2. Непростое условие

      Утро следующего дня было очаровательно. Первые лучи ещё ласкового солнца медленно скользили по сверкающей от росы траве. На небе не было ни облачка. Щебетали проснувшиеся птицы, и всё наполнялось звуками природы. С каждой минутой становилось теплее. И уже ясно, что день будет жарким.       Тишина нарушалась лишь громкими голосами Ханны и Захарии, которые временно исполняли обязанности командиров. Их кандидатуры появились внезапно, однако и предсказуемо: эти ангелы всегда вызывали у Михаила доверие, — они были исполнительными и послушными. А ещё ответственными и дисциплинированными, что было очень важно.       Ханна грозно следила за выполнением упражнений, гордо сложив руки у груди и прогуливаясь вдоль тренировочного поля. Захария же стоял на месте, спрятав руки за спиной и скрестив там ладони; взгляд мужчины был полон серьёзности. Всё-таки серафим намеревался стать заместителем самого Михаила.       Мимо них прошли Наоми и Аммит, и последняя подмигнула давней подруге, улыбнувшись. Ханна перестала быть такой сердитой и ответила тем же приветствием. Ангелы суда же продолжили путь до здания, по дороге обсуждая очередные дела, поступившие на рассмотрение. И хотя Наоми была в шоке от того, что Аммит вернулась так внезапно, обсуждать её возвращение с другими ангелами не хотела. Портить отношения с такой же начальницей, как она сама, Наоми не планировала, а вот подружиться с Аммит наоборот хотела.       Скоро девушки миновали поля и уже заметили суд, всё равно находившийся ещё не настолько близко, как хотелось бы.       Их планы неожиданно нарушил появившийся из ниоткуда архангел. Увидев его, Аммит захотела ускорить шаг, крепко схватив Наоми за руку, но более сильная рука архистратига удержала её.       Наоми посмотрела на них и приняла решение не злить Михаила своим вмешательством в его личную жизнь, поэтому медленно начала отдаляться.       Оставшись наедине с мужем, Аммит хотела это исправить и сделала шаг, но Михаил совершил два, убирая всякое желание девушки уйти.       — Постой, не беги.       — Надо же, кто захотел со мной поговорить. Уже освободился? А я нет, мне ещё нужно вовремя собрать документацию со всех отделов в суде, иначе Михаил сошлёт меня в тундру и отберёт всё. Бюрократия — сила!       — Аммит, не начинай сцену. Что опять случилось?       — Всё закончилось. Жизнь в Раю вернулась в привычное русло, потом Отец исчез и всё. Ты опять стал самим собой: строгий Михаил, справедливый начальник и непоколебимый правитель.       Говоря это, она чуть склоняла голову к плечу и заглядывала в чарующие глаза. Но не наблюдала там нежности, что позволяло считать сказанное ею же правдой. И это в сердцах напугало девушку: перед ней на секунду возникла картина собственного сожжения руками архистратига. Аммит с трудом избавилась от наваждения и поджала губы, прикрыв глаза. Потом продолжила свою речь более собрано:       — Хотя… ты и не обязан ходить со мной за ручку… Прости, я веду себя мерзко.       Она пожала плечами; ангелесса всё также хотела уйти. Но препятствие в виде ладони Михаила на её плече нарушило её планы.       — Аммит, — мужчина ослабил хватку, бережно взяв ладони девушки в свои и глядя ей прямо в глаза. — Да, хорошо, я виноват. Я виноват, что забыл о тебе как о жене, а не как о работнике. Тогда давай разрядим обстановку. Поспорим.       — Спор? — брови Аммит поползли вверх, на лице появилось недоумение. — Не в твоём стиле, однако… И на что?       — Что мы сможем устроить День рождения Джека и Орели. Здесь.       — Прости, что? — ангелесса продолжила удивляться.       — Ты слышала.       — Ты точно в себе? Не заболел?       — Я вполне серьёзно говорю. Не веришь?       — Верю, Михаил, конечно, верю, — она выдохнула, помотала головой и остановила взгляд на архангеле. — Ты же не оставишь меня в покое? Тогда спорим!       Михаил улыбнулся. Вредная девушка ему нравилась, с ней было забавно выяснять отношения. К тому же, такая она расслабляла его. Настоящая и живая, которая не подделывает чувства. Какой и была всегда.       — Только я добавлю условие, — вдруг нарушила тишину Аммит, заинтересовав архистратига. Тот кивнул, ожидая предложения, и девушка специально выпрямила спину, дабы подчеркнуть важность озвученного далее. — Если отмечаем День рождения детишек, надо бы позвать и их папу. Понимаешь, о чём я?       — Скорее, о ком, — протянул Михаил, глубоко вздохнув. Ангелесса всё ещё впивалась в него взглядом, и архангел сглотнул ком. С братом отношения были натянутыми до предела, учитывая случившееся не так давно. Однако вина лежала и на самом Чаке, из-за которого Люцифер вышел из себя и напал на небесное воинство. Поэтому архистратиг скромно кивнул, установив зрительный контакт со слабо улыбнувшейся Аммит. — Хорошо. Сделаем исключение.       Михаил оглядел лицо ангелессы и мягко провёл по нему ладонями. Она же затихла, потеряв дар речи: прикосновения вызывали желание впиться в его губы и не отпускать их, пока не закончится воздух в лёгких. Но в то же время Аммит представляла очередную смерть от рук мужчины, на сей раз свёрнутую шею. Что вызывало уже отторжение в глубине души. Потому она спокойно проследила за действием Михаила и с его позволения опустила его же руки.       Он ушёл, оставив возлюбленную в сомнениях и догадках.       — И что же на тебя нашло? — глядя всё также в сторону главного здания Рая, протянула девушка, закусив нижнюю губу.

***

      Орели всё больше привязывалась к людям, что иногда вызывало у Люцифера определённые вопросы. Он в принципе ненавидел людей, считая их мерзкими, порочными недоносками. Поэтому и до сих пор не понимал, как могла к ним привязаться дочь? А Орели так хотела жить среди людей, что даже попросила у жены Дьявола помощи в выборе школы на Земле. И Абаддон ей стала подыскивать варианты.       — Вот можно такую. Частная школа-пансион UNISUS, — проговорила Абаддон и дала Орели планшет, чтобы та поизучала фотографии большого, старинного замка, окружённого виноградниками и фруктовыми садами. — Сможешь жить в таком замке как королева. И друзей новых заведёшь.       — Но всё равно этот замок не сравнится с нашим дворцом, — просматривая фотографии, ответила Орели.       — Там ещё есть пляжи, — продолжала Абаддон.       — Это хорошо, — ответила нефилим и вернула планшет демонице. — Но если я уеду, так на целый год. А как же Джек и папа? И ты?       — Ты нефилим и в любой момент сможешь просто перенестись к нам, — усмехнулась Абаддон, потрепав Орели по волосам. — Только смотри, не переносись при людях. Не поймут. А если кто обижать будет, ну ты знаешь…       Орели вспомнила наставления Люцифера, который советовал просто пырнуть обидчиков клинком и рассмеялась. Ей нравилось проводить время с отцом, но ещё больше с самой Абаддон, которую теперь девушка считала за мать. Да и сама Рыцарь прикипела к ней. Но земная жизнь тоже должна была быть интересной. И Абаддон была права, — Орели в любой момент могла вернуться в Ад.

***

      В другой части адского Дворца находились Люцифер и Джек. Дьявол восседал на троне и изучал длинную бледно-желтую рукопись — так выглядели некоторые ведомости и отчёты в Преисподней. И архангел внимательно рассматривал почерк демона, пытаясь не упустить суть текста. Рядом на кресле, что стояло у светлой каменной стены, сидел Джек. Нефилим тоже погрузился в чтение, но только не отчётов. Он листал справочник по оружию, который достал из библиотеки. Его всё ещё манила… охота, и он тянулся… к определённым людям.       Джек посмотрел на отца. Несмотря на скучную бюрократическую работу, Люцифер привык к минусам правления, стараясь соответствовать своему статусу. Но Джека всё это не волновало. Он давно принял одно решение и сейчас набирался смелости начать диалог. Но первым заговорить ему не пришлось, — его нерешительность заметил сам Светоносный.       — Хочешь что-то сказать, Джек?       Нефилим немного опешил, на секунду встретившись взглядами с отцом, и выдохнул, отложив справочник.       — Врать же нехорошо, да?       — Интригующее начало, — хмыкнул Люцифер и провёл пальцем по новой строчке в отчёте, дабы не потеряться в тексте во время беседы. Далее архангел отвлёкся на сына, вскинув бровями в него. — А к чему такой вопрос?       — Потому что… — Джек замялся, стараясь скрыть неловкость и неуверенность, после чего довольно резко прервал тишину. — В последний месяц кое-что изменилось. Точнее, думаю, нечто вернулось…       — Прости, чего? — проморгавшись, повёл головой Люцифер, при этом оставив недоуменный взгляд на сыне.       — Ты обманываешь Абаддон, — выпалил нефилим, поджав губы, и уставился на изумившегося архангела.       — Не понял?       — Тогда наверху… Ну, в Раю, я осматривался вокруг, когда беседовал с Габриэлем и Чаком.       — С дядей и дедом, — саркастично поправил его Светоносный, усмехнувшись. — И что?       — Может, конечно, ты и любишь Абаддон, — издалека продолжил Джек, добавив серьезнее: — Но вот свою подругу ты любишь намного больше, — прозорливо заявил он, ошеломив Люцифера, который теперь вообще отложил отчёты. — Говорю же, я видел ваше общение там, когда Чак, то есть дед, вернул меня. И уж извини, но случайно считал тебя. Как и её…       — И для чего тебе эта информация?       — Да просто вырвалось… — Джек загадочно залез в справочник, однако ощутил тяжелый, пристальный взгляд отца и всё-таки закончил: — И, кстати, Аммит тоже тебя любит.       Люцифер же самодовольно улыбнулся и вернулся к изучению рукописи. Ему льстило откровение сына, к тому же подтвердились и догадки архангела. Удовлетворение на лице Светоносного вновь отвлекло Джека, погруженного в справочник. Уже целый месяц он никуда не выбирался, только читал книги из библиотеки и исследовал архитектуру Ада вдоль и поперёк. А парень хотел заниматься совершенно другим. Поэтому теперь заулыбался нефилим, снова уставившись на Люцифера.       — Но у меня условие: я буду молчать, если ты… отпустишь меня, наконец, на охоту.       — Какую ещё охоту?       — С Винчестерами.       Люцифер удивлённо нахмурился, едва не открыв рот от возмущения, однако быстро успокоил сам себя. Иногда нужно потакать детям. Когда это выгодно и необходимо. Архангел часто покивал, осматривая Джека с ног до головы.       — Да, сильно же ты привязался к людишкам… Кому расскажешь — не поверят. Но ладно, договор так договор. Мне Сэм и Дин всё равно уже неинтересны, а вам с Орели надо учиться не привлекать к себе внимание и пытаться… жить среди них… так что…       Люцифер не успел договорить, как улыбчивый Джек испарился в воздухе. На кресле остался лежать справочник, а о нахождении нефилима в тронном зале напоминала лишь мощная энергетика. Архангел цокнул, мотнув головой, и погрузился в занимательный текст отчёта. Однако теперь ему стали мешать навязчивые мысли о прошлом, настоящем и будущем, к которым его подтолкнул Джек.       Тем не менее, Люцифер вернулся в реальность, когда тяжёлые двери в тронный зал отворились. Вошедший демон глубоко вздохнул, наблюдая небольшое недовольство на лице архангела.       — Господин, прошу прощения, но тут…       — Ой, да ладно, Орагон. Чего ты мямлишь, как баба? — раздался голос Габриэля следом, что прервало сбивчивую речь демона.       Люцифер изогнул бровью, указав черноглазому на выход, и вскоре в помещении остались только два архангела. Один из которых весело рассматривал угрюмые черты лица брата.       — Что так пыжишься, сейчас пукнешь! — продолжил посмеиваться Габриэль, наконец встав у кресла.       — Зачем пожаловал в Ад? — властно поинтересовался Люцифер и спустился по небольшой лестнице ближе к брату. — Тебя Михаил выпер за разгульный образ жизни? Ищешь себя?       — Уже нашёл, — серьёзнее произнёс Габриэль и поставил руки в боки, чуть опустив взор. — Знаешь, я тут подумал: почему бы не отметить День рождения твоих детишек-нефилимов? Ты ведь никогда не додумался бы до такого? А Джек, например, очень привязан к людям и наверняка будет не против приобщиться и к их культуре. Пусть посмотрит, как празднуют этот день люди.       Люцифер слабо пощурился, изучив архангела, и расплылся в хитрой ухмылке, поводив большим пальцем руки по нижней губе.       — Что, Гейб, сложно сидеть в завязке?       Габриэль поморгал, поджав губы, и сурово потыкал в брата указательным пальцем.       — Хватит лезть в мою голову, когда я расслаблен, не сосредоточен и не могу вовремя тебя оттуда выгнать!       — Чтобы тебя понять, мне не нужно влезать в твои извращённые мозги, — с издёвкой парировал Люцифер, выпрямившись и сложив руки у груди. — Неужели сам додумался?       — А разве не смог бы? — быстро вскинул бровями Габриэль, блеснув медовыми глазами в брата. — Короче, налаживать отношения с детьми это полезно. И, дав своё согласие, ты только выиграешь. Ну, давай, скажи «да».       — «Да» будешь у Ханны выпрашивать, — съязвил Люцифер в очередной раз, на что Габриэль закатил глаза и добавил более собрано: — И какая у нас развлекательная программа?       Габриэль довольно улыбнулся, потерев ладони. Устраивать феерические шоу он мог как никто другой. Особенно, с полной свободой действий.

***

      Бункер Просвещённых бессменно являлся самым безопасным местом на Земле. Это льстило и расслабляло поселившихся в нём Винчестеров. Монстры не пройдут, незваные гости не нагрянут — символы в помощь. Однако волшебные рисунки были бесполезны против некоторых существ. Одним из таких был нефилим, привязавшийся к братьям.       С желанием вернуться к охоте Джек подошёл к знакомой двери и без труда прошёл сквозь нее. А когда появился на крутой лестнице и спустился в читальный, по стилю, зал, улыбнулся сидевшему там в халате охотнику.       — Джек? — поражённо уставился в гостя едва проснувшийся Дин. — Какого хрена?       Нефилим довольно улыбнулся.       — Меня вернул Чак, — сообщил он. — Но, чтобы вы больше не задавали вопросов, скажу одно: давайте охотиться?       — Ага, а то так тихо стало, даже странно. Я начал полноценно высыпаться… Чем только твой батя занимается, что позволил тебе прибежать к нам. Хотя да, там Абаддон как развлечение появилась… Минус две занозы в заднице.       — Он и вовсе отстал от вас, хотя мог бы испортить жизнь. Как и Абаддон, — подчеркнул нефилим, чем немного возмутил охотника: ради более-менее спокойной жизни Винчестеры перестали лезть на рожон… и, собственно, злить Люцифера.       — Короче, пиво в холодильнике. А газету… ой, тьфу, статью про какую-нибудь сверхъестественную хрень сейчас Сэм найдёт. Охренеть, Джек…