Часть 1

— Родя, приветствую!  Знакомый кабинет судебного медицинского эксперта наполняло щедрое полуденное солнце, скользившее по белоснежной плитке. Тарас, не поднимая головы, пощурился от яркого света.  — Здравствуй, Тарас ! С чем пожаловал ? Про Нечаева узнать? След от ранения бритвой… —Да погоди, — невесело начал пристав. — Нечаев пусть полежит, ему торопиться намедни некуда. Другое у меня... — Говори, я во внимании. — Да нет, тут такое.. — С Анастасией Андреевной что-то? — поднял голову Карпенко. —И да, и нет. Послушай, не могу я при покойнике об этом! У тебя работы много? Можем пройтись? — Можно и пройтись, часик у меня есть. Обед правда! —Вот и прекрасно, — выдохнул Тарас, ловя мирные минуты до объяснения, — получаса мне хватит. На улице светило то же августовское солнце, стояли те самые деньки, которые в народе именовались бабьим летом: жаркие полудни и прохладные ночи.   Как серебро блестела на солнце паутинка, под ногами шуршала гравийная крошка вперемешку с первыми опавшими листьями липы. Парк при больницы был тихий и просторный. — Странный ты сегодня, Тарас Петрович. Не могу в толк взять: толи стесняешься чего, толи озадачен сильно чем?— Карпенко кидал взгляды на пристава поверх плеча, разрывая тишину. — И меня волнуешь.  — Да сам знаю, что странный. Голову, понимаешь, два дня ломаю, сплю плохо. Она меня вчера спросила, мол чего задумчивый какой, а я как ее вижу еще больше думать начинаю. А Настя... Ну, сам знаешь, она проницательна, и ... правды ждет. —Так. —остановился Родион. —Ты меня куда завести хочешь?  Дальше уж чаща.  От кого мы прячемся, Тарас? —Сейчас соберусь с мыслями. —Так ты уж быстрее собирайся.  Дальше не пойду, пока не начнешь. Все какими-то загадками говоришь, — решительно остановился Родион.  —То-то и есть загадка. В общем, как на духу скажу, стыдно мне такое обсуждать с тобой, да больше нет у меня разумного человека, кому довериться могу.  — Ценю твое признание, но ближе к делу. —Так вот...—нервничал Тарас. — Ну ... свадьба у нас через пять дней. — Знаю, событие приятное! Так ты жениться передумал? — Что ты! Ничего не передумал! Но после свадьбы, как водится, — прочистил горло Тарас, отводя глаза, — первая брачная ночь.... Карпенко остановился, расслабляя голову от беспокойных мыслей, навеянных молчанием Смолокурова, силясь сдержать улыбку. — Тарас Петрович Смолокуров — соблазнитель всех горничных и торговок Васильевского острова имеет сомнение в любовном таланте? Тарас, я думал, тебе в этом нет равных…— почти хихикал Карпенко.  — Ну чего ты заладил! Так я и думал, что на смех поднимешь, — махнул рукой пристав и с досады пошагал в сторону больницы.