1. Спор

      Недолго Чак пробыл в Раю: вскоре он захотел жить как и прежде — скрываться среди людей и писать их судьбы. Ему претило наблюдать за разборками сыновей или стычками ангелов с демонами. Бог стал навсегда Карвером Эдлундом. Впрочем, однажды Чак всё же упомянул своих детей в повествовании. Вышла и посвященная им книга под названием «Семейные узы под угрозой войны». Конечно же, герои его книги не обратили внимания на увлечение Бога. И это лишь подкрепило Его интерес к продолжению писательства.       Но вот однажды у Чака появилось пару «фанатов». Расследуя очередное дело, знаменитые охотники Дин и Сэм Винчестеры натолкнулись на книжный магазин в Делавэре. Форма «ФБР» придавала уверенности братьям, а по их грозным взглядам можно было без труда догадаться, — в книгах Чак опять о них вспомнил.       — Очередной бред Его сиятельства Чака, — закатив глаза, Дин раскрыл страницы перед лицом Сэма, и тот повторил его действие, показав другую главу брату. Старший Винчестер хмуро приблизился, прочитав текст: — «…так называемые охотники на нечисть опять столкнулись с испытаниями, выпавшими на их родную Землю. Но в этот раз у них нашлись помощники: сильная ведьма, отчаявшийся серафим и его демонесса пригодились Сэму и Дину в непростой борьбе». Да он охренел! — Дин возмущённо всплеснул руками.       А Сэм едва удержал книгу от падения на грязный кафельный пол и смущенно улыбнулся ошеломлённым продавцам. Один из которых кивнул в сторону раздражённого старшего Винчестера.       — Какая у Вас бурная реакция на текст Эдлунда. Не хотите прочесть дополнение к основной книге?       Дин распрямил лоб, плавно повернув голову к вопрошавшему сотруднику.       — А у этого «шедевра» есть дополнение?       — Да. Страниц на пятьдесят.       Сэм вскинул бровями, аккуратно убрав книгу на место, и покосился на медленно сводившего брови к переносице брата. Тот переваривал услышанное и увиденное, в конце концов, покивав.       — Чудненько.       И зло пнул входную дверь ногой, тем самым вынудив покинуть книжный магазин и Сэма. Младший Винчестер испытал стыд за двоих. Продавцы же непонятливо переглянулись: с чего такая реакция у обычного сотрудника «ФБР»?       Сильно недовольный Дин уселся за руль, завёл «Импалу» и, едва Сэм успел сесть на соседнее сиденье, тронулся. Парковка быстро оказалась позади, и младший Винчестер со смешком прервал тишину.       — Чувак, ты наорал на Бога. Опять.       — Он этого не слышал, — лениво отозвался Дин, краем глаза провожая вывески придорожных забегаловок. — И всё по делу сказано! Натворил бед Чак, а расхлёбывали мы!       — Не только мы, ты же знаешь.       — Да, ангелы-хранители тоже покорпели на славу! — резко вырвалось из уст старшего Винчестера. — Я просто не хочу в то время возвращаться, — выдохнул он.       — В тяжёлое?       — В прошлое, — серьёзно посмотрел на брата Дин. — Где мы завтракали дома, а рядом сидели Джек, Ники, Кас… А сейчас что, Сэм? Джека убил Чак в приступе истерии, Ники свалила учиться за границу.       — А Кас что?       — Сказал, что ему Михаил запретил часто улетать из гарнизона. Старые-добрые времена! Ещё бы кто-нибудь Апокалипсис устроил!       — Ну Люцифер-то на свободе. Не зарекайся, — вскинул бровями Сэм, встретив угрюмое выражение лица брата, и поджал губы. — Всё, молчу.       — Вот именно, — гордо подтвердил Дин, сосредоточившись на дороге. — У нас дело про вервольфов. Так что давай без пернатых историй.       Младший Винчестер покивал, уткнувшись в планшет со статьей про оборотней в Иллинойсе. Куда и следовала «Импала».

***

      Просмотрев успеваемость новых ангелов в гарнизоне Габриэля, Михаил остался не совсем доволен. Вернее, не впечатлён совсем. И безответственность младшего брата уже раздражала архистратига, ведь с недавних пор Рай лишился одного из командиров гарнизонов. Рафаил пал как герой в борьбе с Дьяволом. Замена требовалась немедленно, и прежде, чем снова сбежать на Землю, подальше от своих детей, Чак посоветовал, а, точнее, настоял на кандидатуре Габриэля.       Михаил выступал против кандидатуры легкомысленного Габриэля. Но всё же отправился на его поиски. Ему не терпелось высказать брату пару ласковых слов и привести того в чувства.       Михаилу предстояло пройти длинное расстояние прежде, чем он доберётся до брата. И пока он шёл, в уме во всю прокручивал наказание для Габриэля.       Навеянный дым от сигареты разошёлся по поляне с порывом ветра, погружая в свои оковы деревья и кустарники неподалёку. Последующий клубок прошёл точно меж веток, угодив в дупло, откуда тут же сбежали белки. Энтузиаст Бальтазар же убрал сигарету ото рта, потушив, и разлёгся, оперевшись правым локтем на траву. Ангел успел не только покурить, но и понюхать нечто забористое, поэтому сейчас еле держался. Рядом сидел Габриэль, который также курил, и улыбался. Кутить с другом в вечернее/ночное время он обожал.       — Хорошо сидим.       Довольный жизнью Габриэль посмотрел на серебристую луну, снова улыбнувшись. Качнувшийся Бальтазар специально покашлял, оглядев друга насмешливым взглядом, и уставился в дерево.       — И как тебя только отпустила Ханна…       Раздражившийся архангел не заставил себя долго ждать, влепив закурившему ангелу оплеуху.       — Умеешь сбить кайф, балда!       Уже «никакой» Бальтазар захотел язвительно ответить, пощурившись в Габриэля, однако оторопел, поперхнувшись и убрав сигарету куда-подальше. А дальше и вовсе запихал в рот траву, почему-то увидев в ней еду людей и захотев попробовать.       Габриэль вскинул бровью вверх, напрягаясь, и повторил за другом, оглянувшись.       Теперь на них обоих с недовольством смотрел Михаил.       — Я сейчас и тебе, и ему подпорчу отдых!       — Твою ма… Твою Аммит!       — Что опять происходит? Что с вами не так? И как вас лечить? Может, подскажете?       — Мы не виноваты, что ты отдыхать не умеешь! Даже жене не уделяешь внимания: одни бумажки: отчёты, доклады и прочая хрень.       — Блин, Бальтазар! Жри свою траву! — взбесился Габриэль, заметив, что Михаил нахмурился. — Хотя. Ты прав, — вдруг добавил он. — Михаил, действительно, не умеет расслабляться.       Габриэль замысловато сложил руки у груди и вальяжно накрыл локти ладонями. Архистратиг чуть пощурился в брата, пытаясь прочитать его как книгу, однако читать было нечего: младший архангел изложил всё, что хотел донести до него. Михаил вздохнул, подняв голову на двух друзей, и прикусил верхнюю губу.       — Тебе даже сказать лень что-то? Или признаёшь нашу правоту?       Габриэль посмеялся, тогда как Бальтазар уже потерялся в пространстве и умастился на траве. Которую ещё секунды назад охотно поедал.       — Значит, я не могу расслабиться?       — Нет, не можешь. Ты не сможешь пойти вопреки своим принципам. Работа, Рай. Вот когда Аммит последний раз выходила с тобой в свет? Только на деловых встречах, где ей необходимо послушать доклады, объяснения ангелов и занести куда? Правильно, опять в отчёт. А потом ещё оформить остальные бумажки. У тебя не жена, а секретарь. Причём в этом плане ты очень уподобляешься людям. Такая иерархия…       — Люди были созданы по нашему прообразу, а не наоборот.       — Да плевать. Суть ты понял.       Михаил оглядел спящего Бальтазара, описал ситуацию у себя в голове и всмотрелся в уверенное лицо Габриэля.       — Я, конечно, понимаю, что играть с тобой — себе дороже. Ты же мини Люцифер с детства. Но что-то и от меня тебе передалось. Хоть и любишь проказничать, но за семью горой. Поэтому в этот раз я повторю за тобой. Начинай игру.       — Да чего её начинать? Она банальна — правда или действие?       Тянуть время и давать повод брату насладиться его издёвками Михаил не собирался, почему, прикинув, что тайны Рая выдавать Габриэлю глупо, выбрал второй вариант.       Младший архангел поджал губы, вытянув подбородок, и пощурился в архистратига. Затем ударил ладонью об ладонь и радостно запрыгнул на пенёк.       — Раз ты решил поступить так, то я загадываю действие. И потом не отказывайся, иначе звание главного зануды Небес за тобой закрепится официально.       Михаил лишь расширил глаза, не представляя, что может придумать брат. Габриэль же придумал, хитро улыбнувшись.