Глава 8

      Проснулась компания ближе к обеду. После всего произошедшего ночью все отключились, как только Х-Судьи скрылись за горизонтом. Даже Анна не стала будить шаманов раньше времени, понимая, что им нужен хороший отдых.       За лёгким перекусом шло обсуждение дальнейшей дороги. Догадок, куда идти, не было и даже кулон Лайсерга не мог определить точное направление. Парня расспрашивали, не знает ли он от Хао, где находится деревня, но тот лишь качал головой. Повелитель огня ни разу не заикнулся о местоположении деревни, полагая, что его последователям это не нужно. Достаточно было того, что сам Хао знает путь, вот никто и не спрашивал. Отрицательный ответ сопровождался унылыми вздохами.       Анна сразу завалила англичанина расспросами, стоило ей услышать про Хао. Йо пришлось всё ей рассказать, а Лайсерг поделился историей о том, как стал учеником огненного шамана. Лица Киоямы и всех пришедших с ней менялись с каждым новым предложением. Кто-то смотрел на Лайсерга с жалостью или сочувствием, но только не Анна. Она сложила руки на груди и сказала, что не верит ни ему, ни Йо, который так упорно пытался убедить её в том, что парню можно доверять. В конечном итоге, итако сдалась под общим напором, но сразу предупредила, что будет пристально следить за даузером.       Сам же Лайсерг держал в голове мысль, но боялся её озвучить. Не хотел навязываться или что-то в этом роде. Понимал, что им хватает забот и не хотел лишний раз напрягать незнакомого человека. Но стоило ему бросить очередной взгляд на Анну, просьба вспыхивала в голове, как фитиль. Йо рассказывал, что его невеста — медиум, а значит, могла призывать духов с той стороны.       Частые взгляды не укрылись от итако и её терпению подошёл конец:       — Чего тебе?       Резкие слова привлекли внимание окружающих. Анна прожигала взглядом Лайсерга. Ей точно было не по нраву, что англичанин позволял себе пялиться на неё.       — Извини! И не подумай ничего! — стал оправдываться даузер, маша руками перед собой. — Просто… просто ты…       Слова никак не связывались. Дител боялся, что девушка ему сразу откажет. Он подметил её гордый нрав и холодный взгляд, если ей что-то не нравилось. Вспомнить только, как она без страха стояла перед Хао. Шаману даже стало интересно, как они с Йо уживаются.       — Язык проглотил? — недовольный голос вырвал парня из мыслей. Хмурый взгляд Анны сканировал Лайсерга, вызывая мурашки. Ровная осанка, гордо вздёрнутый подбородок и пронзительные янтарные глаза. Парень невольно вспомнил Канну. Чем-то они были похожи.       — Анна, спокойнее, — вмешался Йо.       — Йо, ты же знаешь, что я не люблю, когда на меня пялятся какие-то подозрительные и незнакомые мне люди. — Она обернулась на Асакуру, складывая руки на груди.       Лайсерг не хотел, чтобы из-за него начались ссоры и решился озвучить просьбу:       — Анна, — робко позвал он девушку. — Я понимаю, что моя просьба может показаться наглой. К тому же мы с тобой толком не знакомы, ты мне не доверяешь и всё же, — парень осёкся. Не хотелось лишний раз задерживать других из-за личных проблем, но в голову засела мысль, что больше не представится возможности. Он сделал глубокий вздох и уверенно посмотрел на Киояму. — Пожалуйста, помоги мне поговорить с родителями.       Он зажмурился, опускаясь корпусом так, что лоб почти касался земли. Анна резко моргнула, а взгляд чуть смягчился. Её напрягали странные взгляды со стороны бывшего ученика Хао, но она и подумать не могла, что дело в её способностях медиума. Обдумав его просьбу, девушка тяжело вздохнула:       — Ладно.       Лайсерг тут же вскочил. На его лице отразилось удивление, которое быстро сменилось радостью.       — Спасибо! Спасибо огромное!       — Потом будешь благодарить, — отчеканила итако. Она поднялась с места и сняла чётки с шеи. — Мне нужны двое.       Шаманы переглянулись.       — Мы можем, — подняла руку Юки. — Мы с Юмой не против.       Медиум мотнула им головой, чтобы подошли, а Лайсерг вновь рассыпался в благодарностях.       Двойняшки встали напротив Анны. Девушка подняла чётки и начала произносить заклинание призыва. Она сразу предупредила, что духи могут не откликнуться на зов, чтобы Лайсерг не питал сильных надежд.       Некоторых удивил поступок Анны, например, Хоро-Хоро и Рена, но только не Йо. Он знал, что Анна не смогла бы пройти мимо подобной просьбы. Какой-нибудь глупой или простой да, отказала бы сразу. Но Лайсерг просил о встрече с родителями. Пусть свою историю он рассказал быстро, не вдаваясь в подробности, одного взгляда и молящего голоса было достаточно, чтобы все поняли насколько это важно для него. Анна может и выглядит злобной, но сердце у неё доброе.       Стоило итако закончить ритуал, как все взгляды обратились на двойняшек. Оба стояли ровно, опустив головы вниз. Лайсерга немного потряхивало. Он боялся. Он так хотел этого, но теперь считал, что зря это затеял. Сидевший рядом Рен заметил его колебания и слегка толкнул в бок. Дител вопросительно посмотрел на него.       — Сам решил, вот и не трясись.       Может прозвучало грубо, но даузеру стало легче. Они не разговаривали наедине, но после прошедшей битвы, когда стояли спина к спине, чувствовали, что их взаимоотношения начали налаживаться. И этот жест со стороны Рена тому подтверждение. Лайсерг помнил, как Тао вёл себя с друзьями и уже мог определить, когда тот злился, а когда пытается поддержать. Всё же дедукция и наблюдательность всегда шли бок о бок с Дителом.       — Лайсерг.       Шаман вздрогнул. Его глаза расширились, и он медленно перевёл их на Сумераги. Его позвала Юки, вернее, до боли знакомый голос, которым она говорила. Её взгляд был нежным и тёплым, но Юки никогда так не смотрела. Даже взгляд был в точности, как много лет назад. Это была Джейн Дител.       Лайсерг посмотрел на Юму: ровная спина, сложенные на груди руки и чуть нахмуренные брови. Даже исходившая от него аура была такой же, какой её запомнил мальчик. Лиам Дител.       — Мама… Папа…       Слёзы градом покатились по его щекам. Не в силах сдерживаться, он разрыдался и бросился к родителям. Те обняли его, вместе опускаясь на землю. Пусть они были в другом обличии, но Лайсерг ни с чем не спутал бы эти глаза и голос.       — Простите! Простите меня, мне так стыдно! — захлёбываясь в слезах, кричал даузер. — Простите, я ужасный сын! Я вас подвёл, предал!       — Не говори так, — мягко приговаривала Джейн, гладя сына по волосам. — Мы наблюдали за тобой всё это время. Мы гордимся тобой. Ты очень смелый и сильный.       — Но я… но я же…       — Лайсерг, — голос Лиама помог прийти в чувства. Даузер поднял заплаканные глаза на «Юму». Сумераги смотрел на него взглядом отца: в нём была строгость, присущая детективу, но ещё нежность родителя, который видит своего ребёнка спустя долгие годы. — Как и сказала мама, это не твоя вина. Ты никогда не будешь виноватым перед нами. Понял? Разумеется, мы ненавидим Хао, но он вырастил тебя, пусть и обманом, за что мы благодарны ему. Самое главное, что ты цел и невредим.       Лиам потрепал сына по голове и улыбнулся. Лайсерг редко видел улыбку отца, поэтому снова разрыдался у него на коленях. Ему было плевать, что на него все смотрят. Сейчас его волновали лишь родители.       — У тебя такие хорошие друзья, — мягко произнесла Джейн, окидывая взглядом шаманов. — А этим двойняшкам мы особенно благодарны, так что передай им от нас «большое спасибо». Лайсерг, — она нежно взяла лицо сына в ладони. Пусть перед глазами было лицо Юки, воображение Дитела воссоздавало образ матери. — Я так рада, что у меня такой сын. Никогда не позволяй никому влиять на себя. Ты сам вершишь свою судьбу.       Зеленоглазый внимательно слушал, внимая каждому слову. Он напрочь забыл, что время сеанса ограничено. Лайсерг бы всё отдал, чтобы перед ним возникли живые мать и отец. Он бы бросил турнир, взял их за руки, как в детстве, и вернулся домой.       В груди неприятно кольнуло, стоило подумать о доме. После того пожара, домом стала старая хижина, а после любое место, где он был с Хао. Пустыня, лес, пещера, обветшалая избушка — всё дом, лишь бы учитель был рядом. Сейчас же у него нет места, что назвал бы родным пристанищем.       — Сынок, наше время скоро выйдет, поэтому внимательно меня послушай, — снова привлёк внимание Лиам. — Моя катушка для маятника. Я хотел передать тебе её в тот день, — Лайсерг вздрогнул. Он вспомнил её и полагал, что она сгорела в том пожаре. — Она не сгорела. В наш дом тогда явились Х-Судьи и Марко подобрал её. Полагаю, хотел отдать тебе, а может и нет. В любом случае, найди его. Это моё наследие и оно по праву твоё. Мы с Марко не были друзьями и я никогда не признавал деятельность Судей. Иди и забери своё.       — Не бойся, Лайсерг, — отозвалась Джейн. — Мы с папой всегда будем приглядывать за тобой. Юный медиум, — она посмотрела на Анну. — Спасибо, что помогла встретиться с сыном. Мы в долгу перед тобой.       — Не стоит благодарностей, — сказала итако.       В этот момент всё развеялось. Юки и Юма, чьи тела всё ещё обнимали Лайсерга, резко отпрянули и покраснели. Йо и Хоро-Хоро на это слегка рассмеялись. Асакура подошёл к Дителу и, присев рядом, положил руку на плечо.       — Как ощущения? — поинтересовался он.       Лайсерг молчал, смотря в землю. Несколько солёных капель упали на песок, оставляя мокрые дорожки на щеках. Его глаза были красные от рыданий. Даузер сделал глубокий вздох и тихо выдохнул. После повторил это ещё раз и ещё. Успокоившись и придя в себя, он посмотрел на Йо, а губы тронула лёгкая улыбка.       — Легко, — ответил парень и посмотрел на Сумераги. — Спасибо вам большое. Не только от меня, но и от моих родителей. Они очень благодарны вам.       — Ой, да ладно тебе. Делов-то, — отмахнулся Юма.       — Эй, Лайсерг, — окликнул того Хоро-Хоро. — Твой отец же сказал, что ты должен что-то забрать у Судей.       Всё внимание было направлено на даузера. Его катушка была не плоха, и он привык к ней, но та, что висела у них в гостиной, часто снилась ему во снах. В них он видел Лиама, что с гордой улыбкой передавал сыну своё оружие. Наследие от отца к сыну, как и Морфин. Он должен был забрать своё, а ещё узнать, на кой чёрт она сдалась Марко.       — Я буду их искать, — твёрдо решил Дител.       — Отлично, мы с тобой, — весело отозвался Йо.       — Стоять! — Анна сложила руки на груди, строго смотря на жениха. — Мы должны искать деревню Патчей. Нам некогда отвлекаться.       Лайсерг её не винил. Напротив, даже понимал и признавал, что она рассуждала здраво.       — Но Анна, — начал было Асакура, но был перебит даузером.       — Йо, она права. Это дело моей семьи, вам не нужно тратить время. Ищите деревню, а я потом нагоню вас с помощью Морфин, — Лайсерг улыбнулся. Он был очень благодарен Йо, но не мог злоупотреблять его добродушием.       Тут уже не выдержал Рю:       — Но, Лайсерг, ты не можешь пойти один!       — А он и не пойдёт один. — По обе стороны от Дитела встали двойняшки. Лайсерг вопросительно смотрел на них, быстро вертя головой из стороны в сторону. Юма лишь хмыкнул на реакцию друга. — Чего смотришь? Уже забыл? Мы — команда, а значит всегда и всё вместе.       — Он прав, — согласилась Юки. — К тому же, раз уж я в команде самая старшая, то должна брать ответственность в свои руки.       — Вот снова ты за своё, — буркнул младший Сумераги.       Йо с широкой улыбкой наблюдал за ними и не мог нарадоваться за Лайсерга. Он был искренне рад, что в жизни зеленоглазого всё складывалось наилучшим образом после всего, что он пережил.       — В таком случае, до скорой встречи.       — Да, до скорого и ещё раз спасибо. — Лайсерг чуть поклонился Анне и Йо.       — Прекращай, мы же друзья.       Троица покинула команду и ушла в противоположном направлении. Морфин искала следы фурёку Х-Судей и вела по невидимому следу. С каждым шагом Дител всё больше погружался в свои мысли, пока не утонул в них окончательно. Он всё думал, зачем Марко нужна была старая катушка его отца и надеялся как можно скорее узнать это.       Возможно, он хотел передать её Лайсергу, но тут была несостыковка. Они уже не раз пересекались и Марко в любую из тех встреч мог передать ему память об отце. Конечно, большинство ситуаций были неподходящими, но всё же. Мог бы просто бросить ему в ноги, ничего не говоря.       Это было странно и Лайсерга не покидало предчувствие, что это была ловушка. Словно Марко специально не отдавал то, что принадлежало парню, потому что хотел использовать в своих целях. Например, попробовать шантажировать. Для многих это просто безделушка, но для даузера это было последним материальным напоминанием об отце. Это их семейная реликвия и только Лайсерг имел право носить его. Уж точно не гадкий Х-Судья.       Мысли о катушке сразу перенесли его к родителям, и он вспомнил про двойняшек, что шли позади него. Дителу всей жизни не хватит, чтобы расплатиться с ними за то, что они для него сделали. С Анной и Йо тоже. У медиума вообще не было причин помогать ему, но она согласилась.       Двойняшки заметили задумчивость друга и решили отвлечь его. Они не знали, о чём Лайсерг говорил с родителями, поэтому Юки спросила об этом:       — Что они сказали?       — Сказали, что гордятся мной и что всегда будут рядом. Я боялся, что они возненавидят меня за то, что я рос под крылом у их убийцы, но они сказали, что, несмотря на всё это, благодарны Хао. «Он вырастил тебя, пусть и обманом», — так сказал отец. Я ушам поверить не мог, — Лайсерг рассказывал быстро, боясь упустить важные детали.       — Вот видишь, а ты боялся, — улыбнулась Юки. — Родители на то и родители. Они могут злиться, обижаться, но они не могут нас ненавидеть. «Если ты действительно любишь своего ребёнка, то никогда не сможешь возненавидеть его», — дедушка рассказывал, что так любила говорить мама.       Юма вздрогнул, а Юки опустила глаза в землю. На её лице была улыбка, но такая грустная, что Лайсерг сразу всё понял — их мать умерла. Он не стал расспрашивать. Знал, как это больно, и решил просто ждать. Если они захотят, то сами расскажут.       — Она была красивой, — неожиданно продолжила Юки. — На портретах всегда с улыбкой, аккуратным макияжем, красивой причёской и зорким взглядом. Прям истинная леди. Я всегда стремилась быть похожей на неё, но у меня пока плохо получается, — девушка рассмеялась себе под нос. Этим смехом она попыталась заполнить неловкость момента, но он вышел таким печальным, что у Лайсерга сжалось сердце. — Она умерла при родах.       Одна фраза, а у Дитела уже выбили воздух из лёгких. Он даже представить не мог, что они оба чувствовали. Ему захотелось узнать, что же с их отцом, но он осёкся. Чувствовал, что ходит по тонкому льду и этим вопросом может уйти глубоко под воду.       — Отец тогда была безутешен, — сменил сестру Юма и даузер перевёл на него взгляд. В отличие от Юки он не улыбался, лишь смотрел вперёд, а кулаки были крепко сжаты. Дител отвернулся, чтобы не давить лишний раз. — Он очень сильно любил её, и потеря стала для него большим ударом. Нас воспитывал дедушка. Отец отказывался подходить. Считал, что мы виновны в смерти его жены. Как-то раз, когда он был пьян, зашёл в нашу комнату и назвал убийцами. Уже полез к нам, возможно, хотел задушить, но ворвался дедушка. Короче говоря, с отцом мы видимся крайне редко и это далеко не тёплые встречи.       Лайсерг был рад, что шёл впереди, и друзья не видели его лица. Взгляд потух, зубы были стиснуты, а рука, что держала нить маятника сжалась крепче. Мать и отец любили его, но в детстве он часто видел тех, кому не повезло с родителями. Взять ту же Матильду. Родители оставили её в лесу, когда она была ребёнком. Испугались шаманских способностей дочери и просто бросили на произвол судьбы. Лайсерг никогда не понимал таких людей, даже родителями их назвать язык не поворачивался.       И случай двойняшек не стал исключением, напротив, был ещё хуже. Ни один ребёнок не выбирает родиться ему или нет — это решают родители. И они никак не виновны в том, что их мать умерла при родах.       — Он не имеет права называться отцом, — вырвалось у Дитела, а потом он резко остановился. Эти мысли крутились у него в голове, и он не заметил, как сказал их вслух. Стало стыдно. В конце концов, кто он такой, чтобы судить их семью? — Простите, я не должен был…       — Да забей, — подтолкнул его в плечо Юма, намекая, что им нужно идти дальше. — Если честно, нам как-то всё равно. Мы его толком не видели эти пятнадцать лет. Только на собраниях и праздниках, где собирается весь клан.       — Вот как, понятно, — грустно протянул Лайсерг. — И всё равно простите, я не должен был так говорить. Всё же это не моё дело.       Юма цокнул и Дител обернулся, не прекращая идти вперёд.       — Если бы мы так считали, мы бы не рассказывали. И вообще, прекращай за всё извиняться!       Лайсерг удивлённо похлопал глазами, а после улыбнулся. Ему было приятно, что они доверились ему и рассказали что-то настолько личное.       Юки всё это время смотрела ему в спину. Она первая начала этот разговор, даже не посоветовавшись с Юмой, хочет ли он это обсуждать, но брат подхватил её. Ей показалось это честным по отношению к новому другу, да и просто появилось желание поделиться этой историей. Раньше такого не было. Не хотелось, чтобы кто-то знал или видел эту сторону, ведь на людях — они самая любящая семья. Даже не все члены клана знали о настоящих отношениях в главной семье. Но этому парню захотелось рассказать и Юки знала, что он не осудит. Ну, если только их отца, с чем она была полностью согласна.       Время приближалось к ночи и в скором времени небо светилось мириадами звёзд. Они всё шли и уже порядком устали, так как последняя остановка была несколько часов назад. Хотелось уже быстрее найти этих Судей, высказать пару ласковых, забрать прибор и разойтись, как в море корабли.       Вдруг они почувствовали фурёку. Это была очень мощная энергия, которая сразу говорила о большой силе шаманов. Пройдя чуть дальше, они увидели вдалеке белые фигуры. Х-Судьи медленно шли вперёд, катя перед собой Железную Деву.       Лайсерг сорвался с места и побежал к ним. Двойняшки опешили от его резвости, но быстро бросились вдогонку. Зеленоглазого шамана переполняли разные эмоции, но ярче всех была одна — злость. Он был в ярости из-за того, что Марко не отдал ему прибор отца. За него он был готов драться.       — Стойте! — крикнул он.       Х-Судьи замерли и обернулись. Они очень удивились, когда увидели даузера, бегущего в их сторону. Он остановился в нескольких метрах от них и пытался отдышаться. Его дыхание сбилось, плечи высоко поднимались, а взгляд метался с одного шамана на другого, выискивая среди них светлую голову.       Наконец Марко вышел вперёд. Он поправил очки и подошёл к Лайсергу, гордо возвышаясь над ним.       — Что тебе нужно? — холодно спросил он. — Ты упустил возможность присоединиться к нам. Мы не просим тебе все те оскорбления.       — Засуньте своё прощение знаете куда?! — воскликнул Лайсерг и Судьи заметно напряглись. Они уже привыкли слушать его возмущённые возгласы, но это уже переходило все границы. — Верни мне то, что украл.       Марко снова поправил очки. Лайсерг уже давно выучил этот его жест и понял одно — судья поправлял свои очки лишь в двух случаях. Первый — он считал себя выше собеседника, а это действие выражало его превосходно над оппонентом. Второй — он был раздражён. Чутьё подсказывало Лайсергу, что сейчас больше подходил второй вариант.       — О чём ты? — с ноткой угрозы спросил Марко. Эту его интонацию юный детектив тоже выучил.       — О проводнике Морфин моего отца. — Дител смотрел в холодные голубые глаза, пытаясь разглядеть в них хоть каплю стыда. — Я знаю, что ты забрал его в тот день. Зачем? И почему не отдал мне?       — Ты и вправду считаешь, что Лиам хотел бы передать его тебе? Тому, кто предал память своих покойных родителей?       На лице Лайсерга даже мускул не дрогнул. Он продолжал смотреть в глаза Марко ледяным взглядом. Раньше его бы свели с ума эти слова, но теперь он знал, что на них отвечать.       — «Мы с Марко не были друзьями и я никогда не признавал деятельность Судей», — вот, что сказал мой отец.       Марко вскинул бровь и вопросительно посмотрел на парня.       — Что ты имеешь в виду?       — Сегодня мне помог один медиум. Она призвала моих родителей, и я поговорил с ними. Именно от отца я узнал про катушку. Они сказали, что гордятся мной и что рады, что у них такой сын, — Лайсерг говорил твёрдо и спокойно. В его голосе не было ненависти или угрозы, лишь холодная уверенность и безразличие в адрес Судей. — А ещё отец сказал мне: «Иди и забери своё». Именно за этим я и пришёл, — он сделал пару шагов в сторону мужчины и остановился перед ним на расстоянии вытянутой руки. — Отдай её мне.       Марко смотрел сверху вниз с крепко стиснутыми зубами, а на шее у него вздулась вена. Лайсерг усмехнулся про себя. Впервые он видел его таким взвинченным, а от осознания того, что даузер сам довёл его до такого состояния, накрывал восторг.       — Судья-вор — это что-то новенькое, — Юма издал короткий смешок, чем привлёк внимание Марко.       — Отнял у ребёнка последнее напоминание об отце. Как не стыдно? — возмущённо вторила ему сестра.       Ноздри мужчины широко раскрывались, а плечи стали вздыматься выше. Эти трое подростков выводили его из себя. Ему захотелось сейчас же взяться за пистолет, выпустить Михаэля и напомнить наглецам, кому они решили перейти дорогу.       Ему было плевать на прибор Лиама. Он забрал его, чтобы отдать Лайсергу, когда тот вступит в их ряды, но этого не произошло. Марко действительно считал погибшего детектива человеком чести, а потому отказывался отдавать столь ценную ему вещь бессовестному предателю. Это был эгоизм высшей степени, но Марко считал, что поступает правильно.       — Верни его мне, — повторил Лайсерг, протягивая руку.       — Ты его недостоин, — сквозь зубы процедил судья.       — Это не тебе решать.       Умей Марко убивать взглядом, от Лайсерга бы уже остался только пепел. Глаза мужчины наливались кровью от злости, а парня лишь забавляло это. Эту черту он точно перенял у Хао и сейчас она пригодилась как нельзя кстати. Огненный шаман всегда учил его смотреть свысока и показывать, что именно ты хозяин положения.       «В какую бы сторону не повернулась ситуация, всегда следи за своими эмоциями. Дашь им волю в трудную минуту, и ты проиграл. Злишься? Показывай холод. Не уверен? Твёрдо стой на своём. Видишь, что оппонент теряет над собой контроль? Поздравляю, ты уже победитель», — голос бывшего учителя звучал в голове Дитела, но не вызвал отвращения или горечи. После разговора с родителями он кое-что осознал: прошлое он изменить не сможет, а вот черпать из него силу всё ещё способен. Хао действительно многому его научил и не воспользоваться этими знаниями из-за гордости глупо.       — Считай это моим уроком тебе, — нарушил затянувшуюся тишину Марко. — Ты подвёл своих родителей, значит, не имеешь права носить это. Он вытащил из кармана катушку для маятника и у Лайсерга перехватило дыхание. Мужчина усмехнулся. Может лицо Дитела и осталось спокойным, он видел тень смятения на нём. Юки и Юма крепко сжимали кулаки, а парень и вовсе с трудом боролся с желанием врезать этому очкарику. Х-Судьи и без того вызывали в двойняшках лишь негативные эмоции, а после знакомства с Лайсергом это переросло в личную ненависть.       — Думаешь, я испугаюсь направить на тебя кристалл? — отчеканил даузер. — Он пронзит твоё горло с такой скоростью, что ты, не то что пистолет достать, шелохнуться не успеешь.       — Истинный ученик своего учителя.       Вдруг послышался смех. Он был тихий, но, казалось, доносился со всех сторон. По спине англичанина пробежал табун мурашек — этот голос он узнает из тысячи. В следующее мгновение в небе вспыхнул огонёк и из него показался дух огня. Он возвышался над Судьями и троицей юных шаманов, а на его плечах были все приспешники Хао. Сам повелитель огня стоял на руке своего хранителя, а рядом была Опачо. Сумераги сразу узнали в ней ту девочку, которую спасли от фанатиков в белом.       — Какая забавная картина, — на лице Хао сияла милая улыбочка, от которой тошнило Судей. — Марко, неужели в вашу деятельность теперь входит отнимать игрушки у детей? Не стыдно?       Все Х-Судьи одновременно достали ружья и направили на шамана. Тот лишь усмехнулся и их окольцевал огонь. В одном круге был Марко, в другом его товарищи, а в третьем Лайсерг с двойняшками. Языки пламени медленно подбирались к ним и только вокруг троицы огонь оставался неподвижным. Лайсерг бросил непонимающий взгляд на Хао и столкнулся с пронзительными тёмными глазами. Асакура наблюдал за ним, словно зритель за интересным представлением.       — Хао, — раздался мелодичный голос из саркофага. — Либо ты сейчас же уйдёшь, либо пеняй на себя.       — Кто это сказал? Железная Дева, неужели ты проснулась? Прости, но я не намерен сегодня драться, просто вышел погулять.       Хао откровенно насмехался над Судьями, а его приспешники тихо посмеивались и презрительно смотрели на них. Огонь подбирался всё ближе к своим целям, но уже медленнее. Сразу было видно — тысячелетний играл с ними. Только вот в играх с таким противником нужно всегда быть начеку.       Юме явно надоел этот спектакль, и он решил, что пора прекращать. На него не обращали внимания, и парень быстро вселил Кёо в свой кулон, превращая его в лук. В воздухе отчётливее проявилось новое фурёку, что привлекло внимание остальных. Юма уже натягивал тетиву, но стрела пока смотрела в землю.       — Значит так, мы забираем то, зачем пришли и уходим. Потом хоть поубивайте друг друга, мне всё равно, но уже без нашего участия.       Хао позабавил этот парнишка. Было видно, что он не из робких, к тому же его сразу привлекли духи Фудзи, когда он увидел их прошедшей ночью.       «Интересные у тебя союзники, малыш Лайсерг.»       — Давайте подумаем, в кого первым полетит моя стрела? — продолжал Юма и в его голосе слышалось раздражение. — Могу попробовать пробить саркофаг. Могу попробовать пульнуть стрелу в этого красного громилу, но огонь на огонь как-то не очень, не находите?       — Заткнись уже, — шикнула на него Юки. — Нас сейчас поджарят из-за тебя.       — А вот в тебя я выстрелю с удовольствием, — Юма игнорировал сестру. Он прицелился в Марко и усмехнулся. — Только вот, чем я тогда буду лучше вас? Всех вас. — Парень окинул взглядом всех присутствующих, а наглая ухмылка сошла с лица.       Стояла мёртвая тишина, но её внезапно нарушили тихие смешки. Хао опустил голову вниз, а его плечи мелко подрагивали. Он резко вскинул голову вверх и громко рассмеялся. Все смотрели на него шокированными лицами.       — А ты забавный, — медленно протянул Асакура, смотря на Сумераги. В его глазах вспыхнул азартный огонёк и Лайсерг сглотнул от этого.       Огонь вокруг Х-Судей и троицы молодых шаманов потух так же быстро, как появился. Марко снова потянулся к пистолету, но был остановлен:       — Мы уходим, Марко, — строго сказала Железная Дева.       — Но, госпожа!       — В следующую нашу встречу мы не уйдём так просто, Хао.       — Жду с нетерпением. Смотри не заржавей к тому моменту.       Судьи стали медленно расходиться, а Марко прожигал ненавистным взглядом Асакуру. Второй же смотрел на него, как победитель, намекая, что лучше ему быстрее покинуть это место. Блондин повернулся к Лайсергу, цокнул и бросил катушку Лиама на землю, а после пошёл за товарищами.       Пока Судьи не отошли на значительное расстояние, никто не говорил и не двигался. Хао наблюдал за недвижимым Лайсергом, а тот не смел поднять глаз. Он чувствовал на себе пронзительный взгляд бывшего наставника.       Двойняшки были очень насторожены. Юма так и не отозвал духа, а Юки крепко сжала кулон, готовясь активировать его в любой момент. Их ночное приключение всё ещё было свежо в памяти.       В конце концов Лайсерг подошёл и поднял катушку, стряхивая с неё пыль. Он всегда хотел, чтобы этот прибор стал его, но никогда не думал, что получит столь желанную награду таким образом. Он отстегнул старый прибор и выбросил, а в новый переложил леску с кулоном, сразу закрепляя на руке. Не глядя на Хао, он развернулся и пошёл к друзьям, кивая им в сторону обратной дороги.       — Подвести? — с улыбкой спросил Хао.              — Спасибо, уже подвозили. Ваш сервис нам не понравился, — съязвил Юма, за что получил удар в бок от сестры. Она не разделяла его задорного настроения.       — Наглец, — сказал им в спину Асакура.       Троице преградила дорогу полоса пламени. Она была не слишком длинной, но этого хватило, чтобы шаманы поняли — уйти им пока не дадут.       — Да что тебе от нас нужно, чёрт возьми? — Юма не выдержал и резко обернулся.       Хао уже стоял на земле в паре метров от них. Он не двигался, не атаковал, его приспешники всё ещё были на духе огня, но троица чувствовала безумную опасность, исходящую от брюнета.       — У вас сильные хранители. — В следующую секунду Юма натянул тетиву, Юки обнажила катану, а Лайсерг нацелил кулон в Хао. Тысячелетний снова усмехнулся. — Спокойно, я не собираюсь драться с вами.       — Отлично. Тогда мы, пожалуй, пойдём, — не унимался младший Сумераги.       — Знаешь, я не очень люблю, когда мне дерзят.       Юма хотел ответить, но перед ним возникло лезвие. Юки вытянула руку в сторону, намекая, чтобы брат заткнулся. Тот всё же послушался.       — Что тебе нужно? — наконец спросил Лайсерг.       — Ничего особенного, просто пришёл посмотреть представление.       — Ты знал, что оружие моего отца было у Марко. — Не вопрос — утверждение. Парень был уверен в этом. Хао всегда всё знал.       — И что, если так?       Англичанин не ответил. Зелёные глаза смотрели прямо в карие, в глубине которых горел огонь. Их гляделки продолжались около минуты и проигравшим оказался Дител. Парень тяжело вздохнул и, развернувшись, побрёл в сторону огненной полосы. Чем ближе он подходил, тем сильнее становился жар.       Лайсерг слишком устал и продолжать эту словесную дуэль у него не было сил. Он понимал, что Хао просто забавлялся либо проверял его, — только вот зачем ему это нужно, англичанин не знал. Но зато знал, как им поскорее уйти отсюда.       Хао смотрел бывшему ученику в спину. Ему было интересно в какой момент мальчишка остановится. Только вот Лайсерг не останавливался и уверенно шёл к огню, готовый уже зайти внутрь, лишь бы поскорее убраться отсюда. Только он хотел коснуться пламени, как оно потухло. Дител на секунду остановился, выдохнул и пошёл дальше. Двойняшки встревоженно переглянулись и быстро последовали за другом.       — Насылать кошмары, чтобы вывести из строя противников и вправду хорошая способность, — даузер резко остановился и повернул голову, смотря на Матильду. Ведьма нервно сглотнула. Таким взглядом он ещё не смотрел на него. Если тогда в автобусе его взгляд был просто холодным, то сейчас в нём горела яростная решимость. — Только вот, если эта способность ещё хоть раз коснётся меня или кого-то из моих близких, я не буду стоять в стороне.       Лайсерг отвернулся и быстро зашагал в обратном направлении. Теперь они должны были вернуться к Йо и ребятам, а также найти деревню Патчей, ведь времени осталось не слишком много.