был таким идеальным! Что она сделала не так? Пересоленный салат? Недостаточно взбитая подушка? Мало стонов? Слов не нашлось, а слез уже не было. Душа была пустой и вымотанной. Она устала, полностью осознавая свое бедственное положение. Побитая сутулая собака под дождем, которой даже не бросят кость, не то, чтобы погладить и потрепать по макушке. Раны кровоточили, но Сакура стойко выдержала его холодный взгляд, чтобы просто кивнуть и развернуться в сторону дома. Глупая маленькая Сакура, которая погналась за мечтой, споткнулась об собственные ноги и ударила в грязь лицом, пачкая мерзкой жижой не только одежду и плащ, но и собственную душу и сердце. Мать была права. Ино была права. Шишоу хоть и молчала, но тоже была права, когда с упреком смотрела на нее, отпуская в путешествие. Сама наступила на грабли, получила по лбу, а потом еще пару раз станцевала на них, пока не разбилась окончательно.              Дорога домой была как в тумане. Лишь когда она вернулась к родительскому теплу, то остро ощутила, что ей тупо пользовались. Любовь — это когда двое, а не в одиночку в одни ворота, где ты и нападающий, и вратарь. Холодность Саске меркла перед лживой меркантильностью, ведь у него были все богатства рода Учих, как у единственного наследника. Весь квартал, хоть и пустой, принадлежал ему. Все накопления многочисленных дядьев и теть, братьев, сестер, бабуль и дедуль — все было его. К чему был этот фарс оплаты? А та жертвенность, на которую она шла? Сакура так и не поняла. Зато четко усвоила урок, что в этом мире есть только она одна, кто о ней сможет позаботиться. Мужчинами можно легко пользоваться, как ей пользовались, ничего не обещать, но держать близко ради корыстных целей.              Ее разбитое сердце окаменело.              До сегодняшнего случая. Какаши умело подергал за ниточки, и она тут же растаяла под ним, готовая на большее. А ей, как дурочке, хватило всего лишь пары прикосновений, чтобы попробовать его губы на вкус, пусть и скрытые маской. Дурацкий сенсей был в ее цепких руках, умелых и способных, но Сакура ослабила бдительность, и сама попалась в свою же идеально расставленную ловушку. Какаши выглядел не таким уж простачком, которого можно было уложить под себя, чтобы взять то, что нужно. Он умело разжег в ней огонь и оставил тлеть на проклятой раскладушке, пока сам с наслаждением валялся на удобной кровати. Это было не по ее методичке, где мужчины с легкостью подчинялись на одну ночь перед ее красотой и страстью.              Да и пошел он, мерзкий скупердяй! Миссия будет выполнена в любом случае, как минимум с ее стороны. Она получит долгожданное звание джоунина, а также гонорар, который поможет наконец открыть новое крыло в больнице. Не придется сталкиваться с кровью, можно будет полностью сосредоточиться на помощи малышам и их восстановлению. А Какаши пусть продолжает гнить среди своих порнушных романов и скучных миссий по сопровождении высокопоставленных дайме и дипломатов.              Чтобы хоть как-то скоротать время до утра, Сакура пододвинула одинокий стул поближе к окну и продолжила чтение. Книга шла быстро, стоило отметить легкий слог Джирайи и довольно внятный не перегруженный сюжет. Она привыкла читать медицинские трактаты, где каждый термин требовал особенного внимания и отсылок к словарю, поэтому Ича-Ича выглядела как беззаботная прогулка по утреннему лесу в тишине и покое. Эротичные сцены ничуть не портили книгу, хоть их и подробное описание сбивало с толку и приходилось перечитывать строки, чтобы понять, в какой позе находились герои и как лежали их конечности. Если бы еще скрип кровати не отвлекал ее, так вообще был идеальный досуг. Сакура бросила в Какаши одеяло с раскладушки, с долей заботы накрывая его, и скрип прекратился. Было желание еще и придушить подушкой, но отбросила эту мысль, всматриваясь в безмятежное лицо сенсея. Маска немного сбилась и скаталась, но все еще была на месте, а серебристые волосы отдавали белизной под свет луны. Да, Какаши был красив и молод, но все еще представлял из себя занозу в заднице, не способный на сочувствие и благородство. Сакура тоже утратила эти качества, но глядя на него ее сердце почему-то оттаивало. Может, мимолетная близость так на нее повлияла, что она пересмотрела свои устои? Полный бред. Но все равно продолжала неотрывно смотреть на безмятежное и спящее лицо.              Сенсей всегда был рядом, невидимым наблюдателем со стороны. Именно он как будто случайно встретил ее у ворот после путешествия и предложил поужинать в Ичираку, хотя она отказалась. Спасал ее на миссиях и прикрывал спину. Сакура была благодарна за то это, не смотря на все склоки и пассивную агрессию за последние годы. Хотя кого она обманывала? Какаши привлекал ее своей тайной. Видимо, типаж закрытых мужчин, недоступных и холодных, манил ее и притягивал.              Сакуре придется примерить на себя роль Джунко, яркой и типичной цундере, которой сама и являлась, как это было и не приятно признавать. Она продолжила чтение, чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о спящем сенсее на ее кровати, мягкой и удобной.       

***

      Третий том был почти закончен, когда теплый рассвет начинал пробиваться через грязные занавески. Темные круги под глазами отчетливо виднелись на ее лице, а тело ныло от долгого и неудобного сидения на обычном деревянном стуле у окна. Ломкие розовые волосы не блестели под утренним солнцем, отчетливо виднелись острые скулы. Весь вид Сакуры был болезненным и худым, хотя глаза были невероятно живыми и пронзительными.              Какаши проснулся необычайно бодрым и веселым. Он попытался смотивировать Сакуру на разговор, но получал только недовольное мычание, думая, что всему виной ее невыгодное положение на раскладушке, но когда заметил зеленую обложку, то тут же поменял свое мнение.              — Оу, ты уже на третьем томе. Но Джунко в «Насилии» выглядит намного интереснее, ты так не думаешь? — спросил он, перекидывая полотенце через плечо.              Сакура фальшиво улыбнулась. Ее настроение было ниже обычного, что сулило катастрофу для каждого.              — Рюу с его размерами мне понравится больше. Стоит признать, что он, хм-м, довольно оригинален. Но Джирайя явно перестарался с его выносливостью. Ни один мужчина не сможет выдержать ночной марафон, как это было описано в четвертой главе «Тактики».              — О, поверь мне, Сакура-чан, — мило улыбнулся он. — Если тебе встречались простачки-скорострелы, то есть еще мужчины, способные показать настоящий мастер-класс. Даже таким искусным, как Джунко.              — Только в твоих влажных фантазиях, — фыркнула Сакура, не отрываясь от третьего тома.              — В твоих фантазиях, — подытожил Какаши, быстро скрываясь в ванной и вовремя закрывая дверь, обороняясь от летящей подушки.              Устало вздохнув, Сакура расчесала рукой короткие волосы. У Джунко был длинный блонд, и Ино больше подходила на роль, чем она. Тупой режиссер со своим видением подписывал ее на невероятно сложную роль. Можно будет применить Хендж, чтобы как можно ближе подогнать свою внешность к героине, но насколько долго она сможет продолжать технику и концентрироваться на ней, если придется играть роль, да еще и такую сложную? Хотелось надеяться, что ей хватит мастерства, которого она приобрела на миссиях под прикрытием, вкупе с природным обаянием и общей схожестью характером с главной героиней. В любом случае сроки съемок сжаты, у нее не будет права на ошибку, ведь на кону стоит ее звание джоунина (и приличный гонорар, естественно). Если Сакура провалит задание, то навсегда будет заперта в стенах больницы, перебирая ненавистные бумаги.              Хоть ее миссия и выглядела невыполнимой, то задание для сенсея было пустяковым и рядовым. Она сама выполнила не малое количество подобных миссий, обычно они имели ранг C или B, не выше. Про Какаши и говорить нечего. Количество людей и преступников, которых он нашел и поймал, превышало немыслимые значения. Не зря в АНБУ у него была маска Гончей, а прозвище — Ищейка. Острый нюх, эрудиция, возможность подмечать детали, а еще и нинкены: все играло ему на руку, увеличивая шансы на успешное выполнение. Во сколько Какаши был успешен — во столько же Сакура могла провалиться. Эта мысль нервировала ее и давила, особенно когда сенсей с довольной улыбкой вышел из душа, явно взбодрившись и полон сил. Вода еще капала с его волос, оставляя мокрые пятна на кофте и жилете.              — Ты готова? Мы успеваем четко по графику.              Сакура кивнула, заломила уголок страницы, с наслаждением отмечая, как Какаши поежился от такого кощунственного отношения к книге, и проверила, что все вещи в рюкзаке на месте. Даже не оставив прощального взгляда на эту халупу, в особенности на ненавистную раскладушку, она вышла из комнаты первой, молча и элегантно проскользнув мимо Какаши. Если бы не внутренняя выдержка, которой, к слову, Сакура никогда не славилась, то могла бортануть его плечом, а следом и стукнуть локтем в живот, чтобы стереть эту наглую ухмылку.              Женщина на ресепшене была рада видеть Какаши, мило улыбаясь и кланяясь, как будто общалась с самым красивым и милым постояльцем. Сакура только успевала закатывать глаза и хотела как можно скорее покинуть гостиницу. Она вычеркнула из своего списка эту забегаловку, предпочитая переночевать под открытым небом, чем здесь еще раз.              — Было слышно, как скрипела кровать, — со смешком сказала старушка. — Бурная ночь?              — Ох, просим прощения. Я не думал, что будет так громко. — Какаши с фальшивой улыбкой почесал свою макушку и приблизился ближе к уху женщины, прикрывая рот рукой, как будто кто-то может прочитать по губам, что он говорит. — Сакура бывает немного шумной, но у меня есть методы, чтобы ее стоны не разносились по всему коридору.              — Ох-ох-ох! — закудахтала она. — Ах, молодожены. Но стоит признать, я слышала вашу перепалку. Сначала ссора, а потом примирение? Мы с моим почившим Макото-саном часто практиковали примирение, поэтому я вас понимаю. Жду вас на обратном пути, уважаемые!              Какаши кивнул и подписал бумаги о выселении, пока Сакура сгорала от стыда, гнева и ярости. Молодожены? Ее стоны и скрип кровати? Если бы не свидетели в роли гражданских, которые сновали туда-сюда, то она бы медленно задушила Какаши его же маской, потом сломала каждую косточку в его теле, выкачала бы всю кровь и лимфу, вынула все органы, наматывая кишечник на локоть… И еще миллион способов умертвить сенсея за сказанное.              В ее кулаках уже собиралась чакра, когда они вышли на улицу и быстрым шагом направились к границе. Костяшки хрустели, а бровь нервно дергалась. Слепое неистовство охватывало ее, волосы становились дыбом, а зловещая аура была настолько яркой, что Какаши поднял две руки ладонями вперед и начал извиняться. Только в его голосе не было никакой искренности или сожаления.              — Извини-извини, Сакура-чан. Старушка просто любит читать любовные романы. Я просто добавил ей пару пикантных моментов, чтобы скрасить скучную работу.              — Добавил, да? — тихо спросила она, резко останавливаясь. Он чуть не столкнулся с ее спиной, но вовремя среагировал. — Ты! Лживый…              Она замахнулась ладонью, чтобы стереть эту глупую ухмылку, но Какаши поймал ее руку, обхватывая ее другой за талию и притягивая к себе.              — Тебе просто обидно, что это не случилось на самом деле.              Удивленно раскрыв глаза, Сакура замерла. Мягкий румянец выдавал ее замешательство от близости и от его слов, но она быстро вырвалась, продолжая фыркать и дергаться.              — С тобой? Да ни за что! Боже, ну и самомнение. Сходи, полечи голову. — Она сделала пару шагов назад и осмотрела его с ног до головы. — Обе.              — Будь уверена, мне не нужен доктор. — Он опустил обе руки в карманы и расслабился. — И хватит на меня пялиться.              Напряжение между ними только возрастало. Сакура решила не отвечать и побежала в сторону леса, стараясь успокоиться и настроиться на ритм бега. Если она будет продолжать нервничать и перебирать недавние события мимолетных близостей и шуточек, то дыхание быстро собьется, и она просто отстанет от него и опоздает на интервью с режиссером. Она всегда была пунктуальной, уважая не только свое время, но и время другого человека. Хотя время Какаши можно было не уважать, чем Сакура и воспользовалась, когда намеренно опоздала на отбытие из деревни у ворот.              Дорога прошла в давящей тишине, и Сакура была благодарна, что Какаши не открывал свой рот и не сыпал колкостями или намеками с двойным дном. Каждый был поглощен своими мыслями, но она все время чувствовала его взгляд в спину, прожигающий насквозь.       

***

      Какаши ближе к концу пути до съемок пришлось запросить привал, чтобы переодеться в гражданскую одежду, ведь его миссия заключалась в работе под прикрытием. Обычные черные прямые штаны и серая закатанная до локтей тонкая кофта идеально на нем сидели. От маски пришлось отказаться, и он замотал лицо легким клетчатым шарфом. Было забавно наблюдать, как Сакура старательно отворачивалась, давая ему время сменить лук, но остро ощущалось ее любопытство. Никто не видел его лица, и он старался до сих пор придерживаться этого правила. Шрам, к сожалению, можно было только скрыть очками или повязкой, которых не было, поэтому Какаши уложил волосы вниз, закрывая левый глаз почти полностью. Да, еще можно было узнать в нем Какаши Хатаке, но невнимательный шиноби, и тем более гражданский не обратит внимание, что перед ними один из топовых ниндзя из книги-бинго. Сакура только сняла хитай-ате, спрятала в рюкзак и повязала обычную красную ленту. Свой привычный наряд шиноби она, почему-то, наотрез отказалась менять, как будто стеснялась лишний раз перед ним оголиться.       Режиссер встретил путников с широкой улыбкой, долго обнимался, болтал без умолку и манерно поправлял свои волосы. Он быстро изучил документы прибывших, в пол уха выслушал краткий инструктаж, но перебил, так как сам был слишком взволнован. Ему хотелось быть во главе всего, забирая лидерство в разговоре. Темы перепрыгивали с одной на одну, разговор возвращался к началу, чтобы снова повториться по кругу. Его леопардовая рубашка была расстёгнута на половину, а на шее был повязан красный шелковый шарфик, который трепыхался от ветра.       — Боже, дорогуши, мы вас так ждали! — Он осмотрел Сакуру и скорчил недовольную рожицу. В его глазах Какаши уловил неодобрение и легкую неприязнь. Но когда режиссер осматривал его самого, то мужчина с каким-то волнением сбился и даже забыл, о чем говорил. — Ты на роль Рюу подойдешь даже больше, хм-м, мне нравится твой типаж. Сакура, верно? Выглядит как цветочный бриз, но ты, дорогой, настоящая буря! Так вот, о чем я, да. Тебе так идет это имя, дорогуша, но с тобой нужно еще поработать. Вся ночь впереди, твои волосы просто ужасные, моя милая. А эта кожа? Грудь маловата, но ничего страшного. Лоб высоковат, ужасно, попытаемся скрыть гримом. Боже, дорогуша, а что с твоими ногтями? Все обломленные и обкусанные, это просто ужасно! Джунко ухаживает за собой, а ты? Настоящая замухрышка. Но не волнуйся, мои стилисты сделают из тебя королеву, достойную всех премий мира. Держи сценарий, изучи и выучи. Нет времени ждать, за работу, милая! Инвесторы готовы спустить мою прелестную шкурку, если мы затянем со съемками! Каждый день на счету. Вы только посмотрите, сколько времени мы потеряли на эти разговоры, просто ужас! Давай быстрее, хоп-хоп, дорогуша, быстрее! Я просто в шоке, что вынужден прибегать к таким крайностям. Ох, мне так плохо! Водички с лимоном мне! Невыносимо работать в таких условиях!       Похлопав в ладоши, режиссер поправил бантик на шее, упер руки в бока, выставил одну ногу вперед и поджал губы, в который раз осматривая Сакуру. Ей не нравился его взгляд, но стойко и молчаливо принимала критику, только сильнее хмурясь при каждом замечании. Сакуру подхватили с двух сторон девушки и увели в сторону предполагаемых примерочных, где стояли наспех построенные домики для сотрудников. Они что-то быстро объясняли Сакуре, а ей оставалось только кивать и быстро вникать в суть происходящего.       И когда режиссер переключился на Какаши, тут же елейным голоском начал расспрашивать про его цели пребывания. Его движения стали мягче, голос тише, да и весь вид из серьезного и недовольного стал нежным и бархатным.       — Я присматриваю за Сакурой. Не хотелось бы, чтобы пропала еще одна девушка. И, надеюсь, смогу найти и разобраться с Юкио-сан, — спокойно объяснил Какаши, хотя ему не понравился блестящий огонек в глазах мужчины напротив. — Я в роли телохранителя и следователя в одном лице.       — О, боже мой, как это драматично. Следователь на месте преступления! Это же как в кино. Вы великолепны, просто олицетворение мужественности! Но позвольте, почему вы так безвкусно одеты? Вас срочно надо переодеть — это просто недопустимо! Юкио-сан? Ох, дорогой, когда она пропала, это был удар для всех нас. Наша звездочка, настоящая поп-дива, так бесследно исчезла, словно упала с неба и скрылась за горизонтом. Так ярко сверкала на небе и, хоп! , пропала! Молюсь, чтобы у вас все получилось, э-э-э, напомните, как вас зовут?       — Сукеа, — назвался Какаши и тут же пожалел о своем выборе имени. Хоть бы режиссер не стал так его называть при Сакуре и просто использовал любимые фразочки из серии «дорогуша», но, возможно, Сакура уже и забыла те веселые (для него) времена из былого прошлого.       — Горо, очень приятно, — представился режиссер, но это было лишним.       Горо-сан был медийной личностью, широко известным в кинобизнесе. Они пожали руки, и Какаши отметил, что его хватка была вялой и неприятной, слишком нежная кожа его ладони была непривычной и влажной. Их личное знакомство было волнительным для режиссера, который снова каждый раз поправлял волосы или платок на шее. Жеманность так и сочилось из него и сильно отталкивала. Режиссера не останавливала холодность и немногословность Какаши, а наоборот, притягивала.       — Я бы хотел осмотреть последнее место, где ее видели, — сразу приступил к делу Какаши.       По-хозяйски положив руку ему на плечо и сжав, режиссер повел Какаши в другую сторону от гримерки Сакуры, бесконечно болтая и рассказывая о проблемных моментах процесса, жалуясь и ища совета.       — Представляете, Сукеа-сан, все сгорело! Все наши наряды, реквизиты и даже часть оборудования. Боже, мой милый, — Какаши поежился от такого обращения и сделал шаг в бок, чтобы скинуть руку с плеча, но Горо-сан продолжал болтать, опуская руку на его спину. Можно было молча стерпеть и только надеяться, что режиссер не спустится ниже. — Даже все парики! Я считал, что розовые волосы для Джунко будут выглядеть необычно, понимаете, дорогуша? Новый взгляд на экранизацию, новый образ для героини. Нежно-розовый идеально подходит для Джунко, вы так не считаете? Нет? Блонд, конечно, выглядит более каноничным, но я так не считаю, хотя у Юкио-сан как раз блонд и это бы здорово сократило бюджет фильма. Ее парики стоили целое состояние, она настояла на настоящих волосах, без химии или искусственных материалов. Такая длина! Мы столько потратили времени для идеального цвета и покраски, трудился целый штат опытных профессионалов колористов. И парики, представьте себе, тоже сгорели в этом ужасном пожаре! Мы успели спасти лишь парочку, поэтому после пропажи звезды мне пришлось искать не только девушку для ее быстрой замены, но и розоволосую молодую звездочку с зелеными глазами. Вы бы знали, через сколько мучений я прошел! Отправил запросы во все деревни, в каждую страну! Как оказалось, это настолько редкая генетическая особенность, что встречается почти никогда.       — Ваш выбор в свежем решении сыграл с вами злую шутку, — подытожил Какаши, уже чувствуя запах гари и жженых волос, хотя гримерка звезды еще не была в радиусе видимости.       — Вы чертовски правы, мой милый Сукеа-кун. Но я так рад что вы с нами, что ты с нами, дорогуша. Съемки будут завершены в срок, боже правый, я так рад. Всего-лишь пара сцен. Любой справится на месте Сакуры. Онсен — самое простое, что есть в сценарии.       Волосы на теле Какаши встали дыбом, ведь онсен как раз был, по его мнению, самой сложной сценой во всем третьем томе. И он не был уверен, что Сакура справится. Стоило надеяться, что сценарий был адаптирован под кино-формат, упрощенный и с более низким рейтингом, чем представленный в книге. Ведь Джирайя-сама подробно уделил внимание описанию каждому движению языка Рюу на теле Джунко, а Сакура будет ужиматься и яростно махать руками, если к ней прикоснутся без ее согласия. К сожалению, ее согласие никто не будет спрашивать, значит, катастрофу миновать не удастся.       — Вот здесь все и произошло, — Горо вздрогнул, осматривая пепелище. — Мы едва успели потушить и вынести все, что еще было годным для использования. Это просто ужасная потеря, дорогуша, просто ужасная! К счастью, никто не погиб, кроме пропажи Юкио-сан, конечно. Но раз нет тела — нет дела, верно? Боже, я надеюсь с ней все в порядке. Мы хотим ввернуть ее в целости и сохранности. Как хорошо, что Хокаге-сама прислала и вас.       — Я понимаю вас, Горо-сан, — кивнул Какаши.       У него было мало времени, и он тут же приступил осматривать помещение, замечая важные детали и прикрывая лицо шарфом от едкого запаха, который еще не успел выветриться. Он попросил режиссера оставить его одного, чтобы не смазать следы и возможные отпечатки пальцев. Горо не хотел уходить, мялся на месте и о чем-то хотел спросить.       — Есть еще какие-то детали, Горо-сан? — уточнил Какаши.       Пребывание посторонних лиц, особенно таких заинтересованных в его персоне, на месте преступления отвлекали его. Какаши встречал много влюбленных девушек на своем пути, которые вешались на него, пытались стянуть маску и поцеловать, но с мужчиной столкнулся впервые. Горо положил на него свой глаз, и Какаши надеялся, что только глазом и ограничится.       — Сукеа-сан, — начал режиссер и снова зачесал волосы назад. Они блестели при каждом движении и пышили здоровьем и лоском. — Я искренне надеюсь, что у вас все получится. Но, когда Юкио-сан вернется на площадку в целости и сохранности, то могу вам предложить работу в моей команде в качестве личного телохранителя?       — Личного? — Какаши не удержался и улыбнулся. Он услышал, как сердцебиение Горо ускорилось, а он весь растаял от его улыбки. Черт, не этого добивался Какаши, совсем не этого. — Не думаю, что это правильная мысль, поэтому…       — Просто подумайте, дорогуша, просто подумайте. Не стоит отказываться так сразу. Еще есть время, мой милый. Возможно, я найду способы, чтобы вы приняли верное решение.       Развернувшись на каблуках, Горо быстрым шагом направился в сторону предполагаемого салона красоты, где мучали Сакуру. Естественно, он хотел контролировать процесс преображения, как можно ближе подгоняя ее образ к киношному.       Чтобы отвлечься от открытых приставаний другого мужчины, Какаши сосредоточился на комнате, от которой мало чего осталось. Хлипкий потолок обвалился, стоящие черные стены обуглились и могли рухнуть в любой момент. Гримерный столик по краям расплавился, а огромное зеркало лопнуло, но не от жара, а как будто в него что-то бросили тяжелое и увесистое. Одна крупная дыра по середине зеркала расползалась трещинами, которые потом растягивались, скорее всего, под огненным жаром. Был какой-то конфликт? И с кем? На первый взгляд не было заметно каких-то следов борьбы или драки. А если и было, то с кем? У звезды такого масштаба было много завистников и неприятелей, можно подозревать любого. Нужно будет сузить круг лиц и расспросить каждого на площадке о взаимоотношениях Юкио-сан со съемочной группой.       Какаши пока оставил эти мысли, пытаясь в первую очередь понять, отчего возникло пламя. Проводка, а точнее остатки от нее, была повреждена, но некогда работоспособной. Можно предположить о некачественной электрике. Следов курения, пепельниц или бычков не было замечено, но, возможно, они просто сгорели вместе со всеми вещами. Запаха сигарет не чувствовалось, но не стоило сбрасывать со счетов и эту версию. Весь шоу-бизнес либо курил, либо налегал на спиртное или запрещенные вещества, чтобы избавиться от стресса. Многие, конечно, спали с каждым встречным. Секс, алкоголь и курение плотно вошло в жизнь селеб, и каждая часть могла стать катализатором для инцидента.       Возле разбитого маленького окна одиноко стояло глубокое кресло, обожжённое со всех сторон. Странно, что оно не сгорело первым, ведь мягкая велюровая обивка еще отливала изумрудным цветом, показывая высокую стоимость мебели. Какаши провел рукой по подлокотнику, оставляя следы пальцев, и понял, что кресло мокрое, как будто его специально (или случайно?) облили водой. Может, именно влага и спасла кресло от пожара, но, судя по испорченному полу и оставленным бороздкам, его насильно передвинули. Можно ли считать, что Юкио-сан оказалась в ловушке и с помощью передвинутого кресла спаслась от огня? Если самостоятельно, то где она и почему не вернулась? Значит, ей кто-то «помог». Похититель или сообщник? Его нос был бесполезен, глаза слезились от летающей пыли и золы. Не было крови, прядей светлых волос, кусочков ногтей или даже, черт возьми, ресниц или кусочков одежды. Огонь уничтожил любые следы.       Вызывать нинкенов не было смысла. Запах гари был настолько едким, что Какаши мог едва дышать, а псы точно не смогут уловить никакой след. Паккун начнет бухтеть и жаловаться, не стоило и сомневаться, а Булл заляпает слюнями все вокруг, даже своего босса. Нужно будет как можно скорее раздобыть хоть какие-то вещи Юкино-сан, желательно личные, чтобы было от чего оттолкнуться. Судя по пожару, который случился буквально на прошлой неделе, фактически на днях, у Какаши еще был шанс, что запах актрисы не выветрился, и псы смогут отследить ее.       Пока одна из версий была та, что Юкио-сан неаккуратно обращалась с огнем, запалила что-то легко воспламеняющееся, скорее всего волосы, облила кресло водой, пододвинула его к окну и выскочила, спасаясь. Но зеркало с крупной трещиной по середине не давало ему покоя. Он всмотрелся в него, перемещая глаза по всем осколкам. Сразу несколько Какаши смотрели на него с растерянным видом. Каждый кусочек отражал свою часть его лица, а картинка не хотела склеиваться воедино. Его версия событий тоже не склеивалась и рушилась от любого аргумента.